Кукушата

За котом Матвей шёл уже без настроения. Не было ощущения благополучной развязки и завершения квеста. Сначала волну сбил дурацкий таксист, потом — нелепое происшествие с клоуном и объяснения со Славкой. В кино акценты бы так не смещались, там была бы чёткая кульминация (кота увезли в Томск) и не менее чёткая развязка (Матвей съездил в Томск и забрал кота). И никаких таксистов, никаких хрен пойми откуда взявшихся блинных тортов, никаких дорогущих аниматоров, покусанных невоспитанными детьми. Матвей позвонил в дверь, запоздало понимая, что речь не подготовил. Дочка Савельевых — Матвею почему-то казалось, что она Юля, хотя он и не помнил точно — была очень похожа на мать (минус лишний вес) и на отца (минус вислые усы), и Матвей выдохнул. Хоть адресом не ошибся, и то ладно. — Мы насчёт этого… Он умолк, и вроде бы Юля подхватила: — Насчёт кота. Проходите. Матвей протиснулся в узкий коридорчик, потянув за лямку рюкзака Федьку, и огляделся. Что ж, кот и сейчас живёт не в хоромах, так что на съёмной квартире ему вполне понравится. Правда, тут, кажется, нет ни хомяков, ни крыс, ни собак, ни кусачих детей. Матвей нервно кашлянул. Вся затея стала казаться нелепой. — В общем, вы извините… Сын попросил сфотографировать… — Матвей оглянулся на Федьку и добавил: — Другой сын. — Руслан, — подсказала условная Юля и тепло улыбнулась. — Ну да, — кивнул Матвей, чувствуя себя идиотом. Разумеется, она знает Руслана. — В общем, нам бы увидеть… Он поперхнулся, поняв, что имя кота забыл напрочь. — Матроскина, — шёпотом подсказал Федька. — Матроскина, — согласился Матвей и пригладил бороду. — Пойдёмте. Юля — абсолютно точно, её мать её так называла, Матвей вспомнил! — подвела их с Федькой к приоткрытой двери, из-за которой виднелись отблески телевизора. — Вот. — Юля почему-то понизила голос и открыла дверь пошире. Внутри оказалась обыкновенная бедно обставленная комнатка: обшарпанный шкаф советского вида, китайская пластиковая тумбочка на колёсиках, хлипкий диван, совершенно не сочетающееся с ним громоздкое кресло. По телевизору шёл футбол, а на диване дрых гоповатого вида мужик с котом на пузе. — Извините, он со смены, — шепнула Юля. Она прошмыгнула в комнату, чмокнула мужика в висок и забрала кота. Мужик сонно улыбнулся и всхрапнул. Юля вынесла холёного кота в коридор и снова прикрыла дверь. — Знакомьтесь, это Матроскин. Кот сердито повёл ушами, задрал хвост и потопал на кухню. Юля, Матвей и Федька пошли следом. Матвей краем глаза выцепил когтеточку на стене, раскиданные по углам разноцветные шарики и какую-то штуку вроде удочки на пружинке. — Чай, кофе? — спросила Юля. — Нет, спасибо, — откликнулся Матвей. Кот сосредоточенно хрустел кормом. Миска стояла на пластиковом коврике с изображением мультяшного Матроскина. Юля нагнулась, почесала коту надхвостье. Матроскин довольно заурчал, переступая мощными лапами. Матвей оглянулся на Федьку, заодно увидел кошачью лежанку, прикреплённую к батарее. — Ему у вас хорошо. Юля удивлённо обернулась на щелчок камеры, не переставая чесать кота. — Извините, — сказал Матвей и присел, чтобы сделать ещё пару снимков. — А можете взять его на руки? Вся фотосессия заняла минуты три, не больше. Потом Матвей поблагодарил Юлю и направился к выходу. — Пап, — позвал Федька. — А? — Ты же хотел… — Передумал, Федь.