None of the people except you.

После того спонтанного посещения Хвана Феликсу не снились кошмары ни разу. Он, честно, пытался понять, как такое может быть — может, способствовали молчаливые разговоры в библиотеке на подоконнике с кофе в замерзших ладонях, а может, причина в другом, но Ликс не видит её. Он думает всю неделю о том, что о Хенджине вообще ни слуху ни духу. Возможно, тот занят работой, возможно, готовится к чему-то или просто отдыхает. За это время в их рядах случилось пополнение. Привели новобранца, Ли Минхо, двадцать пять лет. Феликса сильно настораживал возраст пришедшего к ним парня, ведь обычно это были дети или подростки, но никогда не зрелые люди больше двадцати лет. Он старается отогнать эту мысль и просто жить как и раньше, просто с новеньким и все. Того поселили в соседнем от парней блоке, и он старался наведываться к ним почаще. Всегда приходил в обед или под вечер, и говорил только с Джисоном. Заместитель главнокомандующего не понимал такого внимания к себе, но ничего против не говорил, просто думая, что этот новобранец ищет общения, чтобы при возникших трудностях и вопросах было к кому обратиться за советом. Его устраивала такое, но он видел взгляды Феликса в сторону Минхо — он смотрел изучающе (несомненно, он всегда оценивал новеньких, это его постоянная работа, но сейчас это выглядело намного иначе), иногда осуждающе и с неким подозрением, хотя Ли казался довольно добрым к его начальникам человеком. Как бы то ни было, он выглядел тем, кто не собирается заводить себе врагов в новом коллективе. Как-то, когда он снова пришёл в их комнату, Феликс решил спросить: — а что у тебя произошло, что тебя решили взять в банду? — он ждал ответа терпеливо, не давя на человека. — в смысле? — Минхо искренне не понимал таких вопросов со стороны командира, — а должно что-то произойти, чтобы меня пригласили сюда? Все трое присутствующих выглядели удивленными. — каждый присутствующих в отряде Феликса что-то пережил перед тем, чтобы попасть сюда, — Чонин смотрел до сих пор немного потрясенно, долго приходя в себя после такого вопроса, — и логично, раз тебя сразу направили к Ликсу, с тобой что-то произошло в прошлом, — он повернул голову к ребятам, взглядом спрашивая на что-то разрешения, те согласно кивнули, и Ян устремил свой взгляд обратно на новобранца, — мы все пережили что-то ранящее наши души. Феликсу пришлось всю жизнь жить с бухаюшим отцом, что в итоге убил его мать, а затем Ликс не выдержал и отомстил за нее. Джисон убил своего одноклассника за издевательства над ним, а я убил свою семью. Что сделал ты? — оу, ну, я просто был хорошим программистом, меня нашёл Пак Джинен и предложил вступить в банду, чтобы стать настоящим профессиональным хакером. Ну и я согласился, почему нет, — он пожал плечами, стараясь не обращать внимания на прожигающий в нем дыру взгляд блондина, — мне жаль, что вам для вступления в банду пришлось что-то пережить.. — да плевать нам уже, Господи, — Феликс был зол, ведь, какого-то мужчину старикан Пак принял лишь из-за талантов, а остальным пришлось чуть ли себе в голову не засадить пулю от отчаяния. Он быстро вышел из небольшой комнаты, хлопая демонстративно дверью в порыве ярости. — не обращай внимания на него, он правда пережил много плохого даже здесь, — Ян словил гневный взгляд Хана, просящий его сейчас же заткнуться, — как и мы. Просто подбирай подходящие выражения рядом с ним, и все. — понял, — он сделал какую-то пометку у себя в голове, выходя из комнаты и прощаясь попутно с ребятами. Те переглянулись и занялись своими делами. Когда Ли вышел из блока, проходя к нижнему этажу, прямиком в ту самую библиотеку, на то самое окно, он думал о многом. Он пережил столько трудностей, и только тогда в нем "заметили жажду крови", из-за которой ему получилось пробиться в главнокомандующего, а какому-то зрелом парню программисту получилось просто что-то накалякать в компьютере и прийти сюда без каких-то особых проблем. Он в огромной ярости, но нет смысла что-то говорить Джинену, ведь его даже не послушают. Отмахнутся, скажут, мол, не твоё дело и просто выполняй свои задачи, а другим своими тараканами голову не морочай. Он привык, но все ещё больно. Через полчаса его пребывания в библиотеке пришло новое уведомление на телефон — о Боги! Сам Хван Хенджин решил вспомнить про существование его партнёра спустя неделю и написать о чем-то. «сегодня к девяти часам вечера нужно быть на приватном мероприятии, там будет много представителей других организаций. Мне нужно твоё присутствие, ты же главнокомандующий, правая рука своего Пака.» — в сообщении почти не проскальзывали привычные нотки сарказма и заигрываний, что наводило на мысль, что сегодняшний вечер и впрямь довольно важен для него. «где проходит? И как мы встретимся и пройдём?» — Феликс и не пытался отказать напарнику, ведь посещение мероприятий ему не помешает, он мало выходил в свет. «центральная сторона ХХХ улицы, там и встретимся, по телефону я не буду сообщать деталей» На том и договорились. До предстоящей встречи оставалось ещё несколько часов, поэтому можно было вдоволь потренироваться, заодно на время забыть о том раздажающем новеньком. В зале был Джисон. Он сразу заметил чье-то присутствие, хотя Ликс обычно вообще звуков не издаёт. «почувствал все-таки присутствие» — в мыслях Ли был горд за своего друга, ведь тот мог так многим помочь банде в миссиях. Кстати о миссиях. Почему же Джинен уже продолжительное время не трогал его насчёт заданий? От него вообще ничего не слышно. Совершенно ни-че-го. Что ж, значит, можно пока не напрягаться и просто жить. Он проходит в раздевалку, дабы надеть спортивные шорты и широкую растянутую футболку (ему было абсолютно плевать на чужое о нем мнение), обуваясь и готовясь к предстоящей тренировке. Сегодня он не собирался слишком налегать на свое тело, силы понадобятся еще на мероприятии. Он проходит к своему другу, хлопая по плечу. Тот оборачивается, взглядом спрашивая его "что надо? Я занят." — хочу парную тренировку. Спарринг. Не против? — он ухмыльнулся, вспоминая старые времена, когда они дрались чуть ли не насмерть, но эти времена были одними из лучших в их крепкой дружбе, — или зассал? high enough — K.Flay — спрашиваешь тоже. Конечно не против, вспомним молодость, — они посмеялись, становясь на свои позиции. Где-то на трибунах сидел один парень, что смотрел на обоих, подмечая каждую деталь в движении. Хан рывком отрывается от земли, подбегая к Феликсу, но не захватывая или ударяя. Он бежит вокруг него, стараясь запутать своей скоростью и изворотливостью. Ли находит нужный момент для удара по голени, чтобы замедлить "противника". Ему это удаётся, на мгновение Джи приостанавливается, отпрыгивая подальше за спину Феликса, чтобы не находиться в зоне видимости. Ликс не оборачивается, ждёт дальнейших атак, но тихо. Он дёргается на звук где-то слева от него, но быстро подпрыгивает, не позволяя нижнему удару ногой пройтись по нему. Ответная атака летит мгновенно, но промах. Оба парня слишком хороши. Они тренировались годами, сдирая с ног кожу до мяса, пока пробегали километры на беговых полях, пока тренировались базовым движениям в технике самообороны перед одиночными врагами. Оба старались для самих себя, часто соревнуясь, тем самым сподвигая друг друга пытаться стать ещё лучше прежнего, не выйти за свои пределы, а расширить их. Быть опорой для ребят из отряда, для людей в банде, что верили в их главную защиту. Защиту, носящую имена Джисон и Феликс. Ли пытается попасть локтем в живот парня, но он уворачивается, крутясь на ногах в сторону, принимая позицию защитника. Очередь Феликса атаковать — он не бежит, а идёт спокойным шагом. Подмечает каждую мелочь в изученном теле и его слабостях, ища нужное место для удара. А Хан следит за чужим взглядом, стараясь понять, куда полетит удар. Ликс бегает взглядом, останавливаясь на шее, но хватаясь обеими руками вовсе не за неё, а за локти, закручивая руки за спиной. Джисон не медля ударяет пяткой по оголенной голени, ослабляя чужую хватку и высвобождая руки, перехватывая чужие. Теперь они поменялись местами — Хан стоит почти впритык к бедрам наклонившегося Феликса, пока тот начинает хихикать и выдергивать руки, показывая об окончании их шуточного боя. Оба немного запыхались, но счастливы вспомнить прошлое. Они любили иногда так "дурачиться" с друг другом, стараясь забыть о проблемной реальности, что давила на их плечи каждый день. Тот самый взгляд с трибун все ещё наблюдал. Они собирались заняться небольшой растяжкой, дабы расслабить мышцы и после этого уйти из спортивного зала. Сели на почти полный шпагат, наклоняясь на каждую ногу по очереди, задерживаясь на несколько секунд. Джисон считает до пяти, и они меняют сторону, также дожидаясь нужной цифры, чтобы наклониться корпусом вперёд. Феликсу не сложно, он раздвигает ноги ещё сильнее. Хану тоже не больно, он спокойно медленно двигает ноги шире, стараясь размять связки максимально хорошо. Оба поворачивают голову на тихий скрип двери сверху, со стороны сидений для отдыха. Им не послышалось? Да, Хан сразу заметил кого-то наверху, но даже не задумался, кто это может быть. — как думаешь, кто это? — он повернул голову к Ликсу, что сидел и смотрел на закрывшуюся дверь. — есть предположение. *** Уже через час нужно быть на месте встречи, а Феликс не мог найти ремень для костюма. Да где же он? Серьёзно? Он был в горшке из под цветка, что они выкинули ещё наверное недели три назад? О Боженька, да этот горшок же даже не помыли после земли. Ладно, нужно просто спокойно протереть ремень — он точно быстро высохнет, если сильно не мочить. Он сдерживает свой порыв великого трех этажного мата на соседей по блоку, молчаливо вытирая уже вымытый ремешок. Надевает весь комплект на себя, и понимает, какой же он ахеренный. Ему определённо подходили чёрные элегантные вещи, особенно когда они подчёркивали его фигуру. Уже садясь в машину и дожидаясь водителя, Феликс что-то печатает в телефоне, на что ответ приходит сразу же. «я тоже только выезжаю, не переживай» — ощущение, словно Хенджин старался успокоить себя, а не напарника. Ли не обратил на это много внимания, все ведь по разному реагируют на такие мероприятия. Водитель наконец садится на переднее сидение, несколько раз искренне извиняясь за то, что задержался и они тронулись. Дорога занимала примерно сорок минут езды, и за это время Феликс успел вздремнуть потому, что его всегда укачивает в долгих поездках. Он почти не волновался насчёт вечера, он хоть и редко выходил в свет, но это его не пугало никогда. Со временем, как он вступил в банду, его вообще мало что пугает. Как и договаривались, Хенджин ожидал напарника около входа, иногда кланяясь и вежливо здороваясь с пожилыми людьми, что говорили что-то охранникам почти на ухо, а затем пропадали за тёмными массивными дверями. Феликс выходит из машины и замирает на несколько секунд, что, кажется, длятся часы. Напротив него стоит Хван: высокий брюнет с волнистой укладкой волос, глаза слегка подведены тёмными тенями, он стоит в белом костюме, идеально подчеркивающим его плечи, а белые ленты такого же материала и цвета повязаны на талии, очерчивая её аккуратными линиями. Штаны слегка обтягивают, на ногах бежевые лакированные ботинки. Парень выглядит идеально. Сам Хенджин тоже оторопел: перед ним появился блондинистый парень, чуть ниже него по росту, в чёрном костюме с глубоким вырезом декольте, на талии красовался ремень, а подтянутые ноги обтягивали кожаные чёрные штаны. На голове немного не аккуратная укладка, волосы кудрявые, но это выглядит как произведение искусства. Хочется потрогать их. Они все ещё смотрели и пялились друг на друга, не осмеливаясь подойти. Первым пришёл в себя Ли. Спокойным шагом подошёл и поприветствовал напарника, спрашивая необходимые детали для сегодняшнего вечера. — главное, что нужно помнить — не верь никому из этих людей, даже официантам, держи свой бокал и тарелку при себе, оружие должно быть в лёгком для тебя доступе. Всё понял? — получив утвердительный кивок, он подошёл к охранникам массивного телосложения, шепча пароль: «смерть не причина». И кому в голову пришло поставить на код именно это? Распахиваются те самые огромные двери, яркий свет ударяет по глазам, внутри слышится живая музыка. За столами восседают важные люди от других организаций. Все пришедшие резко затихают, обращая свои взоры на двоих парней. Ликс молчаливо следует по пятам за Хенджином хвостиком, все присутствующие оборачиваются на молодых людей, шепча что-то. Они присаживаются за столиком в дальнем углу, чтобы попытаться привлекать поменьше постороннего внимания. Феликс решил осмотреться — в этом месте его напрягало абсолютно все. А в особенности такое внимание к ним. Абсолютно все наслышаны об Хване и Ликсе. Каждому известны поступки и заслуги. И все были очень поражены, когда их увидели вместе, не с враждующей атмосферой вокруг, а обычных спокойных посетителей мероприятия. Находясь уже за круглым столом, ожидая свои заказы, парни смотрели друг на друга. Хенджин был спокоен как удав, что не скажешь о Феликсе. Словами не описать как ему сейчас некомфортно, и он даже не может объяснить причину, ведь обычно излишнее внимание ему никогда не мешало, иногда наоборот тешило. Хван не задаёт вопросов, он понимает, ведь когда-то был точно таким же, только в возрасте 16 лет, тихим мальчишкой, что боялся даже взглянуть на других. Ли решил наконец отвести взгляд, оглядывая помещение и людей. Настораживало абсолютно все: подозрительно переглядывающиеся музыканты с некоторыми главарями, иногда поворачивающие головы на окна, украшение зала и еда. Он пытался хоть немного намекнуть брюнету о том, что что-то здесь точно не чисто, и ему очень сильно кажется, что сегодня что-то произойдёт. Хендж на это лишь приложил палец к чужим губам, немного хмуря брови. — я знаю. Молчи, здесь слышно абсолютно все, что ты скажешь, десятки камер следят именно за каждым нашим действием. Я все прекрасно вижу, поэтому просто будь наготове, а ещё лучше, держи связь с бандой, — он случайно дотрагивается губами до мочки уха, от чего мурашки остались в том месте. Kim petras Первый выстрел прозвучал неожиданно, где-то в стороне второго этажа, вверх по лестнице, где было ещё одно огромное помещение. Некоторые начали кричать, но те, что молча переговаривались с исполнителями музыки, сидели совершенно спокойными, выпивая свои дорогие напитки. По их лицам не скажешь, что сейчас где-то убили уже больше десятка людей. Феликс смотрит на Хвана, и уже на первом этаже, в главном секторе кто-то тоже начинает стрелять, благо у парней было с собой оружие. Они без травм пробираются до какого-то маленького помещения, дверь которого была заставлена коробками и искусственными цветами. Здесь их вряд-ли будут искать, поэтому стоит просто спрятаться и вызвать подмогу из их банд. Внутри темно и тесно, парни вжимаются в самих себя насколько это возможно, не избегая касаний. Места, где встречались тела, горят. Хенджин дышит куда-то в грудь Ликсу, а блондин почти уткнулся в заднюю часть согнутой чужой шеи, опаляя её своим прерывистым горячим дыханием. Им неудобно, но они молчат об этом. Их эти действия и вздохи начинают возбуждать, но они снова молчат об этом. Феликс не может больше выдерживать этой сладкой (и не очень) пытки. — я не могу ждать. Я пойду и проверю этот зал, есть ли выжившие, и попробую определить, из чего стреляли, — он очень тихо открывает маленькую даже для него дверь, выглядывая. Пусто. Выстрелы ещё слышны в других крыльях здания и на верхних этажах, здесь тихо. На полу лежат тела, и что-то очень сильно настораживает Ли. Точно! Кровь! Где она? От выстрелов из любого пистолета или автомата будет месиво из алой жижи, а многие посетители лежат с открытыми стеклянными глазами, с полным отсутствием крови даже в ране. Что за бред? Он подкрадывается к первой попавшейся женщине, у которой рана была в животе и груди, в районе сердца. Он смотрит долго, потом пытается достать пулю, но что-то в его разуме щёлкает, и он отбегает подальше от всех лежащих, идя к той двери. Довольно тихий писк какого-то механизма и все "умершие" утопают в собственной крови. Их тела слегка приподнимаются от силы внутреннего взрыва, после чего начинают содрогаться в судорогах, глаза лезут на лбы, кто-то пытается стонать, но тщетно — тела разорваны на части, чаще всего в районе живота, головы и груди. Феликс хмурится, что-то пытаясь вспомнить у себя в голове. Тихо щелкая непроизвольно пальцем, он крадётся к брюнету. — я не знаю какой черт здесь появился, но у нас огромные проблемы. В людей стреляли специально разработанным оружием, оно было изготовлено в Китае ещё года два назад. Когда пуля этого пистолета попадает в тело, специальный механизм начинает запускаться, идёт отсчёт до внутреннего взрыва. Люди не мертвы до тех пор, пока их кровь не выйдет наружу. А так, она копится минутами в ране, а иногда и во всем теле пузырем, словно лопаясь после тихого щелчка. Эти гады, что явились сюда с этой хренью ещё пожалеют о том, что вообще попытались что-то сделать, — он оглядывает помещение вновь, сильно хмуря брови. Ему не нравится то, что про это оружие спустя год вспомнили, хотя сами разработчики решили, что не будут его выпускать. Для них это было слишком рискованно. В глазах всплыл образ отца, весь в крови, и стало плохо. Голова закружилась, ноги начали подкашиваться, поэтому пришлось опереться об подставленное плечо поддержки Хенджина. Тот не смотрел в его сторону, он думал над полученной информацией и что им вообще получится сделать. В голове появилась идея, он достал телефон и снова позвонил своим отрядам, чтобы те взяли что-то, что он назвал "хана им всем". Через несколько долгих, как показалось, минут, наконец приехали воины обоих парней. Джисон подбежал к другу, оглядывая его с ног до головы, спрашивая про ранения или ещё какие-то полученные травмы. Хендж на это закатывал глаза, мол, младший выглядел как мамочка. Феликс не обращал внимания на словесные перепалки, его волновало то, что он снова начал видеть свое ужасное прошлое. Они пробрались в тот зал, где все началось. Музыканты больше не выглядели доброжелательно, держа в руках те самые пистолеты, оглядывая пространство вокруг. По этажам бегали охранники, ища выживших, поэтому иногда были слышны выстрелы в разных сторонах ресторана. Феликс был зол. Ему была ненавистна мысль о том, что эти люди не могут провести какие-то мероприятия в нормальной, хотя бы относительно мирной обстановке, и каждый раз выкручиваться приходится именно им. Нужно как-то одолеть этих людей, не получив ни одного ранения, иначе все будет бесполезно. Уже бесполезно. Хван что-то шепчет своим солдатам, те достают три автомата и ещё несколько необычных на вид пистолетов. Автоматы достаются Ли, Хану и Хенджину. — они выглядят.. Необычно. В чем особенность? — Джи смотрит на брюнета. — в них заложен тот самый наркотик, из-за которого ваш многоуважаемый Пак пытался меня убить. Глаза у всего отряда Феликса округлились. Да, ситуация экстренная, но Хван реально доверил им свое секретное оружие? Быстро выглядывая из-за ограждения в виде перевернутого стола, Ликс целится, стреляет. Автомат непрерывной дробью выплевывает пули в противников парней, обездвиживая за считанные секунды. Люди жмурятся от боли, почти кричат, но на это нет сил. Остальные не отстают, ища остальных людей. Где-то сверху в тени проскользнула чья-то мужская фигура, исчезая из здания. Джисон хмурится. Не нравится ему это. Они расправились довольно быстро со всеми, везде валялись умершие или умирающие враги. Ли не выдерживает и бежит к Хенджину, прыгая на него, впиваясь в пухлые губы. Он переволновался за свой отряд и самого Хвана, эмоции рвут его на части.