Сохрани свое сердце

– Магия может принимать разные формы. – Якуб протянул руку над свечой и на кончике фитиля загорелся фиолетовый огонек. – Проще всего создать пламя – высвободить энергию, живущую внутри вас. Освоите это, и с другими заклинаниями проблем не возникнет. В башне царил сумрак, но даже в нем можно было разглядеть, как восторженно горят глаза вчерашних детей. Еще бы, два месяца беспрерывной учебы, и им наконец-то покажут настоящую магию. Якуб прекрасно помнил себя в этот момент. – У каждого мага свой цвет пламени, – он занес руку над следующей свечой, и яркое-синий лепесток заплясал, оплавляя воск, – Он не зависит от вашего мастерства или врожденных способностей. Следующая свеча замерцала бледным голубым огоньком, то и дело перетекающим в зеленый. – Вы можете выбрать любой. Желтый, как первоцвет. Оранжевый. Ярко-красный, почти такой же, как у Лессы. – Но обычно, мы выбираем тот спектр, в котором нам удобнее концентрироваться. Можете сколько угодно притворяться, но своей сути вам не изменить. Якуб быстро взмахнул рукой и пламя погасло. – Сейчас каждый из вас возьмет по свече и зажжет ее. Вы пробудете здесь столько времени, сколько потребуется для этого. Не меньше. Научитесь чувствовать силу и управлять ей, только так можно стать магом. Дети потянулись за свечами. Якуб уже давно, и почти безошибочно, научился определять то, что из этого в конце концов получится. Мальчишка, схвативший самую высокую свечу и почти сразу переломивший ее – красный. Сосредоточенная девочка, ухватившаяся поближе к верхушке и, казалось, прожигающая свечу взглядом – зеленый. Парочка оранжевых, уже сейчас пытающихся вычертить над свечой какие-то руны. Все это, по большому счету, не имело никакого значения. Да, маги, колдовавшие в красном спектре, обычно обладали большим источником магии, но это сполна компенсировалось их неусидчивостью, желанием быть везде и сразу. Как и в любом деле, труд и упорство приносили большие плоды, чем врожденный дар. Первый огонек – синий, почти уходящий в фиолетовый – загорелся у девчонки, жавшейся к стене. Правда свеча лопнула по середине и теперь плавилась, заливая пальцы воском. – Молодец. А теперь забери магию назад и зажги как положено. Красный огонек вспыхнул у одного из мальчишек, отчаянно махавшего руками над своей свечой. Тоже не плохо. Ярко-зеленый. Почти оранжевый. Якуб любовался, мысленно отмечая тех, кто мог бы чего-то добиться. – Учитель. – Вражик приветственно поклонился. – Ааа… Вражик. – маг кивнул в ответ, – Помнишь свою свечу? – Конечно, учитель. Такое сложно было забыть. В какой-то момент ему показалось, что огонь не появится никогда и он навечно останется в этой башне. – Да… Такой сосредоточенный и упрямый мальчишка, – Якуб оглянулся на ученика, борясь с желанием потрепать его по голове, и с улыбкой добавил, – Ничего не изменилось. Лучше приглядись вон к той девочке, уверен, будет хорошая зеленая свеча, и вон тот голубой огонек, как раз твой профиль. – Хорошо, учитель, но… Якуб недовольно махнул рукой. – Перестань, года через два тебе позволят наставлять своих адептов, как раз эта мелюзга подрастет. Я бы поставил вон на того: сломал свечу, склеил и уже зажечь успел. Исправлять ошибки не менее важно, чем совершать их. Вражик промолчал, не зная, принимать ли эти слова на свой счет. За время их разговора зажглось еще три огонька, оба синие, едва-едва не гаснущие на ветру. – Проследи тут за ними, а потом выпроводи к Роже, пусть выучат какое-нибудь простенькое заклинание. – Светлячка? – Можно и светлячка. Архимаг согласно кивнул, поворачиваясь к двери. – Зеленый! Фу-у, можно переколдовать? – Я хотел синий. Желтый, как у девчонки! Вражик усмехнулся. Сколько он помнил себя, первогодки еще несколько месяцев обсуждали, чей цвет лучше. Лесса и та проплакала всю ночь, потому что хотела фиолетовый, как у отца. Ничего не менялось в академии, и он искренне надеялся, что не изменится никогда.