.Танцуй.

POV Кай       А сейчас я зачарованно смотрел, как она танцевала на песке при лунном свете и не мог отвести взгляда. Сона вызывала бешеный восторг и лёгкость. В разговоре с ней мне не нужно было подбирать правильные слова, она вела себя непринуждённо и свободно. Мы вместе смеялись над дурацкими шутками и серьёзно рассуждали о смысле жизни. С ней было очень комфортно.       А это манящее красное платье с тонкими бретельками. Я соврал тогда ей в аэропорту: у меня особая любовь к красному цвету, и да, в красном я чертовски привлекателен.       Мои руки пропитались запахом миндаля, которым пахла Сона. Он словно проник под мою кожу вперемешку с терпким запахом виски, который пила девушка. Я редко видел, чтобы эти милые создания употребляли такие крепкие напитки. А Сона была похожа на Демона с лицом Ангела. Она была вкусной и тягучей, как мёд и эти глаза...       Рука коснулась подушки. Словно это был сон....Чёрт, по утрам встаёт не только солнце... POV Сона       Первый раз я побывала в Италии ещё ребёнком, и моя любовь пустила корни в эту удивительную страну. Я человек мегаполиса, но иногда душа скучала по витиеватым дорожкам, вьющимся меж милых и аутентичных улочек, по искренним улыбкам хозяев в прибрежных кафе и сумасшедшим танцам на песке.       Душа наполнялась гармонией и спокойствием, когда мой взор падал на уютные бухты и белоснежные пляжи. Я отличалась от своей семьи и друзей. Сколько себя помню, я всегда любила время наедине с собой. Но, когда я уезжала на отдых одна, никто этого не понимал. Мне было в кайф одной: я ни от кого не зависела, и проводила время так, как хотелось мне.       Я забронировала столик на вечер в лучшем ресторане города с милым названием «Trioni», который располагался на главной площади в старом римском доме, сохранившим остатки мозаики на полу, и где подавали потрясающую средиземноморскую кухню.       Гуляла по старому городу и наслаждалась погодой: в обычной футболке с выцветшим принтом группы AC/DC, синих джинсовых шортах и незаменимых кроссовках. Перед самой поездкой я обрезала свои длинные волосы и кайфовала от удлинённого каре. Девочка-подросток смотрел на меня в зеркале.       - Сона! - я услышала, как меня кто-то зовёт.       Передо мной стоял Мистер Грэй собственной персоной. Лениво поправляя солнечные очки на носу, он помахал мне рукой и ярко улыбнулся.       - Господи, ненавижу жару. Ты ещё не растаяла под таким солнцем?       - Я не мороженое, чтобы таять, - дерзость так и сквозила от меня, хотя причины для этого не было.       - Садись в машину, пообедаем. И быстрее давай, - лениво ответил молодой человек.       - Может ты мне дверь откроешь? Или тебя не учили манерам?       - А тебя не учили быть скромной?       - Извини, это не про меня.       Мистер Грэй неспеша подошёл ко мне, сосредоточенно разглядывая моё лицо, и наклонившись за спину, прошептал:       - Я заметил.       И тут я поняла, почему так себя чувствовала. Потому что последние полгода я бежала от самой себя. Потеряв себя без танцев, я ничего не хотела от этого мира. Но эти два дня... Я, сама того не замечая, хотела этого мужчину: от него веяло сексуальностью и желанием. Он стоял передо мной, и я плевала, что мы совсем не знакомы. Для безумной близости и родства душ неважно, что было бы наутро после совместной ночи, важно было бы только то, что я была в ним в моменте...       Белоснежная рубашка, застёгнутая наполовину, будоражила мои мысли, потому что я прекрасно помнила тело Мистера Грэя. Я чувствовала, как кровь начинала прилипать к моему лицу, поэтому я лихо увернулась в сторону и села в машину.       За обедом мы мило общались, обсуждая разные темы, и со стороны были похожи на старых друзей - никто бы не догадался, что несколько часов назад мы были страстными любовниками.       Было бы страшным преступлением провести вечер в одиночестве, поэтому я пригласила мистера Грэя на ужин в "Trioni" и в том, что он согласится, не было сомнений.       До ужина оставалось несколько часов, я приняла душ и улеглась на кровать. Пальцы скользили по экрану телефона и остановились на папке, в которую я не давно не заглядывала. При виде фото с репетиций, видео моих выступлений, фотосессии с турниров, я не смогла сдержать слёз и просто разревелась. Я сидела на полу и рыдала, поддаваясь порыву станцевать. Во мне проснулась жгучая жадность. Я хотела вновь ощутить состояние невесомости, паря над землёй. Я громко включила музыку, и пошло все к чёрту, даже если мне снова будет больно.       Я танцевала по-настоящему, чувствуя музыку в своём непослушном теле, полностью отдаваясь, как раньше, отдавая и вкладывая себя в танец. Кружила по номеру, извиваясь, как горный серпантин, и, не удержав равновесие, рухнула на пол. Я лежала и задыхалась слезами, понимая, что никогда больше так не смогу. Внутри меня была такая боль, что вырывала сердце из груди...       Сквозь боль и слёзы я увидела обеспокоенного Мистера Грэя. Он подлетел ко мне, аккуратно подхватил и уложил на кровать рядом с собой. Он гладил мои волосы и волновался за меня. За окном я услышала, как начался дождь, в номере погас свет и лишь звуки саксофона были слышны с набережной.       И только столик в ресторане ждал нас.