С кем хочется проснуться

      Элизабет быстро перебежала дорогу и направилась ко главному входу в небоскрёб. Поднимаясь по лестнице, она улыбалась, представляя себе реакцию Витто на её неожиданное вторжение. Эту ночь девушка провела в квартире, накануне пришлось сильно задержаться в редакции, доводя статью до идеала.       Зайдя в просторный вестибюль, она оказалась в гуще людей, снующих в разные стороны, переговаривающихся, спешащих по важным делам. В воздухе витал приятный аромат, окинув помещение рассеянным взглядом, она обнаружила его источник — большие вазы с цветочными композициями возвышались возле информационной стойки, стены украшали фотографии строительства небоскрёба и картины в тонких рамах. Только оглядевшись, она осознала, что не знает, где именно находится офис Витто.       Процокав каблучками через весь холл, Элизабет наклонилась к девушке за стойкой и тихо произнесла:       — Мне назначена встреча в офисе мистера Пьюзо, но я забыла этаж.       — Сорок пятый этаж, направо, — девушка даже не подняла головы.       Выйдя из лифта, следуя указаниям, она повернула направо и увидела массивную дверь безо всякой таблички. Решительно толкнув её, Элизабет попала в приёмную. Мягкий на вид кожаный диван, высокая вешалка для одежды, шкафы вдоль стен, обшитых деревянными панелями, всё выглядело добротным и дорогим. Секретарша, сидевшая за полированным столом, заваленном бумагами, вопросительно подняла брови, глядя на Элизабет.       — Вы что-то хотели?       — Мистер Пьюзо у себя?       — Да, но он никого не принимает.       Проигнорировав её слова, Элизабет быстро подошла к двери кабинета и распахнула её. Секретарь подскочила на стуле:       — Мисс, что вы делаете? — но было уже поздно, Элизабет зашла внутрь.       Увидев её, Витторио привстал со своего кресла.       — Всё в порядке, Роуз, — он кивнул секретарше, появившейся на пороге, и та с недовольным лицом отступила, плотно прикрыв за собой дверь.       Проводив девушку взглядом, Элизабет щёлкнула замком. Затем медленно повернулась к Витто. Тот уже уселся обратно, с интересом глядя на неё. Откинувшись на спинку удобного кресла, он всё ещё держал в руках какую-то бумагу.       — Неожиданный визит. Мисс Колвин, у нас назначена встреча?       Она пожала плечами, направилась к нему, на ходу расстегивая пальто.       — У вас со мной нет, а у меня с вами да.       Витторио отложил бумаги, лёгкая улыбка тронула губы.       — Мистер Пьюзо, у вас очень красивая секретарша.       — Все мои секретарши очень красивы.       — Вот как? — Она понизила голос. — И всех их вы представляете в своих грязных фантазиях?       Он склонил голову чуть на бок, дотронулся до нижний губы.       — Не всех, мисс Колвин, далеко не всех.       Элизабет сняла пальто и бросила на кресло перед столом, туда же полетели шляпка с перчатками. Витто приподнял одну бровь. Взгляд заскользил снизу-вверх по стройным ногам, выше, к бедрам, талии, высокой груди. На ней было розовое платье, вышитое белой ниткой, которое скрывало всё. Но в сочетании с её взглядом, в котором было что-то, что заставило его кровь быстрее побежать по венам… Его воображение вдруг разыгралось. Мужчина сглотнул.       Элизабет обошла стол и остановилась вплотную к нему. Он вопросительно посмотрел на неё.       — Можете дотронуться, мистер Пьюзо.       Его не надо было долго уговаривать, мужские руки тут же легли на ягодицы, притягивая её к себе на колени, вынуждая сесть верхом. Элизабет довольно улыбнулась, ей нравилось, что он так быстро завёлся, принял её игру.       Она потянула за чёрный шелковый галстук, плотно обхватывающий шею, Витто пришлось оторваться от спинки кресла навстречу ей, вдохнуть её аромат полной грудью. Он не сводил тяжёлого взгляда с алых губ. Девушка наклонилась к его лицу, он потянулся было к ней, но Элизабет недовольно зацокала. Мужчина вздохнул, но подчинился, ожидая, что будет дальше. Она поцеловала уголок губ, провела носом по щеке, очертила языком скулу, прошлась россыпью легких поцелуев к уху, прикусила мочку. Витто довольно замычал. Элизабет легко дёрнула за галстук, выдохнула в шею, тут же целуя кожу по челюстью. Витто не шевелился, затаив дыхание, полностью отдавшись на волю её нежных прикосновений. Она запустила пальцы в мягкие волосы на затылке, перебирая их, потом слегка потянула. Ведомый её рукой, он немного откинул голову. Элизабет привстала на коленях и коснулась его губ. Витто моментально перехватил инициативу, впиваясь в её рот, закрывая его жадным поцелуем, гася любое возможное возражение. Она пылко отвечала, ныряя языком вглубь рта, сжимая его своими бедрами, прижимаясь грудью.       Разорвав поцелуй, она выдохнула в раскрытые губы:       — Окунёмся в ваши фантазии, босс? — Элизабет откинулась назад, с ухмылкой глядя на мужчину. Соскользнув с него, она опустилась на колени, ловко расстегнула пуговицы на штанах и высвободила налитый член.       Витто, следя за каждым её действием, шумно дышал, сходя с ума. Внезапная мысль о том, что ещё тогда, когда она работала у него, и между ними ничего не было, она знала, о чем он думает, легко считывала все его желания, заставила покраснеть.       — Неужели всё было так очевидно? — простонал он.       Стиснув зубы, он впитывал глазами то, как её губы обхватывают член, плотно сжимая, как она ритмично качает головой, не выпуская его из влажного рта, втягивая щеки. Он глухо стонал, чувствуя движения языка. Тяжелая рука легла на затылок Элизабет, пальцы запутались в мягких прядях. Он не решался ускорить её, потому что и так было безумно хорошо. Жидкий огонь промчался по венам, когда она быстро выпустила его и, подняв потемневший взгляд, прошлась языком от основания до самой головки.       Витто рывком поднял её на ноги, повернул и уложил животом на стол. Разведя ноги, встал между них, одним движением задрал подол платья. Он резко вошёл, заполняя сразу полностью, до предела. Она подавилась стоном, пытаясь не быть слишком громкой. Витто сразу взял быстрый темп, задвигал бедрами, крепко удерживая её в руках. Тяжелый стол под ними поскрипывал от каждого его толчка. Элизабет пыталась уцепиться за столешницу, роняя что-то на пол.       Движение за движением, она погружалась в бездну удовольствия, коротко всхлипывая. Полная зависимость от него в этот момент сводила её с ума. Он наклонился к лицу, придавив тяжестью своего тела, горячий шёпот обжёг кожу:       — В моих фантазиях ты всегда кричала, Элизабет. Не сдерживайся.       — Но… Роуз… я не могу, — она еле смогла собрать себя, чтобы ответить.       Между ног нарастала волна удовольствия, заставляя их мелко дрожать.       — Плевать на Роуз, Лиз, — он приподнял её голову, впился в раскрытые губы поцелуем.       Яркое, острое наслаждение пронзило всё тело, Элизабет выгнула спину, громко застонав ему в рот.       — Вот так, Лиз, вот так, — он прижался к ней лицом, кончая, с хриплым выдохом.       Спустя несколько минут Витто, как ни в чём не бывало, привычно расположился в широком кресле. Он невозмутимо осматривал беспорядок на столе и валяющиеся на полу бумаги.       Элизабет, глядя на своё раскрасневшееся отражение в стеклянной дверке шкафа, поправляла шляпку. Мужчина щёлкнул портсигаром, доставая сигарету.       — Так чем я обязан такому внезапному…хм-кхм…визиту?       Она мягко улыбнулась, бросив на него короткий взгляд. В глазах промелькнуло что-то, он не успел уловить что именно. Мужчина подался вперёд, внимательно глядя на её лицо.       — Я слишком много работала последнее время и просто соскучилась.       Витто упёрся подбородком в сжатый кулак, пытливо смотря на Элизабет.       — Ты ничего не хочешь мне сказать?       Девушка была уже в дверях. Она щёлкнула замком, помедлила на пороге, смотря ему в глаза. Потом махнула головой:       — Нет, Витто, ничего. Увидимся вечером.       Приехав на работу, она сразу прошла за свой стол, упала на жёсткое сиденье стула и сжала голову ладонями. Почему она ничего ему не сказала? Откуда это животное чувство страха? В последнее время он не давал никаких поводов сомневаться в себе, так почему она повела себя так по-идиотски. Элизабет тяжело вздохнула.       В редакции всё было как обычно — суета, дребезжание телефонов, выкрики коллег. Погрузившись в привычную атмосферу, она занялась расшифровкой последнего интервью. Спустя некоторое время дверь в кабинет главного редактора открылась, и звучный голос Джонсона, перекрывающий обычный офисный гул, прорычал:       — Колвин, быстро ко мне.       Элизабет подскочила со стула и быстро прошла в кабинет редактора. Тот ждал её, опираясь на стол, скрестив ноги. Было довольно неожиданно видеть такое суровое выражение на обычно добродушном лице. Она нервно поправила ворот платья. Джонсон коснулся очков на переносице и, достав какую-то записку из кипы бумаг, произнёс:       — Утром мне позвонила прокурор Бозман, она не смогла связаться с вами. Хотела добавить кое-какие сведения о семье Энзо. — Внутри всё оборвалось, пальцы моментально заледенели. — Что за семья Энзо, и почему я не в курсе?       Девушка, нервничая и путаясь, промямлила что-то насчёт забывчивости, нервной атмосфере, в которой готовилась статья. Редактор прервал её излияния нетерпеливым жестом:       — Несите сюда эти документы, придётся быстро править статью. Это резонансный материал, Элизабет, уж вы то должны понимать. Всё должно быть безупречно. Статья выходит уже завтра, а нам придётся буквально на коленке вносить новые сведения!       Элизабет на ватных ногах вышла из кабинета и зашагала к своему столу. Открыв ящик, она достала конверт Бозман. Казалось, он весит как огромный талмуд. Она тупо уставилась на бумаги. Витто убьет её. Паника поднималась огромной волной жара от живота к груди, к шее. Она вдруг почувствовала, что задыхается. Кровь стучала в ушах, заглушая все звуки вокруг. Девушка схватилась за горло. Взгляд упал на флакон таблеток в ящике, достав пару штук, она проглотила их, не запивая.       — Колвин! — снова нетерпеливый выкрик.       Элизабет подняла конверт, ставший свинцовым, и на негнущихся ногах направилась в кабинет главного редактора.

***

      Поздним вечером того же дня Элизабет мерила гостиную в доме Витто торопливыми шагами. Она не знала, когда он вернётся, но твёрдо решила дождаться его. Схватив со столика возле стены бутылку с виски, она налила себе немного и выпила одним глотком. Горло обожгло, в груди разлилось желанное тепло. Она устало упала в кресло, закрыв ладонями лицо. Тело начало лихорадить — как он отреагирует, когда она всё выложит? У неё не было совершенно никаких предположений на этот счёт.       Горлышко бутылки вновь звякнуло о стакан. Элизабет пила мелкими глотками, пытаясь унять панический бег мыслей, молясь о том, чтобы алкоголь принёс с собой долгожданное расслабление и очистил мозг от страха неизвестности, пронизывающего всё её существо.       Когда Витторио вернулся домой поздней ночью, он нашёл её спящей в кресле, пальцы всё ещё сжимали тяжёлый бокал. Осторожно убрав его, мужчина подхватил Элизабет на руки и отнёс в постель. Она что-то пробормотала, схватила его за руку, не желая отпускать даже во сне. Витто сел рядом, убрал волосы, упавшие на лицо, нежно провёл по щеке.       С ней явно что-то происходило, и он не понимал что. Он смог распознать то мимолётное чувство, которое возникло у него, когда она уходила утром. Элизабет боялась его, но почему? Что она скрывала? Он пытался вспомнить, говорил ли что-то, что могло напугать, но ничего не приходило на ум. Последние недели он старался как мог, но, похоже, этого было недостаточно. В конце концов, он решил, что утром никуда не отпустит её, не выяснив причину странного поведения.       Телефон всё трезвонил и трезвонил, разрывая сонную тишину, выдёргивая из безмятежного сна. Витто нехотя открыл глаза, потянулся. Элизабет ещё спала, по-детски подложив ладонь под щёку.       Мужчина поднялся с постели, взял со стула халат и, накидывая его на ходу, поспешил в кабинет.       — Витто, ты читал утренний выпуск «Нью-Йорк Дэйли»?       — Нет, что там? — он не сразу сообразил, что Нино говорит о газете, где работала Элизабет.       — Кхм… прочти лучше сам, — Витто напрягся, Риччи никогда не отличался излишней болтливостью, но вместе с тем, если уж начинал говорить, то обычно договаривал.       — Чувствую, утро нужно начать с кофе с виски.       — Да, не помешает, — отозвался голос в трубке.       Спустя полчаса Витто смотрел, как Элизабет заходит в столовую. Он уже успел погасить первый приступ бешенства после прочтения статьи и сейчас был почти спокоен. Она тихо вошла, опустилась на своё место за столом. Взгляд не бегал, но глаза были красными. Мужчина поджал губы. Она вымученно улыбнулась, когда увидела его руку, лежавшую на свежем номере газеты.       — Уже прочёл?       Он утвердительно кивнул.       Элизабет вдруг расправила плечи, смотря прямо на него, не пряча глаза, даже с некоторым вызовом. Складывалось впечатление, что кто-то разжал невидимую пружину и она расслабилась, приняла ситуацию как есть. Витто понял, что она примет любое его решение.       — Я вчера хотела дождаться, рассказать тебе всё.       — И что помешало?       — Твой виски и мой страх. Я так устала бояться, что мне уже всё равно.       Маленькая ложечка звякнула о кофейную чашку, когда она добавила сахар.       — Так чего же ты боишься? Я в сотый раз говорю тебе, что я никогда не причиню тебе вреда.       Она обхватила кружку, грея ладони об неё. Прикрыла глаза, шумно вдохнув.       — Наверное, я всё ещё не уверена в этом.       Мужской взгляд скользнул по ней, перейдя на экономку, вошедшую с завтраком для Элизабет.       — Мэри, пригласите сюда Алиду.       — Кухарку? Зачем, — Элизабет не понимала, к чему он клонит. Витто молчал.       Через несколько минут в столовую вошла Алида, женщина средних лет, давно работавшая в доме Витто.       — Тебе нравится завтрак, Лиззи? Всё вкусно?       — Да, как и всегда… — вообще, она не смогла проглотить ни кусочка, но кухарку обижать не хотелось.       — Алида, расскажите мисс Колвин, почему вы уехали из Италии?       Кухарка, запинаясь, поведала историю о том, как после войны в её родной город вернулись солдаты. Каждый считал себя вправе праздновать победу как хочет. Алиде не повезло приглянуться одному из тех, кто не считал женщин за людей и в то же время изголодался по их вниманию. Голос кухарки дрожал, руки комкали фартук. Она умоляюще взглянула на Витторио. Тот кивнул женщине:       — Идите, Алида, всё порядке.       Та быстро вышла из столовой, оставляя хозяев одних.       — Я думаю, ты догадываешься, что было дальше. Он изнасиловал её, и она прирезала его. Правильно сделала, по моему мнению. Но суд решил иначе. — Элизабет молча слушала рассказ, кусая губы. Мужчина продолжал. — Алиду осудили. Каким-то чудом ей удалось попасть на корабль, идущий в Америку, и если бы не мистер Левит, её отправили бы обратно. Как думаешь, какая жизнь ожидала бы её на родине?       Девушка не смотрела на Витто, уставившись в чашку с давно остывшим кофе. Витторио поднялся со своего места и не спеша подошёл к Элизабет.       — У всего есть две стороны, Лиззи. И тебе нужно, наконец, выбрать, на чьей стороне ты.       Она подняла на него взгляд, взялась за ладонь, тихо проговорила:       — Я не хотела писать про Тотто Энзо, Витто. Мне навязали кусок про него в последнюю минуту, я ничего не смогла сделать. Поверь мне…       — Теперь уже неважно, Лиз. Мы были партнёрами с семьей Энзо. Думаешь, они поверят, что я ничего не знал? Меня ждёт много неприятных минут. Я даже больше скажу, своими действиями ты подвергла нас обоих смертельной опасности.       Она кивнула, произнесла чуть более уверенно:       — Но про Левита я бы написала в любом случае. Считай это компромиссом.       Он высвободил руку, внимательно посмотрел ей в глаза.       — Вчерашний визит в мой офис тоже связан с твоей статьей?       — Отчасти да, — она не стала юлить.       — Жаль, — безразличный тон Витто окончательно доконал её. По бледным щекам заструились слёзы.       Мужчина покачал головой и направился к выходу из комнаты.