Разделённые. Книга первая

            — Надо напасть на него — и дело с концом, — спокойно сказал Рафаэль, выслушав. И ответил на удивлённые взгляды Леонардо и Донателло. — Напасть на этого японца. Посмотреть, как он отреагирует. Если приедет какая-нибудь платная служба охраны — это одно. Если понаедут федералы — другое. А может, нам повезёт, и он спустит на нас клан Фут. Тогда всё сразу встанет на свои места.       — Сомнительное везение, — сухо обронил Донателло.       — Может, и так, но я с Рафом полностью согласен, — отозвался Микеланджело серьёзно. — Да, мы рискуем вляпаться по самые помидорки, но зато будет очевидно, кто именно «крышует» Ороку Саки и насколько нам нужно брать его в расчет. Или не брать. Может, его доченька действует сама по себе.       — Ага, а батяня и не в курсах, что она выкрала суперсекретную сыворотку из-под носа у всего мира и успешно отравила ею тайную военную базу, доведя бездну народа до смертоубийства, — скептично заметил Рафаэль. — Да ты шутник!       — Да, глупо как-то прозвучало, — Майки невесело хмыкнул. — Ладно. Вы как? Согласны, не?       Донателло неопределённо пожал плечами. Леонардо хмурился, глядя на задиристых коллег. Идея ему не нравилась. Они уже устроили одну ненужную провокацию. При том, что должны были действовать тайно — от начала операции и до самого её конца. Умудрились так громко заявить о своём появлении на материке, что до сих пор спецслужбы заминали их триумфальный выход. Сейчас получалась почти такая же ситуация. Вот, допустим, ворвутся они в транспортную компанию Ороку Саки, наведут там бардак — и что дальше? Кто бы ни устранял всё, что они учинят, этот поступок будет иметь однозначные последствия. Они снова засветятся, и снова очень невыгодно.       — Я против, — спокойно сказал Леонардо. — Необдуманное предложение, Рафаэль. Если ты хоть немного пофантазируешь о результатах, сам поймёшь. Нужно ждать.       — Ждать чего? — Микеланджело прищурился. — Когда они снова нападут? Ждать, пока ещё тысяча людей перебьёт друг друга? Или что эта самая тысяча, обезумевшая, вырвется на улицы города? Чего ждать, Лео? Может быть, ещё не поздно предотвратить повторные нападения, а ты предлагаешь нам просто отсидеться?       — В чем-то я с ним согласен, — вступился за напарника Донателло. — Перед нами поставили другую задачу. Не наводить порядок на планете, а вычислить клан Фут и заполучить обратно сыворотку. Бегая по городам и нападая на всех японцев, которые нам встретятся, мы едва ли приблизимся к цели.       — Ты же сам установил, что между ними есть связь! — воскликнул Рафаэль.       — Да, установил. Но напрашивается вполне резонный и глубокомысленный вопрос.       — Какой? — Майки усмехнулся.       — И?       Раф хрипло, лающе рассмеялся. Качнул головой, кажется, впервые признавая наличие у гениального мутанта хотя бы задатков чувства юмора. Микеланджело изогнул надбровные дуги, а Леонардо ждал. Он понимал, что Донателло не шутит. Просто не считает необходимым продолжать дискуссию. Всё было яснее ясного. Но Рафаэль продолжал настаивать. Отсмеявшись, заметил:       — Мы не можем просто сидеть и ждать, когда хоть что-нибудь произойдёт. Последствия этого самого «чего-нибудь» могут быть совершенно непредсказуемыми.       — Здесь согласен, — кивнул Донателло. — Но я всё-таки предлагаю не устаивать диверсию. Мы можем провести проверку, установить слежку за Ороку Саки и его дочерью Карай. Предлагаю для начала самое простое. Проберёмся на склады сначала одной компании, потом второй. Лично досмотрим, что за груз расходится из ангаров. Если обнаружим следы сыворотки, тогда уже будем действовать по обстоятельствам. Все лучше, чем кидаться в драку очертя голову.       — На складах ничего не будет, — спокойно возразил Леонардо. — Вы невнимательно отнеслись к уже имеющейся у нас информации. В продуктах питания и воде сыворотка очень быстро растворяется без следа. Возможно, это влияет и на её действие. Поэтому разливать её, например, в канистры и держать на складе, а после развозить по каким-то конечным точкам — не имеет смысла. Если на складах есть канистры, то с чистой водой. Если есть ящики с провиантом, то наверняка без примесей.       — Это мы упустили, — Рафаэль прищёлкнул пальцами, кивнув. — И это ещё раз доказывает, что я прав. Незачем расшаркиваться и искать следы по складам. Нужно действовать смелее. Прижмём японца к стенке — что, неужели не расколется?       — Не расколется, — возразил Леонардо. — Ты плохо понимаешь, с кем имеешь дело.       — Тогда давайте нальём чайку, напечём плюшек — и сядем мило беседовать и ждать развития событий, — насмешливо бросил Микеланджело.       — Это тоже не дело, — Донателло размышлял. — Я предлагаю всё-таки наведаться в офис сначала господина, а потом и юной госпожи Ороку. И посмотреть, что есть в компьютерной базе, что — среди бумаг. Это не привлечёт к нам внимания, но, может быть, картина прояснится. А если вдруг окажется, что какое-то из помещений охраняет клан Фут, мы сможем с уверенностью сказать, кто стоит за похищением сыворотки. И…       — И расстаться, — зубоскалил Раф. — Потому что дальше каждый будет играть уже в свою игру.       — Это было бы лучшим вариантом — если бы всё прояснилось так быстро, — спокойно улыбнулся учёный. Леонардо и Микеланджело, нахмурившись, покосились на него, но оба промолчали. Взгляд Рафаэля стал презрительным, но он тоже не пожелал возобновлять дискуссию. Поднялся на ноги.       — Раз всё решили, по коням. Как раз стемнело, пока мы мозгами тут ворочали. Сначала поедем к господину Ороку Саки, посмотрим, чем там на самом деле дядька занимается. А потом к его дочурке заскочим, — мутант до хруста потянулся. Глаза недобро заблестели. Глядя на него, Леонардо едва удержался, чтобы не сморщиться: на лбу у хулигана неоновыми красивыми буквами было выведено «Неприятности». Рафа как будто подмывало — ввязаться. Всё равно, когда, куда, с кем, зачем. Главное — ввязаться. А там он разберётся уже по месту. Микеланджело присоединился к нему, оба о чём-то заговорили, то и дело посмеиваясь и подшучивая друг на другом. Кажется, несмотря на случившееся несчастье, мутантам удалось-таки сблизиться, перейдя на какой-то новый уровень сотрудничества. Ниндзя не завидовал: он предпочитал, чтобы всё оставалось, как и раньше.       Донателло поднялся. Направился к ящикам с «Нимфой» и принялся осторожно разбираться части робота, неторопливо закрепляя на своем теле металлический каркас. Леонардо последовал за учёным. И тихо, чтобы не слышали остальные, спросил:       — Ты считаешь, мы поступаем верно?       — Нет, — учёный прямо взглянул на напарника и пожал плечами. — Но выбора у нас нет. Если проявим благоразумие мы с тобой, то у тех двоих точно сорвёт крышу. И они наделают глупостей. Лучше пусть уж делают их под нашим присмотром, согласен? — и он усмехнулся уголком рта.       Леонардо повторил усмешку. Присел на опустевший ящик из-под робота. Задумчиво наблюдал, как Донателло облачается в свои механические доспехи. Другого шанса поговорить наедине могло не представиться, а Лео знал, что терпеть дольше у него едва ли получиться. Слишком сильно он хотел знать ответ. Просто потому, что ему до смерти надоело ломать себе голову. Мастер знал, как озадачить ученика. И ниндзя тихо спросил:       — Тебе… не приходило в голову, что… м-м-м… мы можем быть… не знаю… родственниками?       Донателло перестал застёгивать металлическую манжету. Внимательно взглянул на Леонардо. И неожиданно добродушно, непривычно искренне улыбнулся.       — Забавно, что именно сейчас ты об этом подумал.       — Я подумал об этом довольно давно, — открывать всю правду Леонардо не спешил. — Просто событий было столько, что я всё время забывал… полюбопытствовать.       — Ясно, — Донателло по-прежнему улыбался. Выпрямился, кивнул на свой стол. — Возьми серую папку, принеси сюда. Так, чтобы не привлекать внимание остальных. Садись, открывай и читай. Я, в отличие от тебя, задался этим вопросом сразу. Как только понял, что я такой не один. Мне, видишь ли, было очень важно узнать, насколько наше происхождение похоже. После первого совместного ужина собрал посуду — мне нужно было ваше ДНК. Уже в самолёте параллельно с поисками проводил проверку данных.       Леонардо послушно принёс документ. Под пристальным взглядом Донателло уселся обратно на ящик. Раскрыл. Сначала ничего не понял — какие-то колонки значений в таблицах, и только внизу, уже английским по белому — выводы. Прочитав, Леонардо не поверил себе. Перечитал ещё раз. И ещё. Поднял глаза, встретился с неожиданно тёплым, шоколадным взглядом учёного.       — Что это значит? Я правильно понял?..       — Если не разучился читать, то, видимо, правильно, — хмыкнул Донателло.       — Ты уверен?       — Абсолютно.       — И так спокоен? — Леонардо никак не мог поверить в написанное. Нет, он предполагал, конечно. Но не был уверен. В таком быть уверенным невозможно. А Донателло пожал плечами.       — Я провёл с этой информацией несколько дней и уже успел несколько… свыкнуться с мыслью. Конечно, это сильно — очень сильно! — осложняет ситуацию и нашу дальнейшую работу. Но пока что я предпочёл об этом… забыть. И не делай такие большие глаза. Это — всего лишь данные проверки. Никого ни к чему не обязывающие. Правда, братишка?       Леонардо неотрывно смотрел на него. В чём-то Донателло был, несомненно, прав. Эти сведения… они не просто усложняли задачу. Они лишали Леонардо последней надежды на то, что мастер ошибся. Не признаваясь себе, ниндзя всё-таки думал о том, что Хамато Йоши мог быть не прав. Или выражался фигурально, называя других мутантов братьями. Мол, выглядите одинаково — значит, братья. Пусть не по крови, а… А теперь все рухнуло. Леонардо держал в руках неопровержимое доказательство того, что сенсей сказал правду. Брат… у него действительно есть брат. Вот он, сидит, ухмыляется и ждёт. Смотрит пристально, даже жадно, что же победит: долг или сердце. Но на этот вопрос Лео пока что не мог ответить даже себе. И тихо согласился, только бы что-то сказать:       — Правда. Но почему ты столько времени молчал, особенно в свете происходящего с нами? И… тем двоим… скажем?       — Не стоит. Я молчал, потому что никого, кроме меня, этот вопрос не интересовал. И я не счёл нужным навязывать ненужную информацию. Ты вот спросил — и получил ответ. Мне кажется, это только наше дело.       — Да… да, возможно…       — Эй, вы долго будете там шушукаться? — неожиданно позвал Микеланджело, подходя. Леонардо вздрогнул и невероятным усилием воли заставил себя не захлопывать папку. Сделай он это, и сразу же возникли бы вопросы. Но ниндзя по-прежнему держал документ открытым. Донателло замер. А Майки заглянул ему через плечо, увидел скучные колонки цифр и тут же потерял к бумагам интерес. Даже не разобрался. — Пора, что ли?       Донателло быстро взглянул на Леонардо. И оба поняли, что решение принято правильно. Никого, кроме них, ситуация не интересовала, так что не стоило посвящать в данные кого-то кроме. Ниндзя с картинным равнодушием закрыл папку, а учёный закончил прилаживать накладку на колене. Выпрямился, спокойно взглянув на остальных.       — Если не возражаете, давайте обойдёмся без самодеятельности. Пробираемся в офисы, скачиваем информацию, уходим. Никаких «а давайте посмотрим ещё те двадцать пять помещений!», Рафаэль.       Солдат весело ухмыльнулся.       — А если на меня нападут, мне спросить у тебя разрешения, чтобы с ними разобраться?       — Не перегибай палку — этого достаточно, — сухо отозвался учёный.       …Мутанты пробирались в темноте между корпусами. Несмотря на поздний час, кое-где в окнах горел свет, сновали работники. То ли режим работы был построен в несколько смен, то ли особо рьяные до сих пор оставались на местах. Черепахи не знали, но это значительно осложняло им работу. Сейчас решили не разделяться: мало ли, как дело повернется. Вместе двигались, заглядывая в корпуса и пытаясь обнаружить какой-нибудь главный офисный пункт, откуда расходилась вся документация.       — Те большие здания, кажется, склады, — прошептал Микеланджело. — Туда можно не ходить!       — Я думаю, административный корпус там, — Леонардо указал рукой в чёрной перчатке в сторону, на небольшой, обшитый «сэндвичами» домик чуть в стороне. — Остекление и жалюзи — похоже на офисы. Давайте начнем оттуда!       Черепахи молча последовали за ниндзя. Тот без труда вскрыл замок — из перчатки показалась механическая отмычка, с лёгким жужжанием быстро подобравшая бородку ключа. Леонардо толкнул дверь, остальные не отставали. Мутанты пробрались по коридору, по очереди проверяя запертые двери в кабинеты. Прошли в большой зал с рабочими местами. Техника — компьютеры, сканеры, факсы — была выключена. Рафаэль неопредёленно фыркнул.       — Едва ли что-то по-настоящему важное будет здесь. Надо открывать кабинеты.       — Согласен, — тихо поддержал напарника Микеланджело.       — Тогда возвращаемся, вы возьмете на себя правую сторону коридора, мы с Лео — левую, — аккуратно поворачиваясь, чтобы не зацепить массивным корпусом робота чужие рабочие места, прошептал Донателло.       Свет зажёгся внезапно, ослепив мутантов. Вспыхнули все лампы до единой, заливая общий зал белым холодным сиянием. Щурясь, попятившись от неожиданности, черепахи пытались разглядеть, кем они оказались замечены. И замерли, проморгавшись.       В дверях офиса стоял ещё один робот. Громадный, массивный, формой корпуса напоминавший старинные японские доспехи, он стоял неподвижно, кажется, изучая мутантов. По стенам — слева и справа от входа — выстроились солдаты в чёрной форме с красным цветком. И выстроились как-то странно — минуя простенки, перекрывая собой окна. Отрезая путь к отступлению. Любой путь. Оглядываясь, мутанты ближе прижались друг к другу, а робот произнес низким, мужским голосом, приглушенным металлическим доспехом:       — Черепахи. Не стоило большого труда пригласить вас в гости.       — Кто-то нас сдал, — тихо прошептал Микеланджело.       — Или же нас сюда привели, — отозвался Рафаэль, по-звериному рыкнув.       — Вы правы, мутанты, вы оба правы, — гулко отозвался робот. — И сейчас мы с вами поиграем в игру. Вы попытаетесь выбраться отсюда живыми. А я планирую вам помешать. Но сначала — маленький сюрприз. Фото на память. Скажите «сыр»!       Всё произошло быстро, слишком быстро. Вылетели от мощных ударов потолочные квадраты панелей «армстронг». Сверху вынырнули ниндзя клана Фут — проворно, мгновенно. В считанные секунды с Рафаэля сбили шлем, с Микеланджело сорвали балаклаву. Леонардо распластался на полу, с силой рубанул катаной нападающего, — его не достали. Но на черепах брызнула кровь, а солдат тяжело рухнул им под ноги. Донателло тоже удалось уклониться, он взмахнул рукой, выпуская лазерный нож. Но не попал — противник ушёл от удара и исчез где-то за конструкцией потолка. Мутанты — каждый из них — поняли, что система потолочной обшивки была специально разработана для такого нападения, значит, всё здание строилось как ловушка. И едва ли им удастся уйти. Но попробовать было необходимо.       — Одно окно! — крикнул Донателло.       Остальные поняли намерение. Следовало атаковать противников вместе только у одного проёма, чтобы освободить себе путь на улицу. Только вот договориться, какое, не успели. Поэтому каждый из мутантов ломанулся к своему, выбрав по собственной логике. И — остался один на один с толпой врагов. Полетела в стороны ломаемая мебель, взметнулись в воздух бумаги и письменные принадлежности. Рафаэля сбили с ног, он тяжело рухнул на пластиковую конторку. Хотел подняться, но следом на него швырнули дезориентированного Микеланджело.       — Опять ты! — прорычал Раф, отпихивая от себя Майки. Того сильно ударили по голове, из рассечённой надбровной дуги лилась кровь, мешала смотреть. Протянув руку, Раф ухватил военного за форму, с силой дёрнул вверх, ставя на ноги. Гаркнул: — Не подставляйся! Стой за мной!       Леонардо быстрее остальных понял, что они действуют неслаженно, на руку противнику. Смутно удивился, почему робот до сих пор не ввязался в бой. Тот по-прежнему стоял в дверном проеме, наблюдая. А его ниндзя накатывали, как чёрная волна, сметая всё на своем пути. Отступая, Леонардо присоединился к Донателло. Рафаэль сориентировался, подталкивая к ним Микеланджело, приблизился. Так, что теперь все черепахи отбивались возле одного оконного проема, пытаясь поймать момент, чтобы выскочить на улицу. Донателло вскрикнул — кто-то ударил его ниндзято по руке, сбивая металлические накладки робота. Учёный потерял возможность обороняться холодным лазерным ножом. Но только порадовался, что конечность осталась при нём.       — Выбирайтесь! Быстрее! — скомандовал Леонардо. Кажется, ему сражаться было сподручнее всего. Он знал приемы, он понимал, откуда будет нападение. Остальные же, что бы ни сделали, нос к носу оказывались с противником и то и дело получали новые и новые царапины и порезы от холодного оружия нападающих.       — А ты? Я не уйду!.. — крикнул Рафаэль.       Не дожидаясь, толкнул Микеланджело в окно. Закрывшись руками, военный, осыпаемый стеклянным дождём, вывалился на улицу. Благо, первый этаж. С трудом поднялся, тыльной стороной ладони стирая льющуюся из раны кровь. Ругнулся. Донателло не пришлось ни уговаривать, ни ускорять — он сам легко перескочил через подоконник. И побежал. Странно ковыляя, побежал, и Раф, кинувший в окно быстрый взгляд, понял — робот испорчен. А без него у Донателло, не имевшего другого оружия, не было шансов против солдат клана. Микеланджело на секунду обернулся, а потом кинулся следом за учёным. Он тоже был уже не боец.       — Уходи, я следом! — закричал Леонардо. — Твоя помощь без надобности.       Рафаэль, отшвырнув подальше от Лео двух солдат, махнул на улицу. Но не побежал, стоя внизу, наклонился, резким движением расстегнул ножны, закрепленные на голени. Узкие, похожие на наконечники копья ножи привычно легли в ладонь. Благодаря яркому свету в помещении Раф метнул один клинок, второй. Осторожно, с оглядкой — боялся ненароком попасть в Леонардо, потому что тот крутился, как волчок, постоянно меняя положение в пространстве. Однако ниндзя явно стало легче, когда солдат убрал ещё двоих противников. И он смог наконец выбраться на улицу. Орда в чёрной форме кинулась следом — их словно не становилось меньше, на смену убитым тут же приходили новые.       Но мутанты уже оторвались и, миновав забор вокруг территории, исчезли в ночной темноте.