Сделка с морским дьяволом

***

Крики чаек становились всё громче и чаще, а морская гладь всё светлее и тише. Иногда на палубу проскальзывали солнечные лучи и снова прятались за тонкими облаками. Члены команды торопливо бродили по кораблю, готовясь к прибытию в порт Тортуги, знаменитой не самой лучшей жизнью для уважаемых горожан и лучшей жизнью для уважаемых и не очень пиратов. Еда, алкоголь и проститутки — что ещё нужно каждому из них? Тэхён стоял у штурвала, присматриваясь к горизонту. Вот-вот появятся первые башенки, оповещающие о близком нахождении к городу. Сидеть здесь долго не получится, нужно торопиться. Вся команда это понимала, поэтому не расслаблялась, стараясь не предвещать длительное удовольствие. Кожа покрылась мурашками, когда капитан почувствовал на шее чужое дыхание. Тонкие, но ловкие пальцы прошлись по груди, не забираясь под рубашку и не спускаясь ниже, лишь массируя напряжённые мышцы.       — Я понимаю твоё беспокойство, но никому здесь это не поможет. Ты лишь усилишь давление, — шёпот в ухо заставил резко выдохнуть. — Сними парочку ребят в доме и расслабься. Мы подобающе попрощаемся с Хансом и поможем Джейн. Больше мы ничего не сможем сделать, — поцелуй под ухом, и квартирмейстер отошёл, направившись вниз.       — Подожди… пусть Чонгук останется на корабле, — окликнул его капитан. Юноша хмыкнул.       — Беспокоишься что-ли?       — Да, о наших деньгах. Что будет, если кто-то в городе его заметит? — мужчина вложил с голос нотки раздражения, и Чимин только понимающе кивнул, не желая выслушивать претензии к своим шуткам. — Оставь с ним наиболее ответственного. Парень ушёл. Тэхён остался стоять с осадком в душе. Раньше он приезжал сюда просто повеселиться и отдохнуть, окунуться в омут разврата и похоти, алкоголя и азартных игр, а сегодня… он должен будет проводить близкого человека в последний путь. Как же ему всё это не нравилось. Хотелось резко развернуть штурвал, поменяв курс, но он обещал ещё Хансу. Обещал позаботиться о чужой семье. А свои обещания Тэхён сдерживает. Почти все.

***

Чонгук медленно прохаживался по палубе, заинтересованно глядя на работу команды. Никаких поручений ему никто давать вроде не собирался, потому что Чимина он рядом не видел. Наверное, он занят, как и остальные. Насколько понял лорд, в ближайшее время они должны остановиться в каком-то порту. Чем должен будет заниматься Чонгук — он не знает, а значит можно и расслабиться немного. Правда, очень любопытно, какой же город сейчас за бортом.       — Эй, Эбигейл! — парень окликнул пробежавшую мимо девушку с кучей канатов в руках.       — Не сейчас, Чонгук! — она торопливо скрылась в трюме. Поняв, что никто тут не собирался отвечать на его вопросы, юноша примостился на бочке у борта, разглядывая постепенно увеличивающийся город. По мере приближения стало ясно, что он совсем не тихий и спокойный, каким казался с морской глади. Громкие крики, музыка и другой шум были услышаны, когда корабль ещё не подошёл к порту. Сзади слышались приказы квартирмейстера, но всё внимание лорда было приковано к людям на берегу. Ярко и открыто разодетые женщины, полуголые и пьяные мужчины — все до одного с улыбкой до ушей и с бутылкой подмышкой.       — Ты не спустишься с корабля, — хриплый шёпот у самого уха заставил вздрогнуть. Чонгук резко обернулся, чуть не упав с бочки.       — Почему это? — еле удержав равновесие, спросил он. Капитан довольно редко разговаривает с ним, и каждое его присутствие рядом заставляло ладони потеть, а колени трястись.       — Не хочу тобой рисковать. Вдруг, не знаю, кто-нибудь тебя украдёт, или ограбит, или, ещё лучше, расчленит, — говоря всё это, Тэхён всё ближе наклонялся к парню, поставив руки на борт у его головы. — Почему Чимин тебе не сказал? Где он вообще? Капитан огляделся, в то время как лорд словно завороженный смотрел в тёмные глаза напротив, чувствуя, как медленно утопает в этой бездне. Что интересного он в нём нашёл? Да, красивый, даже очень. И всё? Только красота? Он же нелюдим, груб, обманул Чонгука и наверняка сделает это ещё не раз. А Чонгук поведётся. Снова. Почему? Он даже не заметил, как капитан начал глазеть в ответ.       — Отведи взгляд, — прошептал он почти в губы. Юноша чувствовал, как начали показывать кончики пальцев.       — Не буду, — шёпот в ответ. Тэхён усмехнулся и, к сожалению Чонгука, отстранился.       — Наглый. Слишком наглый для простого заложника. Лорд слово очнулся, резко помотав головой.       — Простой заложник?! А как же...       — Обещание, да? Конечно, я его исполню, но до тех пор, пока ты на этом корабле, ты наш заложник, — пират отошёл в сторону, устремив взгляд к городу. — Будешь здесь всю ночь с Дженнифер. Чонгук встал с бочки.       — С ней? Она ведь… Тэхён уже не услышал его слов, обратив всё внимание на команду. Парень почувствовал приступ злости. Снова игнорирует. И снова ужасно красивый. Чонгук был уверен, что тот даже в дранной одежде простолюдин будет выглядеть как король. Величественный, властный и нахальный король, таким неестественным способом успевший проникнуть глубоко в сердце молодого лорда.

***

Перед тем как уйти в город, команда наполнила трюм необходимой провизией и оружием, включая порох, патроны и ядра для пушек. Многокилограммовые бочки с шумом вкатывались вниз, заставляя палубу скрипеть.       — Это чтобы утром полумёртвыми не пришлось бегать, — объяснил Герберт, в который раз прикуривая трубку. Седые патлы развивались на лёгком потоке ветра, а мутные зелёные глаза с весельцой смотрели на улыбчивых горожан. — Вся молодость тут прошла, — объяснил он, заметив любопытный взгляд Чонгука. — Да даже не прошла — пролетела. Ничем толковым никогда не занимался. Да разве здесь чем-то такими можно заняться? Вон, только пей да пляши целыми днями. Если б не Тэхён, так бы и подох тут. Кстати, Жак же тоже здесь родился. Если интересно что, у него спрашивай, я то уж мало помню. Эх, бочка моя дырявая, — пират продолжил бухтеть, спускаясь на берег. Чонгук проводил его задумчивым взглядом. Вся команда уже была на суше, громко о чём-то переговариваясь, а потом вместе направилась вглубь города. Вдруг лорд почувствовал на своём плече маленькую ладошку.       — Я могу постоять на нас обоих, — произнесла Дженнифер с лёгкой улыбкой, когда Чонгук обернулся к ней, — вам не за чем так волноваться. Парень окинул её недоверчивым взглядом, однако лишь кивнул, не желая вступать в конфликт. Мало ли, вдруг её легко разозлить, как Чимина? Серьёзно? Она? Постоять? Эта милейшей внешности девушка, со светящимися наивностью глазами и самой обаятельной женской улыбкой, которую Чонгук когда-либо видел? «Видимо, защищать корабль приставили всё-таки меня.» — юноша устало вздохнул, отойдя от края борта.

***

      — Смотри куда катишься, пьянь! — Эбигейл грубо оттолкнула почти бессознательное тело какого-то пирата, что неуклюже свалился ей под ноги.       — Эх, поскорее и мне бы так, — мечтательно затянул Герберт.       — Успеешь ещё, — ответил Чимин, прижав к себе за плечи его и Эбигейл. — Я так точно нажрусь как в последний раз. И для пущей роскоши сниму пару ребят в доме. Он говорил улыбаясь. У всех сегодня было отличное настроение. Пираты, смеясь, направлялись к дому Ханса, и с каждым шагом веселье с лиц медленно сползало, а движения становились менее уверенными. Район, в котором сейчас живёт Джейн, потише чем в порту, и пьяниц здесь встречается гораздо меньше. Небольшие дома, идущие цепочкой, пара магазинчиков в них. Ночь спускалась на город, и потихоньку улицы стали освещаться светом из окон, а со стороны моря слышалось всё больше шума. Жак в волнении перебирал рукава рубахи, свободно висевшей на худом теле. Эбигейл мучила свои светлые пряди, натягивая и накручивая их на пальцы. Тревогу Герберта выдавала только трубка, которую он вертел в зубах из стороны в сторону. От прежней улыбки Чимина не осталось и следа. Засунув руки в карманы, он не сводил сосредоточенного взгляда со своих сапог. Тэхён же вообще не изменил лица. Хотя, было бы что менять. Он и так всегда серьёзен. Вот знакомый дом, в трещинах и со стëртой побелкой, украшенный цветочными клумбами, что посадили бабушки-соседки. Вот хиленькая деревянная дверь, у которой сейчас, неловко переминаясь, стояла куча грозных на вид пиратов.       — Стучи уже давай, — в нетерпении произнесла Эбигейл, — всю ночь тут так и простоим. Тэхён, что был ближе всех к дому, громко выдохнул и с силой постучал. Дверь болезненно скрипнула и открылась. Команда переглянулась, и капитан неторопливо просунул голову внутрь. За ним столпились остальные. Небольшая комната, состоящая из пары кухонных тумб, стола и стульев, кресел, покрытого золой камина почти во всю стену. Обычная квартира, которую может позволить себе совсем-совсем небогатый человек.       — Ой, вы уже здесь, — со стороны послышался скрип, и Тэхён обернулся. Маленькая старушка со скрипом поднялась с ободранного кресла. — Джейн говорила, что вы придете. Она задержится на работе, поэтому попросила её подождать. Может, вы голодные? Не успела она сделать и шагу, как ноги подкосились. Капитан, успевший среагировать, подхватил совсем легкое тело и снова посадил в кресло. Вся команда тут же обеспокоенно окружила пожилую женщину.       — Вы в порядке? Кружится голова?       — Ох, всё хорошо, хорошо, милые. Совсем уже ума не осталось: встать-то встала, а про трость забыла. Сколько лет уже с ней хожу, и всё равно... Ух, испугалась то как. Спасибо вам, хорошие мои. Значит, правду про вас Джейн говорила-то. Вы же близкие её мужа покойного, да? Эх, беда-то какая, ох беда... Какой муж был! Деньги присылал постоянно, любил семью более себя, и вон оно как стало. Правда, пропадал постоянно где-то, да Джейн говорила, на заработках. Ну, так оно и есть, наверное, раз деньги высылал всё таки, — старушка на минутку остановилась, что-то обдумывая. Пираты стояли, внимательно слушая и не смея перебивать. — А сейчас вон что стало. Девчушка то заболела. Серьёзно, кажется, врачи приходят, да только головой качают. Да и врачей здесь нормальных больно не сыщешь. В другое место надо. А где денег взять? Джейн на двух работах с утра до вечера пашет, я за девочкой смотрю как могу. Бедная женщина. На днях муж умер, и поплакать не может: времени то нет совсем. Ох, бедная, бедная... У Тэхена округлились глаза, и он, не веря своим ушам, переспросил:       — Миллет... заболела?       — Да-да, сынок, заболела. Ещё до того, как Ханс скончался. Кашляла с ним вместе сильно, до крови. Боюсь я, что и её та же участь настигнет, — последние слова она уже говорила сквозь слёзы. Пираты сочувственно смотрели на неё и не могли подобрать слов. Жак всхлипнул. Послышался скрип входной двери. Чуть шатаясь и опустив взгляд под ноги, в комнату вошла сама Джейн с небольшой сумкой в руках.       — Вы всё таки пришли, — ей удалось натянуть на лицо вымученную улыбку, когда она увидела пиратов.       — Джейн, ты выглядишь просто ужасно, милая, — Эбигейл взяла сумку из рук и, поставив её на стол, стала раскладывать продукты... на которые было жалко смотреть.       — Это всё, на что сейчас хватает. Все деньги уходят на лекарства, — объяснила вдова, заметив участливые взгляды. — Я делаю всё, что в моих силах, но... похоже, делаю недостаточно, — последние слова она прошептала, спрятав лицо в ладонях. Не сумев сдержать порыв, она зарыдала. Чимин тут же усадил её на соседнее кресло, которое окружили пираты.       — Дорогая моя, ты столько терпела... Вот, держи-держи, выпей всё до дна, — старушка, уже успевшая встать, подала хозяйке чашку с напитком, от запаха которого в горле вставал тяжёлый ком. Но Джейн, даже не сморщившись, одним глотком опустошила посудку, снова склонив голову. Она пыталась остановиться, всхлипывая. Прошло некоторое время, прежде чем она смогла успокоиться.       — Я-я, даже не знаю, что будет дальше... Возможно, Миллет не доживёт и до завтра. И как же я тогда буду... одна..., — слезы продолжали течь, но рыдания прекратились. Тэхён сел перед ней на колени и взял её тонкие, немного огрубевшие от постоянной работы ладошки в свои.       — Джейн, ты делаешь куда больше чем достаточно, поверь мне. И не забывай, ты всегда можешь положиться на меня, на всех нас. Ты была замечательной женой и навсегда останешься замечательной матерью. Уж мы об этом позаботимся, — он достал с внутреннего кармана кафтана увесистый мешок и протянул его вдове. — Здесь хватит на лекарства и на поход к стоящему врачу. Ты можешь оставить лишь одну работу: на еду и одежду тут тоже найдётся. Я не хочу, чтобы семья одного из лучших членов моего корабля жила в нищете. Ты всегда можешь вновь обратиться ко мне, и я отправлю ещё. Джейн неверяще смотрела на горстку золотых монет.       — Здесь... здесь же не лекарства... здесь можно выкупить всю аптеку. Тэхён встал с колен, подмигнув ей.       — И у меня таких мешков тысячи. Хозяйка поднялась, и застывшие ручьи слез на её щеках снова затекли.       — Ким Тэхён, я...       — Просто Тэхён, милая. Я уважаю тебя не меньше твоего покойного мужа. Но скажи мне, пожалуйста, где он сейчас?       — Он... Нам пришлось провести похороны раньше. Тело некуда было деть. Мне жаль. Пираты то ли разочарованно, то ли облегченно вздохнули.       — Ну что же, ты поступила правильно. В любом случае, я уверен, он постоянно рядом. В этом доме. Вместе с вами. Джейн предложила им перекусить, пока они не ушли, и даже провести здесь ночь, что было бы определённо неудобно для всех. Пираты, естественно, отказались. Пока хозяйка сердечно благодарила каждого, Чимин под шумок просунул голову в соседнюю комнату. На единственной постели с закрытыми глазами лежала девочка лет пяти. Бледная, худая: неожиданная болезнь высасывала из неё все силы. Пак подумал, что лучше бы Джейн как можно скорее найти врача. Хотя, она и сама наверняка это понимала. Он хотел уже было закрыть дверь, но тоненький голосок его остановил, заставив вздрогнуть.       — Кто вы? — Миллет шевелила одними губами.       — Я... друг твоего отца, — парень подошёл к кровати. — Может, хочешь пить? Она помотала головой. Видимо, слова давались ей с трудом.       — ...Папа. Папа скоро придёт? Чимин запнулся. Девочка продолжила:       — Ему же было так... нехорошо. Куда он мог уйти, если не вставал с кровати? Квартирмейстер глубоко вздохнул, подбирая слова.       — Он... он уплыл с нами. Ему стало гораздо легче, и он решил вернуться к работе, чтобы купить тебе хорошие лекарства. Тебе не о чем волноваться. С каждым словом Миллет медленно прикрывала глаза, проваливаясь в сон. Чимин надеялся, что в сон.       — Пойдём, — Тэхён приоткрыл дверь, — нам пора. Бросив последний грустный взгляд на спящее тело, пират покинул комнату.

***

Капитан стоял у входа в таверну, вдыхая табачный дым. Остальные уже внутри, не то веселятся, не то оплакивают погибшего. Тэхён чувствовал то, что до этого дня было ему непонятно. Боль. Жгучую, разрывающую сердце боль. Боль от потери. Потери, которую было не избежать. Не удержавшись, он бросил беглый взгляд на здание, из которого доносились громкие крики и музыка. Вдруг я и тебя однажды так потеряю. Эту боль я уже не переживу.