Вьюнок

Ночная тишина в спальной комнате сменяется хлюпающими звуками и стонами удовольствия. В комнате довольно прохладно, но Шиничиро не обращает на это внимания, ведь ему невыносимо жарко. Он вжимается лицом в подушку, стараясь хоть немного заглушить себя, пока растягивает и трахает себя собственными пальцами, параллельно поглаживая свой член, но ему чертовски мало, ему чего-то не хватает, чего-то значительно важного, острого… Драконьих клыков на своей шее. Шиничиро кричит, сжимая свой член у основания, не давая себе кончить от всплывшей в голове картинки, как его тело пронзают острые клыки, оставляя раны, и затем длинный язык слизывает выступившую кровь. Он хнычет, его бёдра напрягаются, он сжимается вокруг своих пальцев и мысленно проклинает Такемичи, который не прикрыл рот при зевке во время их очередного позднего разговора и таким образом стал главной темой влажных фантазий возбуждённого девственника Сано. Фантазий, где Такемичи нежно занимается с ним любовью, вылизывая языком, который достанет куда глубже, чем собственные пальцы Шиничиро, которые будут, конечно же, цепляться за рога дракона, пока он сам насаживается на этот язык. А ещё руки дракона будут опасно сжимать его бëдра или талию, ведь если он сожмëт сильно, то когтями пустит кровь. Ещё опаснее и острее ощущения будут, если он этими руками ему подрочит или возьмёт его в полный клыков рот. — Блять! — Шиничиро представляет, как драконий язык может обвить его член и не может не выругаться, ведь это кажется слишком приятным, горячим и невозможным. Неожиданно в голову приходит немного другая фантазия, а точнее воспоминание. Чёртов дракон со своей милой улыбкой и яркими голубыми глазами, который называет Шина своим сокровищем. Мужчина трëт головку собственного члена, вспоминая голос дракона, его интонацию, когда тот произносит эту проклятую фразу. Он хочет услышать это, он хочет кончить, пока его ласково зовут этим прозвищем. — Такемхмичи… Такемичи… Таке… Нгх…— хрипло шепчет Шиничиро в подушку, трахая себя пальцами. — Да, моë сокровище? — ласковый голос дракона звучит слишком реалистично в голове и это так идеально совпадает с тем, как пальцы попадают и давят на простату, что Сано кричит, кончая себе в руку. Шиничиро тяжело дышит и хнычет, когда вынимает из себя пальцы, слишком чувствительный после оргазма. Он ложится полностью на кровать, закрывая глаза, и ему слишком лень двигаться, чтобы помыть руку и сменить простынь. Он бы так и заснул, если бы не тёплое касание чего-то влажного его ладони, покрытой спермой. Мужчина резко поворачивает голову и открывает в испуге глаза, замирая на месте. А затем он осознаёт насколько он тупой идиот. Рядом его кроватью сидит призванный собственным именем Такемичи Ханагаки во всей его красе полудраконьей формы и всё с той же нежной улыбкой смотрит на него, будто не он только что лицезрел, как его драгоценный смертный друг кончает во время мастурбации с его именем на устах. Дракон аккуратно вытирает его руку влажной салфеткой, упаковка которых валялась где-то на полу, ведь человек уронил её какое-то время назад перед тем, как заняться собственным возбуждением. И хоть молчание должно быть неловким, но Шиничиро невыносимо слишком комфортно в этой тишине, даже если он хочет сгореть заживо от стыда. Мужчина пытается что-то из себя выдавить, объясниться перед мифическим существом, чтобы тот не подумал ничего плохого о нём. Но он не может, да и, кажется, ему не нужно, ведь после того, как дракон очистил его руку, тот просто переплёл пальцы их рук и лёг на бок рядом, давая человеку при этом пространство. Шиничиро поворачивает голову и утыкается лицом в подушку, тяжело вздыхая от стыда. Он дебил, раз забыл, что дракон откликается на любое упоминание своего имени, если его произносит он сам. Он хочет убиться об что-нибудь, чтобы ему действительно не пришлось ничего объяснять Такемичи о собственном самоудовлетворении, ибо это действительно самое ужасное, что с ним может произойти за эту ночь. Ещё его пугает то, что Такемичи не задаёт вопросы, а просто утешительно держит его руку и лежит рядом, согревая. Шиничиро хочется от этого выть, ведь никакой нормальный человек не будет такое делать после того, как увидит, что является чьим-то объектом для удовлетворения похоти. Но Ханагаки не человек. Он тихо начинает урчать, его ветвистые серебряные рога при неосторожном движении могут порвать простынь, его хвост слегка дёргается, а после и вообще обвивает ногу смертного, а когтистые руки держат ладонь самого драгоценного его друга. Ещё немного проходит времени и он придвигается ближе, отпуская руку Шиничиро, но лишь для того, чтобы обнять его за талию и прижать его спину к себе. Только в позе маленькой ложки Сано замечает, что он замёрз, а тело дракона невыносимо тёплое и он невольно льнëт ближе к нему, желая согреться. Такемичи что-то напевает, пока обнимает человека. Шиничиро смущён, но он не хочет, чтобы эти объятия прекращались. Возможно, он слишком устал, поэтому он вскоре засыпает. Любые последствия его будут ждать утром.