Вьюнок

За долгие годы существования, Такемичи Ханагаки, будучи чёрным морским драконом, привык к тому, что смертные его желали в том или ином виде. Ещё при жизни в храме Бога Войны люди поклонялись ему как ещё одному божеству и желали продолжения рода от него. Желали его плоти и семени, чтобы породить, по их мнению, что-то новое и прекрасное, не подозревая, что будущее дитя будет безобразной химерой, которое не будет признано обществом и по итогу погибнет от рук собственного родителя. Желали получить новое удовольствие, устав и заскучав от короткой жизни, даже если это удовольствие в итоге причиняло им невыносимую боль. Люди всегда эгоистично желали чего-то, а бессмертный дракон это давал. Поэтому, когда Такемичи приходит на зов и смотрит на то, как его драгоценный друг сам себя удовлетворяет, шепча имя дракона, то он понимает, что люди не меняются. Даже спустя столетия они что-то будут в нём находить и желать. Правда, Ханагаки на этот раз доволен тем, что Шиничиро просто представляет его, а не как его предки просит, умоляет и превозносит, чтобы разделить с ним ложе. Это смягчает его и он просто заботится о том, чтобы человек чувствовал себя комфортно. Даже если это пугает смертного, то это ничего, ведь дракон не причинит ему вреда, не сделает ему больно. Он просто даст ему то, что тот желает. Когда Шиничиро смотрит на него своими чёрными сверкающими глазами, похожими на мерцающие при свете чёрные алмазы, Такемичи не может не улыбаться ему, не даровать своë тепло, не приносить ему желаемое. Когда Сано спит, Ханагаки сторожит его сон, обнимает его, бережно держит в своих когтистых лапах как хрупкую драгоценность. Верно, смертные слишком хрупкие и легко ломаются, стоит только сжать немного пальцы. Люди живут слишком мало, а дракон прожил слишком много, чтобы быть эгоистичным и твёрдым по отношению к их мимолётным мечтам. Он не может быть жестоким по отношению к первому человеку, которого узрел за долгие годы одиночества в разрушенном храме Бога Войны. Бессмертное существо хочет сохранить это небольшое счастье, которое длится для него мгновение. Продлить его по возможности, даже если для этого нужно только давать, давать и давать, ничего не получая взамен. Такемичи всё отдаст людям, чтобы не быть больше одиноким. Поэтому, когда Шиничиро просыпается, то Такемичи внимательно выслушивает его. Извинения льются рекой изо рта человека, перебиваемые вздохами и молчанием, полным смущения и стыда. Шиничиро говорит о том, что не хотел этого, что он не должен был, что это просто было мимолётное желание и дракон ему ничего не должен. Он говорит, говорит, чуть не плачет в объятиях пока говорит, ведь ему чертовски неловко и неприятно, что он так поступил. Но взамен смертный получает мягкую улыбку, за которой прячутся острые клыки,что могут впиться в его тело, и поцелуй в лоб. — Нет ничего страшного в твоëм поступке, моë сокровище. Ты можешь звать меня столько, сколько тебе понадобится, я исполню же всё, чего бы ты не пожелал. — Ханагаки обвивает хвостом чужую талию, пока когтями аккуратно держит лицо мужчины и расцеловывает. Это действие успокаивает человека и тот льнëт, желая больше прикосновений и поцелуев. И дракон обязательно это дарует ему, ничего не прося взамен. Он дарует ему сладкие слова, нежные жесты, удовольствие быть ценным, любимым и желанным. Ведь именно об этом люди умоляют во все времена. Такемичи пожрет любую молитву вместо божества и принесёт Шиничиро вечное блаженство в своих клыках.