Часть 19
30 июня 2023 г., 16:01
После этого Шелби избегает Тони, и в кои-то веки Тони не винит ее за это, учитывая то, через что она проходит, но она все еще вспоминает об их поцелуе большую часть следующего месяца. Шалифо начинает игнорировать сообщения Фатин, в которых та предлагает ей поразвлечься, пока Фатин не говорит ей прямо, что все в порядке, её все равно это не очень-то и интересует, Тони игнорирует и это сообщение тоже, плюс те, что приходят от Рэйчел, спрашивающей о дополнительной тренировке, а также просьбу Дот пойти с ней на вечеринку, — все это, обычно, именно то, чем без сомнений предпочла бы заняться Тони, но не сейчас.
Она внимательно следит за Шелби, наблюдает, как она иногда позволяет себе расстраиваться на уроках и из-за этого вынуждена просить разрешения выйти на минутку, наблюдает, как она делает глубокие вдохи у своего шкафчика, когда у нее есть возможность побыть одной, и знает, что Шелби позволяет себе что-то чувствовать лишь тогда, когда она выходит из-под крыши собственного дома.
Она проводит много времени, размышляя о прошедшем году жизни Шелби: перепалки с Тони, лето, когда ей приходилось все время притворяться с Эндрю, а теперь Бэкка, ее словно пропустили через мясорубку — эмоционально и физически, и Тони не знает, как Шелби при всем при этом, еще удается держаться. Она хочет помочь, чем может, чем угодно, хочет, чтобы Шелби просто, черт возьми, поговорила с ней, хоть как-то, но Шелби, кажется, на время ушла в себя — даже записки в закусочной прекращаются, так же как и визиты туда. Тони прекрасно понимает, что сейчас не время давить на Шелби или просить ее еще об одном поцелуе, даже если бы Тони удалось каким-то образом найти способ поговорить с ней. Она хочет позволить Шелби оплакивать свою лучшую подругу, каким бы она не решила способом, до тех пор, пока она это делает. Поэтому Тони держится на расстоянии и ждет.
Она думает о том, что означает их поцелуй, потому что ей кажется, что это может означать только то… вероятно, это означает, что… Она не хочет слишком много думать об этом, на случай, если есть шанс, что она ошибается. Шелби поцеловала ее по наитию, переживая одно из самых травмирующих событий в ее жизни, и делать какие-то выводы из этого, не поговорив сперва об этом с ней, все равно что совершить прыжок-доверия со скалы и надеяться, что Шелби стоит внизу и держит сеть для подстраховки. А в прошлом Шелби проявила себя не очень-то надежным человеком. Тони всегда чувствовала себя чем-то вроде замены Бэкки, но чем дольше она думает об этом, тем больше понимает, что всегда сама навешивала на себя этот ярлык и, что Шелби однажды даже решилась напрямую поправить ее.
Пугает, когда тебе дают так много надежды, потому что на самом деле все было намного проще, когда Тони чувствовала, что знает, кем она является для Шелби.
***
Сначала Тони не понимает, как Шелби это удается, или как это происходит, или почему вообще это происходит, но на третьи выходные февраля Дот наконец-то удается дозвониться Тони, чтобы позвать на вечеринку, она вытаскивает ее в место, похожее на какой-то старый дом на плантации, из-за чего Тони испытывает супер-дискомфорт, но Дот впихивает ей в руки какой-то шот, и ей становится легче, именно тогда Тони видит там Шелби. Шелби на вечеринке, она даже не в сопровождении Эндрю, и, похоже, она уже изрядно набралась. Тони почти сразу же уходит от Дот, которая зовет ее, она звучит немного раздраженно, но затихает, отворачиваясь, когда видит кого-то знакомого. — Шелби, — говорит Тони, дотрагиваясь до ее руки, чтобы привлечь ее внимание, и Шелби раскрасневшаяся и, честно говоря, довольно заметно ошарашенная, поворачивается, до такой степени, что даже не сразу отступает от Тони и оглядывается по сторонам. — Вау, — невнятно произносит она, с любопытством моргая, глядя на Тони. «Тони здесь». — Шелби здесь, — вторит ей Тони и убеждается в том, что Шелби пьяная в стельку. Шелби наклоняется ближе и шепчет ей, как будто раскрывает самый большой секрет на свете: «Я пытаюсь быть бунтаркой». — Хорошо. — Тони не знает, что еще на это ответить. — Я оставила телефон в круглосуточной библиотеке, так что все выглядит так, будто бы я там занимаюсь. — А его не украдут? Шелби качает головой и нащупывает стену рядом с собой, когда немного теряет равновесие. «Нет. Я спрятала его за Библиями.» — Это… забавно, — наконец произносит Тони, а затем с беспокойством смотрит на Шелби. «Не думаешь, что у тебя могут возникнуть проблемы с возвращением домой?» Шелби хмурится, размышляет: «Это я как-то не продумала», но, похоже, это ее не особо беспокоит. Тони оглядывается по сторонам. Дот теперь полностью испарилась, и, насколько она знает, ей больше не с кем здесь тусоваться; даже Фатин, впервые решает пропустить вечеринку, а Тони не имеет особого желания слоняться по дому и пытаться поболтать с кучей полупьяных знакомых, поэтому она говорит: «Может быть, нам стоит увести тебя отсюда.» Потому что на самом деле Шелби выглядит очень хреново — хуже, чем на вечеринке, с которой все началось, когда Фатин исполнилось семнадцать, и, возможно, даже хуже, чем на той, где она полчаса сидела над унитазом. — Оу? — Шелби смеется и играет бровями, глядя на Тони, и это действительно показатель того, насколько сильно она перебрала с выпивкой, потому что она флиртует: «Ты хочешь увести меня отсюда, Тони?» — Не в этом смысле, — фыркает Тони. «Ты напилась. Давай подышим свежим воздухом.» Тони пишет Дот, чтобы сообщить ей, что она передумала и едет домой, а затем еще несколько минут ждет в машине Шелби, пока действие шота, который она выпила, не выветрится. У Шелби, которая сидит на пассажирском сиденье, в руке напиток, который она не позволила Тони забрать у нее, и Тони почти уверена, что он по большей части состоит из алкоголя, так что Шелби будет еще пьянее, прежде чем все это закончится. Тони смотрит на нее и тяжело вздыхает, задаваясь вопросом, во что, черт возьми, она вляпалась и сколько блевотины ей в итоге придется убирать. Они приезжают на их место, где они обычно встречаются, по поводу чего Шелби отпускает множество невнятных шуток. Затем она выводит Шелби из машины после того, как она допивает свой напиток, и заставляет ее сесть на одеяло, расстеленное на траве. Они сидят на возвышенности, бок о бок, и перед ними открывается вид на парк, отличный от того, в котором Тони обычно встречается с Рейчел для игры в баскетбол, и погода все еще довольно холодная, но Шелби говорит Тони, что ей становится жарко, когда она выпивает и у Тони обычно также, так что ветер их не слишком беспокоит. Они сидят молча какое-то время, и Тони, на самом деле, удивлена тому, как они оказались в этой ситуации, снова вспоминает вечеринку Фатин и задается вопросом, что подумала бы Тони на той вечеринке, если бы знала, все, к чему может привести хоть сколько-то дерьмовое отношение к Шелби. Она рассматривает Шелби, которая откидывается на локтях назад, запрокинув голову и закрыв глаза, позволяет ветру развевать ее волосы, в то время как свет луны играет тенями на ее лице. Тони хотела бы, сделать все по-другому. Она снова отворачивается и смотрит вперед, размышляя обо всех упущенных возможностях, когда краем уха слышит, как Шелби начинает ерзать рядом с ней, а затем рука ложится ей на щеку, разворачивая ее лицо к себе, и внезапно губы Шелби оказываются на ее губах. Поцелуй выходит смазанным и ненасытным; Шелби чертовски пьяна, поэтому Тони игнорирует жар, который проходит через все ее тело, и немного отстраняется, едва узнавая собственный голос, когда шепчет: «Шелби». — Я не хочу, чтобы ты уходила, — невнятно произносит Шелби, и остается совершенно непоколебимой — она наклоняется еще ближе и прижимает Тони к себе, положив руку на ее щеку и снова целуя, отчаянно пропихивая язык ей в рот, у Тони вырывается стон и она на мгновение прислушивается к желанию своего тела; все ее мышцы напряжены и кричат о том, чтобы она сдалась, и она так и делает, просто позволяет Шелби делать то, что она хочет, и как можно лучше подстраивается под ее беспорядочные движения. Она так чертовски сильно скучала по этому, по поцелуям с Шелби, но она чувствует, что это не правильно, что Шелби не полностью с ней, и мысль о том, что Шелби может подумать обо всем этом, когда протрезвеет, заставляет Тони снова резко отстраниться. — Шелби, — предупреждает она во второй раз, ее сердце бешено колотится, и Шелби ложится на спину рядом с ней, ее взгляд такой тяжелый, и ее руки скользят по животу, а затем опускаются ниже. Она расстегивает пуговицу на своих джинсах, и Тони резко вскакивает. «Что ты делаешь?» — Рзве т привзла меня сюд не для этоо? — спрашивает Шелби, очень неразборчиво — наполовину из-за алкоголя, наполовину из-за ее акцента, и Тони убирает ее руки от джинс и застегивает пуговицу обратно, щеки Тони горят. Закончив, она отодвигается, сохраняя дистанцию. — Не тогда, когда ты в таком состоянии, — твердо говорит Тони, а Шелби делает вид, что просто рассматривает звезды, и эта ситуация могла бы быть забавной — она лежит пьяная, раскинув руки, рядом с Тони, если бы это была не Шелби и, если бы слезы не начали медленно стекать из уголков ее глаз. — Я знаю, что Бэкка никогда не хотела меня, но я думала, что ты хочешь, — бормочет она, и Тони чувствует, как эти слова, словно тиски, сжимают горло. Она не понимает, что значат все эти слова про Бэкку, знает ли Шелби что-то, что Тони упускает, может у них все-таки в какой-то момент состоялся разговор, или Шелби просто делает предположения. Но по щекам Шелби снова скатываются слезы, и Тони не может удержаться и протягивает руку, чтобы взять ее за руку, несмотря на то, что между ними все еще остается достаточно большое расстояние, так что обе их руки теперь висят в воздухе полностью вытянутые. Тони знает, что они выглядят глупо со стороны, но ей все равно. — Она любила тебя, Шелби, — говорит Тони, чтобы успокоить ее, хотя она знает, что Шелби не это имеет в виду, и пытается понять, не сказала ли она что-то не так, когда Шелби начинает еще сильнее плакать. — Я нехороший человек, — всхлипывает она, качая головой. «Никто не должен любить меня». Кажется, сейчас не самое подходящее время для этого разговора, поскольку в данный момент Шелби явно не очень ясно мыслит, поэтому Тони говорит: «Это неправда», а затем пытается отвлечь ее хоть как-то. «Давай просто посидим здесь и подышим, Шелби. Все будет хорошо». Какое-то время Шелби тихо плачет, а Тони сжимает ее руку, пока в конце концов она не замолкает. Когда Тони поворачивается к ней, она видит, что Шелби отключилась, а на ее щеках следы от слюней, что, по мнению Тони, в разы лучше рвоты. Тони снова вздыхает и пододвигается к ней, приподнимает уголок одеяла и слегка вытирает рот Шелби, затем садится рядом и наблюдает за ней, аккуратно проводит пальцем по изгибу ее носа, губ и подбородка и тихо говорит, испытывая ноющее чувство в груди: «Ты такая красивая». Шелби в отключке, пьяна и пускает слюни, а Тони смотрит на нее так, словно она гребаная Мона Лиза или что-то в этом роде, это так чертовски жалко. — Боже, я в полной заднице, — равнодушно добавляет она про себя, качая головой. В конце концов Шелби просыпается, причмокивая губами, садится и с некоторой тревогой оглядывается по сторонам, очевидно, не сразу вспоминая, где она находится. Тони слегка улыбается ей и машет рукой в темноте с того места, где она все еще сидит неподалеку, подтянув колени к груди. — Доброе утро, красавица, — шутит она. «Как ты относишься к цикадам? Потому что я слушаю, как они стрекочут на нас уже около двух часов, и я начинаю думать, что они полный отстой». — Я проспала два часа? — недоумевает Шелби. — Я думала, что это продлится еще дольше, — говорит Тони. «Ты порядком набралась». Шелби морщится и потирает голову. «Я говорила что-нибудь глупое?» — Ага, — говорит ей Тони, улыбаясь. «Хотя ничего такого, чего бы не сказала я, будучи трезвой». Шелби внимательно смотрит на нее, и Тони даже в темноте видит беспокойство в ее глазах. «А я… делала что-нибудь глупое?» — спрашивает она, и Тони осознает, что Шелби действительно ничего не помнит. — Все в порядке, Шелби, ты ничего такого не делала, — вот и все, что она говорит. «Давай заберем твой телефон, а потом я отвезу тебя домой». Дисплей радио в машине показывает 1:30, когда Тони подъезжает к району Шелби, и Шелби нервничает, с тех пор как они вернули ее телефон, так как знает, что у нее неприятности. Она вся бледная и встревоженная и, в итоге, кладет руку на руку Тони, когда до ее дома остается еще одна улица и говорит: «Подожди». Тони нажимает на тормоз и смотрит на нее. — Он больше никуда меня не отпустит, — говорит ей Шелби. «Я бы даже сказала, что сегодня он позволил мне пойти вечером в библиотеку только потому, что ему было меня жаль. Из-за Бэкки.» — Он даже не позволил тебе пойти на похороны? — Тони удивляется, вспоминая, что никого из семьи Шелби там не было, и Шелби отрицательно качает головой. — Я даже не знала об этом до позавчерашнего дня. И я даже не могла… — она замолкает, плотно сжимает губы, и ее голос немного срывается, «Я не могла показать ему, что расстроена.» Тони ставит машину возле парка и пристально смотрит на нее. «Что случилось, Шелби?» Шелби качает головой, и через секунду по ее щекам текут слезы. «Это все моя вина. Я наговорила ей ужасных вещей, но я была так… я была так напугана, и я не хотела, чтобы он заставил меня вернуться в то место…» — Шелби, — выдыхает Тони, протягивая руку, чтобы вытереть слезы, но Шелби отстраняется, все еще качая головой. — Я не заслуживаю твоего сочувствия, правда, не заслуживаю. Если бы ты знала, что я ей сказала… то, что она мне доверила. — А потом Шелби отворачивается, закрывает лицо руками и плачет. «Я была такой идиоткой, я думала, что любила ее все эти годы, а потом… потом появилась ты, и я просто хотела посмотреть, смогу ли я вернуть все к тому, как было раньше с ней. С ней я чувствовала себя в безопасности, была какая-то стабильность. А ты… ты пугаешь, с тобой не знаешь чего ожидать, Тони.» Слишком много информации для Тони сразу; она все еще зациклена на чувствах Шелби к Бэкке, а она намекает на свои чувства к Тони. — Я была расстроена и не подумала как надо, — продолжает Шелби. «Она сказала своим родителям, что я поцеловала ее, а они рассказали моим родителям, и тогда мне пришлось заставить ее возненавидеть меня, чтобы они увидели, что я пытаюсь…» — Блять, Шелби. — на этот раз Тони тянется к ее плечу, но Шелби стряхивает ее руку. — Она сделала то, что сделала, потому что я заставила ее так себя чувствовать. Я убила ее. Я стала таким… таким монстром с прошлого лета. Иногда я смотрю в зеркало, и мне кажется, что я больше не узнаю себя. Я ненавижу то, что вижу. Челюсть Тони сжимается от гнева, когда она представляет холодный взгляд отца Шелби и его руку, хватающую ее за локоть в вестибюле возле бутылок с водой. «Чушь, которую вбил в тебя твой отец и этот лагерь, — вот что заставило тебя говорить те вещи, Шелби», — говорит она. «Ты не монстр. То, через что ты прошла, любого бы сломало.» — Но у меня есть выбор, помнишь? — говорит Шелби, поднимая голову, чтобы посмотреть на Тони, и ее щеки красные и мокрые от слез. «У меня всегда есть выбор. Ты ведь так говорила. Мне не нужно было говорить ничего из того, что я сказала. Мне не нужно было ее целовать.» Она прерывисто вздыхает. «Она единственный человек, который когда-либо любил меня, не ожидая, что я буду идеальной». — Нет, Шелби, это не так, — говорит Тони и смотрит на опухшие глаза и щеки Шелби, растрепанные волосы и размазанный макияж, вспоминает то, как Дот возвращается в дом после ссоры Фатин с Лией, бормоча о том, какое же все-таки чертовски запутанное чувство - любовь. «Никто из тех, кто любит тебя, не должен ожидать, что ты будешь идеальной. Они должны просто смотреть на тебя и думать, что ты и есть такая». Шелби выдыхает через нос и слегка закатывает влажные от слез глаза. «Я определенно не идеальна, Тони». — Да, но ты — это ты. — Тони откидывает голову на спинку сиденья и слегка улыбается Шелби. «Это ведь достаточно близко к идеалу, да?» Шелби молча смотрит на Тони довольно долго, и Тони немного удивляется, когда видит, что ее глаза снова наполняются слезами, потому что она ведь правда пыталась подбодрить ее. Губы Шелби дрожат, и она вздыхает: «Тони», протягивает руку, как будто собирается дотронуться до лица Тони, но затем передумывает и убирает руку, крепко прижимая ее к груди. Ее глаза такие большие и печальные. «Я бы хотела, чтобы многие вещи у нас с тобой сложились по-другому». Тони смотрит и чувствует, как сжимается ее сердце, когда она видит, как по щекам Шелби катятся новые слезы. У нее сжимается горло, она моргает, заставляя себя не расплакаться здесь, пытаясь быть сильной ради Шелби. «Шелби, они все еще могут». — Ты должна поехать в Калифорнию, — говорит ей Шелби, и Тони видит, что она пытается улыбнуться, но ее губы все еще дрожат, и она едва может заставить себя это сделать. «Я уже представляю тебя на пляже.» Она закрывает глаза. «И когда я вижу это в своей голове, ты там намного счастливее».***
Тони проводит больше времени с Фатин в течение следующей недели, потому что она всегда отлично умеет подбодрить Тони, не заставляя ее слишком углубляться в свои чувства. Однако они не занимаются сексом, что Фатин превращает в целое событие, хотя прошло совсем немного времени с тех пор, как именно Фатин была тем, кто решил отказаться от этого. — Ты такая гребаная кайфоломка, Тони. Тони жмурится, когда чувствует, как зернышко попкорна вонзается ей прямо в затылок. Она сидит на полу в спальне Фатин, скрестив ноги, смотрит фильм, прислонившись спиной к ее кровати, в то время как Фатин растянулась на матрасе позади нее и ведет себя как маленькая плаксивая сучка. — По крайней мере, когда я не трахаю тебя, это потому, что я временно сошла с ума и завязала с кем-то отношения. А в твоем случае, Шелби могла бы отправить тебе по почте стикер с сердечком, сказав, что между вами будет что-то через три месяца, и ты бы такая: «Извини, Фатин, мое сердце и вагина заняты на неопределенный срок». Это полный пиздец. — Это буквально неправда. Я спала с тобой несколько месяцев. — Тони закатывает глаза и чувствует, как еще одно зернышко попадает ей в голову. «Прекрати. Иди соблазняй кого-нибудь где-нибудь в другом месте, или в следующий раз я даже не соизволю составить компанию твоей одинокой заднице. Где Дот?» — Наверное, спит с кем-то. Хоть кто-то из нас. Она, буквально сказала тебе свалить со мной в закат, вообще-то. — Ха? Дот так сказала? — Нет, Шелби, идиотка. Я ведь тоже поступаю в Калифорнийский университет в Лос-Анджелесе. — Это немного вырвано из контекста. — Фатин бросает в нее еще одно зернышко, и челюсть Тони напрягается. — А что Марта думает по этому поводу? — Она говорит, что пока я забочусь о себе, я должна следовать зову своего сердца. — Боже, она бы так и сделала. — Тони слышит, как Фатин тяжело вздыхает. «А что, если твое сердце зовет тебя прямиком в мясорубку, а? Ты когда-нибудь задумывалась об этом?» Это вполне вероятно, — думает Тони. — Я все равно должна попробовать, — решает она вслух. «Я знаю, что она тоже меня любит». — Она действительно так сказала? — Фатин спрашивает с такой интонацией, словно уже знает ответ. — Не… буквально, — осторожно произносит Тони. «Но это так. Я чувствую.» Тони действительно чувствует; она понимает это сейчас, по тому, как Шелби украдкой поглядывала на нее в течение нескольких месяцев, по тому, как она заставила себя быть достаточно храброй, чтобы завести тот разговор на танцах, по тому, как она снова начала писать записки какое-то время; она чувствует это по тому, как Шелби так нежно и отчаянно целует ее, как будто она вечность ждала того, чтобы сделать это снова, и Тони не понимает, как долго она не замечала всех этих знаков, как она могла быть такой глупой, что вообще все это пропустила. Она потратила так много времени будучи уверенной, что не заслужила этого, что никогда не утруждала себя вопросом, было ли это у нее вообще. Фатин закатывает глаза. «Итак, Шелби говорила тебе, как сильно она тебя любит, до или после того, как попросила тебя свалить в Калифорнию?» Тони поворачивается и свирепо смотрит на нее. «Ты не поймешь». — Что ж, выходит она этого не говорила. Я сделаю кое-что получше. Я люблю тебя, Тони… — Фатин раздвигает ноги и показывает пальцем. «…когда ты в моей вагине. Да ладно, я даже приняла душ.» — Ты ужасно жалкая, — смеется Тони, и Фатин не выдерживает и начинает смеяться вместе с ней. «Не, ну правда, все из твоего списка одновременно бросили тебя или что?» — На прошлой неделе один парень делал мне куни, — начинает Фатин, «и он буквально укусил меня…» — Нет! — Тони перебивает, зажимая уши ладонями. «Стоп, стоп, стоп». Когда она, наконец, теряет бдительность, Фатин с удивлением наблюдает за ней, шевеля бровями. «Итак, Шелби хотя бы хороша в оральном сексе? Ты никогда не рассказывала мне подробностей. У меня есть теория, что акценты людей влияют на эти навыки. Типо что-то в том, как двигается твой язык, когда ты говоришь?» Тони краснеет и не хочет отвечать, знает, что Фатин будет осуждать ее, но все равно говорит: «Все было немного односторонне». — Тони! — Фатин выдыхает, на этот раз бросая в нее подушкой. «Нет! Это гребаный красный флаг, чел. Я бы никогда не поощряла это, если бы знала». — Она пыталась, — уточняет Тони, и глаза Фатин расширяются от ужаса. «Я не это имела в виду! Я не хотела, чтобы она это делала, поэтому всегда отказывалась. Мы продолжали вести себя отстойно по отношению друг к другу в школе, так что… послушай, я просто не хотела этого. Все сложно. И это моя вина, а не ее.» — Она хотя бы прикасалась к тебе? — вырывается у Фатин, а Тони стискивает зубы и снова смотрит вперед. «Тони. Ты влюблена в девушку, которая никогда не прикасалась к тебе.» — Все происходило в странном порядке, — решает Тони. «Сначала секс, а потом… Я не знаю, может быть, любовь и симпатия одновременно, не совсем уверена насчет этого, и мы по-прежнему работаем над доверием…» Она замолкает, понимая, что на самом деле ей становится легче от того, что она объясняет все это кому-то вслух, даже если Фатин осуждает ее за это. «Ты действительно думаешь, что я должна просто сдаться и отступить?» — спрашивает она. — Я думаю, это слишком — просить кого-то бросить все ради тебя, — говорит Фатин, на этот раз серьезно. «Особенно, когда это звучит так, будто она беспокоится, что не сможет этого сделать». Она хмурится и добавляет: «Кстати, ты ведь знаешь, что многие из колледжей и универов дают стипендию спортсменам, да? В том числе и Техасский аграрно-технический. Правда я думала, ты нацеливаешься на что-нибудь не такое масштабное." — Так и было. Я подумала, что в кои-то веки выберу что-нибудь менее напряженное. — Тони на мгновение задумывается, а затем продолжает, - «И я думаю, возможно, какая-то часть меня думала, что я буду недостаточно хороша для этого универа». Фатин притворно ахает. «Нет! Тони Шалифо, недооценивающая себя? Никогда!» Тони закатывает глаза. «Ну, не похоже, что все это пока является реальной проблемой. Я не могу поехать в Калифорнию, пока не получу предложения. Техас щедр на предложения, но это не означает, что они готовы предложить студенческую стипендию с шестизначными цифрами.» Плюс, Шелби тоже собирается поступать в Техасский аграрно-технический университет, но Тони об этом решает не упоминать. Еще неделю спустя Тони получает предложение от рекрута из Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе. Теперь это проблема.
