[Добро пожаловать в класс превосходства] Финальный год

На следующий день, прежде чем классный час закончился, Чабашира предупредила нас. «Буквально за день до экзамена у вас будет подготовительный отпуск. Вы можете оставаться в своих комнатах и ​​учится, но тем, кто хочет учится в библиотеке, разрешено это делать. И я не думаю, что мне нужно вам говорить, но при входе в здание школы вы должны быть в школьной форме.» После того, как уроки закончились, я пошел в библиотеку, чтобы посмотреть, как дела у Хорикиты и остальных. «Это довольно сложно, не так ли?» «Черт возьми? Я постоянно путаю часть органической химии. Она продолжает путаться всякий раз, когда я читаю новую реакцию!» Судо, Ике, Шинохаре и остальным приходится нелегко. Начнем с того, что они были слабы в учебе, а тот факт, что это был выпускной экзамен, усиливал давление в сотни раз. Но, несмотря на давление и разговоры о том, как это трудно, они не переставали учиться. Это только показало, сколько решимости у них было. «Киётака-кун, проверяешь?» «Да. Как дела, Йоске?» «Все стараются изо всех сил. Если так и продолжится, я не думаю, что нам придется беспокоиться.» «Понятно. Не заставляй себя, Йоске. У тебя есть собственный экзамен, о котором нужно беспокоиться.» «Нет, я в порядке. Спасибо за заботу, Киётака-кун.» Йоске был человеком, который ставил других выше себя независимо от ситуации. Я знаю, что это было из-за его прошлого, но то, что он действительно смог довести это до конца, было необычным подвигом. Хорикита усердно работала, обучая Судо, Ике и тех, кто был сравнительно слабее остальных. Она заметила меня, и я подошел к ней. «Итак, что ты делал вчера?» «Вчера?» «Шиина-сан.» Ах. Она имела в виду это. Но как насчет того, что я сделал? Я ничего не делал. Я просто пошел к ней в комнату, чтобы взять несколько книг. «Я просто пошел за книгами.» «Понятно.» «Что еще более важно, что ты собираешься с этим делать?» «О чем?» «С другими классами.» «Я просматриваю их прошлые академические записи и приму соответствующее решение.» «Эта привилегией кажется неплохой, но когда ты начинаешь думать о других классах, это заставляет тебя чувствовать, что привилегия, которую мы получили, не так уж велика.» «Правильно. Но это не значит, что мы можем просто сидеть сложа руки. Мы должны делать все возможное с тем, что у нас есть.» «Но это будет хлопотно, не так ли?» «Хм?» «Если у других классов есть более опасная привилегия.» Привилегия, которую мы имеем, ни в коей мере не плоха, но я не могу считать ее полезной. Не было сомнения, что другие классы будут иметь более удивительные привилегии. Но я весьма впечатлен Хорикитой. Когда о нашей привилегии объявили, она сразу поняла, как использовать ее более эффективно. И это то, что привело нас к нынешней ситуации. «Мы ничего не можем с этим поделать сейчас, не так ли?» «Ага.» «Аянокоджи-кун. Я очень надеюсь, что ты приложишь все усилия. Для тебя будет легко набрать 400 баллов, не так ли?» «Так и было бы, но не в этот раз.» «А? Почему? Ты собираешься сдерживаться, не так ли?» «Разве я такое говорил?» «Нет.» Хорикита прищурилась, глядя на меня. «Тогда что ты имеешь в виду?» «Ничего такого.» «Что-» «Ах, Хорикита-сан, пожалуйста, помоги мне с этим!» Голос Шинохары прервался, и Хорикита не смогла продолжить. Я воспринял это как шанс сбежать с места происшествия. Я увидел членов своей группы на углу, поэтому решил направиться туда. Я уселся на место рядом с Харукой. «Ах, Киёпон! Помоги мне с этим!» Меня тут же поймала Харука, и я начал помогать ей с японской литературой. «Ты сильно помог, Киётака-кун» — сказал Кейсей, оценивая тест Айри и Акито. Должно быть, они только что закончили свои контрольные работы, подготовленные Кейсеем. Он был прилежным человеком. «А ты, Харука? Ты сделала этот тест?» «Да. Я справилась!» Она показала мне большой палец вверх. «Не становись дерзкой только потому, что ты закончила его немного быстрее, чем мы» — сказал Акито, даже не глядя на нее. «Не впадай в депрессию только потому, что ты не финишировал первым. Давай. Ты уже третий год в старшей школе!» — дразнила Харука в ответ. Я проверил ее проблемы и помог Кейсею провести учебную сессию. Была уже поздняя ночь, и я шел один к общежитию, когда получил сообщение на свой телефон. Прочитав содержание сообщения, я начал думать, что с этим делать. Я мог бы проигнорировать его, но отправитель обязательно придет за мной, если я это сделаю. Это было бы проблематично по-своему. Если до этого дойдет, то лучше закончить сразу. Я открыл приложение для обмена текстовыми сообщениями и написал Кей, что немного опоздаю. «Хорошо. Я думаю приготовить ужин сегодня вечером.» Она будет в порядке? Это была первая мысль, которая пришла мне в голову после прочтения ее сообщения. Она не очень хорошо готовила. Она попробовала один раз, но это было едва съедобно. Так что, если она сделает это снова… Пока я думал об этом, я получил еще одно сообщение от Кей. «Я не напортачу, как в прошлый раз. Так что не волнуйся.» «Она эспер или что-то в этом роде?» «Понял. Жду с нетерпением.» Я написал ей об этом и получил в ответ смайлик в виде сердечка. Потом я подумал о том, чтобы написать другому человеку. Хотя может показаться подозрительным, если я встречусь с девушкой в ​​это время ночи, у меня не было другого выхода. Я мог бы попросить Кей, но тогда она вообще не позволила бы мне пойти. Вот почему я хотел попросить ее о помощи, а не Кей. Как только я собирался написать сообщение, тот самый человек, которого я имел в виду, окликнул меня сзади: «Аянокоджи-семпай?» Нанасе Цубаса стояла позади меня с пакетом продуктов в руке. «Поход по магазинам?» «Да. Ты возвращаешься в общежитие?» «Да.» Она подошла ко мне, и мы пошли вместе, бок о бок. «Как прошел твой выпускной экзамен, Нанасе?» «Мы хорошо справились. Со следующего семестра нас переведут в класс C.» «Это потрясающе. Поздравляю.» «Спасибо» — сказала она, почесывая щеки. «Но я слышала, что класс семпая также дошел до класса C. И не говоря уже о том, что это происходило дважды.» «Один раз это было из-за нашего замечательного лидера, а другой раз из-за Коенджи.» «Пусть ты так и говоришь, но ты определенно что-то сделал. Что касается Коенджи-семпая, если бы ты не препятствовал тогдашнему президенту школьного совета, он бы не смог занять первое место.» Я не мог опровергнуть этот факт. Даже если я приложил к этому свою руку, на самом деле столько очков заработал сам Коенджи, так что в этом случае я почти ничего не сделал. Хотя говорить ей об этом было бы бессмысленно. Поэтому я держал рот на замке. Для начала я хотел позвонить Нанасе, чтобы спросить ее о том, что мне нужно. «Нанасе. У меня есть к тебе просьба.» «Что это может быть?» Я подробно рассказал ей о том, что ей нужно сделать, пока она внимательно слушала. «Оставь это мне» — сказала она, энергично кивая. «Но с тобой все в порядке, Нанасе?» Казалось, она была сбита с толку моим внезапным вопросом, но вскоре уловила его смысл. «Не могу сказать, что меня это не беспокоит. Но эту идею выдвинул сам Хосен. Даже если бы я попросила его остановиться, он не стал бы меня слушать. Я все же надеюсь, что никто серьезно не пострадает.» «По крайней мере, со мной всё будет в порядке. И, Нанасе, я знаю, что тебе это не понравится, но, пожалуйста, не вмешивайся любой ценой.» «Л-ладно. Если семпай этого хочет, то я не буду вмешиваться.» «Спасибо.» Мы возобновили прогулку. Поскольку я уже сказал то, что хотел, в голову не пришло ничего, с чего можно было бы начать разговор, поэтому мы молча шли рядом друг с другом. Я мог заметить, что Нанасе снова и снова смотрит на меня, а затем на ночное небо. «Что случилось, Нанасе?» «Хе? Ах, ничего.» «Если речь идет о деле с Хосеном, то я…» «Ах, нет. Дело не в этом, а в другом.» «Что-то другое?» Пока она пыталась отрицать то, что я сказал, она проговорилась, что у нее что-то на уме. Она слишком поздно осознала свою ошибку. «Речь идет о следующем годе.» «Следующий год.» «Да. Я беспокоюсь о том, что мне делать в следующем году?» «Что ты должна делать? То же самое, что ты делала, я думаю.» «Но семпая уже не будет в следующем году.» Так вот что она имела в виду. Когда я сломил ее боевой дух во время экзамена на острове, она сказала, что бросит школу. В то время я сказал ей, чтобы она осталась в этой школе и вместо этого помогала мне. Она ухватилась за тот спасательный круг, который я ей бросил, и сделала это своей единственной причиной остаться в этой школе. Но в следующем году меня здесь не будет. Это означает, что причина, по которой она оставалась в этой школе, исчезнет. Должно быть, сейчас она думает о том, чтобы бросить учебу по собственному желанию. И это меня не устраивало. Ее друг детства, о котором она очень заботилась, покончил жизнь самоубийством. Или, скорее, он был доведен до этого из-за «этого человека». И причина, по которой «этот человек» сделал это, была из-за меня. Так что в каком-то смысле я был причиной неприятностей Нанасе. Хотя я не был тем, кто убил Мацуо, я был причиной, которая привела к его смерти. Из-за этого жизнь Нанасе была разрушена. Если бы не это, она бы вообще не поступила сюда. Но теперь, когда она уже здесь, я хочу, чтобы она продолжила свое путешествие. Хотя уровень образования здесь не был на уровне Белой комнаты, это все же было лучшее место для обучения, чем обычная средняя школа. Еще год, проведенный в этой школе, определенно даст ей много возможностей для учебы и совершенствования. Я не хотел, чтобы она выбросила его, пока он был у нее в руках. «Нанасе. Я хочу, чтобы ты осталась в этой школе до конца.» Она ничего не говорила, и ее лицо по-прежнему было опущено. «Если бы ты бросила учебу, это бы меня обеспокоило. Я не хочу, чтобы твои действия доставляли мне неприятности.» Она слегка улыбнулась и посмотрела на меня теплыми глазами. «Когда ты так говоришь, ты же знаешь, что я не смогу спорить. В конце концов, я не хочу доставлять семпаю больше проблем, чем уже есть.» Это был единственный способ заставить ее остаться. Хотя я знаю, что это было ненормально, она, казалось, очень меня слушалась. Так было со времен островного экзамена. Возможно, она хотела покаяться в своих проступках, но это было уже слишком. Нормальный человек не стал бы прикладывать столько усилий. Это просто показало, что она была честной девушкой до безобразия. Казалось, что мои слова достигли ее, поскольку она подняла голову. Мы вдвоем продолжали идти вместе, пока не разошлись по своим комнатам.