Крадущийся тигр, затаившийся дракон

Сяо Чжань в роли неуловимого соседа и вовсе не мстителя

Не совсем уверенный в том, что записка предназначалась ему, а не партнёру владельца квартиры, Сяо Чжань не смог воспротивиться желанию оставить ответное послание. Рассудив, что он вполне легально провёл ночь на этой императорской кровати и ему совершенно нечего стесняться, он позаимствовал чистый лист и ручку со стола в хозяйской комнате и приложил получившееся послание, которое включало в себя также подробные инструкции относительно кошки, к одинокой кружке на столе. Осуществляя свою маленькую шалость и возвращая ручку на то же место, где она лежала ранее, он не переставал улыбаться и даже тихонько напевать себе под нос какую-то неопределённую мелодию — такие вещи всегда поднимали ему настроение. Сборы заняли у него не более часа, двадцать минут из которого Сяо Чжань потратил на полноценную кошачью фотосессию, чтобы начать скучать уже в аэропорту. На выходе он понял, что забыл поинтересоваться по поводу ключей, взглянул на часы и решил всё-таки оставить связку на том же месте, откуда Ван Чжочэн выловил их вчера. Писать так рано владельцу по данному вопросу ему не хотелось, равно как и бросать ключи на произвол судьбы, но гораздо неприятнее было бы, если бы братюня Лю Хайкуаня вернулся домой и обнаружил, что единственная связка где-то на подлёте к Сингапуру. Для успокоения души он всё-таки настрочил сообщение владельцу о том, где ему следует искать ключи, и, как воспитанный мальчик — как-то же так его рекламировал Ван Чжочэн? — поблагодарил за гостеприимство. А затем отправил ещё одно сообщение, представившись новым арендатором — вряд ли у братюни был миллион квартир, которые он сдал вчера. Он, конечно, уже подписался ранее в маленькой записке, оставшейся у чашки, но ведь сначала, чтобы попасть в дом, братюне придётся ознакомиться с сообщением, и только потом он встретится с маленькой шалостью нового арендатора. Поэтому, решил Сяо Чжань, в такой ситуации лучше перестараться и представиться дважды. В семь утра он стоял перед домом в ожидании такси, сжимая поднятую вверх ручку от средних размеров чемодана — он никогда не был большим любителем возить с собой большое количество одежды, потому что всё равно ходить куда-либо, помимо самих съёмок, в командировках времени особенно не было. Такси сначала задержалось, а потом при выезде из двора им пришлось потратить некоторое время, чтобы разъехаться с двумя машинами и мотоциклом. Сяо Чжань безразлично смотрел на все эти манипуляции с заднего сиденья, поглаживая большим пальцем экран телефона, чтобы не нервничать. Он вряд ли мог опоздать, потому что и так выехал заранее, да и встречались они с другими забукированными на проект моделями, предусмотрительно заложив n-ое количество минут на опаздывающих, так как не все были из их агентства и ручаться за их пунктуальность никто не мог. Но невроз всё равно был тут как тут. В ожидании, пока машина перед ними сдаст назад — происходило это слишком медленно, но слева и справа были припаркованы другие автомобили, так что приходилось осторожничать всем участникам затора — Сяо Чжань в попытке отвлечься скользнул взглядом по машине, которая была прямо перед ними, и попытался представить, кто они и куда держат путь так рано в воскресенье. Но и в этом не нашлось ничего интересного — там была семья с несколькими детьми, а на крыше даже стояло два детских велосипеда. Очевидно, они возвращались после летнего отдыха где-то за городом. Взглянув чуть дальше, Сяо Чжань зацепился взглядом за мотоциклиста — тот и вовсе решил не сдавать назад, пристроившись кое-как в маленьком кармане между припаркованными машинами. Видимо, подобный вариант, чтобы оставить мотоцикл, его не устраивал, потому что, несмотря на заглушённый двигатель, шлем он не снимал и просто ждал, когда проедет такси Сяо Чжаня, чтобы, вероятно, продолжить свой путь вглубь двора. Хотя мотоциклист не двигался и по его внешнему виду тяжело было сказать что-то определённое, смотреть на него было куда приятнее, чем на буйствующих детей в первой машине. Наверное, в какой-то момент ожидание стало совсем утомительным, потому что мотоциклист сдался, убрал одну руку с руля и нырнул в карман изрядно потрёпанной жизнью кожанки, ожидаемо выудив оттуда телефон, и уткнулся в него, совершенно утратив интерес к происходящему. Такси почти поравнялось с мотоциклистом, и, находясь в такой непосредственной близости от него, Сяо Чжаню стало даже немного неловко за свой повышенный интерес, хотя он и понимал, что за тонированным задним стеклом это можно было делать совершенно безнаказанно. Как назло, мотоциклист будто почувствовал что-то, отвлёкся от телефона и посмотрел прямо на Сяо Чжаня, и тот мгновенно ощутил, как загорелись его щёки, словно его застукали за чем-то постыдным. Будто намеренно издеваясь, мотоциклист слегка наклонился ближе и… потёр свой чёрный шлем с абстрактными зелёными вставками свободной от телефона рукой; Сяо Чжань, выдохнув, провёл тыльной стороной по лбу и нервно рассмеялся — господи, ну, конечно, мотоциклист смотрел вовсе не на него, он разглядывал своё отражение в тонированном стекле, которое подходило для этого просто идеально. После осознания такого банального положения дел Сяо Чжаню значительно полегчало, и он решил не отказывать себе в удовольствии понаблюдать ещё чуть-чуть, отчего-то поймав себя на мысли, что было бы неплохо, если бы мотоциклист приподнял щиток или вовсе снял шлем, но тот уже отвернулся, склонившись над телефоном, и стал строчить какое-то сообщение. К сожалению или к счастью, на этой ноте такси стало гораздо оперативнее продвигаться вперёд, и спустя пару секунд они наконец выехали на проспект, где по непонятным причинам в восемь утра воскресенья уже кипела жизнь. Словно понимая, что они потеряли драгоценное время в этой дурацкой дворовой «пробке», таксист разом перестроился через несколько рядов. Сяо Чжань загипнотизированно провожал глазами автомобили, которые они обгоняли, и вздрогнул, когда тишину салона неожиданно нарушил сигнал пришедшего ему сообщения: «Очень любезно с твоей стороны. Приятной поездки! Ван Ибо». По всей видимости, Ван Ибо уже добавил Сяо Чжаня в список контактов, потому что на этот раз, когда Сяо Чжань перешёл из уведомлений непосредственно в чат, на месте прежней стандартной заглушки для отсутствующего или скрытого в настройках приватности пользовательского фото красовалось что-то тёмное. Сяо Чжань тапнул по маленькому кругляшу и уставился на фотографию, которая теперь заполнила все пространство. Он был готов спорить на что угодно, что это был тот самый мотоциклист, которого он так нагло рассматривал этим утром, из-за того самого чёрно-зелёного шлема. И шлем этот как назло всё так же красовался на Ван Ибо, совершенно не выдавая того, как выглядит его лицо. От таких совпадений ему всегда становилось немного тревожно, в хорошем смысле — у него немного задрожали руки, словно такая случайность была напоминанием вселенной, что иногда какие-то повороты нашей судьбы могут произойти совершенно внезапно. Ещё вчера на его орбите совершенно не существовало никаких Ван Ибо и «братюнь Лю Хайкуаня». А теперь он мало того, что — технически говоря — проживал в квартире этого молодого человека, так ещё и совершенно случайно столкнулся с ним, уезжая в Сингапур. Данное совпадение он отчего-то записал в разряд приятных, совершенно не в силах контролировать улыбку, которая прямо сейчас озаряла его счастливое лицо, склонившееся над телефоном. Когда наконец Сяо Чжань закрыл фотографию, то краем глаза увидел, что Ван Ибо снова в сети, а затем статус-бар и вовсе изменился на «отправляет фото», после чего в чат упала пока ещё заблюренная таинственная фотография. Сяо Чжань, не прекращая улыбаться, пробормотав себе под нос «посмотрим-ка», открыл фотографию. Там он узнал свою утреннюю записку, в которой отправитель обвёл маркером то самое предложение, ради которого всё и затевалось: «Не имею привычки отказывать себе в подобных удовольствиях». Следом упало сообщение: [Братюня Лю Хайкуаня] А ты достойный соперник |ʘ‿ʘ)╯ Мне даже немного жаль, что мы не познакомились лично Через сколько ты вернёшься? [XZ] Если бы ты не был так занят разглядыванием себя любимого в окно такси, то, глядишь, заметил бы пассажира на заднем сидении [Братюня Лю Хайкуаня] :D Если ты думаешь сейчас, что это заставит меня как-то устыдиться своих действий, то прости, это вообще не про меня Главное, что ты заметил Хотя мне немного жаль, что ты не опустил окно Впечатлило зрелище? ∠( ᐛ 」∠)_ Сяо Чжань рассмеялся вслух — какой интересный у него, однако, намечается сосед. [XZ] :) Если под зрелищем подразумевать чёрное пятно, отдалённо напоминающее человека, натирающее свой шлем, глядя прямо на меня, то да, зрелище вышло действительно… Захватывающим ;) [Братюня Лю Хайкуаня] Отдалённо напоминающее человека — звучит немного оскорбительно, но я не очень обидчивый К слову, кошка очень милая Только инструкции жесть Я не уверен, что всё это можно учесть И вообще, у нас лапки Видимо, в подтверждение сказанному Ван Ибо прислал фотографию — судя по всему, кошка по собственному желанию лежала на животе у Ван Ибо, а тот начёсывал ей пушистую шею. Спелись, значит. Вот же ореховая предательница! От раздумий по поводу достойного ответа этим двум негодяям на фото Сяо Чжаня оторвал водитель, который совершенно бесцеремонно поинтересовался: — Вы не боитесь опоздать? Сяо Чжань даже не сразу понял, что обращались к нему, но от телефона всё же оторвался и непонимающе уставился в зеркало заднего вида, встретившись там взглядом с водителем. — Мы приехали, — напряжённо выдохнул тот и вышел из такси, чтобы вытащить чемодан Сяо Чжаня и отделаться от клиента. Клиент же с сожалением взглянул в чат, где его забавный собеседник все ещё числился «в сети»; не без грусти смахнул приложение, заблокировал телефон, вышел из салона и, выдвинув ручку чемодана, уже ожидавшего его у двери, угрюмо двинулся в терминал.