Первая встречная, люби меня вечно

Лето в этом году выдалось как никогда жарким и солнечным. Погода была как в сказке, или старом мультике на плёнке, жаль, что был все ещё июнь и с утра приходилось учиться в душном классе. Вот вам и последствия перенаселения планеты во всей красе, Т/И за эти пару часов успела устать, словно ее гоняли без продыху пару десятков кругов по стадиону. Благо, после обеда она была предоставлена сама себе и могла помаяться, по словам взрослых, всякой дуростью, пусть сама она общение с Баджи бесполезным не считала. Ну да, они не занимаются уроками, зато как бы " учатся адаптироваться в различном социуме". Кейске эту придуманную ей заумную фразу теперь повторяет при каждом удобном случае, но в резко взлетевший уровень его образованности никто, конечно, не верит. Впрочем, Т/И это не важно, не из-за этого же она с ним дружит. Выпускные экзамены только через год, вся жизнь, считай, впереди. Вообще, жизнь в средней школе вполне себе беззаботна, даже немного ленива, если не считать угрозы учителей оставить Баджи на второй год. Естественно, в эти угрозы они вдвоем не слишком-то верят, тем более, только начало года, и, пока что, они могут позволить себе немного побыть плохими учениками, в пользу манящей улицы. Вот уж зимой успеют поучиться, будет холодно. Сейчас же, в Токио, вся зелень, казалось, встрепенулась, демонстрируя бодрый настрой на хорошее лето впереди. Ну как тут сидеть в душном классе? И Т/И с Баджи о том же. Недолго мучаясь, они сбежали сразу после четвёртого урока, совершенно не чувствуя угрызений совести за пропущенные уроки физкультуры и литературы. И то, и другое, в их представлении, было совершенно бесполезным, так что они не прогуливают, а правильно используют время. Потом как-нибудь догонят, немудрено. Сначала на побеги ее подбивал Кейске, теперь же она сама не прочь, главное - все хорошо рассчитать. Он раскрыл ей в полной красе это пьянящее чувство свободы, показав, что выходить за рамки родительского контроля иногда даже полезно. Она была готова идти хоть на край света, главное - с ним. Родители девушки любили поворчать, что она связалась с плохой компанией. Но разве могут быть плохими те, за кого ты фактически умереть готов? Ещё одна связующая ниточка из тысячи других между ней и Баджи - у обоих отношения с родителями не складываются. Но пока они вместе, это отходит на второй план. Первым через забор перемахивает парень, перед этим перекинув через него портфель. Т/И, которая относится к учебникам более бережно просит ее сумку все же поймать, получая в ответ лишь цоканье языком. Показывает Кейске язык, язвя, что у того сейчас глаза закатятся вовнутрь. Наверное, из-за схожести характеров, они были друзьями ещё с младшей школы. Потому что, пока другие девочки терпели дерганья за косички, она же, наоборот, била сразу в лицо. Так вот они и познакомились, когда она расквасила ему нос. Майки, после их с Т/И знакомства, над этой историей долго потешался, легко уворачиваясь от ударов Баджи. Тогда же, в младшей школе, она и влюбилась в "плохого" мальчика, и эта влюблённость до их пор шла с ней рука об руку, как тень. Делать с этим она, пока что, ничего не собирается, позволяя чувствам просто цвести внутри неё. Девушка привычно перескакивает через забор, поправляя юбку. Они быстрыми шагами уходят подальше от школы, первым делом покупая в автомате пару банок холодной газировки. Т/И, улыбаясь, вышагивает по горячему дневному асфальту, вслушиваясь в стрекотание цикад и шум машин. Самая жара. Иногда она жалеет, что не живёт за городом, и вздыхает, глядя на одиноко мимо проезжающую машину. В спальном районе не такая сильная загруженность, особенно сейчас, можно расслабиться. Распущенные волосы развиваются лёгким тёплыми ветерком, дующим прямо в лицо. Она расплывается в улыбке, прикрывая глаза, наслаждаясь такой погодой. Не хочется думать ни о чем серьёзном. Ни об экзаменах, ни об учёбе, ни о свастонах, у которых вновь на носу крупные разборки. Вообще, свастонов она любила и уважала, но вечно переживала за Баджи. Хоть знала, что тому ничего серьёзного не грозит, но после того несчастного случая с Шиничиро брюнет выглядит подавленым, пусть и хорошо скрывается. Вина все ещё активно пожирает его изнутри, и Т/И хочется хоть как-то помочь, но Кейске слишком упрямый, дабы принять помощь. Его главный и существенный недостаток - все проблемы он пытается решить сам, и у нее ничего с этим фактом не получилось сделать. Как же хочется просто остаться в этом моменте безмятежноссти и лёгкости, и она позволяет себе забыться на пару секунд. – Ты чего так улыбаешься? Слышится размеренный голос справа от нее. Косится на него, расплываясь в улыбке ещё шире, искренне говоря: – Да так, думаю, как же хорошо летом. Баджи усмехается в ответ, демонстрируя свои острые клыки. Иногда она сомневается, что он обычный человек. И красота у него, быть честной, нечеловеческая. Она молча восхищается им раз за разом, стоит только взглянуть, но никогда вслух не признается, лишь искорки загораются в глазах. Т/И не уверена, заметил ли он ее чувства, поэтому предпочитает оставлять все на своих местах. Пахнет, как не странно для города, травой. В голове всплывают воспоминания, как они со свастонами ходили в поход и потерялись, как же ей потом от матери досталось. Родительница даже порывалась запретить Кейске общаться с дочерью, но тот упрямо продолжал залазить к Т/И в окно и воровать с уроков. Девушка осталась просто рада тому, что, в итоге, увидев упрямость паренька, мать больше таких вещей не говорила, просто оставляя все как было, но теперь Баджи старался той на глаза не попадаться. Как же хочется вновь куда-нибудь в зелень, они тогда часа три плутали по одному и тому же полю, серьезно, она буквально начинает захлебываться в этом, немного глупом, желании. – Ага, ещё школы бы не было, было бы идеально . Т/И фыркает, кому что, а Баджи лишь бы в школу не идти. Впрочем, в этом весь он. – Знаешь, я хочу за город поехать. Неожиданно выдаёт она, отводя взгляд в небо. Слова вырываются сами, но она не забирает их назад. Высь сегодня светло-голубая, нежная, с едва заметными облаками, похожими на росчерки пера. В школьной синтетической блузке слегка тошно, сменить бы ее на футболку, желательно футболку Кейске. Они у него большие и пахнут им, а это главный их плюс. Купить большую футболку на любом шагу можно, а вот чтобы от нее пахло им - это, к сожалению или к счастью, бесценно. Парень иногда даёт ей свою одежду, когда есть крайняя необходимость, но Т/И бы предпочла находить такие поводы чаще. Слышится смешок, и, не удержавшись, она оборачивается на него, встречаясь с взглядом пронзительных карих глаз. – Куда хочешь поехать? – Не знаю, просто на первой электричке, без разницы. Хочу в траве поваляться или в храм какой-нибудь сходить. Как идея? Парень хитро прищуривается, переваривая ее затею. Он-то давным давно свой школьный пиджак снял, и очки давно в сумке. Все же его уличный стиль подходит ему намного больше. Оторвы, главы первого отряда Свастонов, острого, как лезвие, на язык, и наглого, как танк, Баджи она любит чуть больше, чем его версию маминого отличника. В отличие от последней версии, первая всегда за ее, порой абсурдные, идеи. Есть фруктовый лёд на скорость? Да хоть два. Смотреть ужастики на ночь, прекрасно зная, что после них не уснуть? Он всеми руками за. Незаметно покрасить пряди Дракену или Майки? Конечно, только вот всю вину свалит на нее, зная, девчонок не бьют. – И когда? Т/И задумчиво мычит, прикусывая щеку изнутри. – Мм, не знаю, в выходные, на следующей неделе, да хоть сейчас? Все равно нет дополнительных.. Накидывает варианты она, раслабланно перекладывая сумку из руки в руку, смотря на носы школьных туфель. Все же, зря она сказала это, идея теперь, почему-то, кажется очень глупой и детской. В электричке в неизвестность, ну что за дурость? Даже для Баджи это, наверное, слишком. – И чего мы ждём? Удивленная, вновь оглядывается на друга. Брюнет озорно улыбается, останавливаясь на перекрёстке прежде чем перейти дорогу, пропуская машины. Она непонимающе смотрит, прежде чем осознает его слова и мотает головой, растерянно произнося: – Нет, в таком виде слишком проблемно. – Давай тогда ко мне, бросим вещи, переоденемся, а потом, как ты сказала, на первую электричку и в неизвестность? Время только час дня, мы все успеем. Она забывает, как дышать. Смотрит на него, уже с распущенными волосами, улыбающегося ей, и не может поверить. На самом деле, Т/И хочется заплакать от того, как внутри нее начинает ещё больше пылать любовь. Кто бы, если бы не он, согласился на ее глупые затеи? Кто бы вообще мог воспринимать ее всерьёз? Ей часто выговаривают, что она слишком мечтательна для девушек своего возраста. Все говорят, мол, пора начинать быть женственной, а не носиться с сомнительными парнями по всему району. Обычно ей плевать на общественное мнение, однако порой Т/И близка к тому, дабы поддаться ему. Лишь бы все вокруг заткнулись. И в такие моменты, Кейске для нее, буквально, последняя надежда. Солнце пригревает макушку, время словно останавливается, а лодыжки будто уже ощущают фантомные прикосновения травы. Она стоит так пару секунд, осознавая, ещё немного, и все это станет явью, а после лишь протягивает руку, начиная тихо смеяться. Ее ладонь аккуратно перенимают и осторожно сжимают, переплетая пальцы. И они, ничего не говоря, просто идут по направлению к его дому. Электричка приходит полупустая. Они даже не читают ее номер, он же есть на билетах, просто садятся к окну, плечом к плечу. Все окна открыты и теплый ветер гуляет по вагону, задевая пассажиров. Они едут ровно семь станций - рандомное число, подобранное где-то на остановке между третьей и четвёртой. Город постепенно остаётся позади, воды в бутылке все меньше, а Баджи смеется все громче, рассказывая ей старые байки из детства, которые она слышала уже много раз, но они не перестают быть забавными. Она иногда упирается взглядом в носки поношенных кед, не устаёт смеяться, до боли в животе, посматривая за окно. Через полчаса многоэтажки теряются, через час теряются последние дома окраин. На пути встречаются небольшие городки и деревни, и они выходят на полностью пустой перрон, прямиком рядом с небольшим леском. Судя по местонахождению, тут недалеко должна быть какая-нибудь деревня, вон даже есть колея вглубь. И, недолго думая, они спускаются с перрона и идут по ней в ту самую желанную неизвестность. Их маленькое путешествие начинается. Всем нам иногда нужно где-нибудь потеряться, чтобы потом найтись. Девушка предпочитает теряться в глазах напротив. Она поправляет козырёк выданной Баджи кепки и не может перестать улыбаться. Они тихо болтают, наслаждаясь окружающим видом. Поезда тут ходят раз в час, так что у них куча времени. Если что, всегда можно дойти до ближайшего городка, а их в пригороде Токио не мало, и спросить, как и куда им надо пойти. Воздух стал немного более свежим и менее тяжёлым, чем в городе. Идти в тени так же приятно, и она нежится в ней, не уставая наслаждаться обществом идущего рядом паренька. Минут через десять лесок начинает рядеть и они выходят из него. Перед ними открывается вид на весьма обыкновенное поле, что спускается и поднимается, следуя за изгибами небольших холмов в округе. Но сейчас для нее это самое лучшее место. Скидывая с плеча сумку и нагло пихая ее в руки парню, Т/И начинает бежать, задыхаясь от восторга, прямо в гущу всего этого, чувствуя, как трава хлещет по икрам. Это свобода, это свежесть и немного детства. Словно они опять творят какую-нибудь ерунду, пришедшую в голову Майки, и не думают о последствиях. Словно они опять всего лишь дети и им все простительно. Словно никто не умирал. Чувства захлетвывают ее с головой, она, раскинув руки, бессмысленно крутится, ощущая себя ребёнком. Простым юным существом, у которого совсем нет проблем и вся жизнь впереди. Когда она оглядывается в поисках Баджи, она не замечает его у колеи, только очертания брошенных на траву сумок. Куда же он делся? Больше всего ей хочется разделить этот миг с ним. Неожиданно ее подхватывают за талию со спины, немного приподнимая в воздух. Кейске, широко улыбаясь, берет ее за обе руки и тянет на себя, и они падают прямо на траву, путь ощущается это не так мягко, как хотелось бы. – Ты же знаешь, как сильно я люблю тебя и твои идеи, да? Он наконец не выглядит напряжённым. Он наконец не выглядит старше своего возраста с неприсущей ему серьёзностью. Он выглядит как тот, кого она когда-то, кажется, что уже так давно, полюбила. – Неа. – Я люблю тебя и твои идеи. Смотря в карие глаза, манящие своей таинственности и весёлыми блеском она так до конца и не понимает, признание ли это в любви. Впрочем, сейчас это и не так важно. Цикады тут, кажется, поют ещё громче, а небо кажется слишком огромным. Оно где-то высоко-высоко, а облака приятно медленно плывут по нему. Послеобеденная жара настигает их в полном объёме, но у нее есть защита - одна из его футболок и оставленная школьная юбка. Подошва старых кед уже нагрелась и их хочется стянуть, но вставать слишком лень. Прикрывая глаза, вслушиваясь в стук чужого сердца, лёжа на чужой груди, разморенная жарой, она тихо, наконец, отвечает: – Я тоже тебя очень сильно люблю, Баджи, помни об этом. Вечером, трясясь обратно в электричке, набегавшись, напрыгавшись и находившись, она засыпает у него на плече, не обращая внимания на гудение людей вокруг. Возвращаться в город даже немного обидно, но от мысли о холодном душе и ужине живот приятно сводит. Усталость наваливается постепенно, глаза слипаются у них обоих. Смотря на нее, такую счастливую, спокойную, Баджи внутренне ставит пометку повторить эту вылазку ещё когда-нибудь. Ноги у него самого гудят, но это не раздражает, наоборот, успокаивает. Он чуть поворачивается к ней, заснувшей у него на плече, дабы оставить целомудренный поцелуй на лбу. Когда-нибудь он обязательно пригласит ее на самое романтичное в мире свидание, до которого сможет додуматься, и вот тогда предложит стать его самой лучшей в мире девушкой. По факту, она уже лучшая девушка в мире, но от того, что она станет его, все это умножиться в десятки раз. А пока, закрывая глаза, вслушиваясь в стук колес, он находит ее ладонь, маленькую по сравнению с его, и легонько сжимает. А перед глазами только безлюдное, увековеченное поле с приятной зелёной травой и редкими вкраплениями полевых цветов, звон цикад, голубое голубое небо, кажущиеся бесконечной проселочная дорога, которая вскоре кончается выходом на одну из трасс, деревья, дарующие тень и, конечно, ощущение полной сытости внутри. Она тоже тут, чуть вдалеке, такая счастливая, как никогда раньше, оглядывается на него, как бы взглядом говоря ну, посмотри на меня, я так рада, что ты тут!Словно и не выростал никогда, словно и не было ничего, словно они все ещё компашка друзей, словно бы он не пишет никуда письма. Т/И напомнила ему о том времени и о том, что он не обязан взваливать все на свои плечи в одиночестве. Как же он благодарен, что это карманное солнышко все ещё остаётся рядом с ним, озаряя его жизнь. Вот бы это только-только начавшееся лето не заканчивалось никогда.