По бабушкиному рецепту

Сокджин очень старался отвести его в комнату осторожно, чего Намджун никак не ожидал. Обычно он закидывал себе на спину спящего, а после скидывал его на постель. Сейчас же аккуратно уложил джунову руку на свое плечо и обхватил его за талию, поддерживая. Он всегда так делал? Намджун попытался незаметно расслабиться- отказываться от своего фарса он не хотел, отвращение к мерзкому чаю было слишком велико. Прислонившись к плечу Джина, Намджун ощутил легкий цветочный аромат, должно быть, сокджиновы духи. Он всегда так вкусно пах? Всегда ли он был таким приятно теплым? Наверное, его разум одурманен, раз в голову приходят такие странные мысли. Побочный эффект выпитого зелья, который он не замечал ранее, ибо засыпал сразу. Это конечно здорово, что боль ушла, но стоит ли это ясного рассудка? Намджун считал, что нет. Поэтому он больше не будет пить этот чертов чай, даже если Джин будет не согласен. Найдут другой способ лечения. Тем временем, на буксире у Джина Намджун был доставлен в комнату, которую делил с Тэхеном. Хотя по существу, это была его личная комната, поскольку Тэхен сутками пропадал у Чонгука, играя в видеоигры и засыпая там же. Поэтому его кровать использовалась как временный гардероб и место хранения ароматических свечей. Войдя в комнату Сокджин первым делом прикрыл дверь и запер на замок. Как мило. Он позаботился о том, чтоб Намджуна никто не беспокоил во время сна. Так, стоп. Почему он запер дверь, хотя сам был еще в его комнате? Намджун планировал посвятить себя книге, которую давно хотел прочитать, раз уж на сегодняшний вечер «спит», и Джин не должен был этого видеть. Джун позволил уложить себя на постель, зачарованный тем, как нежно, даже любовно его укладывают прямо посередине кровати, убирают толстое покрывало к изножью, вытягивают рубашку из джинс, наверное, чтоб не давила во сне. Намджун скрывает усмешку, по крайне мере, внешне. Однажды он расскажет Сокджину об этом, он ведь злится, когда его зовут мамочкой, но ведет себя именно так, как она. Плотно сжав веки, он ожидал, когда его оставят в покое, наедине с любимой книгой. Возможно, он осилит две, если использует ночь не по прямому назначению. Уже испытывая некоторое нетерпение, он вдруг снова почувствовал руку Джина в своих волосах. Похоже, это была его тайная слабость. Хотя Намджун не мог припомнить, чтобы его хен когда-либо испытывал потребность в укладывании чужих волос. Или потребность гладить подушечками пальцев чужой лоб. Но это так приятно. И расслабляет. То, как кончики пальцев спустились со лба по переносице, слегка касаясь верхней губы. А вот это уже странно. Успокаивающий массаж? Пальцы переместились на его щеки, поглаживая. Намджун уверен, что со стороны это выглядело забавно, наверное поэтому Джин делал так только наедине с ним. Если б он уже не лежал с закрытыми глазами, то прикрыл бы их сейчас и замурлыкал, настолько приятными, теплыми, обволакивающими были эти прикосновения, погружая парня едва ли не в транс. Если Джин делал так каждый раз, когда он пил этот чай, неудивительно, что после он просыпался таким спокойным и отдохнувшим. Намджун уже почти отключился под ласковыми прикосновениями, как почувствовал легкий поцелуй на своих приоткрытых губах. Твою мать. Это же случайность, верно? Сокджин просто поскользнулся, когда тянулся убрать упавшие пряди и случайно прижался к его губам своими. Неспешно и очень чувственно. Ох. Должен ли Намджун сейчас открыть глаза? Просто чтобы убедиться, что его мысли абсурдны и Джин беспокоится только о его благополучии? Настолько сильно, что, кажется, поцеловал? Руки Сокджина мягкие очень, но не настолько, чтоб Джун спутал их с губами. Может, ему это просто снится? Точно. Это все чай, затуманил рассудок и вызвал галлюцинации. Иначе как объяснить поступок Джина? Разве что невинный поцелуй перед сном? Хотя, до невинного ему далеко, вряд ли перед сном целуют с языком. Боже, почему он все еще лежит? Он должен открыть глаза, возможно возмущенно закричать и замахать руками. Вместо этого Намджун упорно изображал спящего, пока Джин словно пробовал его на вкус: проник языком между губ, осторожно коснулся им неба, столкнулся с чужим языком. Джун с трудом сдерживался, чтоб не ответить на такой нежный, чувственный поцелуй. Что с ним такое? А с Сокджином что?!