You'll never take my freedom

Я вжалась всем телом в ствол дерева, пытаясь будто спрятаться от него, но это было уже бессмысленно. Он смотрел прямо на меня. На лице моего брата в мгновение сменились тысячи эмоций, а потом оно замерло в состоянии глубочайшей скорби. Он, опустив глаза, медленно пошел в мою сторону. Меня начало пробивать на истерику, хотелось бежать, но ведь это мне не поможет. Что я могу? Он подходил все ближе, занося меч над головой. Было очевидно, что он собирался сделать. Его руки дрожали, а глаза выглядели так, будто он сейчас заплачет. Он выглядел так, но все равно шел ко мне, собираясь перерезать мне глотку…своей родной сестре… Когда Дилюк стоял напротив меня, с поднятым мечом, он уже не выглядел так уверенно, как мгновение назад, глаза наполнились слезами. Он поднял на меня взгляд и произнес. -прости… будет не больно, обещаю… Он замахнулся мечом и лезвие обрушилось в сторону моего лица. Я стояла, широко раскрыв глаза, в которых уже давно стояли слезы. В последнюю секунду, я сорвалась с места. Я вцепилась в брата, как в последний раз. Хотя, это и были последние наши объятия. Лезвие проскользнуло в миллиметре от меня и вонзилось в ствол дерева, разнося кору в щепки. Я схватилась за брата и уткнулась носом в рубашку, безостановочно рыдая и пища что-то невнятное. Меня всю трясло от страха и ужаса, мне не хотелось терять свободу, я хотела жить… Дилюк отпустил меч и тот со звоном упал на землю. Он обнял меня в ответ. Я не видела его лица, но отчего-то мне казалось, что о сейчас тоже плачет. Я сжалась и начала кусать губы в кровь. Во рту появился металлический привкус и тогда внутри что-то щелкнуло. Он ведь все равно сделает это. Это лишь обманчивая иллюзия… — Прости, я хочу жить… — я зажмурилась и вытащив из рукава нож, ударила им брата в живот. Я чувствовала, как лезвие вонзилось в плоть, чувствовала кровь на своих руках, а еще чувствовала, что лезвие остановилось. Я открыла глаза. Дилюк вцепился ладонью в лезвие ножа. Он смотрел на меня с неподдельным ужасом. — Откуда? — этот беззвучный вопрос читался в его глазах. Я дернула нож в сторону, разрезая ладонь и освобождаясь из рук брата. Я услышала сдавленный рык позади себя. Я бросилась от этого места бежать. Бежать неоглядываясь, с застланными пеленой слез глазами, неизвестно куда, но бежать. Я не знала куда я пойду, но знала точно одно, больше я не вернусь на винокурню. Спустя 20 минут я все еще бежала. Я падала на каждом шагу, разбила колени и локти, рассекла бровь так, что кровь хлестала, заливая мне глаза. Запнувшись о корень дерева, я подвернула свою ногу, что больше не могла бежать, а лишь хромать. Вскоре я совсем начала выдыхаться и не удержавшись на ногах, кубарем полетела с небольшого склона и ударилась головой об острый камень, а после все было размытым. Спустя некоторое время Когда я начала приходить в себя, я не могла толком открыть глаза. Их залило кровью, которая за это время успела свернуться и слипнуться на лице. Все тело ужасно ныло. Оно болело настолько, что я была готова выть. Пересиливая себя, я присела, оперевшись спиной о деревянную стенку. Только сейчас заметила, что нахожусь в какой-то коробке, которую периодически потряхивало. Протерев глаза, чтобы иметь возможность видеть хоть что-то, я огляделась и потеряла дар речи. Это была клетка. Я испытала неподдельный шок, а по телу прошлись мурашки. Меня трясло от страха неизвестности. Внутри клетки ничего не было. Деревянные стены с железными прутьями, преграждающими путь к свободе. Неаккуратно обработанное дерево, из которого лезли щепки. Холодный, голый пол неприятно цеплялся за ноги. Внутри все пропахло гнилью, стоял дикий смрад и дышать было невозможно. Я подползла к прутьям и облокотилась о них руками, чтобы немного вдохнуть свежий воздух. Так я просидела около часа. Пейзаж за пределами клетки сильно отличался от того, что я привыкла видеть сквозь окна винокурни. Не было ни зеленых лесов, ни просторных полей, ни милых мельниц. Я видела это все, когда мне 8 и родители впервые повели Кейю на фестиваль, а я с истерикой, но все же упросила их взять меня с собой. Хех, из одного плена в другой, видимо наш архонт меня действительно ненавидит. Жалею ли я о том, что сбежала этой ночью? Не знаю… Слишком много всего, чего я все еще не могу понять. Сейчас повозка ехала по каменистой дороге меж скал. Мне вспомнился рассказ Эмбер о родном городе ее дедушки. Торговый город, укрытый среди скал — Ли Юэ. Я уже привыкла к запаху внутри клетки. Я слышала, как два голоса переговаривались о чем-то. Я не вслушивалась, боялась, что они вообще заметят, что я очнулась. Но иногда мне удавалось улавливать отрывки фраз, которые меня совсем не радовали. Flash back Я находилась в состоянии полусна. Я не знаю сколько часов я уже просидела в этой клетке, но мои ноги, да и все тело ныло от сидения на холодном полу. Но больше всего болела голова, которую я разбила о камень. Этого не было видно в красных, испачканных землей волосах, но там была засохшая кровь, сочившаяся из раны. Я зафиксировала поврежденную ногу рукавом рубашки, который и без того наполовину оторвался. Без еды и воды я очень быстро впала в такое предобморочное состояние, из которого не могла выйти. Облокотившись на дальнюю стену, я прислонилась к ней щекой. Внезапно я услышала голоса. Я слышала их и раньше, но теперь могла примерно разобрать что они говорят. — Царица будет в ярости, когда узнает, что сделка провалилась. — Не наша вина, что этот старый пень сам себя защитить не смог. Еще и глаз порчи украли. — Повезло, что эта девка подвернулась. Похоже дочь Рагнвиндра, по крайней мере выглядит так же. Откупимся ей если что. — Да она же хилая, поде сдохнет до того, как мы доберемся до Снежной. — Да даже в такой ситуации, она может спасет наши головы. Скажем так и так, что слился товарищ, но решил откупиться ребенком. End flash back Из их обрывочных бесед я поняла, что везут меня в Снежную, мой отец преступник, а меня планируют, если доживу конечно, запереть где-нибудь в темнице. Перспектива не из приятных, но я хочу попытаться сбежать. Внезапно повозка затормозила, а меня по инерции дернуло в сторону, и я ударилась разодранным локтем так, что не смогла сдержаться и вскрикнула. После этого наступила тишина, а через секунду послышалось шевеление. — Сходи проверь, похоже девчонка очнулась. — ко мне стали приближаться шаги и перед клеткой показался парень, лет 16 вид, с ног до головы обвешанный странным снаряжением. Я запаниковала и попыталась сделать вид, что все еще сплю. — Не притворяйся. Все равно рано или поздно есть захочешь. — Этот голос я раньше не слышала. Те звучали грубыми и принадлежали будто взрослым людям, но никак не моему ровеснику. — Я предпочту голодную смерть, чем всю жизнь сидеть на привязи…- шикнула я, потирая обмотанную веревкой руку. Юноша бросил на меня удивленный взгляд, но быстро собрался. — Пить будешь? — он протянул мне флягу с водой. Я нехотя кивнула и протянула руку через прутья. Только я хотела взять воду, как флягу выдернула еще одна рука. — Нечего запасы на пленных переводить, Аякс! — Мужчина сжал в руках флягу и жадно отхлебнул. Я поморщилась от подобного жеста. Мне, как человеку, выросшему в домашних условия, как цветок, смотреть было противно. — Да ладно вам! У нас этой воды еще на месяц хватит, а до Снежной ехать меньше недели, с вас не убудет. Тем более чем живее будет девчонка, тем больше вероятность спасти ваши безмозглые головы… — последнюю фразу он произнес тише. Пусть он и вел себя дерзко, была очевидна разница в статусе и опыте. — Слышь, пацан, в себя поверил? Думаешь, если тебя сразу на задание отправили, так теперь самый крутой? — Парень заметно напрягся, но все же остудил свой пыл и буркнул извинение. — То-то же, старшим перечить. А ты, сиди и не высовывайся, будешь хорошей девочкой, может объедков кинем, как собачке. — Мужик самодовольно лыбился, а конце попрыгал как собачка. Меня передернуло от омерзения. Нехорошее у меня предчувствие, однако… Эти люди решили устроить привал на ночь. На сколько я поняла, они ехали три дня без остановок. Двое мужчин остались около повозки, а парня погнали за дровами. Ему кстати удалось закинуть мне флягу с водой, пока они не видели. И если быть честной, его долгое отсутствие меня напрягало, мало ли что это люди могут сделать. Они сидели, обложившись едой и хохотали во все горло. Они были поодаль от повозки, поэтому я не слышала их разговора. Внезапно, один из них зыркнул на меня, потом что-то сказал второму, и они вновь залились мерзким гоготом. Мужчина поднялся с нагретого места и направился в мою сторону. Он отпер решетку и выдернул меня за руку из клетки. Веревка, привязанная к руке, передавила кисть, и я зашипела. — Черт, забыл, что привязали. — он отрезал верёвку и велел идти за ним. Выбора у меня особо не было, но тревожность нарастала с каждой секундой. Подойдя к их месту привала, он протянул мне кусок хлеба, намазанный чем-то наподобие джема. — Можешь есть. — Он произнес это с такой ехидной улыбочкой, что захотелось размазать ему этот джем по роже. Я недоверчиво протянула руку и тут как специально, он опрокинул сэндвич так, что тот упал на землю, джемом вниз. — Упс! Извини, но ничего другого у нас не осталось. — Да они издеваются… Я, пересилив свою гордость, сжав челюсть до скрипа, чтобы не вмазать этому дятлу, наклонилась и хотела поднять сэндвич, но его нога нарочно пнула несчастный кусок хлеба и тот полетел прямо в руки его товарищу. — Ой-ой, ну не расстраивайся! Сейчас мы его тебе отдадим, ты только поймай! — Они начали хохотать и перекидывать хлеб друг-другу, явно насмехаясь надо мной. Я смотрела на это с некоторой растерянностью, так как это было не то, чего я ожидала от взрослых людей, которые чуть ли не до хрипа, визжали о том, какие они крутые. Они продолжали хохотать, подначивая меня, чтобы я попыталась словить еду. И я начала действовать. Я опустилась на землю и нащупала рукой острый булыжник. — Ты чего села? Реветь собралась? К папочке хочешь? А нет твоего папочки! АХАХА! Я поднялась и посмотрела прямо на него со всей злостью, так, что он немного опешил. — Ч-чего? — Я ТЕБЕ НЕ ПСИНА, ТЫ, ЧЕЛЯДЬ НЕВОСПИТАННАЯ! — Прорычала я и метнула булыжник ему в лицо. Камень вписался точно в бровь, рассекая ее. — Ах ты тваарь! — Заорал он, схватившись за лицо. Он понесся на меня с озверелым лицом. Он схватить меня за ворот рубашки и принялся трясти, прижимая спиной к дереву. Несколько раз ударившись затылком об ствол, я казалось сейчас потеряю сознание. Я повисла у него в руках, не шевелясь. — Вырубилась? — Он немного расслабил хватку так, что я могла пошевелиться. Согнув ноги, я со всей дури пнула его каблуками в живот. Он отшвырнул меня, а сам покатился по земле. Я, перевернувшись в воздухе, как меня учил Кейа, приземлилась на ноги. По губе бежала алая струйка, пришлось прикусить язык чтобы не вырубиться. Мужчина вскоре оклемался. Он поднялся на ноги и вытащил из ремня, странное приспособление. — Что смотришь? В вашей деревне не знают, что это такое? — Да откуда мне знать, что это? Он направил предмет на меня и собирался нажать пальцем на рычаг. — Дура, отойди! — Послышался крик со стороны леса. Оттуда же вылетел парень. Он снес мужчину с ног. В воздухе раздался оглушительный выстрел. Я зажмурилась от страха, а когда открыла глаза, увидела дымящийся булыжник, простреленный насквозь. Я начала искать глазами парня и увидела, как он стоит чуть в стороне, а за ним стоит мужчина и замахивается. — Обернись! — Крикнула я. Но он не успел ничего сделать, его мгновенно вырубили. Спустя мгновение я почувствовала глухую боль в затылке потеряла сознание. Когда я очнулась, я уже была не в повозке. Это место больше походило на подземелье или темницу. Скорее второе. Здесь было ужасно холодно, до дрожи в коленях. Я попыталась привстать, но тут же упала обратно. Боль была нестерпимой настолько, что я могла лишь лежать. Я обвела глазами свое тело. Оно было перебинтовано. Что ж, молодец, Кэролайн! Теперь точно никто не узнает о твоем побеге, тебя теперь просто никто не найдет! Но, как ни странно, отчего то мне кажется, что так даже лучше. Я не смогла бы жить с мыслью о том, что мой старший брат убийца моего отца… Это больно принимать, но еще больнее помнить об этом каждый день до конца жизни. Притворяться, что все в порядке, а на самом деле жить в бесконечном страхе. Я не знаю, что делать дальше, но я знаю, что я хочу жить… Неожиданно, меня охватил приступ рычащего кашля. Это было больно, ужасно больно. Я не могла дышать и лишь продолжала раздирать себе горло изнутри. Схватившись за грудь, я припала к стене, продолжая давиться кашлем вперемешку со слезами. Минут через пять меня отпустило, и смогла, хоть и рвано, но дышать. Я устало склонила голову и прикрыла глаза. — Хей, Ты в порядке? — я услышала знакомый голос. Я начала вертеть головой в поисках парня. — успокойся, вниз посмотри. — осмотрев камеру, я увидела небольшое отверстие в стене, размером с кирпич. Оттуда виднелись знакомые синие глаза. — О Архонты! Ты тоже здесь? А те люди? — Я поежилась от неприятных воспоминаний. — Интересно знать, по чьей вине я здесь? А те уроды, их… кхм как бы помягче сказать… — Не продолжай, я поняла… Ты мог не помогать. — Меня раздражала и давила на совесть эта ситуация. Как он может упрекать меня, когда это было его решение? Возможно, во мне играет мой эгоизм, взращенный моей матерью… — Не мог. — Почему же? — Ты…напомнила мне мою сестру. — Его слова малость меня шокировали. — Что? — Семью я дано не видел, вот что! А ты на нее характером похожа, вот и все. — Семья… почему это слово вызывает такую неприязнь? Весь мой мир, все что выстраивала моя семья, чтобы «защитить» меня рухнуло… Я понимаю, что это не моя вина, не я сделала их такими, но ведь если бы не я, мы бы могли жить как раньше… Дилюк просто хранил бы эту тайну от нас и все были бы счастливы в конце. — Эм, ты чего там затихла? — Все в порядке… Я стерла ладонью подступающую слезу. — Это ведь не правда… — я поджала губы и устало вздохнула. Лицо парня выглядело озадаченным, но он быстро понял и решил сменить тему. — Как тебя зовут? — Кэрол…лайн, я Кэролайн. А ты? — Кэрол… хм, странное имя. Я Аякс. — меня возмутили его слова, но я решила проигнорировать их. Меня больше волновал другой вопрос. — Где мы? — Снежная. Если быть точнее в темнице. — Как я и думала… Я перевела взгляд на парня. Его лицо было бледным, а руки еле заметно дрожали от холода. Я, подумав немного, облокотилась об стену спиной и протянула ему руку, заранее отвернув лицо в другую сторону. — Что это? — Рука это! Ты замерз, просто возьми меня за руку, так будет немного теплее. Думай быстрее, это неловко… — парень, немного помявшись, все-таки сжал мою руку. — Спасибо… — ага… Так мы и уснули, держа друг друга за руки. И никто не обратил внимание, на одну вещь, внезапно появившуюся здесь. Она горела алым светом и издавала приятное тепло, которое не давало замерзнуть. И имя этой вещи — глаз бога.