Memento Mori

Джин очень боялся попробовать жареное яйцо, которое было приготовлено Намджуном. На вид оно хоть и выглядело вполне съедобно, но кто знает, что добавил в него альфа. С его умением готовки тому лучше бы вообще не приближаться к кухне. Поднимая вилку, омега недоверчиво отламывает кусок и кладет его себе в рот, после чего жуёт и выдыхает, когда вкусовые рецепторы распознали вполне нормальный вкус. Чашка горячего чая стынет перед ним и поднимающийся пар растворяется где-то на уровне глаз. Нарезанные овощи аккуратно разложены на тарелку, а так же кимчи, без которого никуда. — Почему не ешь? — интересуется еще сонный Намджун, сидя в широкой, видимо растянутой футболке и торчащими волосами в разные стороны. — Не вкусно? — А, нет. — отмахивается омега. — Все хорошо, просто не привык завтракать с кем-то. Тут Намджун начинает улыбаться и сейчас Сокджин замечает маленькие ямочки на его щеках. — Я, кстати, тоже. Живу один, а тут ты, но знаешь, мне это нравится. Такое чувство, что мы семья. Сокджин замирает и удивляется. — Семья? — Ну да. — альфа немного смущается. — Ты провел со мной ночь, а сейчас и завтракаешь. Разве мы не похожи на парочку? — Нет. — А хотел бы? — прямо спрашивает Намджун. — Чего именно: семьи или быть парой? — А есть разница? — Конечно. — отвечает Сокджин серьезно. — Ну тогда, — альфа подается чуть вперед и спрашивает: — быть парой? Подняв глаза на мужчину, Сокджин внешне старается быть равнодушным к вопросу, однако внутри тревога и боязнь того, что если он ответит сейчас отказом, это может обидеть Намджуна. Он помог ему уже дважды и отказав сейчас, что может подумать он? Верно, им пользуются, но разве он сам не говорил, что омега может его использовать? Говорил. Так почему же тогда сейчас сомнения в его сердце? Прежде, чем ответить, Сокджин выжидает время. Смотрит в глаза мужчины, пытается увидеть в них хоть что-нибудь, но все, что отражается в них — это доброта. — Спешишь, Сокджин. — вдруг выдает Намджун. — Я ведь говорил, что подожду. — С чего ты так уверен, что мы будем парой? Что ты вообще знаешь обо мне? — Ничего. — резко отвечает Намджун, — Ну кроме того, что ты замечательно пахнешь, любишь и умеешь готовить, а еще, слишком правильный, чтобы поддаться искушению. А, и еще, — альфа понижает тон голоса, — ты очень дерганный, когда спишь. Видимо, кошмары сняться и поэтому, полночи ты обнимал меня. — Что?! — омега резко вскакивает и распахивает глаза. — Я не мог тебя обнимать! — Зачем мне врать? — Откуда я знаю. — пожимает плечами Сокджин. — Но, быть может для того, чтобы я быстрее отдался тебе? — И как объятия и секс связаны? — интересуется Намджун. — Очень просто. Объятия — это доверие, а когда люди доверяют друг другу, то они… Погоди… — Сокджин вдруг напрягается и заводит левую руку за спину. — Думаешь, что я тронул тебя? — задает вопрос мужчина. — Что было в каше? — Ничего. — Не ври! — выкрикивает омега и альфа встает с места. — Не. Повышай. Голос. — Поэтому ты сказал остаться, чтобы использовать? И как, понравилось? Намджун хмурится. Он не планировал провести утро в такой ужасной обстановки. Думал, что они позавтракают, а после он проводит Сокджина до дома и пригласит на свидание, но видимо ничему из этого не суждено было сбыться. Омега перед ним дрожит. Он трогает себя сзади и наверное, пытаясь почувствовать сперму или смазку, однако ничего из этого он не найдет, потому что Намджун не трогал его. Да, омега обнимал его ночью, но всему причины видимо стресс за день, а Намджун в это время просто лежал на спине. Даже руку не поднял. Но сейчас в его сторону летят претензии и чуть было не слова оскорбительного характера, которые, альфа не был намерен терпеть. Он обошел стол, подошел к Сокджину и хватил его за плечи, крепко сжимая их. Заглядывает в глаза и сжимает челюсть, потому что рядом с этим человеком сдерживаться ему становится с каждым разом все труднее. — Я даже пальцем тебя не тронул. — говорит Намджун. — Ты обнял меня ночью, но это не значит, что ты испорчен или я извращенец. Ты не подумал, что быть может тебе просто со мной комфортно и ты поддался своим тайным желанием? Ты же трогал мои волосы, так здесь то же самое. Омега краснеет. — Хватит думать, что вокруг тебя одни только негодяи. — А разве это не так? Вспомни, что произошло между нами, когда мы выпивали? Ты… — Я отпустил тебя. Ничего не стал делать, потому что ты не захотел. — И что? Намджун вздыхает. — А то, что я не собираюсь заставлять тебя. Если ты не хочешь, я не стану настаивать. — И ты думаешь, что в будущем я захочу тебя? — усмехаясь, интересуется Сокджин. — Я на это надеюсь. — отвечает альфа. — Но еще больше я надеюсь на то, что мы просто начнем общаться нормально. Отпуская плечи омеги, Намджун делает шаг назад. — И еще, — добавляет он, — не повышай на меня голос. Никогда. — Не командуй. — Сокджин. — твердо произносит имя Намджун. — Я серьезно. Никогда не делай этого. Я не люблю, когда мной управляют. Мне хватает этого на работе, но ты… — Я понял. — Умница. — говорит уже с той же заботой, что и раньше Намджун. — Пошли завтракать. *** Для Тэхёна это утро выдалось спокойным. Брата в его квартире нет, поэтому он не думая о лишнем и о том, что ему придется выслушивать от него, сидел и завтракал. Пил чай из любимой кружки, смотрел в окно и думал, чем ему заняться днем. Погода сегодня явно будет хорошей, теплой и лучи солнца попали ему в глаза, ослепляя. Тэхён жмурится и отворачивается, но на его лице вмиг появляется улыбка. В такой хороший день, теплый, самое главное, нужно гулять и первым о ком думает омега — это Чимин. Ему с ним хочется погулять. Побродить по улицам города, послушать какие-нибудь истории, а вечером пригласить в гости на чашку чая и Тэхёну абсолютно плевать, что в его квартиру может прийти Чонгук. Даже думая об этом, омега не чувствует никакой вины перед ним. Ее уже хватило сполна, он много терпел от него и теперь, пришло время стать и ему счастливым. Отбросив все плохие мысли о брате, омега спешит в комнату за телефоном. Набирает быстро номер Чимина и ждет ответа. — Пак. — коротко говорит мужчина на другом конце телефона. — Чимин, доброе утро. — радостно говорит Тэхён. — Ты занят сегодня? — Вечером буду свободен. Сейчас работаю. — Работаешь? А я могу приехать и посмотреть, чем ты занимаешься? Появляется тишина. — Тэхён-а, давай в другой раз? Сейчас не лучшее время для этого. Омега отвечает: — Хорошо, как скажешь. — Так что ты хотел? — Увидеться. — Я приеду к тебе после работы, хорошо? — быстро говорит альфа. — Мне пора идти. — Да, я буду ждать. — отвечает Ким и слышатся гудки. Опуская руку с телефоном, омега расстраивается. В лице меняется и тяжело вздыхает, потому что совсем не так хотел провести этот день и теперь ему тоже придется просидеть дома, потому что гулять одному совсем не хочется. Отложив телефон, Тэхён возвращается на кухню. Делать все равно не чего, поэтому он решает посвятить себя уборке по дому. Наверное, это лучшее средство, дабы скоротать время. Напевая какую-то песню себе под нос, омега сначала все вымывает на кухне: от плиты до холодильника. Все тщательно, потому что он хозяин этого дома, а свой дом нужно содержать в чистоте. А еще, потому что он омега, он обязан поддерживать эту чистоту и уют в квартире. Распахнув окно, омега ненадолго выглядывает через него, вдыхая воздух и улыбается. Теплый, приятный, Тэхёну нравится этот запах, он напоминает о детстве, когда отец был дома и всегда открывал окно в теплую погоду. Вспоминая отца, Тэхён начинает грустить. Он давно не был у него на могиле и за это парню становится стыдно перед ним. Взглянув на небо, омега мысленно просит прощения у отца и говорит, что обязательно сходит к нему и быть может, сделает это сегодня. Отрываясь от окна, омега уходит в большую комнату. Там, он так же открывает балкон и впускает свежий воздух в квартиру, после чего, отойдя чуть назад, смотрит на старые шторы. — Заменить бы. — проговаривает омега. Сегодня ему хочется что-то изменить, поменять, обновить, но новых штор у него нет, поэтому поразмыслив несколько минут, омега скрывает в своей комнате и выходит из нее в уличном спортивном костюме и телефоном в руках. Раз уж он затеял уборку и обновления квартиры, то лучше всего все закончить, поэтому он решил пойти в ближайший магазин и купить шторы. Любые недорогие, но те, которые понравятся именно ему. Взяв с собой все необходимое, омега открывает дверь и выходит из квартиры. Закрывает ее и поворачивает голову в левую сторону, где видит сидящего возле стены Чонгука. — Господи! — испуганно восклицает он и Чонгук открывает глаза, поднимая голову. — Чонгук, что с тобой? Почему ты здесь? — задает вопросы омега. — Хотел быть ближе к тебе. — И поэтому сидишь в подъезде. — разводит руки по сторонам Тэхён. — Да. — И сколько ты тут уже сидишь? — Ночь. Омега выпадает из реальности. — Ты ушел от меня позавчера. Ты сказал, что домой пойдешь, но ты, что же, все это время сидел здесь? — Нет. Только эту ночь. — спокойно отвечает Чон. — Куда-то собрался? — Да. В магазин. — Зачем? — Хочу купить шторы. — отвечает Тэхён, а Чонгук улыбается и снова опускает голову. — Возьми ключи и иди поспи. На тебе лица нет. Протянув руку, Тэхён ждет, что его брат примет их, но тот отказывается и встает. Чуть шатается, но старается не упасть, а омега тем временем замечает, что сегодня Чонгук не в той накидке, что носил всегда, а в простой одежде: джинсы и толстовка, но все это черного цвета. Проведя рукой по лицу, Чонгук старается прийти в себя. — С тобой схожу. — выдает он. — Ты на ногах еле стоишь. Иди поспи. — кивает на дверь омега. — Успею. Пошли. Чонгук первый направляется к лестнице и первый делает шаг на одну ступень вниз. — Ты идешь? — Вечером приедет Чимин, ты не мог бы к этому времени уйти? В подъезде становится тихо. — Зачем? — В гости. И снова тишина. — Хорошо, я уйду. Выйдя из подъезда, Тэхён идет рядом с Чонгуком молча, лишь изредка задевая его рукой. Выйдя на главную улицу, они проходят совсем немного и приходят к ближайшему магазину, где можно было купить шторы. Войдя внутрь, Тэхён тут же прячется среди кронштейнов и выискивает для себя те самые шторы, которые идеально подошли бы в большую комнату. Он бегает глазами, ищет, разглядывает и хмурится — и все это вызывает чувство умиления у Чонгука. Его брат с каждым днем удивляет все больше. Сейчас он по-настоящему милый, а когда он бросает взгляд на ценник, то глаза парня округляются. Не может видимо позволить себе купить дорогие шторы, а быть может просто не видит смысла в дорогих, кто знает, но Чонгуку хочется, чтобы Тэхён не нуждался в чем-либо. — Понравились эти? — подойдя ближе, интересуется альфа. — Да, но их цена завышена. Чон бросает короткий взгляд на ценник и разворачивается. — Упакуйте эти. — громко произносит он, кивая на шторы. — Брат! — восклицает Ким. — Не надо. — Тебе же понравились. — Да, но они… — Я тоже часть того дома, который ты хочешь преобразить. Цвет этих штор вполне не плох, поэтому не думай о цене, я заплачу. Тэхён снова глядит на сумму. — Я хотел сам купить… — Успеешь еще. Пробыв в магазине около двадцати минут, Чонгук выходит из него первым. Стоит рядом, ждет, пока омега поговорит с продавцов и все это время он не спускал с него взгляд. В такой простой одежде, не испуганный Тэхён нравится Чонгуку куда больше, чем тот, что дрожит при его виде. Ему нравится то, как омега поблагодарил его за покупку, подарив простую, но добрую улыбку и слово «спасибо». Большего Чонгуку и не нужно было, хотя, если признаться честно, то от объятий он бы и не отказался, но об этом пришлось забыть мгновенно. Продолжая смотреть, Чонгук следит за тем, как омега подходит к двери, кланяется и выходит. Спускается пару ступеней и подходит к Чонгуку. — Они идеально подойдут в большую комнату. — Ну и отлично. — спокойно говорит Чонгук. — Пошли домой? — Да, пошли. То, как счастлив сейчас Тэхён не нужно было описывать словами. Альфа все это чувствовал по его запаху. Яркий лотос, заводящий все внутри и вызывающий дикое желание — и это все образовалось от простой покупки, от радости. Чонгук и представить не мог, что не страх вызовет у Тэхёна такой красочный запах, а всего лишь добрый жест от брата. Значит, можно и так, не подвергать брата опасности, не наводить на него дуло пистолет и не угрожать смертью. Можно по другому. Можно. Вернувшись домой, Тэхён первым делом спешит в большую комнату дабы заменить шторы. Ставит стул, забирается на него и поднимается на цыпочки, чтобы снять старые шторы. Тянется и не может достать до карниза. Слишком высоко. — Черт. — ругается от. — Нужна стремянка. — Что случилось, Тэ? — голос брата доносится до его ушей и он поворачивает голову. — Не достать. — указывает Тэхён на карниз. — Гук, можешь ты попробовать? Ты выше меня. Качнув головой, альфа подходит к стулу, помогает омеге спуститься и встает на его, протягивая руки. Он быстро снимает старые шторы, бросает их на пол и просит омегу подать новые. Натягивает их на карниз, продвигает и переходит к другой стороне, проделывая с ней то же самое. Проходит приблизительно минут десять и вот новые, шоколадного цвета шторы висят вместо потрепанных старых. — Мне нравится. — восхищенно говорит Тэхён. — Да, неплохо. — спускаясь, Чонгук поднимает стул и уносит его на кухню, а после возвращается, садиться на диван и смотрит на радостного Тэхена. — Ты хотел навести порядок? — интересуется альфа. — Да. — Помочь? — Не стоит. Я сам все сделаю. Ты можешь пойти и поспать. Тэхён поднимает старые шторы, сворачивает их и уносит. А Чонгук продолжает сидеть и смотреть на новую покупку, открытый балкон и яркий солнечный свет, что попадал в дом. — Как же спокойно… — тихо проговаривает альфа, прикрывая глаза. В родном доме, где всегда царила любовь просто не могло быть не спокойно. Сколько Чонгук себя помнит, именно дома он мог выдохнуть и не бояться. Рядом с теми, кто им любим, кто любит его и рядом с Тэхёном. Чонгук всегда знал, что он любим этим парнем. В раннем возрасте, подростковом и сейчас — ничего не изменилось. Он все так же видит в нем брата, но вот только Чонгук никогда не принимал его за него. Да и это уже было понятно давно, однако сейчас, когда отца не стало, а омега так вырос и изменился, Чонгук с каждым разом все больше понимает, что он влюбляется в него. Не как в брата, члена семьи, а как… — Гук? — раздается тихий голос где-то сбоку. — Чонгук, проснись. А после толчок. — Гук. Время. Чимин скоро приедет. А Чонгуку не хочется просыпаться. Ему хочется подольше побыть в мире сновидений, насладиться спокойствием и подольше послушать голос брата, который, плюс ко всему еще и нежно его трогает за руку. — Гук! — повышает голос Тэхён, — Ты обещал. Да, но он не обещал. Он просто согласился уйти, но это не было обещанием. — Чонгук! — снова повышает голос омега, но в этот раз Чонгук обнимает его за талию и укладывает рядом с собой, а омега вмиг замирает. — Тебе так плохо рядом со мной, что прогоняешь? — хрипло спрашивает альфа. — Нет. Просто я не хочу, чтобы вы сцепились. Я знаю тебя, ты же не умеешь сдерживаться. — Почему ты так думаешь? Тэхен лежит на руке брата лицом к потолку и отвечает: — Видел это не раз. Ты был готов убить меня у всех на глазах. — Я был под наркотиками. — выдает Чонгук. — Ты же знаешь, что я никогда не причинил бы тебе вреда. — Я уже сомневаюсь в этом, Гук. — Поверь. — прижимается ближе к омеге Чонгук. — Просто, поверь. Тэхён недолго молчит. — Значит ты теперь еще и наркоман? — Не надо, Тэ. — Почему же? — задает вопрос Ким. — Колешься? — Нет. — Тогда, что? — Это были простые сигареты с травой. Не более. — Чонгук, под этими сигаретами с травой ты навел на меня пистолет дважды, и не будь там Намджуна, который тоже с тобой в одной лодке, я бы умер. И кстати, он намного сдержанней тебя, хоть и тоже в этой чертовой Каре. Чонгук трется носом об руку брата. — На что ты намекаешь? — Ни на что. — отмахивается омега и Чонгук приподнимается на локоть, смотря на лицо брата. — Вы я смотрю о многим поболтали, когда я спал. — Нет. Он только тебя защищал передо мной. Сказал, что так поступаешь из-за страха, что боишься потерять меня. — И он ведь прав. Чонгук смотрит на Тэхёна очень нежно. Заглядывает в глаза парня, ищет в них то же тепло, что сам сейчас пытается отдать и опускает голову. Медленно, все ниже, к губам омеги. Он чувствует его дыхание, слышит, как сердце громко бьется и поднимает руку к его лицу, прикасаясь ласково к щеке. — Гук? — зовет омега, накрывая чонгукову руку своей и убирает ее от лица. — Не надо. — Я ничего не делаю. Просто прикоснулся к тебе. — Вот именно, — прикрывает глаза омега. — не надо. — Почему? Мне казалось я заслужил от тебя сегодня ласки. Тэхён впадает в растерянность, ведь слова брата кажутся ему дикими. — Чонгук, почему ты думаешь что, чтобы получить моё внимание тебе нужно что-то сделать? — Потому что без этих добрых поступков ты избегаешь меня. — Чонгук отвечает быстро и замыкает свою руку и руку брата в замок, поднимая ее над головой омеги. — Думаешь, я не пытался? — Ты идешь неправильным путем, чтобы добиться желаемого. Не будь ты таким, я мог подарить её тебе, эту ласку. — смущается Тэхён. Чон приподнимается еще выше, держа руку брата все так же высоко над головой, а другую просовывает под собой. — Когда я хотел просто поговорить — ты равнодушно ко мне отнесся, а когда я купил шторы, то впустил в дом, даже позволил остаться. Тэхён, я что, дурак? Не вижу, что происходит. — О чем ты? — забегав глазами интересуется омега. — Мне приходится быть тем, кем я не являюсь. Я в жизни бы не пошел выбирать шторы и вешать их не стал. Мне это не надо, но ради тебя я сделал исключения и понял, что только таким образом, я смогу… — Идиот. — вдруг выдает Тэхён, отворачиваясь. — Какой же ты идиот, Чонгук. А Чон не понимает, почему брат обозвал его именно так, но терпеливо дожидаясь объяснений от него, крепче сжимает его пальцы. — Если ты думаешь, что такие действия смогут изменить мое отношения к тебе, то ты ошибаешься. Ты убиваешь людей, ты чуть меня не убил и даже бил, просишь меня сблизиться с Чимином, но ты даже не поинтересовался, что при этом чувствую я. Думаешь мне нравится, что я вот так разрываюсь между вами? Я бы смог тебя простить, даже не стал бы возмущаться и говорить, что тебе нужно бросить Кару, если бы ты был другим, но когда я вижу, что ты такой, я не хочу этого. Я хочу жить спокойно. Хочу почувствовать ласку и доброту, а не страх и боязнь, что тебя ударят или возьмут грубо. Я хочу быть человеком, а не вещью, Чонгук. — Разве я брал тебя грубо? Хоть раз. — Всегда наш секс заканчивался моими слезами. Ты просто их не видел. Омега поворачивает голову и смотрит на брата. — Добрый поступок? Чонгук, ты не знаешь, что такое доброта. — А он знает? — играя скулами, задает вопрос Чон. — Знает. — И она по душе тебе? — Да. — А как же я? — наваливаясь сильнее, Чонгук заставляет Тэхёна смотреть только на него. — Разве я не достоин того же, что и этот ублюдок? — Не называй его так. — А как мне его называть? — быстрыми движениями Чонгук поднимает и другую руку омеги над его головой, удерживая своей. — Что он сделал такого, что ты так расположился к нему? — Ничего. Он просто был рядом, когда ты ушел. Не причинял боли. — Но я же не умер! — повышает тон голоса альфа. — Я был рядом. Всегда был. — Нет, ты никогда не был рядом, Чонгук. Ты всегда был где-то поблизости, но рядом — никогда. Чонгук начинает дрожать и это конечно же замечает омега. — Тэхён… — опустив резко голову, Чонгук хрипло зовет брата. — Я не отдам тебя ему. — А ты имеешь право запрещать? Кто мы друг другу? — Семья. Ты мой Тэ. Вдруг Тэхён начинает смеяться. — Странно, но когда ты хотел меня убить, ты говорил по другому. Ты кричал, что мы не семья и не братья, а теперь… — Я был не в себе. — Это уже не мои проблемы, Чонгук. Отпусти. Ким дергает руку. — Прошу тебя. — шепчет Гук. — Убери руки. — Тэ… — он опускает голову, ложиться на грудь омеги и только тогда отпускает руки парня, обнимая своими уже тонкую талию. А омега лежит равнодушно. Смотрит на потолок, вздыхает и ждет, когда его брат сам догадается, что ему тяжело от него и весьма неприятно. — Ты так приятно пахнешь. — делает глубокий вдох Чонгук. — Как в детстве. От этого запаха у меня ноги немеют. — Слезь с меня. — Не хочу. — Но тебе придется. Чимин скоро приедет и я хочу чтобы ты ушел. Он ждал этого. Знал, что омега вспомнит об этом, попросит уйти и в итоге Чонгук подчиниться. Он уйдет, скроется и будет ждать, когда его враг покинет дом брата. Уйдя, Чонгук проговорил, что придет еще и омега только кивая выставил его за порог квартиры. Весьма грубо, но Чонгук простил это Тэхёну. Ушел из двора он быстро, вернулся к себе домой, переоделся и позвонил Намджуну, который трубку взял, почему-то только с третьего раза. — Какого черта, Джун?! — возмущаясь, интересуется Чонгук. — Я занят. — Да, и чем же? Давай ко мне, поедем на базу. — Не сейчас. Поезжай без меня. — У тебя машина. — У тебя тоже. — говорит Намджун. — Эй, Джун! — Все, я отключаюсь. Его друг впервые бросил трубку. Нагло и даже ничего не объяснив, и поглазев недолго на экран телефона, Чонгук приходит в замешательство, но в итоге все же едет на базу один. Нажимая на газ машины, альфа покидает реальность и погружается в мысли. За ними он даже не замечает, как успевает добраться до той самой базы. Высокое здание в три этажа открывается взору мужчины. На самом деле, это здание имеет четыре этажа, но четвертый или, как лучше всего сказать, первый — это цокольный этаж, где хранится оружие и другие боеприпасы Кары. Заехав на участок, Чонгук кивает охране, что стояла на главном входе и махнув рукой, просит их открыть ворота парковки. И те быстро выполняют требования, потому что жизнь дороже и связываться с Чонгуком — себе дороже. Выказав уважение в качестве поклона, охрана дожидается когда приехавший участник Кары скроется за воротами парковки и только после этого те могут поднять головы и выдохнуть. Проехав по специально выделенному месту, Чонгук паркуется и вылазит из машины. Оглядывается и немного хмурится. Настроение и так было испорчено: брат выгнал, друг куда-то подевался и решил, что личные дела куда важнее работы, а еще, на базе куча лидеров и видимо, каких-то новых людей, потому что машин сейчас на парковке выше крыши. Даже черный внедорожник стоит и это означает, что лидеры кого-то привезли, и здесь только два варианта: враг или союзник. Вздохнув, Чонгук закатывает глаза и все же спешит зайти внутрь, а там кипишь и какая-то суета. Многие из его знакомых бегают туда-сюда с оружием в руках, что было, кстати, крайне неприемлемо здесь. Убивать людей Кара могла только вне этого здания, внутри же, носить любое из вида оружия не в чехле было запрещено. А наводить его на своих каралась тем же убийством. Хочешь разобраться — выведи на улицу и убивай, но в стенах базы Кары делать этого нельзя. Поэтому, сейчас, Чонгук стоит в полной растерянности. -Эй! — останавливает он пробегающего парня. — Что происходит? — Боссы привезли информатора и одного из киллеров. — И что? — несколько возмущенно интересуется Чон. — Это повод ходить с оружием? — Они опасаются, что информатор может быть не один, поэтому мы все на чеку. Бегая глазами, Чонгук отпускает парня и спешит в главный кабинет. — И мы должны поверить? — слышит Чонгук, останавливаясь около двери. — Ты лица даже не показываешь. — Вполне логично. Я не хочу проблем. Вдруг и вы предадите меня. — отвечает незнакомый голос. — И какой смысл нам предавать информатора? — Вдруг вы захотите, чтобы я… — Не моли чепухи! — громко говорит самый главный во всей этой организации. — Ты вышел на нас, назначил встречу и теперь думаешь, что мы предатели? Самому не смешно? Ты своих предаешь или быть может тех, с кем знаком и ты так же должен знать, что мы не станем сохранять жизни этим тварям из «К». — О, я прекрасно это осознаю, но вы, господин, слишком много думаете. — отвечает информатор. — Мне нужна от вас только защита. Моя, защита. В этот момент нервы Чонгука подходят к концу и он толкает дверь, заходит в комнату и бросает взгляд на мужчину в маске и капюшоне. — Защита? — возмущается Чонгук. — С чего вдруг? — Вей. — тянет имя босс. — Что? — складывая руки на груди, Чонгук косится на информатора. — Что мы знаем о нем? — Ну поверь, я знаю о вас столько же. — усмехаясь, говорит мужчина в маске. — Тогда какой смысл тебе приходить сюда? Что бы предоставить защиту мы должны быть уверены, что ты не отдашь нас в руки киллеров, хотя, я был бы рад увидеть лично лидеров всех сторон этой убогой организации, которая жопу лижет правительству. — Вей, следи за словами. Ненависть — хорошо, но не нужно поливать грязью. — Босс, вы слишком правильный. Сами говорили, что те сволочи мешают нам, так почему тогда вы не отдаете приказа о нападении? Я лично могу взять на себя западную часть и проверить наши догадки. — Западную? — удивленно спрашивает информатор. — Да. — Почему именно ее? — Не твоего ума дело! — Грубо. — смеется мужчина в маске. — Наверное, в ней есть кто-то, кто вам противен. Иначе, вы бы взяли любую часть города. Чонгук кривит лицо. — А ты смышленый. — Научился быть таким. Чон издает смешок. — И кто же помог тебе научиться? «К»? Ты же один из них? — А я могу не отвечать на этот вопрос? Я бы хотел скрыть все, ведь вы можете обернуть информацию против меня. Чонгук еще раз смеется. — И на кой черт нам это делать? — Так. — вдруг возмущенно ударяет по столу босс и все умолкают. — Вей, выйди, а вы, мистер Икс, пройдемте со мной. Поговорим в другом месте. — Босс! — в очередной раз возмущается Чонгук. — Займись пойманным киллером. — выдает босс. — Отведите его. Мужчина просит стоявшего рядом охранника отвести Чонгука к киллеру и тот, кланяясь, уводит Чона. Ведет его по коридору к лестнице ведущей на второй этаж и они поднимаются, после чего подходят к первой железной двери и охранник открывает ее, приглашая Чонгука войти первым. — Какой у него номер? — интересуется Чонгук. — К5, господин. — Свободен. Этого момента Чонгук долго ждал. Утолить жажду и злость на всех, разлить кровь и насладиться муками простого человека, который был так же грешен, как и он сам. Закрыв дверь, Чонгук подходит к мужчине, который сидит на стуле со связанными руками и ногами, а так же, кляпом во рту. Его сильно избили: лицо полностью в крови, одежда разорвана, а под ней видны ножевые ранения и борьба за жизнь. Видимо, до того, как его успели так «разукрасить» мужчина боролся за себя. Пытался выжить, а быть может и убежать, но допустил ошибку и оказался в лапах Кары. А Чонгук, такие обстоятельства нравятся куда больше, чем можно было представить поэтому, снимая свою верхнюю накидку из-под ханьфу, Чон вешает ее на гвоздь торчащий в бетонной стене и подходит к пленнику. — Ну что, ублюдок, поиграем? Разглядывая поближе врага, Чонгук приседает перед ним на корточки. — К5, значит. — опустив взгляд на грудь мужчины, Чонгук тянет улыбку. — Ты видимо жить хочешь, раз так боролся, верно? Чон резко поднимает взгляд и смотрит на лицо мужчины. — Отвечай. Взгляд мужчины на стуле пустой и видит он мутно, но все же кивает, хотя и слов Чонгука он практически не слышит. Страх блокирует все, а когда ты находишься в безысходности, то мозг уже никак не думает. Он отключает и в итоге ты смиренно ждешь того, что тебе уготовано. Моргнув медленно, мужчина кряхтит и слегка кивает. Слюни вперемешку с кровью стекают по подбородку и капают на его ноги, а подобное зрелище всегда возбуждало Чонгука. Даже сейчас, когда он прекрасно знает, что для того, чтобы убить этого человека, ему лишь нужно правильно ударить в определённое место, но Чонгук все же хочет насладиться подольше этими муками и выпустить своих загнанных демонов наружу. Всю злость вылить на одного из прислужников «К», всю ненависть. И он это делает. Чонгук встает, подходит к столу в самом углу и поднимает с него нож. — Давай начнем. — облизав губы, Чонгук резко разворачивается, подбегает к мужчине и вгоняет нож в его ногу, дробя кость. Тот же начинает скулить и биться в судорогах. — Организация «К», скажи, кто стоит во главе западной части? — задает вопрос Чонгук, давя на нож. — Ну же, говори. — смеется. А мужчина только скулит и запрокидывает голову назад. — Что, мешает кляп? Но без него ты же орать будешь. Резко вынув нож, Чон вонзает его в другую ногу и так же сильно давит, задевая кость. — Говори, сука! Кто?! Вынимая орудие, Чонгук наносит еще несколько ранений в обе ноги и дико смеется. Брызнутая кровь пала ему на лицо и размазывая ее, Чон закатывает глаза, радуясь опустошению внутри. — Был бы ты омегой, я бы еще использовал тебя по назначению, но к сожалению, трахать альф… — но вмиг Чонгук замолкает, смотрит на мужчину, который сидел на стуле практически без сознания и дьявольски тянет улыбку. — К5, что для тебя унижение? Тот скулит. — Если ответишь мне, я не стану унижать тебя, как мужчину. Поэтому, слушай, — Чонгук встает, раздвигает ноги и нависает над пленным. — я задам всего один вопрос и если ты ответишь честно, я отпущу тебя. Вижу, ты носишь кольцо, значит ты в браке, но что будет с твоим любимым, если вместо того, чтобы вернуть тебя целиком, ему отдадут лишь этот кусок металла, а? Эти слова приводят мужчину в чувства. В его глазах очень быстро появляется тревога и паника, и он кивает, дав согласия на все. — Пак Чимин, он в «К»? Мужчина мешкает, ждет, дышит с трудом. — Если для тебя мои слова пустой звук, то я могу же и наведаться к твоей омеге. Представь, как он будет умолять меня не трогать его. Поэтому, я очень советую тебе ответить на мои вопросы. — говорит Чон. — Чимин в «К»? И мужчина кивает, но только слегка, практически еле заметно. — Очень хорошо. — выдыхает Чон, радуясь и погладив по лицу мужчину, он спрашивает еще: — В западной части? Мужчина молчит. — В западной?! — чуть грубее интересуется Чонгук. И мужчина снова кивает, а после закрывает глаза. Он предатель. Ему больше не место в «К». А Чонгук закатив глаза, как делает это совсем недавно, выдыхает. Он чувствует легкость внутри, победу. Он ликует и он догадывался, но до конца не был уверен, а теперь, Чонгук точно знает, что его догадки оказались правдивы и что больше он никогда не послушает Тэхёна. Не уйдет, будет до конца и взглянет в глаза сволочи, что тихо подкралась к его брату. Наверняка он догадывается и о Чонгуке. Знает, что он скорее всего в рядах Кары и будущая встреча даст ему все ответы. Он по глазам поймет, знает ли Пак или нет. По поведению и по тому, как он будет обращаться с Тэхёном. Тот ему необходим, чтобы быть ближе к Чонгуку, чтобы убить его, но вот только Чонгук точно знает, что даже под дулом пистолета Тэхён выберет брата, а не Чимина поэтому, у Гука больше козырей в рукаве, чем у Пака. Тэхён его омега и он поможет ему. Кровью и слезами, но будет именно с ним. — Что ж, — опуская голову, проговаривает Чонгук, — спасибо. И да, прощай. Удар ножом в сердце окрашивает руки альфы алым и мужчина быстро умирает.