Бумага и спичка

Во главе стола должен был хозяин дома, прямо напротив его места уже восседал сын. Далее гости семьями, равномерно рассаживались по обе стороны стола, в соответствии с карточками у приборов. Уилли очень напряглась завидев свою карточку, лежащую немного немало по правую руку от Нотта старшего. Она чувствует, что становится видно то, как она нервничает и вспоминая уроки Грюма и его вечное "не терять бдительность!", подавила подступающий к горлу ком не то страха, не то отвращения. Прежде чем сесть, она оглядела стол. Блейз рядом с Тео, напротив его мать, рядом с ним Дафна, рядом с ней сестра, а напротив их родители. Рядом с маленькой Асторией сидела совсем древняя чета Лестрейнджей. Мать и отец братьев-пожирателей, Рабастана и Рудольфуса. Они, казалось, вообще ничего не видели и не слышали, оба смотрели куда-то в пустоту, два ссутулившихся старика. Уилли бы ни за что не догадалась, что это Лестрейнджи, если бы не попытки вертящейся Астроии разговорить старушку. Сэйд вспоминала как Грюм отзывался об этой мадам, о том как после суда над пожирателями она уверяла Барти Крауча старшего, что её мальчики не способны и мухи обидеть, что наказание недостойное и несправедливое. Сейчас же они напоминали еле живые мумии, ссохшиеся, безобразные, о былом величии Лестрейнджей говорили только туча брильянтов на руках и шеях. Гнев, который вспышкой почувствовала Уилли при виде тех, кто воспитал самых конченых из пожирателей "не талантливых, не сильных, а именно ёбнутых..хм, вот это Андромеда точно не одобрила бы" — подумала Уилли, так вот, вспышка гнева сменилась волной презрения и жалости к тому положению, которое занимало сейчас это древнейшее семейство. Напротив них чета Уоррингтон, семья Пьюси, Монтегю, их сыновья сбоку от Лестрейнджей, затем прочие семьи, которых не успели представить Уилли. Снегг сидел по центру рядом с Нарциссой и на них очень часто с подозрением поглядывал старший Нотт, он всё ещё стоял у входа в столовую, объясняясь с лакеем по поводу подачи блюд. Заметив мешканье Сэйд у стола он поспешил к ней с самой неестественной улыбкой, какую только мог из себя выдавить. — Леди Сэйд, прошу вас - дождавшись пока Уилли подойдет к столу он галантно приставил стул. — Вас что-то беспокоит? Одно ваше желание, всё будет исполнено. — Я просто удивилась такой рассадке за столом. — Уилли уже сводило язык от официального тона и она по чуть-чуть оставляла его в стороне. — Отчего же удивлены? Справа от хозяина дома должна сидеть самая высокопоставленная дама, а так как вы сегодня впервые предстали в обществе, то и место ваше по праву. Это же элементарные вещи. — Меня обучали больше тому, как следует расскрыть свой магический потенциал в разных дисциплинах. — довольно резко ответила Уилли, попытка Нотта старшего усомниться в её образовании в части знания этикета заставила Уилли вспомнить где она находится и с какой целью. — Разуеется, это упущение мистера Блэка. Мистер и миссис Сэйд не позволили бы столь поверхностного отношения к традициям. — снисходительно и едко добавил Нотт старший, усаживаясь рядом. Лицо Уилли посетило такое гневное выражение лица, заставившее Нотта смерить её еще более снисходительным взглядом. — Нарцисса, в каком родстве вы с Сэйдами? Я не совсем помню ваши семейные перепитии — глава приёма переключился. Нарцисса вздрогнула от обращения и медленно ответила. — Одри была троюродной племянницей моего отца, Вальбурги и Альфарда, внучка их дяди, Поллакса Блэка. — Очень интересно, благодарю вас. — подали закуски и на время все разговоры притихли, пока слуги не наполнили бокалы чем-то, Уилли предупредительно отказалась от вина и попросила воды или сока. — Прошу вас, не отказывайтесь, один бокал не повредит, тем более, что вы достаточно взрослая. — Нотт напирал. Уили не нравилось это. — Я несколько младше своих однокурсников, поэтому бы воздержалась. — Любопытно, сколько вам лет? — В октябре будет 16. Гости за столом оживились. — Любопытно, — начала верещать мадам Забини. — Как это так, получается, вы поступили в Хогвартс не достигнув 11 лет? Почему? И как это произошло. — Я всегда считала, это вышло так, потому что мой день рожденья в самом начале учебного года. Было бы глупо потерять целый год и ждать 11 лет. Гости зафыркали, особенно те, чьи дети были учениками. — Вы вероятно проявляли какие-то особые магические всплески, раз вас начали обучать раньше времени. — вступил в диалог отец Крэбба, он косился на своего громилу-сына, всё не оставляя надежду на то, что сын когда нибудь покажет успехи на академическом поприще. — Не думаю. Мои оценки по некоторым предметам оставляют желать лучшего. За столом снова замолчали, подали суп с морепродуктами. Слышалось только черпание ложек в такт играющей музыке. — Что вы думаете делать после окончания Хогвартса? Вы в этом году сдавали СОВ, вы уже решили с чем свяжете свою жизнь и на какие предметы будете делать упор в следующем году? — заговорила мадам Гринграсс, она задала вопрос всем сидящим за столом однокурсникам. — Дафна поведала, что собирается работать в министерстве в отеделе международных магических отношений, а вы, Уильями? — женщина ласково обратилась к Уилли. — Я буду поступать в академию мракоборцев. — эти слова вызвали какое-то напряжение среди гостей, многие желчно посмотрели на неё, многие зашептались, однако мадам Гринграсс издала легкий кашль и улыбнулась Сэйд, чтобы та продолжала. — Буду изучать защиту от тёмных искусств, чары, зельеварение. После Хогвартса меня согласился стажировать мистер Аластер Грюм. — "зря я это сказала, какая же я дура, зачем я это сказала". Уилли тут серьезно испугалась, и даже одобрение четы Гринграсс её не успокоило в этот раз. За столом снова началась суета и оба Нотта усмехаясь поглядели сначала друг на друга, потом на Уилли. — Это опасная профессия, Уильями, а вы такая хрупкая, сомневаюсь, что это окажется посильно для вас. — сказал Мистер Макнейр и расхохотался, многие мужчины поддежали этот смех, а особенно заливисто хохотал Нотт младший. — Не стоит недооценивать мисс Сэйд, мистер Макнейр. Оценки у неё превосходные, она скромничает, да и физическая подготовка на высоте, благодаря Квиддичу. Не правда ли, Пьюси? "Благослови Мерлин Блейза!"- подумала и бросила благодарственный взгляд слизеринцу. И дело тут было вовсе не в том, что между Сэйд и Забини были хорошие отношения, они иногда болтали, он был у неё на дне рождении, но назвать эти связи дружескими можно было едва ли. Блейз сам по себе ненавидел стадный инстинкт, никогда не понимал и не любил прислонявшихся перед Драко и Тео учеников, свиту, всегда имел отдельное мнение, и что уж говорить, был честным. — Нечего прятать глаза Эдриан, команда слизерина вырвалась в этом году только потому, что Сэйд отстранили из команды. — продолжил Блейз, обращаясь к недавнему выпускнику. Рядом с Эдрианом Пьюси сидели Грэхем Монтегю, нынешний капитан команды Слизерина и Кассиус Уоррингтон, тоже выпускник этого года и бывший охотник. Все трое состроили злобные рожи в адрес Блейза, они явно не ожидали такой нелицеприятной оценке их квиддичных способностей, особенно в присуствии чистокровных семей и тем более девчонки Сэйд. — А вы что думаете по этому поводу, Снегг? — небрежно и бестактно, ображаясь будто к слуге бросил Нотт старший. — Что касается зельеварения, могу заявить, что это одна из подающих надежды учениц на моём спецкурсе. Беседа за ужином этим и кончилось. Возвращаясь с большой зал, который стал совсем тёмным из-за позднего вечера, Уилли думала о том, как же всё это оказалось скучно и бессмысленно. Ничего что она могла бы выяснить сама, всё в заслугах Снегга, его карточка с информацией, предупреждение и беглых пожирателях. Уилли очень осязаемо почувствовала себя бесполезной, и еще более бессмысленным ощутила свой поступок, непослушание Грюма, он откажется от неё. Хотя он и не дал чёткого ответа можно идти или нет, она предвидела, что их ждёт серьёзный разговор. Между тем, после ужина Уилли пригласил потанцевать Блейз, они немного перекинулись словами, обоюдно назвали этот приём жалким. Обсудили стоящих в углу слизеринских квиддичных игроков и их чрезмерно агрессианую реакцию на честные слова и вместе посмеялись над этим. — Честно, удивлён, видеть тебя здесь. Почему ты приняла приглашение? — Со скуки - отмахнулась Уилли. — Знаешь же, всегда нарываюсь на неприятности. — Понимаю, откровенничать ты не собираешься, что ж, я рад, что ты встряхнула это общество, здесь как будто стало свежее. Надо почаще зазывать "опальных" чистокровок, а? — Блейз по-доброму усмехнулся. — Что думаешь, в следующий раз позовут Долгопупса? Уилли чуть задержалась на лице Блейза и посерьёзнела слегка. — Тебе известно что-то? — О чём ты? — Почему меня позвали? Можешь не говорить про выход в свет и прочее дряньство, как ты думаешь — Уилли очень серьёзно посмотрела в глаза однокурснику. — Почему я здесь? Блейз выходнул, отпил вина из бокала и произнёс: — А ты думала, что 28 чистокровных семей хватит чтобы продолжать плодить чистую кровь до скончания веков? Понимаешь, не так много осталось тех родственников с которыми ещё можно родниться, чтобы не вымирала кровь, а как же преследовать идеалогию о чистокровных если... — Если чистокровных скоро не останется.. — на лице Уилли появилась странное выражение лица — Бляяять — протянула она — Да я здесь на скрытых смотринах — 10 очков Гриффиндору. — горько усмехнулся Блейз. — Что ж, это в целом было ожидаемо, но я не предполагала, что чистокровные семьи настолько отчаиваются, что готовы родниться с "предателями крови". — Но тебя же это не беспокоит, верно? У тебя же есть этот Хоккинс, он насколько мне известно чистокровный. — Что? — Ну парень твой. Уилли рассмеялась. — Нет, мы просто друзья. -Блейз удивлённо выгнул бровь. — Но ты прав, отмахиваться им какое-то время я смогу. Уилли простояла думала обо всём этом ещё какое-то время. Ловя на себе с некоторой периодичностью взгляды Тео Нотта, а также Пьюси и Уоррингтона, она думала о том, насколько же все их мамаши и папаши конченые, раз в их головы проникает мысль о том, что Уилли захочет связать с кем то из них жизнь. Столько лет в изоляции от общества, столько проклинаемая "дочь Сириуса Блэка", предателя крови и тут такое. Одно Уилли поняла точно, пожиратели заинтересованны в том, чтобы склонить на свою сторону чистокровные семьи, которые воздержались от высказываний по поводу политических убеждений, а также и тех, кто всказал их. Разумеется, все на ужине знали, каких взглядов придерживается Уилли, её окружение, и всем было известно что в этом читается воспитание Сириуса. Какой бы ее вырастили её родители? Они когда-то принадлежали к этому миру, миру приёмов, брачных договоров, традициям. Поженились ли они по любви или следуя увещеваниям семей? Уилли никогда не задумывалась о своих настоящих родителях, Сириус с лихвой восполнл эту утрату, да так, что она никогда не ощущала что он мог бы дать меньше, чем мама и папа вместе. Люпин, семья Тонксов, семья Уизли, словом все они сотворили для неё такой прекрасный мир в котором у неё не было необходимости думать, как было бы, будь родители живы. Но с потерей Сириуса, с откровением Беллатрисы и Люциуса в отделе Тайн, о том, как они убили маму и папу, и этот теперешний приём, всё наполняло Уилли желанием узнать, какие были её родители. А ведь у неё даже не было их фотографий, в её альбомах, гирляндах. "Приду домой перерою всё и найду, конечно они где-то были" - подумала она. Какие они были, Одри Блэк и Уильям Сэйд, на каких факультетах учились, когда встретили друг друга, когда поженились, и откуда её второе имя Лемиссон. Столько вопросо теперь кружилось в голове у Уилли и она так жаждала найти на них ответы. — Леди Сэйд, позвольте я провожу вас в кабинет, вам предстоит разговор вместе с вашей тётушкой и моим отцом. — "как же он уже заебал..." - подумала Уилли и оттолкнула рукку ухмыляющегося Нотта прежде чем пойти с ним. Они вышли из зала в не менее тёмный, длинный коридор. По обе стороны висели семейные портреты, в нишах стен стояли причудливые вазы на тонких столиках с витиеватыми ножками. Дом Ноттов чем-то был похож на родовое гнездо Блэков, но хвала Сириусу, он отремонтировал то, что не было заколдованно и на площади Гриммо было даже уютно, несмотря на Блэковскую строгость интерьеров. Здесь же всё дышало больничным запахом, ментолом, вся утварь надменно вычурная, перебивающая изящество. Нотт на удивление молчал, пока шёл к кабинету. Уилли еле еле плелась за ним, представляя о чём с ней будут говорить и не представляя чего от неё ожидают. Кабинет был светлее прочих комнат, но только за счёт канделябров, отделанные дубом стены, шкафы, и прочая мебель отражала свет от свечей своим лаковым покрытием. Все кресла были отделаны зелёным бархатом, кипа бумаг на столе и потрет отца и сына над камином. Нотт старший сидел в кресле и пил коньяк. Поодаль у камина на стуле сидела Нарцисса. Младший Тео уселся поодаль на диван, а отец жестом указал Уилли встать в центр кабинета, на равноудалённом растоянии от всех троих. — Ты наверно догадываешься, зачем этот разговор? — оставив манеры и нарочито вежливый тон начал хозяин дома. — Подозреваю. — презрительно бросила Уилли. — Благороднейшее чистокровное общество по чуть-чуть изживает себя. Приходится идти на компромиссы, даже если дело касается предателей крови, так кажется, мистер Нотт, вы прежде выражались о моей семье? "Не стоит дерзить лишний раз, Уилли, какого чёрта опять!" - думала она. Нотт старший лишь усмехнулся и казалось пропустил мимо ушей ответ. — Вся твоя семья находится в этом мире, твои предки не пожелали бы тебе участи одиночки, когда у тебя столько близких, готовых простить твоё воспитание, принять в лоно семьи ни к чему отказываться из-за чувства юношеского максимализма. Подумай также о том, что беглые узники Азкабана будут искать тебя, и отнюдь не для того, чтобы предложить место в обществе. Ситуация в мире накаляется, ни к чему бросать себя под угрозу. — О какой именно угрозе вы говорите? — Уилли улыбнулась. Старший Нотт заёрзал в кресле не ожидая такого вопроса. — Если я вас правильно поняла, вы говорите о том, что я чистокровная волшебница, двух древнейших родов, моя семья хочет меня принять и ждёт моего решения, так о какой ситуации в мире и о какой угрозе лично мне вы говорите? — попался! Херовый из него дипломат. Уилли была очень довольна. — Если вы имеете ввиду возвращение Волан-де-Морта - Сэйд специально очень чётко произнесла это имя, заставляя всех присуствующих напрячься и даже испугаться. — То опять-таки, я чистокровная и я в состоянии продолжить два своих рода. А касаемо угроз лично от вас, мистер Нотт, я не побоялась вступить в схватку в отделе Тайн с вами и с беглыми узниками Азкабана, если помните, половина из них оказались снова там, за исключением Вас, Макнейера, Лестрейндж, Долохова и мне ничего не стоит намекнуть министерству, где им стоит искать беглых пожирателей, которые не нашли способа удержаться, как Нотты. Так вот, я вступила в схватку и в министерстве, вступлю в нее ещё раз, если понадобится. — Уильями.. - начала было молить Нарцисса. Уилли не глядя на неё продолжила, высказывая всё, что думала исключительно Нотту, она заметила некоторое колебание в его лице при перечислении имёт пожирателей. — Говорите, в этом мире моя семья. Я прекрасно это понимаю, потому и отказываюсь решительно от неё. Одри и Уильям Сэйд были убиты "моим кругом" как вы говорите, убиты моей семьёй, как вы говорите. Так какого чёрта, вы ожидали, что я приму какие-либо ваши предложения? Уилли в конце чуть повысила голос и тут же, не успев закончить фразу была схвачена Ноттом младшим. Он толкнул её к стене и держал рукой за шею. Уилли не шелохнулась. "Они ничего не сделают, тут Нарцисса, я нужна им". — Знаешь, твоё мнение может и не понадобится, исключительно твои кровь и тело. — ухмыльнулся Тео. Отец не останавлиивал его, в то время как Нарцисса бросилась и навела палочку на младшего Нотта. — Теодор, убери своего сына, пока этого не сделала я! — Нарцисса вдруг стала необычайно грозной. Старший Нотт не шевельнулся. — Дай детям поговорить, Нарцисса. — улыбался он. — Ты права, тебя никто не убьёт пока не выполнишь то, что требуется от всех отпрысков чистокровных семей. А то, на каких правах ты будешь существовать, только тебе решать. Прими верное решение и тогда быть, может ты добьёшься моего покровительства. — Хватит! — Нарцисса взмахнула и младшего Нотта ударило об противоположную стену. — Всё-таки это моя племянница и такие разговоры буду вести с ней я, как её семья,! На сегодня всё Нотт, мы уходим! — Нарцисса гневно кричала, пока Тео оправлялся и чертыхался. Старший Нотт всё ещё сидел и улыбался, взмахнул палочкой, открывая двери кабинета. — Если ты таким образом предлагал помолвку, Тео, то моё почтение, так плохо ещё никто не справлялся с этим делом! Уилли усмехнулась, ответила шутливый реверанс и вместе с Нарциссой покинула кабинет.