Часть 20: Воспоминания. Часть 1.
9 апреля 2026 г., 21:43
Примечания:
Курсивом выделен текст с воспоминаниями, которые Уилли наблюдает в омуте памяти. Также я изменила возвраст одного из героев, сделав его более молодым, а также появится много новых выдуманных персонажей.
Воспоминания перемешанны и не всегда идут в хронологическос порядке.
Приятного прочтения!
Хогвартс. Апрель. 1967.
По широкому коридору, в сторону запутанного лабиринта лестниц бежит девочка. Очень быстро, очень весело, с заговорщецкой ухмылкой, она улепётывает от бежащих за нею четверокурсников, во главе с профессором Макгонаглл. Они требуют, чтобы она остановилась, злые мальчишки и сконфуженные девочки, волосы которых превратились в прутья, точь в точь как у последней модели метлы "Комета", а носы вытянулись вперёд на подобие древка.
— Мисс Блэк, я обо всём доложу вашей семье, вы будете наказаны!
Последнее что слышит девочка, прежде чем юркнуть в маленькую башню и спрятаться от всех, однако ей это не удаётся.
— Что ж, неплохо, но мы договаривались, что ты целиком трасфигурируешь их в мётлы, чтобы наша команда победила на них в последнем чемпионате, с Гриффиндором.
В высоком окне стоит юноша, его каштановые волосы небрежно растрёпаны, мантия лежит с сумкой на подоконнике, слизеринский галстук рассправлен, жилет расстёгнут и видно расслабленно выпущеную белую рубашку. Юноша смотрит в окно, из которого видно внутренний дворик, в котором Макгонаггл пытается вернуть первоначальный вид студентам, и у неё это не получается. Говорит он слегка рыча, но его английский был уверенно-твёрдым, заподозрить акцент почти не представлялось возможности, только иногда проскакивала очень рычащая Р.
— Я компенсирую это длительностью заклятия, ближайшие 3 дня они волей не волей будут наполовину мётлами. — девочка села на ступеньки отдышаться. — Поэтому, я считаю, что половину от ставки я заработала, гони 5 галеонов! — Она без тени смущения протянула руку вверх, где стоял слизеринец. Тот только нахально усмехнулся прозвенел монетами в кармане брюк и бросил монетки в протянутую ладонь.
— Благодарю. Теперь моя очередь. — девочка задумалась, об этом говорил её нахмуренный лоб и приставленный к носу указательный палец. Затем она вскочила тряхнула чёрными кудрями и облокотилась рукой об стену, глядя на слизеринца.
— Ставка 15 галеонов. — торжественно начала она. — Слабо тебе сорвать предстоящий ЖАБА? — Блэк широко улыбалась как чеширский кот, перебирая золотые монетки в пальцах перед лицом старшекурсника.
Юноша невозмутимо улыбнулся и погладил девочку по голове.
— Я смотрю тебе нравится деньги проигрывать?
— Слабо или нет? — решительно убрав руку со своей головы сказала Блэк.
— Не слабо. Желаешь чтобы сорвал все предметы или конкретные?
— Сорви зелья и ЗОТИ, Белла особо внимательна к этим предметам, поэтому было бы славно, если бы её оценки оставляли желать лучшего. — Блэк вновь уселась на лестницу расстегнула жилет и стащила свой слизеринский галстук.
— Готовь деньги, Белла может и хорошая волшебница, однако академические экзамены напрочь не умеет сдавать. Мне для этого даже не надо срывать ЖАБА.
Юноша сел рядом, опершись на локти, а Блэк выгнула изумлённо бровь и сказала:
— А кто сказал, что единственная цель это Белла? Ну уж нет, сорвать нужно феерично, так чтоб вспоминали потом спустя 20-30 лет.....
Уилли усмехнулась про себя. Значит парень не справился, когда улетали близнецы никто не упоминал о хотя бы чуть-чуть похожем прецеденте в истории Хогварста
...
Хогсмид. Декабрь 1971.
Пару лет спустя, подросшая Блэк лет 16-17 сидела на поваленном дереве у окраины Хогсмида и читала письмо, изредка усмехаясь над ним, его рука, его неровный витиеватый почерк, пишет о том, как устроился погостить у друзей семьи, в Кёнигсберге. Балтийское море, немецкая архитектура и совсем небольшая волшебная деревушка, где из развлечений только нефильтрованное пиво и рыбная ловля. Блэк усмехалась над нелепыми рассказами и встречах с русскими магами и практикой в местном юридическом отделе министерства магии.
— Одри, ты чего здесь?
— Эй, я же сказал что хочу ее напугать, ты нас выдал!
Появились двое мальчишек, один в гриффиндорской и один в слизеринской мантии.
— Я попал сегодня в сборную! И мне даже выбили зуб! — мальчик в алой мантии гордо и широко улыбался, хвастаясь дыркой на месте верхнего переднего резца.
— Зато я заработал факультету 20 баллов, потому что остановил их дурацкую шайку от попытки повесить за шкирку профессора Флитвика.
Мальчики тараторили между собой, как будто им и не было интересно, что им скажет кузина, а та в свою очередь сложила письмо и подошла к братьям, схватила обоих под локти с двух сторон.
— Очень здорово, что ты попал в команду. Ведь теперь, для того, чтобы тебя поколотить мне не придётся бегать от Вальбурги, достаточно будет сбить тебя квоффлом. — она и младший из братьев расхохотались, а гриффиндорец скосил лицо в кривлянии. — Серьезно, Сириус, я рада, ведь теперь команде слизерина даже напрягаться не придётся чтобы победить вас. На каком ты месте? Охотник?
— Загонщик! И я пошлю первый же бладжер в тебя, Одри.
— Если только дотянешься. — младший язвительно заулыбался. — Все знают, как Одри изящно всех обводит на поле, оставляя только гадать, где квоффл...
Сэйд улыбалась. Вот кто ещё, кроме Сириуса дал ей эту страсть к квиддичу, Одри. Мама.
***
Министерство Магии. Департамет магической юриспруденции. Июль 1977.
— На самом деле что-то заказали? Контрабандные французские сигареты?
Блэк и её старый хогвартский приятель стояли на пирсе у Ла-Машнского пролива, сзади них виднелась округлая крепость — юридический отдел министенства магии, занимающийся делами уголовных преуступников. Одри была одета в чёрный костюм-тройку, с галстуком, белоснежная рубашка отражала лучи солнца, чёрные кудри разбросаны по спине и несколько курчавых прядей всё время норовили залезть в глаза. Друг её вытянулся и повзрослел, но почти не изменился, те же каштановые волосы, тот же расстёгнутый жилет, те же небрежность и нахальство в глазах.
Оба обернулись и увидели перед собой высокого мужчину. Он был не стар, но и не молод, лет может быть 40, с некоторым вневременным лицом, высокий, черноволосый, в чёрном пальто и шляпе, одетый как нью-йоркский финансист времён 30-х, так же уложены волосы на бок, также тоненько подстрижены чёрные усики, безукоризненно отглаженый белый воротничок и блестящая улыбка. Руки в кожаных перчатках сложены спереди и он смотрел на двух молодых людей.
— Простите, а вы кто? — спросила Одри немного улыбаясь, но своим тоном сразу дающая понять, что не позволит нарушать её личные границы подобными вопросами. Это просто неуместно, учитывая что они не знакомы.
Её друг оценивающе смотрел на непрошенного собеседника и лицо его чуть скривилось, так как будто он уловил неприятный запах и на губах тоже появилась усмешка. Человек в шляпе заметил это и ответил обращаясь к Одри.
— Вижу, у вашего друга родилась искрометная шутка. Конь в пальто.
— Почему конь.. — начал было упражняться в остроумии друг Блэк, но она его остановила тихим шёпотом.
А человек протянул руку сняв перчатку к Блэк и сказал:
— Алекс. Тоже юрист. — он невероятно изысканно и учтиво улыбался, от чего создавалось какое-то зловещее ощущение.
— Одри Блэк, прокурор первой ступени.
— Антнонин Долохов, туповатый друг. — поочереди представились молодые люди и пожали руку, явно насмехаясь над новоявленным юристом в их заведении.
Тот казалось не обратил на это внимания и продолжил.
— Так всё таки, алкоголь, сигареты?
Одри и Антнонин действительно ждали контрабандную поставку французских сигарет с нормандским табаком, он был запрещён в магической британии, не говоря уже о том, что юристам министерства магии было запрещено сотрудничать с французскими магами ещё после скандала с Грин-де-Вальдом. Но разумеется, юристы этого отдела министерства, работающие напрямую не только с самыми опасными преступниками, но и с распоряжением их душами, позволяли себе время от времени скупать контрабандные сигареты и алкоголь, чтобы иногда отдыхать от дел.
— Простите, мы не имеем чести быть с вами близко знакомы..— начала Блэк
— Но имеем честь предложить вам отсюда...— Долохов помахал рукой прогоняя Алекса. — В противном случае, вы будете посланы.
Алекс нисколько не смутился, наоборот в его взгляде была неутолимая уверенность, он усмехнулся и спросил:
— Интересно, куда?
На горизонте показалась небольшая лодка, на которое двое контрабандистов везли ящик сигарет, они условились с Долоховым на 11 часов утра встретиться для передачи партии, однако они заметили на пирсе какое-то движение и третье лицо, которое не должно было присуствовать при передаче контрабанды, и которому Долохов, судя по жестикуляции вкрадчиво и с чувством рассказывал, куда стоит пойти. Лодка остановилась и стала ждать, на всякий случай, наложив дезиллюминационные чары.
— В общем Ambulare, Avunculus. Proprio termino - что означает, гуляй дядя, я закончил. — Долохов широко улыбаясь глянул на Одри, та тоже сдержанно улыбалась и с удовольствием кивнула в ответ.
— Preparapum at morte - что означает, вам конец, ребята. Потому что я только начал. — ответил Алекс, не переставая учтиво улыбаться, но всё ещё с какой-то злой усмешкой. Он вытянул руку в перчатке, в которой находился кожаный чехол-книжка, а в нём жетон, в виде кровавого-красного креста, на котором было написано на латыни
" Inquisitor ".
***
Уилли не могла поверить в то, что озорной друг, который на слабо делал шалости в Хогвартсе — ныне самый искусный из пожирателей смерти. И как она сразу не узнала его, ведь сходство было таким очевидным, даже годы в Азкабане почти не изменили его лица, те же кудри, скулы, только глаза другие. Она вспомнила, как в отделе тайн она прочла в них горечь, когда он взглянул на неё, и она поняла. Он узнал в ней Одри, сразу же, без промедления, не дожидаясь, пока Люциус сам вспомнил упомянуть об этом.
***
Министерство Магии. Июнь 1973.
— У нас неотложное дело, убийство. Стажёр Блэк, без подготовки, с листа.
Одри было не больше 18, она только год как закончила Хогвартс и теперь стажировалась в юридическом отделе министерства магии. Волосы её были собраны в строгую причёску, на лице казалось сквозила неуверенность, но она тут же улетучилась, когда ассистены суда синхронно положили папки с документами на её, прокурорский стол, и стол адвоката второй ступени, мистера Сэйда.
Молодого ещё человека, с уложенными рыжими волосами, который довольно добродушно улыбнулся своей оппонентке, впрочем, что-то подстёбывающее было в этой улыбке.
Блэк вспомнила, что он был выпускником Гриффиндора, когда она только поступила на первый курс. Сейчас она знала о нём, что Сэр Уильям Сэйд собирался переводиться в мракоборческий отдел, ему наскучила судебная канцелярия, и он ждал момента получения первой адвокатской ступени, для того чтобы перейти в другой отдел. Одри это рассказал прокурор Мракс, к которому её распределили на стажировку.
Эрвин Мракс — считался последним представителем своего рода, на считая заключённого в Азкабан кузена, Морфина Мракса. Нельзя было точно сказать сколько ему лет, это был невероятно педантичный, преданный своему делу юрист. Равных ему не было, за всю свою жизнь он не проиграл ни одного дела, в совершенстве знал британское магическое право. Собираясь в отставку, он взял Одри последней ученицей, и заметив в ней долное рвение и знания, готовил её на своё место.
Раздался звук открываюшихся дверей и со стороны судебного президиума в зал заседания быстро вошли три верховных судьи и ещё 12 членов Визенгамота. Зал встал, перед ними. Затем через главный вдох в зал,по центральной дорожке, между рядами кресел для возможных свидетелей, или просто наблюдателей суда, вошли жвое мракоборцев, ведя под руки подсудимого. Невысокого тонкого человека с перекошенным злобой лицом, серыми глазами, одетого в холщёвый костюм, в которых ходили обвиняемые в предвариательном заключении.
— Слушается дело Лилланда Селвина, обвиняемого в жестоком убийстве магглорожденного волшебника Освальда Хамфри, целителя больницы святого Мунго. Дело объявляется открытым.
Стук молоточка.
Одри оторвалась от расматривания документов по делу, которые уже быстро разложила на столе, выпрямилась и вышла из-за стола, пожать руку перед началом процесса адвокату Сэйду. Тот небрежно улыбнулся одним уголком губ и тихо бросил:
— Желаю удачи, Леди Блэк.
Одри только презрительно посмотрела на Сэйда и вернулась к столу. Она ещё с минуту посмотрела на документы, пока её не окликнул голос главного из трёх судей.
— Госпожа Прокурор!
Одри хотела было вздрогнуть, но сдержалась и кивнула, в знак того, что готова начать. Затем она бросила взгляд в зал, где сижел скрестив руки её наставник Мракс, и получив от него кивок, сняла с жилета часы на цепочки и положила на стол, прежде чем выйти на авансцену судебного зала.
— Ваша честь, господа члены Визенгамота, Мистер Селвин, чистокровный волшебник, известный своими ксенофобными взглядами относительно волшебников полу-волшебного и магглорожденного происхождения, о чём не раз заявлял на тожерственных приёмах, в публичных местах, и, даже в министерстве магии, цитирую: "Необходимо очистить магический мир от грязного пошлого подобия волшебников, и если нет возможности законным путём заявить об ограничении прав грязнокровок, я буду считать великим свою миссию по очищению мира от грязи". Цитата изъята из воспоминаний мистера Селвина, а также из воспоминаний его несовершеннолетнего сына, Гелиоса, ныне обучающегося в Хогвартсе, а также жены, эльфов-домовиков, а также двух мракоборцев, Аластара Грюма и Руфуса Скримджера.
Позиция обвинения — убийство и пособничество преступной магической организации.
Среди судей и слушателей дела началось шевеление и перешёптывание.
— Девчонка Блэков, будь ты проклята! — выкрикнул Селвин, прежде чем двое мракоборцев наложили на него заклятие Silentium.
А Сэр Уильям Сэйд удивлённо вскинул бровь.
— Пособничество преступной магической организации?
— Господа судьи, господин Адвокат, разрешите я закончу. — Одри стушевалась, но хмурый взгляд наставника заставил её взбодриться.
— Два дня назад над домом убитого Освальда Хамфри была обнаружена чёрная метка, результаты экспертизы подтверждают что заклятие было выпущено из палочки Селвина, перед этим заклинанием значилось убийственное заклятие, я ещё до него, чары сжатия, которыми Селвин пытал Хамфри. Дактилоскопия выявила соотвествия между оставленым магическим полем в доме Хамфри и магической энергией Селвина. Внимание на экран, на нём продемонстриуются воспоминания от третьего лица, два дня назад, 22.17 время убийства.
Между залом суда и кафедрой, на которой сидели судьи возник полупрозрачный экран, на котором транслировалось воспоминание Селвина, в котором он жестоко пытает, а затем убивает целителя. После чего возводит над домом чёрную метку.
— Отрывок длится 9 минут 42 секунды. Улики косвенные и вещественные доказывают виновность Лилланда Селвина по статье 14 пункт 3 магического уголовного права: преднамеренное убийство с первой степенью жестокости — пытки. Обвинение по этой статье запрашивает этапирования в Азкабан с пребыванием на третьем уровне, сроком 30 лет. Акт осознанного пособничества преступной организации, статья 60: пункт 1, добавляет к сроку от 10 до 20 лет, в зависимости от смягчающих обстоятельств. На которые, мистер Селвин может уповать в случае сотрудничества с следствием.
— Мисс Блэк, о каком пособничестве идёт речь? — верхновный судья, сидящий слева, казалось скучая слушает стажёрку, вовсе не обращая внимания на то, что она излагает.
— Вы меня не слушали?
— Протест! Давление на судей. — вскинул руку Сэйд.
— Протест принимается.
Лицо Одри скривилось в ехидной усмешке, но затем она взяла себя в руки и холодно и чётко произнесла:
— Так называемая чёрная метка над домом Хамфри. Знак, который стал появляться на месте каждого убийства магглорожденных волшебников, полукровок и магглов. Этот случай зафиксирован пятым: все убийства за последний год, или пытки, сопровождались запуском метки. Я полагаю, эта организация исповедует те же идеалы, что и подсудимый. А так как к остальным пяти случаем сторана обвинения не считает мистера Селвина причастным, следует предположить, что убийство целителя Хамфри, если и не целенаправоенное задание от организации, то ничем не противоречущая, наоборот, поддерживаемая, инициатива Лилланда Селвина. У меня всё.
Одри села за свой стол. Подходя к нему онв увидела серьёзно обдумающее что-то лицо Эрвина Мракса. Блэк не знала, справилась она или нет, она почти не слушала выступающего на стороне защиты Сэйда, хотя и подметила, что он без удовольствия оправдывал подзащитного. Она раздумывала о метке и её природе. А также о том, что её семья скорее всего тоже знает не только о нападениях, но и о том, кто стоит за этим, и что возможно, однажды, ей, Одри Блэк придётся сделать выбор: собственные убеждения, честь и совесть или семья.
Все покинули зал суда на время, пока Визенгамот принимает решение. Блэк хотела было подойти к мистеру Мраксу, но тот куда-то поспешно скрылся. Поэтому она стояла опершись на мраморный парапет, глядя вниз, в вестибюль магической канцелярии, в котором шастали туда сюда занятые юристы.
— Хорошее выступление. Но слишком эмоциональное, вам не хватает твёрдости духа.
— Забыла спросить об этом вас.
— Не стоит ехидничать, я поделился наблюдением с благими намерениями. — адвокат Сэйд тонко улыбнулся одной левой стороной рта глядя на Блэк.
Одри презрительно поглядела на него и спросила:
— Каково вам защищать отъявленных мерзавцев? Зная, что они действительно виновны, помогать им обрести свободу? И ведь вы довольно успешны в этом , раз в таком возрасте претендуете на звание адвоката первой ступени.
— Я не так часто беру дела. И если беру, то помогаю людям уходить с миром. Чтоб они ощущал себя не свиньями, а людьми, которые сделали много хорошего. — он чуть замолчал, но полуулыбка его не переставала быть тонкой и доброй что-ли — А прокурорская должность тот же Азкабан. Потому что со временем, каждый день разбирая чужие грехи, невольно задумываешься о своих. Нам пора, прошу.
Уильям Сэйд подал вперёд рукой, пропуская Одри в только что открывшиеся двери зала.
— Вердикт. Визенгамот, пятнадцатью голосами против одного постановил: признать Лилланда Селвина виновным по первому пункту обвинения — Преднамеренное убийство с первой степенью жестокости, а также девятью голосами против шести, невиновным по пункту два: пособничество преступной организации, за неимением иных доказательств, кроме косвенных и не столь внушаемых. Суд приговариваер Лилланда Селвина к этапированию на третий уровень Азкабана сроком на 20 лет. Смягчающим обстоятельством служит преклонный возраст подсудимого. — один из членов Визенгамота зачитал вердикт.
— Слушание объявляю закрытым. — сказал верхновеый сужья и стукнул молотком.
Лицо Блэк не выразило никаких эмоций, она только гордо подошла к Сэйду и пожала ему руку. Вслед за ним к ней подошёл Эрвин Мракс и также протянул ладонь для рукопожатия.
— Поздравляю вас с первым делом, Леди Блэк. Это зачёт. Отныне вы прокурор второй ступени. — чётко произнёс маг.
— Как? Сразу второй? — удивилась Одри. Она в целом не рассчитывала получить степент прокурора так быстро, за одно дело, так ещё и ее автоматом назначили на вторую ступень, миновав начальную третью.
— Вы продемонстрировали прекрасное выступление без подготовки и выиграли дело, с поправкой разумеется на глупость или страх членов Визенгамота, не проголосовавших за вину по второму пункту обвинения. Однако в этом вина другого юриста. Подсказка: ваша, Сэйд. — старый прокурор неодобрительно посмотрел на адвоката, который учтиво и с улыбкой кивнул ему в знак благодарности за своеобразную похвалу. — Занимайтесь делами, Блэк. Я жду от вас свершений.
Пожилой маг удалился, оставив Одри и Уильяма наедине. Последний же снова улыбнулся половиной рта, заговорщецки задумав что-то и предложил:
— Мисс Блэк, позвольте пригласить вас отобедать со мной, в нашем юридическом кафе, в честь вашего первого дела.
Одри усмехнулась и ответила.
— Почему бы нет?
***
Поместье Блэк. Ноябрь 1978.
Одри стоит в мрачной гостиной, вокруг неё Вальбурга, Сигнус и Альфард, вместе с своим дядей, Поллуксом Блэком. Он вырастил Одри, дитя своей умершей в родах дочери Кассиопеи.
В кресле величественно сидел Орион Блэк, а не диване как будто сиротливо пристроилась Друэлла.
— Я отказываюсь. Я не соглашусь на помолвку.
— Милая, ты обязана! Тебе уже 24 года, ты старая дева, а это такая партия и такие перспективы!— пронзительно закричала Вальбурга.
— К тому же вы были очень дружны! Я не понимаю, милая, в чём дело. — вальяжно протянула Друэлла.
— Я не выйду замуж за пожирателя смерти. У него действительно были перспективы, пока он не разменял их на безумие под предводительством мерзкого полукровки. — спокойно отвечала Одри.
Альфард только улыбался племяннице, за что получал неодобрительные слова от Вальбурги и Поллакса.
— Одри, помолвка будет заключена в конце декабря, это решено. Вы подпишите контракт и соедините дома. Это окончательное решение не подлежит обсуждению. — тихо, но грозно произнёс дедушка Поллакс.
— Вам следовало решиться на это пока я училась в Хогвартсе и была несовершеннолетней. Сейчас же вы не имеете власти надо мной, я не выйду за Долохова. У меня всегда сыщется претендент на руку и сердце.
— Рыжий мракоборец? Не смеши меня, дорогая. — произнёс Орион, закуривая трубку и усмехаясь в чёрные усы. — Да их семья чистокровная, но они не отличаются родовой магией, как Долоховы.
Начались стенания и угрозы от Вальбурги и Друэллы. Мужчины, все, кроме Альфарда грозно смотрели на дам и на виновницу скандала, которая оставалась невероятно хладнокровной.
Затем Альфард незаметно использовал легиллеменцию и сказал Одри: "ты заставила встряхнуться это сборище змей, горжусь тобой, и знай, что в моём доме окажут поддержку и тебе, и твоему мракоборцу"
Одри благоговейно растянулась в улыбке любимому дядюшке и почти бросилась обнять его, но остановилась под грозовым голосом дедушки.
— ТИШИНА! Одри Блэк, я не препятствовал тебе, когда ты решила построить карьеру в магической юриспруденции, не мешал и работе там. Однако твоя работа подвергает опасности не только тебя, но и всю семью Блэк. Тёмный Лорд недоволен тем, скольких его приятелей ты упекла в Азкабан.
— Ты хотел сказать, сколько жестоких безвольных убийц! — прикрикнула Одри.
— МОЛЧАТЬ! Лорд Волан-де-Морт ведёт правое дело, хоть ты и права, что у него недостаточно читой крови для ведения твакой радикальной политики, однако, вся семья приняла его сторону. Беллатриса и Рудольфус, Нарцисса и Люциус. Отказавшись от брака, ты подвергнешь семью опале. Долохов теперь почти что правая рука Тёмного Лорда, он не примет отказ и будет мстить за нанесённое оскорбление. Не говоря уже о том, что опозоришь семью, если выйдешь за этого Сэйда, предателя крови и магглолюбца. Ты будешь ничем не лучше Андромеды и её грязнокровки. Поэтому я приказываю тебе совершить помолвку с Антонином Долоховым. Иначе ты будешь изгнана из семьи.
Голоса совсем умолкли. Дамы смотрели на Одри с надеждой. Мужчины, казалось, без интереса курили, и только Альфард улыбался, а Поллакс ожидал ответа от внучки.
— Андромеда была лучше всех вас. И я не пожалею, если последую её примеру и выберу любовь. А вы просто жалкие, превратили благороднейший и древнейший род Блэков в чёрти что, повинуетесь полукровке, который внушил вам страх. Вы ничтожны. И я не желаю быть частью этой семьи.
Одри трансгрессировала из дома, последнее что она слышала это оры тётушек и дядюшек и полный ненависти хрип дедушки "Будь ты проклята, Одри"
Примечания:
Воспоминаний много, может быть их хватит даже на 3 главы.
