Солнце, нарисованное в голубых глазах

Пластиковая дверь груминг-салона со скрипом открывается, позывая закричать маленький звоночек над ней. Девушка с чëрным каре переступает порог, оборачиваясь и недовольно восклицая: "Ну Кира!" За ней вбегает щенок пуделя, начинающий тут же искать кого-то маленькими чëрными глазами и тявкающий в нетерпении. За щенком наконец появляется Кирилл Гречкин, виновник недовольства, с кучей одуванчиков, отдалённо напоминающих венок. — Ну Солнце, ну прости, я не мог не сплести! — смеëтся он, надевая венок себе на темно-русую голову, которой он наконец-то вернул натуральный цвет. Злата улыбается ему в ответ, решая не медлить. Она подбегает к стойке салона и не без труда заглядывает за нее, радостно взвизгивая и лицезрея недовольные черные глаза. — А я надеялась, вы меня не заметите, — наигранно вздыхает Яромира, — Сидела бы тут, попивала кофеек. Арина вышла из-за стойки, падая в объятия подруги и начиная буквально рыдать. — Златопупсик, как давно я тебя не видела! Как я люблю тебя, что ж ты к нам не заходишь! — воет она, наконец отпуская еë и более сдержанно обнимая Кирилла, — Ладно, тебя я тоже рада видеть, ты молодец. — тут она разворачивается в сторону стеклянной двери и громогласно кричит: — Влаааааадик!!! Из-за двери моментально возникает двухметровый худощавый силуэт с волосами по пояс. Влад поднимает бровь с пирсингом и радостно подлетает к Гречкину, пожимая ему руку, а затем и к Злате, крепко обнимая еë и в конце концов начиная говорить: — Ну и где виновник вашего прихода сюда? — Влад шарит взглядом по помещению, а когда замечает маленького пуделя, начиная улыбаться с новой силой, восклицает: — Бости! Мой мальчик! Черная собачонка, наконец заметив его, виляет хвостом так, что он, кажется, отвалится, и мчится сверкая пятками к Владу. Тот моментально подхватывает щенка на руки, начиная кружиться на месте, а Арина, стоящая рядом, переглядывается с пришедшими и озадаченно вздыхает. — Мы тут с Владиком расписаться вздумали, — как бы невзначай протягивает Яромира, глядя на остановившего ласки и слегка напрягшегося Гаранина. — Серьёзно? Вы что, встречались? — шокированный Кирилл вопросительно смотрит сначала на Злату, у которой в глазах читает такое же непонимание, а потом на Арину, которая пожимает плечами. — Ну знаете, в двадцать семь жить вместе одиноким парню и девушке... Не ахти, — вздыхает Влад, качая головой. — Мне двадцать пять. — моментально исправляет Арина. — А мне двадцать семь, — парирует Влад, — Я дед уже. Злата лишь натянуто смеëтся, понимая, что так, наверное, будет лучше. Это глупо, любить одного человека всю жизнь, тем более если невзаимно. Она переводит взгляд на Кирилла, он улыбается, в свою очередь смотря на нее. Они оба понимают, что это к лучшему, и Злата приободряется, снова смотря в сторону друзей. Они наконец-то счастливы. Кирилл подарил им эту студию, где они обустроились так, как им нравится и смогли извлечь денежную выгоду, каждый раз отдавая вечно отнекивающемуся Гречкину четверть нехилого заработка. Деньги не испортили Арину и Влада, они остались прекрасными людьми, жизнерадостными и весёлыми. Деньги лишь помогли им стать еще лучше внешне и, давайте признаем, внутренне. Каждый месяц они отдают тридцать тысяч приюту в Питере, помогая также пристраивать животных оттуда, размещая социальные рекламы по всему городу. Прошло уже два года после того злополучного утра, а эти двое до сих пор умудряются напоминать о нем, посмеиваясь и играя ту знаменитую сценку с заходом Кирилла на балкон. Арина вечно корчит очень серьëзную физиономию, а Влад встает, подняв голову и распушив несуществующие перья, словно павлин. А потом оба пожимают друг другу руки и любезно напоминают: без них ничего бы не было. И действительно. Кирилл и Злата уже два года живут вместе, содержат сеть булочных по всему Петербургу и не тужат. Расписаны без свадьбы, еë играть отказалась Злата, сообщив, что пока все еë родственнички не помрут, она никого кроме Влада и Арины приглашать не намерена, а Кириллу кроме бати, который, скорее всего, не придёт, приглашать-то и некого. Вот и получается, свадьба для двух с половиной людей, что крайне скучно. Злата, конечно, могла бы позвать Регину, но еë нет на этом свете уже год. Увы, бедную девушку убил еë избранник, богатенький парнишка, которому не понравилось то, что та позарилась на его имущество. В целом, исход был очевиден. Злата любила Регину, пусть у них и были некие трудности с пониманием друг друга, пусть Регина и предпочла Злате деньги. У парнишки откупиться от суда не получилось, Кирилл оказался куда богаче, а Злата лишь наблюдала за всей этой неразберихой, не забывая изредка ходить к психологам, дабы окончательно не впасть в депрессию. А потом жизнь пошла спокойно, оставалось только периодически посещать могилку и цветочки класть. Кирилл решал все. Всегда. Если он говорил: "Не бойся, Солнце, разберёмся", значит, он разберется. Злата впервые почувствовала себя женщиной в его присутствии, не то, чтобы он был образцовым мужчиной... Леопардовые шубки и розовые лосины в кирилловом гардеробе явно выражали его противоречия с классическими стереотипами о "настоящих мужиках", но он был в меру силён и позволял (а главное, хотел), чтобы Злата опиралась на него. Он никогда не давил, пусть периодически и был ужасно капризным, надоедливым и противным, словно ребёнок. Всегда договаривался обо всëм со Златой и каждый день старался становиться лучше для их отношений. Да и Злата не отставала, старалась говорить о том, что не нравится, отстаивать свою позицию и понимать Кирилла. Он любил спать у неë на груди, слушая сердце, а она любила спокойствие. И никаких больше пуль в стенах Они — далеко не идеал друг для друга. Злата эмоциональна и не в меру терпелива, а Кирилл... Ну, Кирилл это Кирилл. Элитная сучка, которая нуждается в матери. Их история далеко не прекрасна, и они великолепно это понимают, стараясь радоваться тому, что они вместе и забывать о том, кем были. Может, это любовь, а может глупость. Но тут уж каждый видит то, что ему ближе, не правда ли?