АНБУ? Серьезно?

Фарфоровая маска с изображением ласки. «Кто скрывается за ней? Кто-то действительно особенный или всего лишь переоцененный ребёнок?». За все осознанные, из прожитых тринадцати лет, годы Итачи ни разу не довелось почувствовать себя простым маленьким мальчиком. У него не было детства. Прирожденный гений с огромным потенциалом, чьи способности поражали даже самых сильных шиноби. Таким он был в глазах родителей, сверстников и учителей. Ради этого многие готовы были продать душу, и Учиха понимал, что его способности были неописуемым даром. Но с другой стороны, именно это стало причиной его положения. Вечный козел отпущения, на чьи плечи так рано взвалили раздор между деревней и кланом. Его вынудили подчиняться, несмотря на личные чувства и мнение. «Чего стоят люди, так упорно пытающиеся получить власть, если для этого они заставляют ребёнка вставать между двумя сторонами? Чего стоит клан, если из-за своей алчности, он готов жертвовать невинными людьми? Почему быть талантливым шиноби — значит брать на себя всю вину?». Учиха всегда осознавал, что способен на большее, чем могут многие из его окружения. Ему под силу то, чего никогда не достичь другим. Но, несмотря на это, цена за оказанный подарок судьбы была непозволительно высока. Быть слабым означало бы иметь совсем другую жизнь. Перед тем, как вернуться в АНБУ, Итачи решил встретиться с Шисуи. Он был его единственным другом. Возможно, этому способствовали их общие взгляды на жизнь. Недовольство клана Учиха в последнее время стремительно росло, чего и стоило ожидать после переселения клана на окраину деревни. Итачи и Шисуи были теми, кого эти разногласия волновали больше всего. Пацифизм, сформировавшийся ещё в детстве, не позволял оценивать приближающуюся гражданскую войну как нормальный способ достижения цели. Но что бы они не делали, сил рано повзрослевших детей было недостаточно, чтобы остановить провокации двух сторон. Знакомый голос вырвал Итачи из раздумий. — Рано ты сегодня. Что-то случилось? — Шисуи вышел навстречу, огибая легкой походкой деревья. — Хокаге вызывал к себе. — Что произошло? Ты выглядишь каким-то расстроенным. — Ты что-нибудь знаешь о Мизуно и Тори Учихах? Шисуи тихо хмыкнул, склонив голову набок, и задумался. Итачи внимательно смотрел на друга, ожидая от того хоть какой-то ответной реакции. — Мизуно жена Тобуро Учихи, а Тори, я полагаю, их дочь. Они были шиноби Деревни Скрытого Листа, обучались у Хирузена Сарутоби, когда были генинами. И насколько мне известно, третим членом их команды был твой отец. А почему ты спрашиваешь об этом? — Тори Учиха приехала сегодня утром, поэтому Хокаге меня и вызвал. Он говорил ей, что возвращение — лишь неотъемлемая часть обучения, после чего дал указание вступить в АНБУ. Но мне показалось, что он умолчал об истинной причине этого решения. Итачи замолчал, глядя на друга, чей вид выражал полное непонимание. Хотя, казалось, что Шисуи просто немного удивлён, для него не было проблемой понять, что на самом деле друг пытается скрыть встревоженность. Зная о том, насколько внимательно и тонко реагирует на поведение других Итачи, Шисуи понимал, что тот не ошибается. А значит, это может быть очередной провокацией в сторону их клана. — Если они действительно были шиноби Конохи, что стало причиной их переезда? Третий отзывался о Миназо очень доброжелательно, не похоже, чтобы между ними и деревней произошёл конфликт, — после долгой паузы продолжил Итачи спокойным тоном. Однако эти слова словно разрезали воздух, потому что отрицать их логичность и правдивость было бы глупо. — Они переехали несколько лет назад, но по какой причине я не знаю. Ты думаешь, возвращение их дочери было заранее спланировано с целью усугубить положение клана? — А ты думаешь иначе? — с легкой усмешкой ответил Итачи в своей привычной манере «вопросом на вопрос». Шисуи только качнул головой, показывая, что думает точно также. — Ты сказал, что Третий вызвал тебя с утра. Полагаю, он поручил что-то связанное с этой девочкой? — Итачи многозначительно кивнул. — Он включил ее в мою группу. Вид у него был уставший и какой-то напряжённый. Он почти все время молчал, но перед тем как отпустить меня попросил присматривать за ней. — Попросил тебя присматривать? — воскликнул Шисуи, уже не скрывая своего удивления. — Да. Он боится, что Данзо может навредить ей. — Но зачем тогда Хокаге отправлять ее прямо к нему? Да ещё вдобавок просить именно тебя приглядывать за ней. Он же знает, о твоей двойной жизни. — В этом и проблема. Мне не понятно, почему он решил положить на меня эту ответственность. Поэтому, мне кажется, что все это напрямую связано с конфликтом между деревней и кланом, — тише прежнего отозвался Итачи. Шисуи стоял в недоумении, явно обеспокоенный новостями. И сразу же решил, что об этой девочке не стоит распространяться. Особенно на собрании клана, где загадочное возвращение одного из его членов может посеять новую причину для усугубления уже сложившейся ситуации. — Никому не говори об этом. Если на собрании кто-то попытается сделать из произошедшего проблему, я постараюсь ее решить, — Итачи согласно кивнул, — Данзо определенно попытается воспользоваться этим, ты не должен допустить этого. С этими словами Шисуи покинул место встречи, оставив озадаченного Учиху одного. «И почему я снова оказался в самом центре событий?». Фугаку никогда не рассказывал сыну о своём детстве. Мысли Итачи занял новый вопрос: «Мог ли отец быть причиной, по которой Миназо и Тобуро покинули Коноху?». Если ответом на этот вопрос было «да», значит все опасения друзей подтвердились.

***

Вся группа Итачи была готова, не хватало лишь одного человека. Отправив всех собравшихся продолжить ожидание на площадке, Учиха остался в комнате один. Как бы там ни было, ему предстояла ознакомительная беседа, и провести ее хотелось без лишних ушей, хотя бы в этот раз. Через несколько минут одиноких сборов, наконец раздался звук открывающейся двери. Девочка тихими шагами прошла в комнату и, остановившись, уставилась на Итачи. — Твой шкафчик пятый слева, — сказал Учиха холодным тоном, бросив мимолетный взгляд на девочку. Ему не нравилось, что она снова опоздала, так же как и утром. Если это станет закономерностью, то к уже существующим проблемам добавится еще одна. — А твой где? — Рядом, — ответил Итачи прежде, чем успел понять, о чем его спросили. На что опоздавшая самодовольно усмехнулась и прошла мимо. Тори начала переодеваться, без стеснения поглядывая на Учиху, который в свою очередь перекладывал с места на место кунаи, лишь бы не смотреть в сторону девочки. Как бы он не старался, несколько раз взгляд все же непроизвольно достигал ее, и Итачи заметил, насколько она худая. В привычной для себя манере он бы предпочёл промолчать. Но почему-то рот сам открылся и слова выскользнули из него раньше, чем он успел осознать это. — Ты что голодаешь? — Учиха почувствовал, как загорелись щеки. Надо же было такое сказануть. Но девочка лишь удивленно вскинула брови. — А ты любишь полненьких? Итачи ожидал услышать что угодно, только не в этом ключе. Поведение Тори никак не соответствовало тому, о чем его предупреждал Хокаге. Эти слова, произнесённые совершенно безо всякого стеснения, были больше похоже на грязный сарказм. Девочка усмехнулась, глядя на Учиху. После чего тот сразу отвернулся, пытаясь скрыть своё порозовевшее от смущения лицо. — Так это правда или я ошиблась? — в комнате прозвучал не скрытый смешок. Похоже Тори все-таки заметила, как его кожа изменилась в цвете. — Ты всегда опаздываешь? — спросил Итачи, проигнорировав вызывающий вопрос. — Кажется я случайно задела твой маленький секрет? — рассмеялась девочка, — Не переживай, я не буду настаивать на твоём внимании, — парень снова предпочёл проигнорировать. — Тебе следует запомнить одно простое правило: никаких опозданий. Иначе придётся сменить род деятельности, — безразлично бросил Учиха, поворачиваясь к уже собравшейся Тори. — А ты всегда такой зануда или только на работе? Итачи промолчал, сдерживаясь от накатившего раздражения, и продолжил затягивать ремни на ноге. — Между прочим, я не опоздала, кто же знал, что мне придётся ещё набивать татуировку, — девочка ткнула пальцем в узор у себя на плече. — Это все знают, — безразлично ответил парень. Тори вздохнула и закатила глаза, после чего сделала большой шаг навстречу, заставив Учиху замереть на одном месте. — Ты так и будешь дуться целый день? Ну подумаешь, опоздала немного, я же правда не знала. — Дуться? — Да. Вместо этого лучше помоги мне завязать волосы, — девочка развернулась, мотнув головой так, что ее темная шевелюра рассыпалась по плечам. Для Итачи было не понятно, почему она сама не может это сделать, но нарываться на ещё один глупый спор ему не хотелось, поэтому парень взял резинку из рук Тори и осторожно начал собирать ее волосы. Стоило Учихе толко прикоснуться к ним, как в его ладони оказалась небольшая выпавшая прядь. Каждое движение заставляло все больше и больше маленьких прядей оказываться на руках, половина из которых вовсе падала на пол. — Что у тебя с волосами? — не выдержав, спросил парень, пытаясь завязать резинкой предельно осторожно. — Выпадают, — небрежно кинула Тори, поведя по воздуху пальцами. — Я заметил. Из-за чего это? — Забей, ничего серьезного. Просто завяжи их как-нибудь, — Итачи продолжал завязывать волосы, но те отказывались слушаться, то и дело выпадая и выскальзывая из рук. «Это просто не выносимо. Она же так совсем лысая останется». Попытка завершить наконец эту махинацию почти завершилась успехом, но вновь потерпела неудачу. Раздраженно вздохнув, Учиха решил ввести девочку в курс дела, не дожидаясь окончания сей пыльной, как оказалось, процедуры. — Сегодня твой первый день, поэтому никаких сложных миссий не будет. Я ещё не знаю, на что ты способна, так что начнём со стандартной тренировки. Если меня удовлетворят твои навыки, сегодня же останешься дежурить. — Дежурить? То есть следить за порядком всю ночь? — Тори дернулась, когда палец Итачи зацепился за впутавшиеся волоски, и тем самым сделала себе ещё больнее. — Верно, — Учиха облегченно выдохнул, как только последний оборот резинки, соскользнул с его запястья. Никогда больше он не согласится на такое. Девочка повернулась, ощупывая рукой, получившийся хвостик, и оставшись довольной, снова пошла к своему шкафчику. — А если ты останешься недоволен? — Тогда проведёшь на тренировке весь оставшийся вечер, но не советую доводить до этого. — Звучит многообещающе! Я могу отказаться? — ее выражение лица между насмешкой и недовольством выглядело забавно. — Нет. Мои приказы не обсуждаются. Ты просто должна их выполнять. — Ясненько. Тогда сочувствую твоим нервным клеточкам, — на этой ноте Тори прошла мимо Учихи и вышла в коридор, непозволительно громко хлопнув дверью. — Больная… — прошептал Итачи и последовал на площадку. Наконец вся группа была в сборе. Некоторые из ее членов от скуки висели на ветках деревьев вниз головой, зацепившись ногами, и о чём-то болтали. Увидев Итачи, все быстро заняли свои места, выстроившись в ряд и стали ожидать указаний. — Сегодня у нашей группы нет запланированных миссий, поэтому проведём тренировку. Как вы могли заметить, у нас в команде новый шиноби. Буду признателен, если вы поладите. Представься, пожалуйста, — Учиха устремил взгляд на девочку в кошачьей маске. — Э… Меня зовут Тори Учиха, надеюсь сработаемся, — сказать, что Итачи был удивлён — ничего не сказать. Вот сейчас описание, данное Третьим Хокаге, как нельзя лучше подходило для неё. Какой-то тихий и застенчивый голос, почти что шепотом произнёс эти слова. Где же Тори, которая буквально пару минут назад дерзко и бесстрашно спорила с ним в раздевалке? Прибывая в состоянии полу-шока Итачи хлопал глазами, надеясь, что за маской это не будет видно. «Что за херня? Она же мне все нервы вымотает, если к ее дурацким шуткам добавится ещё эта непостоянность», — думал Учиха, пока не заметил, что вся группа ожидающе на него смотрит. — Хорошо… — будучи все еще немного ошарашенным, произнёс парень, — Тогда займите свои позиции, мы начинаем. Тори, иди за мной. Итачи подошёл до конца площадки, девочка, следовавшая за ним, остановилась. — Что ты видишь? — спросил Учиха, и пока Тори оглядывалась вокруг себя, незаметно подал знак уже занявшей свои позиции команде. — Ничего примечательного, кроме того, что все куда-то пропали, — Итачи едва заметно улыбнулся, заметив передвижения двух членов группы. — Хорошо, а что чувствуешь? — Если ты говоришь о чакре, то я не чувствую их, только твою. Это и есть… Сделав шаг назад, Учиха позволил команде начать действовать. Он не рассчитывал, что девочка справится с этим испытанием, поскольку выбрал одно из самых сложных в исполнении своей группы. Но Хирузен оценил ее способности очень высоко, поэтому и проверка должна быть соответствующей. Однако, Тори при помощи шарингана сразу же заметила приближающихся с двух сторон напарников и использовала технику замещения. Сюрикэны вонзились в ее тело, которое искривляясь, приняло истинную форму дерева. Третий член команды, выжидавший подходящий момент, следил за девушкой, и обнаружив ее место нахождение применил технику временного паралича. Тори застыла на месте, пытаясь сделать хоть что-то, но вместо этого упала на колени, не в силах удержаться на ногах. Все трое напарников окружили ее тело, удерживая с двух сторон. Когда один из них приставил кунай к ее шее, Итачи поднял руку. — Достаточно, — произнёс он, вскинув вверх два пальца, — Можешь выходить. Из-за спины парня с самодовольным смешком показалась Тори. Ее тело, окружённое тремя напарниками растворилось. Теневой клон. — Все бы ничего, но ты не учла одну важную деталь. Ты наделила клона чакрой, чтобы обмануть противника, но не скрыла свою. Это очень опрометчиво, ведь твоя настоящая чакра гораздо сильнее, потому и чувствуется лучше. Возвышенное настроение девочки сразу улетучилось, и попытавшись что-то сказать, она сначала непроизвольно захныкала. — Но ведь они не почувствовали меня и купились на клона! Значит, я прошла проверку. — А я почувствовал, — с усмешкой отозвался Учиха. — Но это нечестно, ты даже не участвовал в этом… — Ты так решила, потому что я все время наблюдал со стороны? — Итачи растворился в воздухе, — Очень глупо думать, что противник может победить тебя, только открыто нападая, — донёсся тихий голос из-за спины. Представление с теневым клоном в конец разозлило Тори. — Да блять! Ты мог бы хотя бы предупредить меня! Сказал бы: «Мм, сейчас у нас будет проверка, будь внимательней, потому что я могу использовать гендзюцу», — девочка воскликнула так громко, что ещё немного и у Итачи зазвенело бы в ушах. Парень был поражён услышанным бредом. «Она шутит, или в ее голове действительно творится такой абсурд?». До недавнего момента, довольный результатом Итачи уже начинал подумывать о ее вменяемости и том, чтобы признать проверку непройденной. Но ведь на самом деле ожидание Учихи было более чем удовлетворено, поэтому, решив списать эту дурость на характер девчонки, он собрался поскорее продолжить тренировку, не ввязываясь в очередной спор. — В чем смысл проверки, если тебе о ней известно? — немного надменно спросил Итачи, обходя девочку, — И самое главное: кто будет рассказать тебе о своих техниках во время битвы? Ты не думала, что если бы все шиноби были такими тупицами, они бы уже давно вымерли? Тори сложила руки на груди, принимая позу самого оскорбленного человека, после чего тяжело вздохнув, признала своё поражение. — Ладно, это и в правду было глупо. Я не подумала, что говорю. — Тогда лучше не говори, — Итачи развернулся к группе, жестом приказав тем подойти ближе. Тренировка началась так же как и всегда. Длилась она несколько часов, во время которых, Учиха замечал, что способности девочки действительно были хороши. Сам для себя он признал ещё в самом начале проверки, что Тори очень талантлива, а потому, несмотря на ее оплошность, решил, что испытание пройдено. Тренировка закончилась немного позже обеда. Итачи чувствовал себя ужасно уставшим, чего ещё говорить о его группе, которая едва ли удерживалась, чтобы не повалиться с ног. Но, несмотря на это, Учиха был очень доволен проделанной работой. — На сегодня достаточно, завтра у вас выходной, поэтому увидимся в среду. Собираемся в десять утра, я предупрежу, если что-то изменится. Все члены команды почти одновременно кивнули и, попрощавшись, поспешили удрать с тренировочной площадки. Осталась только Тори. Проследив за удаляющимися силуэтами напарников, она потянулась к лицу, чтобы снять маску. — Не снимай. И запомни ещё одно правило. Этим действием ты можешь себя выдать. Пока ты на задании АНБУ твоя личность анонимна для всех, кроме людей из группы, — девочка медленно опустила руку. — Так ты остался доволен? — Более чем, но это не значит, что ты не совершала ошибок. Со временем техники будут развиваться и усовершенствоваться. Однако ты всегда должна быть крайне внимательна. Если на настоящем задании ты совершишь такие глупые оплошности как сегодня, вряд ли сможешь вернуться домой живой и здоровой. Я отвечаю за свою группу и обязан всячески помогать вам, но это не значит, что я могу защитить каждого из вас, — Итачи опустил голову, чувствуя последствия тренировки, которые отдавались слабой болью в мышцах. — Я рада это слышать. Думала, ты отнесёшься ко мне слишком строго. Значит, теперь я иду на дежурство? — Да, начало в одиннадцать вечера, конец в шесть утра. До этого ещё много времени, и, поверь, лучше поспать, — Учиха завернулся и направился в сторону здания вслед за недавно покинувшей площадку группой. — А кто будет моим напарником? Я могу выбрать? — донёсся голос в след Итачи. — Слишком много вопросов, — с усмешкой протянул парень, удаляясь все дальше.