Давным давно

Мильтон Гримм устало потер переносицу, разбирательство по делу Фейбл Торн шло уже вторые сутки, но так и не сдвинулось с мертвой точки. Высказывались доводы, заслуживались оправдания, а затем всё повторялось по кругу, но стороны никак не могли достичь консенсуса. Мильтон же высказал свою позицию ещё в первый день заседания и теперь пытался аккуратно её продвигать из раза в раз, настойчиво и медленно, мучительно медленно. Три высоких кресла разместили полукругом в зале совета учеников, кабинет директора оказался слишком мал. На широком столе были небрежно разложены бумаги что имели какое-то отношение к делу. Во время вчерашнего заседания Мильтон просмотрел их для виду, но через пару минут уже забыл, о чем именно в них говорилось, да это в общем-то было и неважно. Уж он то лучше всех знал, что написанное в этих документах имеет весьма косвенное отношение к действительности. По правую руку от него сидела Баба Яга, кутаясь в красный с золотом платок, слева недовольно сверкая глазами сидел Бэдвульф, сменивший, по просьбе Мильтона, свою заношенную кожаную куртку, на рубаху и галстук. Сам же Гримм восседал между ними устало подперев рукой щеку. “Только бы не пошло всё насмарку из-за какой-нибудь ерунды” - Подумал Мильтон. С недавних пор он начал куда больше опасаться различного рода непредвиденных “обстоятельств”. Больших усилий стоило добиться того, что бы истинный поступок Торн не был предан общественной огласке, а разбирательство по её делу признали внутренним делом школы. Кое-кто из королей и королев правда всё же высказал свою крайнею озабоченность, но, к счастью, все они были слишком заняты делами внутри своих собственных государств, а потому не настаивали слишком сильно, к тому же весьма способствовало содействие Белоснежки. Пусть и не без труда, но Мильтону всё же удалось убедить “Прекраснейшую из всех” в том, что беспокоиться не о чем, Злая Королева так и осталась в темнице, ситуация вновь под контролем и не стоит сеять в обществе панику из-за “детского проступка”. Именно Белоснежка дала Мильтону право вершить правосудие над Фейбл Торн так как он сочтет нужным, правда с одним очень неприятным условием. - Фейбл, скажи нам зачем ты пыталась освободить Злую Королеву? - Наклонившись вперед задал он вопрос что звучал в этом зале далеко уже не в первый раз. Юная Фея сидевшая на стуле в центре зала в очередной раз упрямо вскинул голову, не удостоив его ответом за исключением мимолетного, полного ненависти и призрения взгляда. - Кто бы сомневался - сухо молвил, Бэдвульф. - Тебя кто-то попросил сделать это? - продолжал допрос Мильтон. И вновь молчание. “Возможно она ни хочет кого-то выдавать” - его взгляд упал на высокую женщину что стояла за спинкой стула, на котором сидела Фейбл. Лигейя Торн выглядела как более взрослая копия своей дочери. Облаченная в черное до пола платье, расшитое самоцветами что облегало её стройную фигуру, а под тяжелым меховым плащом что покрывал её плечи она казалась особенно хрупкой. Но за этой видимой хрупкостью скрывалась огромная сила, такая что способна была погрузить в столетний сон целое королевство. В то что Фейбл действовала исключительно самостоятельно директор ни верил ни минуты, очевидно её направлял кто-то более опытный и могущественный и Темная Фея была первой в списке подозреваемых. - Я лишь следовала своей сказке - Вдруг неожиданно проговорила Фейбл ледяным тоном. Мильтон почувствовал, как в лицо ему бросилась кровь. - Разве в твоей сказке написано, что ты должна освободить осужденную на заточение преступницу? - В моей сказке написано, что я должна творить зло. Я всего лишь была верна своей сути. Разве не этому нас здесь учат? - Она явно собиралась сказать что-то ещё, но тут на плечо ей опустилась рука Лигеий. “Видимо мать поняла, что дочь может сболтнуть лишнее” - с усмешкой подумал Мильтон. “Ну да это уже неважно, ещё немного и её язык выроет яму для них обоих.” - А что вы скажите мадам Торн? - Мильтон обратился к старшей феи. - Вы как мать и законный представитель вашей дочери так же несете ответственность за её поступки. Темная Фея склонила голову на бок вперившись в Гримма взглядом серых глаз. - Господин директор - Начала она после недолгого молчания - Я всегда старалась воспитать свою дочь так что бы она стала моей достойной преемницей. И Фейбл всегда с большим рвением впитывала от меня эти знания, возможно даже через чур рьяно. И коль скоро вы заинтересовались моим мнением то оно таково; я не верю, что целью Фейбл было освободить Злую Королеву. - А что же тогда, по-вашему, было её целью? - Подал голос, стоявший поодаль и молчавший до того Фредерик Виджелэндс, командор ордена “Стражей древних знаний” или магического надзора, как их называли в народе. Он то и был тем самым условием Белоснежки. “Раз уж дело связанно с магией, значит командор Виджелэндс должен там присутствовать” - заявила ему королева и Мильтону волей-неволей пришлось согласиться. Не такая уж высокая цена за невмешательство со стороны правителей к тому же Виджелэндс лишь молча стоял и наблюдал, до этого момента. - Комиссия здесь задает вопросы командор. Помните дело мисс Торн сугубо внутренняя проблема школы, и вы на данном заседании лишь сторонний наблюдатель. - Пускай он и не мог выгнать его, но заставить молчать было всё ещё в его власти. - Благодарю вас за заступничество господин Директор - лукаво улыбнулась Лигейя Торн - Но на этот вопрос я дам ответ. К тому же, думаю ваша комиссия хочет услышать его ничуть ни меньше. Выдержав небольшую паузу, она продолжила. - Я считаю, что истинным мотивом что двигал моей дочерью было не более чем юношеское стремление проявить себя. Покрасоваться перед сверстниками и заработать уважение в глазах старших, вот что двигало Фейбл. - Освободить самую опасную колдунью это, по-вашему, просто “покрасоваться перед сверстниками”? - Виджелэндс вновь заговорил игнорирую прямой запрет Мильтона. “Однако каков наглец! В прошлую нашу встречу он был куда покладистее. Неужели благосклонность королевы так вскружила ему голову?” - Фейбл всегда мыслила глобально - ответила меж тем Лигейя одарив командора улыбкой режущей точно нож. - Так что не стоит искать здесь великого плана. Это был лишь небольшой порыв юности, весенняя гроза, не более. - Эта весенняя гроза чуть не стоила нам всем шкуры! - заметил Бэдвульф поправляя галстук. - Но разве не в этом заключается судьба моей дочери? - изогнула бровь Лигейя - В том, чтобы быть носительнице зла, а зло так уж вышло зачастую таит в себе угрозу. И как же вы можете винить её в том, что она всего на всего следовала своей сущности? Никто ведь не винит вас многоуважаемый профессор за попытку убийства трех поросят. По сути, вы ведь тогда просто хотели есть. — Это не одно и тоже - ответил Бэдвульф нервно дергая галстук, точно тот душил его. - Разве? Что ж это вы так говорите. А я скажу, что Большой и Страшный Серый Волк следует своей судьбе, а моя дочь своей. - Осторожнее мадам Торн - прервал её Мильтон - Сдается мне у вас сформировалось ложное представление о судьбе и том, как она устроена. И похоже, что Фейбл переняла от вас это заблуждение. Всё больше он убеждался, что Фейбл действительно действовала по указке своей матери. И ведь Темной Феи не нужен даже особый мотив, она могла затеять всю эту авантюру просто от скуки. Феи живут очень долго, по человеческим меркам почти вечность и рано или поздно каждая из них становиться заложницей своего долголетия, жизнь просто на просто становиться для них скучной и тогда они начинают искать для себя способы поразвлечься. Одна только история со Спящей Красавицей случилась из-за того, что Лигеий Торн стало скучно, а не из-за того, что её не пригласили на праздник в честь дня рождения принцессы, то был лишь формальный повод. Так может, и в этот раз Темная Фея решила поразвлечься? Мильтон взглянул на окно и с трудом поднялся из кресла. - Уже поздно, мы продолжим заседание завтра. Сидя, в своем кабинете с документами по делу и бокалом вина, Мильтон размышлял о ситуации, в которой оказался. Горько было признавать, но во всем случившемся действительно отчасти была его вина. Спокойная жизнь в достатке расслабила его, позволив бдительности притупиться и вот результат, он не сумел разглядеть заговор прямо у себя под носом! Заговор, организованный ребенком! В том что это был именно заговор Мильтон не сомневался ни секунды, пусть и яро пытался убедить в обратном обеспокоенных королей и королев. Все эти долгие годы он старательно выстраивал в их глазах образ мудреца, которому ведома истина что им понять не дано, который всегда контролирует ситуацию и знает, что будет дальше. Но стоит им лишь понять, что его обвел вокруг пальца ребенок, пускай даже этим ребенком управлял кто-то более опытный, и тогда его репутации конец! Их вера в него и так пошатнулась после того, как Рэйвен Квин отказалась подписывать Книгу Легенд. Когда появились эти так называемые “отступники”! “Нужно было давить эту проблему ещё тогда, в самом зародыше!” - размышлял Мильтон, делая глоток вина. Будь он в тот день более решителен и суров, возможно, и сегодняшних проблем не случилось бы. Да, тот злополучный День Наследия стал началом всех его зол или все же нет?! “Квины, всему виной их проклятая семейка!” - стучало у него в голове - “Избавился от матери так теперь её дети вставляют палки в колеса, они оба!” - От собственных мыслей он невольно рассмеялся - “Избавился как же! Даже будучи в зеркально темницы она продолжает быть угрозой.” Борясь с усталостью и ноющей болью в правом виске, Мильтон и сам не заметил, как неудержимый поток воспоминаний подхватил его точно щепку и понес, возрождая перед внутренним взором картины и образы того, что случилось когда-то... Давным-давно! - Неужели ты действительно хочешь зайти так далеко? - С удивлением взглянув на старшего брата, Джайлс Гримм отложил перо и оттерев перепачканные в чернилах руки о полы собственного сюртука, встал. - Этот артефакт может раскрыть для нас великое множество тайн брат. И за каждый шаг что мы проделываем к нему на встречу нам придётся платить и уверен платить не мало. Но разве это не стоит того? - Мильтон вольготно прошелся по ветхой хижине, что служила им временным пристанищем, оглядывая разбросанные повсюду листы бумаги, исписанные красивым, ровным почерком его брата. Бесчисленные заметки что были сделаны за время их странствий. - Если хотя бы половина из тех историй что мы слышали правда... - Он мечтательно прикрыл глаза. - Твоя тяга к знаниям воодушевляет, отцу было бы отрадно услышать твои речи. - Джайлс прошёлся по комнате, потирая друг о друга тощие ладони. - Да только разве одобрил бы он те методы какими ты их добываешь? Использовать магию что бы залезть человеку в разум и выудить оттуда то, чем он делиться не желал! Это... да это же... Мерзость! – Прозвучал в голове у Мильтона отцовский голос, столь же отчетливо, как и когда-то в детстве. Этим словом отец называл все то что считал неприемлемым, то что, по его мнению, противоречило всем мыслимым законам и человеческим, и природным. В его устах эта была высшая форма осуждения. - Он бы понял - Ответил Мильтон, вслух идя наперекор собственным мыслям. Он пронзил брата взглядом серых глаз надеясь этим простым жестом дать понять, что разговор на этом окончен, но Джайлс встретил этот вызов твердо. - Не думаю... - Нахмурившись брат скрестил на груди тощие руки - Да только никак я не могу понять Мильтон чего ты достичь желаешь? Порой мне кажется, что в тебе говорит отнюдь не интерес исследователя. - Ты ошибаешься - Мильтон холодно улыбнулся, и взяв со стола исписанный листок бумаги, поднес его к лицу. - Но все же, почему мы должны ограничивать себя лишь знаниями? Почему мы не можем применить полученные знания на практике, во благо всего мира? Джайлс несмотря на то, что значительно уступал старшему брату в росте, с вызовом взглянул на него, нахмурившись ещё пуще. Слабый и болезненный он практически всё детство был вынужден провести в кровати, а потому его лучшими друзьями всегда были книги из их семейной библиотеки так что неудивительно что вместе с знаниями заключенными в этих пыльных томах он впитал в себя и догмы отцовского ордена. Весьма устаревшие догмы по мнению Милтьона. Отец братьев Гримм был архивариусом, последним во всех королевствах. Своей целью этот древний орден ставил накопление, структурирование и сохранность всех возможных знаний, они были летописцами, но ни какого-то отдельного королевства, а всего мира. Отец готовил Мильтона и Джайлся к роли своих приемников буквально с рождения, а потому будущий директор школы Эвер Афтер буквально наизусть помнил главные догмы ордена Архивариусов

Ищи знания.

Записывай знания.

Храни знания.

Никогда не используй их сам и не подпускай к ним недостойных!

Под недостойными как Мильтон узнал позже, подразумевались абсолютно все! Но разве это было правильно? Безусловно, открывать тайны мира каждому встречному глупо и безрассудно, большинство просто не поймет ценность дара что им предлагают, иные те кто поймут, захотят использовать полученные знание для личных амбиций и принесут в мир хаос так что в целом идея хранить их в руках узкого круга достойных вполне оправдана. Но почему этим достойным нельзя использовать добытые знания во благо? Почему они не могут делиться ими с миром по чуть-чуть как лекарь что дает лекарство больному по маленькой ложечке тем самым исцеляя его? - Мы не в праве раскрывать тайные знания - Лишь в последний миг Мильтон понял, что Джайлс читает его мысли. У него всегда был особый дар к телепатии. - Я ведь просил так никогда не делать! - сердито взревел он - Не ты ли пять минут назад обвинял меня в том же самом?! - Я лишь пытаюсь понять тебя брат - ответил Джайлс потупив взор, явно испытывая чувство вины. - Ну что ж, я тоже пытался понять того старика - вздернув подбородок ответил Мильтон - Не моя вина что он отказывался говорить. - Если ты действительно убежден в том, что твои действия принесут благо... - младший брат говорил тихо, не подымая глаз, вся его решительность вдруг исчезла, растаяла как снег под весенним солнцем и на мгновение Мильтон увидел перед собой не молодого мужчину с аккуратно остриженной бородой, а маленького робкого мальчика что бегал за ним хвостиком в те редкие дни, когда болезнь отступала. Но вдруг в серых глазах Джайлса, под линзами очков половинок, вспыхнул вновь тот самый огонь веры в непоколебимость древних устоев, вспыхнул столь же неожиданно, как и погас, выжигая своим пламенем природную робость. - Но если ты оступишься, если через чур возгордишься обретенными знаниями... - То что? - с насмешливой, но не злой улыбкой спросил Мильтон - Ты бросишь мне вызов? Будешь биться со мной? Он шагнул вперед и накрыл своими широкими ладонями тощие плечи Джайлся. - Мы братья и не можем воевать друг с другом, мы всегда должны быть за одно - Вернув на место листок с записями, Мильтон извлек из походной сумы на поясе маленькую записную книжку, их походный дневник куда они записывали всё что им удалось узнать за время путешествий. - Мы собрали уже так много, мы так близки... - Он потряс дневником перед лицом Джайлса - Мы не можем свернуть сейчас. Я верю, что наша находка может изменить мир к лучшему, если та книга действительно способна открыть будущее, то представь сколько бед мы сможем предотвратить с её помощью! Конец бесконечным войнам, конец страданиям! Мы сможем принести мир и процветания в эти истерзанные земли. И я клянусь тебе брат, когда наши поиски завершаться я отнесусь к столь могущественному артефакту со всей осторожностью и не поддамся искушениям что сулит сила заключенная в нем. Но без тебя мне не справиться - Он сильнее стиснул его плечо - Поэтому по обещай и ты мне Джайлс, обещай, что не оставишь меня и что мы пройдем этот путь и тот, что будет после вместе! - Обещаю - кивнув ответил Джайлс. И он солгал! - сидевший у себя в кабинете директор Гримм скривился от злобы. В тот день случилась первая их недомолвка с братом, но отнюдь не последняя. Джайлс не сдержал своего слова, он отвернулся от Мильтона и более того, попытался разрушить всё что тот построил, что они построили! И тем самым он вынудил его сделать то, что он в итоге сделал. Сейчас, когда воспоминания двадцатилетней давности нахлынули на него столь внезапно, Мильтон понял, что семена будущих бед были посеяны именно в тот день. Но отнюдь не одному только Джайлсу судьба отвела роль сеятеля. Позже, когда Мильтон, усталый и всё ещё немного раздосадованный покинул лачугу, оставив Джайлса работать над новыми зацепками что могли бы привести их к книге, у входа его ждала незнакомка. - Ох и громкие же вы, всех зверей да птиц в округе распугали своей перебранкой. Что во мнениях не сошлись? - Ты ещё кто такая? - Разом напрягшись, он подозрительно взглянул на заговорившую с ним женщину. Нет, даже скорее девушку. Одетая в пестрое, хоть и испачканное в дорожной пыли крестьянское платье она, скрестив на груди руки насмешливо глядела на него большими черными глазами. И от одного этого взгляда Мильтон насторожился ещё сильнее. От незнакомки веяло магией и даже её очевидные попытки скрыть свой дар, приглушив его мощь, не могли сделать этого в полной мере. - Долго же ты ещё будешь по захолустьям всяким бегать да старые легенды собирать, пытаясь выцепить из этих сказок правду что укажет путь к твоей цели - Она широко улыбнулась, обнажив белые, ровные зубы. Чем дольше Мильтон всматривался в незнакомку, тем всё четче понимал, то, что он видит перед собой было лишь маской. Внешний вид девушки был явно изменен при помощи колдовства, но вот насколько сильно сказать было трудно. Она могла как изменить лишь отдельно взятые черты, так и полностью перенять на себя личину совершенно другого человека и Гримм не сомневался, сил на подобное у неё хватит. - Не понимаю, о чем ты говоришь - с деланным равнодушием он пожал плечами. - Сказки мы с братом действительно собираем, но лишь затем что бы записать и сберечь их для потомков, как часть народного творчества. - Да неужели! - незнакомка весело рассмеялась - А ты шутник! Расстояние между ними было в десять шагов если не больше, Мильтон успел заметить, как девушка слегка качнулась вперед и тут же оказалась прямо возле него, лукаво заглядывая в глаза. - А если я скажу тебе, Мильтон Гримм, что могу помочь тебе, что скажешь? И дальше отшучиваться будешь? - Отстранившись она неспешно прошла вдоль лачуги - Или поговорим серьезно? - Откуда ты меня знаешь? - Не сводя глаз с девушки, Мильтон невольно отметил, что та была весьма привлекательна, и какое-то внутренне едва уловимое чувство подсказало; “Без скрывающих чар она наверняка невероятна красива” - А разве это важно? - не оборачиваясь она махнула рукой - Ну так что, нужна тебе моя помощь или как? Она оглянулась и Мильтон, скрестив руки на груди спросил: - И чем, по-твоему, ты можешь мне помочь? - Например... - делая вид что задумалась она приложила пальчик к губам - В общем я тебе помогу - вновь рассмеявшись она продолжила уже более серьезным тоном - Уж поверь средств для этого у меня куда больше, чем у тебя. Для начала, чтобы доказать тебе серьезность своих намерений, скажу, то что ты выпытал у того старика и над чем сейчас так успешно корпит твой брат ничего вам не даст, да вы и сами вскоре это поймете. А я могу вам указать, где искать верный “ключик”. Она усмехнулась и скромно заложив руки за спину, пару раз качнулась на носках, напомнив в этот момент маленькую девочку. - Ну что скажешь, готов сотрудничать? - Что ж врать не стану, предложение твое интригует. Вот только сотрудничество подразумевает выгоду для обеих сторон. Чего ты хочешь в обмен на свою помощь? Он пристально взглянул на девушку. - Ну там увидим - лукаво усмехнулась незнакомка. Вино закончилось, оставив после себя лишь легкое головокружение. Тяжело кряхтя, Мильтон поднялся на ноги и принялся мерить кабинет широкими шагами. Слишком долго он откладывал дела в дальний ящик, пришло время покончить со всем и сразу, а иначе эти сорняки разрастутся и задушат весь тот мир что он так тщательно выращивал столько лет. - Ну нет! - выкрикнул он в пустоту будто споря сам с собой - Я ещё не настолько стар что бы сдаваться без боя! Полный решимости он вновь сел в свое кресло и набрал два номера., через пятнадцать минут порог директорского кабинета перешагнул растрепанный и явно недовольный Бэдвульф а ещё через пару минут вслед за волком впорхнула и Яга на своей ступе. - И ради чего нужно было поднимать нас среди ночи? - осведомился Бэдвульф потирая заспанные глаза. - Что теперь? Кто-то из учеников заминировал школу. - Он осклабился, но поймав на себе суровый взгляд Мильтона вновь постарался придать лицу серьезный вид хотя в карих глазах всё ещё играли озорные искры. - Лучше присядьте профессор - Мильтон кивнул на стул - Нас ждет долгая беседа. Бэдвульф издал недовольный стон, но всё же сел, Яга так и осталась в ступе, не произнеся ни слова она смотрела на директора пристальным взглядом желтоватых глаз. - Боюсь коллеги мы теряем контроль над ситуацией - Начал Гримм сложив руки домиком. - Наши собственные ученики плетут опасные заговоры у нас за спиной. - Мы же вроде уже выяснили что у Торн не было сообщников - Бэдвульф слегка замялся - По крайней мере никого из учеников. А вообще она всегда была... - он вновь на мгновение замолк, силясь подобрать нужное слово. - Ну со странностями. Права была её мамаша, когда сказала, что дочурка хотела просто выпендриться, в этом она вся, сколько я за ней наблюдаю. Да чего там, по себе знаю, у самого в молодости такая же дурь в голове была. “О да! - невесело усмехнулся Мильтон про себя - “Юношеские похождения Большого и Страшного Волка трудно забыть и то отнюдь не комплимент” - К слову Фейбл ваша ученица мадам Яга - Гримм перевел взгляд на древнею ведьму. - Вы вените меня в случившемся? - Она изогнула бровь, однако, тон её так и остался бесстрастным. - Вы как глава факультета, на котором обучается мисс Торн должны были заметить что-то неладное. Вы же декан в конце концов! - А вы директор - На сей раз уголки рта Яги слегка поднялись вверх, делая её лицо ещё более морщинистым. - Нам нужно разобраться со всем этим, быстро и по-тихому - Пропуская укол мимо ушей продолжил Мильтон - Когда дети балуют их наказывают, вот и нам следует сменить пряник на кнут - немного подумав он добавил - Исключительно в воспитательных целях конечно. - И что нам их пороть теперь что ли? - Осведомился Бэдвульф - Я не спорю некоторым из учеников давно бы пора задать трепку, взять хотя бы Спэрроу и шайку его дружков, да и Торн порядком наломало дров. Вот только Спэрроу парень и от пары затрещин с ним ничего не будет, а вот Фейбл девчонка и поднимать руку на маленьких девочек это как-то неправильно. - Да, проще сразу глотать их целиком! - Гримм с укором взглянул на Бэдвульфа и лицо у того тут же потемнело. “Порой стоит напоминать им кто они есть на самом деле” - Я не призываю вас наказывать провинившихся учеников физически, кнут может иметь совершенно разные формы. - И что же вы предлагаете? - Спросила Яга скучающим голосом. - Отобрать группу из самых проблемных учеников и установить за ними постоянный контроль. Назначать дополнительные занятия, приобщать к общественным работам, проводить регулярные беседы, одним словом, сделать так что бы им и дышать то было некогда ни то, что хулиганить! Хулиганить, как будто они окна в классе побили или подрались. Тут Мильтон припомнил стычку между Фейбл Торн и Корвином Квином что случилась незадолго перед каникулами. Сын Злой Королевы без сомнения приложил к этому всему свою руку, Мильтон ещё не понимал как именно, но не сомневался в этом ни мгновения. - Все решено! - Объявил он после недолгого раздумья, тоном не терпящем возражений. - Завтра я объявлю его на заседании и покончим наконец с этим. - Давно пора - Произнес Бэдвульф поднимаясь и потягиваясь так что хрустнули кости - А дополнительные занятия для проблемных учеников можно скинуть на Румпеля. Вот старик то повеселиться! - Нет - Твердо произнес Гримм - Я займусь всем лично.