Red Lights

Деловой офис имени Курокава. Ничего необычного, убежище крупной преступной группировки «Поднебесье» под прикрытием делового центра. «Аум Синрикё» — тайная секта, имеющая выраженную особенность — рождение и воспитание кровных братьев и сестёр. По началу дети растут как семья, их учат заботиться и защищать друг друга. Но всё это лишь для одной цели — экзамен. А его задачи: убить своего товарища, друга и брата. Каждый из прошедших учеников — становится наëмником. Выпускник секты «Аум Сиринкë» — превосходный убийца, не имеющий эмоций и права на них.    Т/И — класс А/3, выше только сëгун, раннее отстранена за отказ в исполнении миссии. Сенат выступил в её защиту, как ценного солдата. После событий находилась долгое время под охраной ранга S/2.    — Какова система чинов, Кисаки? — Изана сидит за большим мраморно-черным столом нога на ногу, в руке красуется тлеющая сигарета.    — Классовая система построена довольно просто — определяется количеством убийств и важностью устраненых мишеней: клас D/0 — низшая ступень, там задерживаются только отбросы; класс S/3 — высший, это члены совета, решающие жизни всего этого малого общества.    — За какие же заслуги моя дорогая жена достигла класса А/3?    — Как я уже и говорил, уровень наëмника зависит от устраняемых жертв. Вы ведь знаете об открытом деле по убийству министра обороны Токио, Юрико Коикэ?    — Хочешь сказать, моя жена постаралась? — скрестил руки в замок у лица Изана.    — Я хочу сказать, для такого профессионала, уважаемой миссис Курокавы, это лишь разминка.   — Вот как, — ухмыльнулся Изана. — Хорошая работа, Кисаки, — глядел он в пустоту. Но тут резко встал из-за стола и направился в сторону Тэтты. — Это ведь не всë, верно? — схватил подчиненного за ворот и притянул к себе.    — Д-да, есть ещё кое-что, — очкастый потянулся в сумку, откуда достал конверт и поднял вверх, прямо перед лицом босса.   Выхватив пластиковый пакет, босс швырнул Кисаки обратно в кресло. В конверте находятся фотографии Жены в сопровождении бывшего главаря десятого поколения Черных драконов.    — Тайджу Шиба, значит, — рыча и глубоко выдохнув, Изана смял фотографии, которые находились в руках.    — Я не был уверен, что Вам этого хватит, — отряхивает свой костюм Тэтта. — Не сочтите за грубость, однако, вынужден считать это достаточными доказательствами об изменах миссис Курокавы. Она должна ответить, не правда ли?   — Да, — развернувшись, шепнул в сторону подчинённого и безумно раскрыл глаза. — Ты прав, — его взгляд пробежался из стороны в сторону. — За оплатой обратись к Коконою.    Усевшись в машину, Изана поглядывает на часы. — Надо бы устроить ей сюрприз, — достав телефон, отправил сообщение: «Жду дома в 9 вечера». ***    Я сижу на заднем сидении между Тайджу и Хаккаем.    — Да с чего вы это взяли? — женский, холодный и немного грубоватый голос разливался по черному салону внедорожника, — зачем ему убивать меня? — безразличный взгляд не выдаëт ничего, хотя от услышанного что-то сжимается внутри, ведь Изана один из первых и последних людей, который вызывает во мне эмоции, бывшие под запретом долгие годы. Не то чтобы я желала их появления, конечно.   — Кто знает, что у этого психа в голове, Т/И! — Хаккай нервно пытается убедить в сказанном, пока у меня внутри что-то рокочет от злости.    Резко вытащив бабочку из рукава, я приставила нож к горлу Хаккая. — Слышь, щенок, ещё раз услышу — перережу глотку от уха до уха, — вырвалось совершенно спокойно, однако с ноткой безумия. Нихуя поворот, что он себе позволяет в моём присутствии?   — Т/и, — старший положил ладонь на моё плечо, — я просил тебя об услуге. У нас договор, помнишь? Неужели ты снова хочешь оказаться под охраной?    Оскалившись и цикнув, я убрала нож от горла младшего брата Тайджу.    — Я не хотел, прости меня.    — Трогайтесь уже, меня ждëт муж.   — Т/и, не думай, что слова беспочвенны, — вздохнул Хаккай и бросил грустный взгляд. — И что же есть ваша «почва»? — Наши люди вычислили крысу, нарывшую кучу информации о тебе. Мы его поздно поймали — всё передал, но нам он рассказал кто его нанял. — Кисаки Тэтта, — продолжил Шиба старший. — Ты мешаешь ему, и он сделает всë, чтобы убедить Изану в твоей неверности и опасности.

***

музыкальное сопровождение ко 2 части: rhinestone eyes-gorillaz slowed

***

      Зайдя домой, я лениво бросила ключи на пуф и направилась в гостиную, где меня ожидает любимый муж. Длинный темный коридор так и веет мраком. Дома всегда присутствовала особая атмосфера, атмосфера таинственности и напряжённости. Но в этот день, я чувствую нечто большее, в воздухе словно повисло леденящее душу ощущение опасности.   Гостиная была нашей любимой комнатой. Окна всегда были закрыты черными плотными шторами. Даже днëм не пропускали ни единого лучика света. Освещением служили языки пламени камина, которые окрашивали могучие стены комнаты в алые тона. Мы словно живëм в замке, что построен в готическом стиле.    В комнате, которая окутана полумраком, находится длинный дубовый стол, а по краям красуются гордые стулья, у одного из которых ждёт Изана. Сегодня он приготовил нам ужин. Бокалы вина стоят у тарелок с моим любимым салатом.   — Добрый вечер, миссис Курокава.   Ощущение чего-то неладного меня не покидает. Какой-то он странный, не как обычно. Быть может, Кисаки уже всё донëс.    Я медленно обхожу стол по направлению к мужу, постукивая ноготками о поверхность, но в голове будто пусто, никаких мыслей.    — Добрый вечер, дорогой, — подошла я к Изане. — Видно, намечается серьёзный разговор, милый? — я немного откинула голову в бок, освобождая аристократичную шею. Интересно, он сейчас перережет мою глотку или позже?   — Присаживайся, — как истинный джентльмен, отодвинул стул для меня. Впрочем, Курокава всегда был обходителен.   Взглянув в глаза мужу, я поправила ворот его красного пиджака, тут же притянула к себе и заключила в грубый поцелуй. Мой мужчина не стал сопротивляться, но и отвечать тоже. Верно — ему уже всë известно, но неужели это так важно? Я снова поправила его костюм и села за стол, подперев лоб пальцами.   — Я скучал, — Изана положил ладонь на мою шею и стал нежно поглаживать. — А ты, любимая? — медленно завел пальцы в мои волосы и схватил, словно кошку за шкирку, оттягивая назад. На что я лишь усмехнулась и ненадолго прикрыла глаза.    — Прямо сейчас? — мой бархатный голос, словно пеленой, стелется по комнате.   Изана лишь взглянул в глаза, после чего отпустил и подвел руку к моему подбородку. Так странно, на самом деле, думала, что прямо сейчас меня ударят головой об стол, чтобы я вырубилась. А потом... ну а что потом, можно связать меня и выпытывать детали рабочей деятельности. — Ты сегодня прекрасна, как и всегда, впрочем, чертовка, — парень улыбнулся и нежно поцеловал в губы, позже направился к месту напротив. Кажется, мне и вправду не ожидать сюрпризов сегодня?    — Приятного аппетита, — в полтона произнёс Изана, вальяжно покручивая в руке бокал вина. Своим взглядом он словно прожигает дыру. Что это значит? Выжидает момента для удара или недотрах? Смешно, прости, Изана, что улыбаюсь без причины.   Не спеша я начала вкушать салат, приготовленный мужем. Довольно странный вкус.   — Где вся наша охрана? — насадила я черри на вилку.   — В багажнике… я убил их, — сделал глоток вина, слегка улыбаясь.    Невыдержав, рассмеялась и снова вкусила салат, глядя мужу прямо в глаза. — Ты отравил их? — демонстративно продолжила есть приготовленное мне блюдо. Интересно, как скоро я буду биться в объятиях приступа? Снова улыбаюсь, чëрт, котëнок, прости, но я не боюсь тебя и прекрасно знаю, что лишь ведешь игру.   Закончив трапезу, взяла бокал и откинулась на спинку стула. — Как прошёл твой день?   Изана не ответил, но его рука потянулась вниз. Оказалось, за снимками. Но и ожидала я, конечно же, не зайчика из цилиндра фокусника.   Он скользнул их по столу в мою сторону. Остановив кончиками пальцев фотографии, я начала вглядываться и опустила голову.    — Номерок фотографа остался? — неспешно подняв взгляд, я увидела дуло пистолета. Снова откинулась на спинку стула, всем видом показывая, что меня ни капли не беспокоит происходящее.   — Неужели ты усомнился в моей верности, Изана? — встав со стула, я облокотилась руками о поверхность стола.   Муж продолжает молчать. [повествование от лица Изаны]    — Думаешь, я сплю с ним? — произнесла она шепотом и подняла колено на стол. — Хорошо, — усмехнулась и опустила голову. Её короткое платье еле прикрывает заветные для меня места. Она дразнит меня одним присутствием, что уж говорить о подобных выходках. Немного прикусив нижнюю губу, начала водить рукой от колена до внутренней стороны бедра.     — Играться со мной вздумала? — я снял предохранитель, по всей видимости, это её не особо заботило. Но, блять, да, имеено её безразличие перед опасностью всегда цепляет меня.     Элегантно забравшись на стол, она покралась ко мне, словно кошка к добыче, улыбается и смотрит в глаза. Кто тут ещё вооружён, мелькнула мысль в голове...   Подошла ко мне максимально близко, захотелось её разорвать от того, как смеет непринужденно себя вести. Уперлась грудью в дуло пистолета и прошептала на ушко, — если это единственный путь, чтобы доказать свою верность — я готова. Твой пистолет смотрит прямо на моë сердце. Я ведь говорила, что готова умереть за тебя, Изана, — облизнув мочку уха, она нежно укусила меня, чем взвала кроткое шипение. Я негодую и испытываю кучу противоречивых эмоций. Закрыл глаза и вдвхаю аромат её тела, который сводит с ума, как и всегда.  [повествование от первого лица]   Поцеловав мужа в щеку, я села на стол и поставила изящную ногу между мужских бëдер. Может, хоть потрахаемся напоследок, Изана, ебать твою бабку, когда ты его опустишь? Пистолет всë ещë направлен в мою сторону. Только его руки уже лежат на подлокотниках. Другим носочком я начала водить по его груди. Ты непреклонен, как грустно.   — Кто же тебя заставил взять под сомнение мои чувства? — ослабив бдительность мужа, я врезала кулаком по подбородку, и Изана упал на пол, а пистолет предательски отскочил в сторону. Раз не хочешь, котëнок, твоя девочка сделает всё сама, как и обычно.   Спрыгиваю со стола, пока муж приходит в чувства. Подобираю пушку и направляю в его сторону. Чëрт подери, неужели сейчас всё закончится? Не о таком разводе я мечтала. А, то-есть, вообще не о нëм не думала, да. О чём это я?   — Этот ублюдок? Кисаки? Снова он? — нервно сказала я, — а, может, мне вас обоих прикончить, милый?   Изана выбил ногой ружьё из моих рук и вскочил в стойку. Такого поворота я ожидала, но почему-то сейчас, как наивный ребëнок, забылась, потерялась в своих мыслях. Курокава нанëс нехилый удар в челюсть. Ещё более неожиданно, неправда ли? Я пошатнулась, но он схватил меня за руку, притянул к себе и снова замахнулся, но почему-то остановился. В пустом взгляде я не могу прочесть слов, то ли от помутнения сознания, то ли он и правда ничего не выражает. Не теряя времени, я ударила его головой. Отпрянув, он вытирает потëкшую из носа кровь.   — Таким ты мне нравишься ещё больше, любимый, — я достала нож, который был спрятан в чулках. Сейчас поиграем, ублюдок.    Держа зрительный контакт, мы обошли полукруг по комнате. О чём же он сейчас думает? Куда выстрелить? Убить меня сразу или пытать, чтобы я умоляла о смерти?    — И что же дальше, миссис Курокава?   — Хах, идиот. Я ненавижу тебя! — сквозь зубы кричу я. Чёртовы горькие слëзы покатились из глаз. Как же больно сейчас понимать, что любимый человек угрожает моей, или, как он говорил, своей жизни. Я помахиваю ножом и указываю в его сторону. — Ты... как ты посмел? — все громче и громче говорю я, — как ты посмел направить на меня пистолет?! — уже, разрывая глотку, мои эмоции рвутся наружу.    Изана решил сократить дистанцию — уверенно направился ко мне. В этот момент, кажется, я не дышала. Он схватил руку, в которой находился нож, и опустил вниз, после чего получил смачную пощëчину. Звук охлëста ладони разошелся по всему помещению.    Нож выпал из хватки. — Убей. Убей меня прямо сейчас! — я кричу и плачу навзрыд, — хули ты пялишься на меня?! — проговариваю я и скалюсь. — Убей, сказала! Если и умирать от чьих-то рук, то только от твоих, — я получила оплеуху, не менее слабую, чем тот удар кулаком в лицо.    Изана схватил меня за шею и, словно животное, заключил в поцелуй. Привкус нашей крови заставил содрогнуться, как необычно.     Он кусает и оттягивает нижнюю губу, все сильнее и сильнее придушивая меня. Обожаю, когда он так делает, потому что чувствую эту звериную власть. Его рука спустилась под платье и бесстыдно, грубо поглаживает кружевное бельё.   Прижимаюсь всем телом к своему мужчине и, через ткань брюк, чувствую у бëдер набухший член. Оттолкнув парня от себя я снова отдала пощечину. — Это за испорченный ужин, сладкий, — я вновь прильнула к мягким губам, схватив его за лицо.   — Это я то его испортил, миссис Курокава? — Изана положил руки на мои плечи и требовательно опустил на колени. — Ты знаешь, что делать, — он расстегнул ремень, и раздался шум бляшки. Странно, но этот звук всегда ласкал мой слух и заставлял возбуждаться все больше. Приспустив штаны, он завел пальцы в мои волосы, — без рук. За спину.     Властный тон заставлят суку течь перед своим хозяином. Великолепно.   — Открой рот, — оттягивая мои волосы, тихо произносит и сам задаёт темп, пока медленно. Крепче сжал локоны и я тихо застонала, потому приятные вибрации отдались по всей головке члена, и Изана закатил глаза.    — Умничка. А теперь постарайся получше, — медленно вошëл на всю длину, помогая рукой. — Вот так, — томно вздохнув, отпустил меня и разрешил взять инициативу. Ого, какая честь, сукин ты сын.   Я наращиваю темп, пока комната тонет в мужских вздохах и стонах.   Чувствую, что он близок к пику, и резко останавиливаюсь, поднимаясь с колен. — Нет, я не позволю тебе кончить одному, — уселась на край стола и раздвинула ножки, чем манила к своего мужчину.    Изана медленно подошёл и отодвинул край белья. Чего он тянет, придуорк? Бесит меня. Надавил большим пальцем на клитор, совершая круговые движения, и я до боли прикусила губу. Ну наконец-то. Его средний и безымянный пальцы оказались у моего лоно. Он погружается на столько медленно, что я буквально чувствую каждый сантиметр. Начал двигать кистью и сгибать фаланги, ведя меня в исступление. Теперь комната наполнилась и моими стонами.    — Пара минут и уже такая мокрая, — ухмыльнулся он.   — Заткнись, — слишком много лишних слов. Я откинула голову кверху, освобождая шею.   Не упуская возможности, Курокава схватил меня за горло и ускорил свой темп. Я сжимаю его тело лодыжками и держусь за руку, которой он сдавливает шею. Кажется, я раскровила себе губу ещё больше...   Пальцев уже мало, и он это понимает. Вытащив фаланги, которых и так не хватало, он погладил промежность снизу вверх. Приподняв таз, я умоляла его сделать хоть что-то. Резкое движение и он во мне. Мир словно перестаёт существовать. Изана целует мою шею, кусает, язык выводит узоры. И я знаю, что на нежной коже останутся синяки, но мне плевать. Мои ноги всë более жадно обнимают его пояс, заставляют войти глубже, Изана усмехается, издавая стон. — Какая же ты нетерпеливая, миссис Курокава.   Бог знает что мои ногти сделали с мужской спиной. И крики, кажется, слышны повсюду.    — Теперь кончай, детка, — властный тон снова погрузил в восторг. Меня, блять, будто накрывает огенной волной.    Обессилив, я упала на стол.   — В душе продолжим? — упираяется головой в мой живот Изана и пытается отдышаться.   — Посмотрим на твоë блядское поведение.