Red Lights

Весело жить под опекой человека, который не знает о личных границах. Ран пропал на три дня, а сейчас как ни в чем не бывало прислал сообщение: «Я вызвал тебе такси, жду». Может, Ясухиро был прав, когда назвал тебя собачкой? Ведь ты идёшь собираться, хоть и на ушко шепчут сомнения. За сообщением от Рана следует предложение о встрече от Ясухиро. Вспоминается недавняя ситуация, о которой тебе не очень-то хочется думать: как-то разговор с Риндо обернулся жгучими ударами ремня по твоему нежному личику. А оставленные следы ещё долго напоминали о том, кому ты принадлежишь. «О да, Ран тот ещё собственник, — усмехаешься ты, пока наносишь румяна на скулы. — Хоть он тогда и позабыл о самоуважении, но лишь потому что я ему позволила. Я не та, кого можно держать на стальной цепи. Он верит в свою власть, пока я этого хочу». Так ли на самом деле и хороша ли эта сталь? Где-то уже давно появились ржавые пятна, Милая. Что ты тогда ответила, что чувствовала в груди, о чём думала и о чём говорили твои стеклянные глаза? Неужто о том, как возбуждает эта власть, неужто о том, как красив он в порыве гнева, неужто о том, что находишься за каменной стеной? Не верю. Ран Хайтани вправду тот, за кем можно спрятаться и почувствовать защиту, которой тебе не хватило от отца. Только вот не всегда, правда? Что? Глазки вновь начали щипать? Ответь, почему и хочешь ли ты и дальше идти по запаху горького шоколада с табаком? А вообще-то, ты нанесла прекрасный макияж, полно! Возьми салфетки, только осторожно, не спеши. Ран подождет, как и ты ждала. О, чудесные туфли! А шпилькой, если что, можно и попытаться от Мучо отбиться. Но, к чему твои страхи? Ведь если бы Мучо хотел, то явился бы без предупреждения, ну а дальше ты знаешь, объяснять не нужно. Туман перед глазами не даёт разглядеть отражение, оно и понятно, ведь трясущиеся руки помнят вкус крепкой хватки Рана и наручников. Ясухиро даже не взглянул в твою сторону, когда ты садилась в автомобиль. Всего лишь предложил включить музыку по пути в ресторан. Играет «The sisters of Mercy — Never Land», Вслушиваешься в слова и понимаешь, что когда-то у тебя тоже был билет, только в спокойную жизнь на окраине Токио. С тем… как его звали, того паренька, который то и дело ухаживал за тобой? Ты разорвала этот билет вместе с чувствами несчастного. Муто изначально знал, что ты хотела поговорить не об ошибках в накладных. Произошло иное, совершенно несвязанное с какими-то бумажками. Ещё он знает, что тебе нужно время подумать о том, с чего бы начать разговор. Нашла слова? Что ж, самое время. Ведь хостес уже ведёт вас к столику. Не оступись, на пути к закрытой зоне ступень. Хотя Ясухиро идёт позади, он не даст тебе упасть. — Должно отметить, что Ран пока не совсем размыл твои границы, раз ты согласилась поехать на встречу со мной. От холода его взгляда стелятся мурашки, а неподдельный интерес о той ночи кружит голову. Ну же, не сжимай ладони в кулаки. Следы от ногтей уже ноют. Зачем ты здесь? — Ясухиро, — на выдохе произносишь его имя и удобнее усаживаешься на липкой коже дивана. Да, стоило надеть что-то подлиннее. — У меня свои причины не вести беседу с тобой в переписке, да и для тебя будет безопаснее узнать что-то с глазу на глаз. Ран ведь всё контролирует? — Ясухиро вскидывает бровь и наполняет фужер. — Выпьем? — Откажусь. За долгое время на лице Ясухиро появляется улыбка. О чём же он думает и почему улыбается, да ещё и вдыхает так, что слышно, кажется, на другом конце комнаты? Будь уверена, Ясухиро рассказывать правды о своих мотивах не собирается. Почему он предпочел посадить твою задницу напротив, в окутанной полумраком комнате, ты должна понять сама. Зависимость подобна поглощению болота. Сколько бы конфликтов не было между тобой и Раном, все заканчивались одним — он выворачивал всё на столько, что оказывался прав. Не так ли? Ясухиро протягивает бокал шампанского, а ты думаешь о том, как приходится вымаливать прощения сначала утыкаясь в грудь, а потом и стоя на коленях. Погоди, неужели это всё, чего ты заслужила, за свою покорность, заботу и понимание? Ах, точно! Это сладкое «моя леди» и… То, что закрыто от глаз и ушей Ясухиро. Ясухиро кажется другим — это спокойствие и твёрдость. А Ран — это резонанс и гибкость. Хотя в чём-то эти двое похожи. В чём же? Да оба манипулируют тобой. Что один поставил перед фактом, что второй, однако Ясухиро дал выбор. Хоть и жжёт твою глотку правдой, но не насмехается, говорит это совершенно смирно, будто погоду обсуждает. Берешь бокал, хотя минуту назад отказалась. Взгляни на игру пузырьков в полусладком. Загляденье, прямо как твои открытые плечи. — Почему же перед отъездом ты выбрал не отдых, а встречу со мной. Почему не с Хару, она ведь твоя подружка? — чуть улыбаешься, чему же? Тому, как классно съязвила или тому, что вот-вот можешь совершить пакость, надавить на больное? Что же, сейчас лупить твою жопку никто не собирается, наверное. — Почему ты решила, что это не отдых? — Ясухиро избегает ответов вопросы, волнующие тебя в большей степени. Здесь либо какой-то подвох, либо он сам ими задаётся и не знает ответов. — Мучо, ты ведь знаешь, почему я согласилась на встречу? — Я ведь не давал обещаний, верно? — Хочешь сказать, любезно подставил своё плечо, чтобы я выплакалась? — бросаешь усмешку злой шутке и отводишь глаза на окно с видом на кирпичную стену соседнего здания. Забавно, ведь именно такая картина и была в мыслях, когда ты задумывалась о будущем с хозяином своего сердца. — А разве нет? Ты пожимаешь плечами и чуть кривишь губы, а взгляд снова роняешь на бокал, который уже пуст. — Это так мило с твоей стороны. В спасатели заделался, когда Хару дали в напарники? Ясухиро молчит, опускает глаза и чуть ухмыляется. — Когда-то и я был уверен в том, что у тебя девять жизней. — Когда-то? Ты сплоховала: пролетела неоднозначная фраза, дверь тут же распахнулась и громко ударилась о стену. На пороге стоит Санзу. Вот чёрт, точнее чертила, которая явно обломала твои планы. — Госпожа Харучиё, сюда нельзя! — раздаётся крик официантки позади Санзу. Вторая оборачивается и кладёт руку на свою грудь, будто ей жаль. — В самом деле? Прости за мою бестактность, — Санзу достает несколько купюр из кармана и швыряет их на пол. «Это очень грубо, Хару. Перед тобой не собака», сказала бы ты, если бы не Ясухиро со своим грозным взглядом. В самом деле она вам помешала и Мучо явно не ожидал… стоп. — Могла бы просто позвать хостес. — Ясу, все претензии адресуй Господу богу или во что ты там веришь. Тебе ли не знать, что я всегда появляюсь эффектно? — Санзу улыбается и широко раскрывает глаза. — Поспи, свербящее задницу создание. Твой затылок пронзает тупая боль, дальше ничего, кроме темноты. А чего ты ожидала? Что Ясухиро действительно расскажет всё то, что ты хотела узнать? В особенности после твоей грубой ошибки виде любопытства и нежелания идти навстречу. Возможно, только вот Санзу оказалась на несколько шагов впереди. Как? Этого тебе не узнать, к сожалению. — Мы в расчёте, Хару? — Ты забыл, что нам нужна её подпись? Ясухиро сводит челюсть, взаправду несчастная пара шрихов требуется им обоим, а потому веселье только начинается. Санзу кладёт на стол пистолет и игриво водит пальчиками по рукоятке. — Так уж и быть, я сама сделаю ей предложение, от которого она не сможет отказаться, а ты… — словно змея, шепчет крайние слова Хару и усаживается на мужские бёдра. — А ты, Муто, мне в этом поможешь. В голове стоит гул и неприятная вибрация. Пытаешься открыть глаза, но ресницы щекочет повязка, а в нос ударяет мерзкий дух сырости и тухлого мяса. Надейся, что не человеческого. В горле першит и дышать на столько противно, что хочется снова погрузиться во тьму, ну или поскорее уйти отсюда. Похоже, ты долго была в отключке — всё тело затекло на столько, что больно даже шелохнуться. Мышцы спины и шеи не хотят слушаться. Кажется, стоит сделать лишнее движение и ты сломаешься. Уголки твоих губ влажные от слюны. Хочешь вытереть, тянешься, но терпишь неудачу: чужая рука перехватывает твоё запястье. — Проснулась. — Кто здесь?! — невзирая на жгучую боль в шее, резко поднимаешь голову, а свободная рука стягивает повязку. — Ты за это ответишь. Санзу хватает твои скулы и нагибается на столько близко, что ты чувствуешь еле уловимый запах духов. Лайм, вроде. Впрочем, это сейчас не важно. — Ты не в том положении, дорогуша. Вопросы и диктовать что делать здесь буду я, — она дергает твоё лицо и, кажется, решила пересчитать зубы через кожу. Ты морщишь брови, а мычание срывается на кряхтение. Хватаешь руки Санзу, чтобы оттолкнуть, но у неё крепкая хватка. — Без Рана ты никто, — опускает свой подбородок к шее и кидает презрительный взгляд. — А хотя… Да-нет, и с ним тоже, — отзвук издевательского смеха скачет в темном мрачном помещении. Санзу наконец отпускает тебя, достаёт нож из-за спины и уходит вглубь комнаты. По правую сторону ты можешь разглядеть Мучо, он держит в руках папку. А он хорош, ты ведь даже не усомнилась в безопасности рядом с ним. — Думай, что говоришь. — А если не буду? Нож пролетает в паре сантиметров от уха и вонзается в дряхлую деревянную стену. Санзу не будет церемониться с тобой. — Ты и вправду сумашедшая. — Судя по твоему испуганному шепоту, ты всё же не такая смелая, когда твоя жопа попадает в настоящие проблемы, — розововолосая потирает уголок губ и прикусывает кончик ногтя. — Ты знаешь, нож ведь мог прилететь в твой глаз, если бы она этого захотела. — Чего вы от меня хотите? — грудь вздымается от тяжёлого и частого дыхания. Пытаешься контролировать тревогу, но тщетно. — О милая, я давно жду этот вопрос, — Хару нарочито медленно подходит ближе. — Видишь папку? Там накладные, которые ты не хотела подписывать. А также извещение для нашего босса. В нем я подробно расписала все твои грешки, ну и добавила кое-что. Ясухиро кладёт бумаги на стол перед тобой. — Собираетесь оклеветать и убить меня? — Записи с видеокамер и твои сообщения подтверждают каждую строчку, да и ты забыла кто перед тобой, — Хару садится на край стола, наклоняет голову вправо и не сводит взгляда с твоих глаз. — Я прекрасно знаю кто передо мной, и что ты из себя представляешь. — Я правая рука и опора Сано Манжиро, — Хару с акцентом на каждое слово проговаривает свою речь, — а ты вошь, которую Ран притащил в нашу организацию. — Одно дело попасть на вершину, другое удержаться на ней, — третий голос звучит из самого темного угла комнаты. Глаза до боли распахнулись в удивлении. Тебе не послышалось, он здесь. Только вот, какого чёрта? — Ты… Хочется выговорить хоть слово, но никак — бросает в жар, кровь приливает к солнечному сплетению, и завязывается ком в горле. Ран тут, да ещё и бездействует, он заодно с ними. — Ран, я не буду подписывать это, ты ведь должен понять меня, — глаза бегают и в мгновение наполняются слезами от страха перед непониманием. — Не буду… — Какая же ты сопля, дорогуша, — Санзу громко вздыхает и поднимает брови. — Убереги свою подругу от ошибки, — поправляет ворот рубашки Рана, тянет на себя и шепчет на ухо, — Менеджменту не нужны проблемы из-за чьей-то дырки для члена, — похлопывая по плечу, Санзу встает за его спину. — Хайтани, у нас мало времени, — Муто немногословен, как и всегда. А Ран смотрит исподлобья, напрягает мышцы шеи и кивает. Глядя на это, хочется верить, что ему не оставили выбора, что он просто должен выполнять свою работу. — Милая… — Какой мне смысл подписывать эти чертовы бумаги?! — кричишь, плачешь и трясешься. Жалкое зрелище, по правде сказать. И ты сама понимаешь это, однако не можешь сдержаться, потому что впервые смотришь в глаза своим палачам, одним из которых является твой возлюбленный. Кто бы мог подумать, что вот так всё обернётся. Хотя ты ведь знала, кто такой Ран Хайтани. — Я обеспечил тебя всем, о чем ты могла только мечтать, котёнок. И ты уверена, что всё ещё нужно сопротивляться? — Если я подпишу и босс узнает, меня и всех вас ждёт та же участь. Ран попросту выбирает из двух зол меньшее, ведь если они не получат твою подпись — проблемы будут у всех, кто-то может даже отправиться в объятия Шиничиро, покойного старшего брата Манджиро. Нехватку оружий боссу могут истолковать неправильно, а он не будет разбираться. — Блять! — Санзу наотмашь бьёт кулаком по столу, достаёт пистолет и направляет в твою сторону. — Я хотела дать тебе шанс, но до чего же ты бесишь. Всё естество для тебя замирает в эту же секунду, только слова Санзу бьются о стены разума. И дуло пистолета становится ближе. Как до этого дошло, неужели Ран может допустить это? Вероятно, ты была лишь игрушкой, вот и объяснение поступкам. Холодный металл уже касается лба, очнись. — На этих бумагах сейчас окажется либо твоя подпись, либо твои мозги.