Перелом

Коноха раскинулась перед ними в своём вечернем величии. С высоты скал, на которых были высечены лица Хокаге, деревня казалась особенно прекрасной. Узкие улочки петляли между домами, крытые черепицей, и бесчисленные фонари озаряли её тёплым светом. Оранжево-жёлтые блики отражались в стеклянных окнах лавок и чайных, а издалека доносился приглушённый гул вечернего города. Сакура сидела на краю уступа, подтянув колени к груди. Кимоно мягко спадало складками, а алый пояс лениво шевелился под лёгким ветерком. Лента в волосах чуть развязалась, и несколько прядей выбились, касаясь её лица. Рядом, в нескольких шагах, Хикару раскинулся на спине, заложив руки за голову. Его тёмные волосы рассыпались по камню, а тёмные глаза безмятежно скользили по звёздному небу. Ко, как всегда молчаливый, сидел рядом, подперев подбородок рукой. В его взгляде отражалась панорама деревни, и в эту минуту он казался почти спокойным. — Красиво, — тихо произнёс Хикару, не отрываясь от звёзд. — Да, — отозвалась Сакура, слабо улыбнувшись. — Здесь и правда красиво. — Интересно… — Хикару лениво прищурился. — А в этом небе кто-нибудь ещё смотрит на нас? — Вряд ли, — ответил Ко, скептически пожав плечами. — Мы не настолько особенные. — Может, и не настолько, — протянул Хикару, — но разве не приятно думать, что кто-то там, наверху, всё же видит нас? Сакура не ответила. Она просто наблюдала за движением облаков, за тусклым блеском звёзд, рассыпанных по небу. Откуда-то с улиц доносился тихий смех, обрывки разговоров. Жизнь внизу текла своим чередом — спокойная, обыденная. И всё же внутри неё что-то сжималось. Ей было тепло. Не от вечернего воздуха или от мягких звуков ночного города. Нет. Тепло разливалось в груди — глухое, тягучее. Она чувствовала это с самого момента, как они поднялись сюда. Этот миг покоя был почти невыносимо сладок. «Слишком сладок». Сакура нахмурилась. Её вторая личность молчала. Непривычно тихая, скрытая. Ни насмешек, ни язвительных замечаний, ни леденящих душу шёпотов. Только пустота. Это не сулило ничего хорошего. — Через несколько дней третий этап, — Сакура нарушила тишину, пытаясь отогнать тяжесть мыслей. — И никто не знает, что нас ждёт. Хикару повернул голову к ней, всё ещё улыбаясь, но в глазах промелькнула тень. — Вот поэтому и стоит наслаждаться моментом. Ко лишь кивнул. — Но ты права, — добавил он. — Мы должны быть готовы. Сакура сжала руки. Завтра — ещё один день. Возможно, последний день перед настоящей битвой. — Давайте устроим спарринг, — предложила она, глядя в сторону. — Это будет хорошая тренировка перед третьим этапом. — Спарринг, значит? — Хикару ухмыльнулся. — Ну, почему бы и нет. Я давно хотел посмотреть, насколько ты стала сильнее. — А я — насколько ты глуп, — парировала Сакура с лёгкой усмешкой. Ко, как всегда, остался невозмутим. — Завтра на рассвете. Полигон у восточных ворот. — Йош, — отозвался Хикару, перекатываясь на бок. — Только не жалуйтесь потом, когда я вас уделаю. — Посмотрим, — ответила Сакура, но улыбка уже угасала. Ветер снова пробежал по скале, тронул её волосы. Сакура чувствовала, как внутри неё медленно расползается беспокойство. Но сейчас она сделала выбор. Завтра они снова выйдут на поле боя — как соперники, как товарищи. А что будет потом — никто не знал. — Чёрт! — вдруг воскликнул Хикару, резко подскакивая на ноги. — Совсем забыл! Сакура и Ко одновременно повернулись к нему, не скрывая удивления. — Забыл? — переспросила Сакура, прищурившись. — О чём ты?.. — Сейчас вернусь! — выкрикнул Хикару, не дав ей договорить. — Ждите тут! И прежде чем кто-то успел что-либо сказать, он сорвался с места. Пыль взметнулась от его резкого рывка, и через пару мгновений его фигура уже скрылась за краем скалы. — Эй! — крикнула Сакура ему вслед, но ответа не последовало. Она ещё некоторое время смотрела в сторону, куда унёсся Хикару, а затем медленно повернулась к Ко. Он сидел, как и прежде, чуть опустив голову и прислонившись спиной к камню. Его длинные чёрные волосы лениво шевелились под вечерним ветром. — И что это было? — нахмурилась Сакура. — Он что, совсем с ума сошёл? Ко лишь слегка качнул головой, его губы тронула едва заметная тень улыбки. — Успокойся, — сказал он спокойно, не открывая глаз. — Сейчас вернётся. Увидишь сама. Сакура напряглась. «Увидишь сама?» Внутри что-то сжалось. Ко не выглядел встревоженным, но именно это и настораживало её. Он будто знал что-то, чего не знала она. — Тебя это не беспокоит? — она пристально посмотрела на него, но Ко лишь пожал плечами. — Если бы было что-то серьёзное, я бы это почувствовал. «Почувствовал?..» Сакура отвернулась, снова вглядываясь в ночь. Странное беспокойство не отпускало её. Ветер стал чуть холоднее, и она невольно сжала плечи. Каждый шаг Хикару сейчас эхом отдавался в её голове. Где он? Что он делает? Почему он убежал так внезапно? «Глупо. Он ведь просто Хикару. Придёт и рассмеётся над твоими тревогами». Но мысль о том, что что-то могло случиться, не уходила. Минуты тянулись мучительно долго. Сакура не находила себе места, поочерёдно переводя взгляд то на звёздное небо, то на дальние огни Канохи. Она пыталась заглушить нарастающее волнение, но оно только крепче сжимало её сердце. — Где же ты… — тихо прошептала она. И тут, словно в ответ, с противоположного края площади раздался голос: — Эй, вы чего такие мрачные? Сакура резко обернулась. Хикару появился из-за угла, но теперь он выглядел совсем иначе. Его лицо озаряла широкая улыбка, а в руках он нёс аккуратную коробку с тортом. Маленькие свечи на нём горели тёплым, ровным светом. Надпись на торте, сделанная розовым кремом, читалась отчётливо: «С Днём Рождения, наша сильная Сакура!» Сакура замерла. — С… Что? — прошептала она, чувствуя, как в груди что-то дрогнуло. — Ты думала, мы забудем? — Хикару ухмыльнулся, приближаясь. — Или ты сама забыла? Она не ответила. Её руки задрожали, когда она посмотрела на торт. И только теперь она осознала: да, она забыла. Совсем забыла. Словно этот день для неё больше не существовал. Она не праздновала день рождения уже несколько лет. После смерти матери. После того, как мир вокруг стал тёмным и холодным. — Ты ведь совсем не думала об этом, да? — Ко поднял взгляд, в его голосе звучала привычная хладнокровность, но где-то в глубине читалось нечто тёплое. Сакура молчала. — Ну же, задувай свечи, — мягко сказал Хикару, протягивая ей торт. Она шагнула вперёд. Ноги казались ватными, сердце стучало слишком громко. Пламя свечей дрожало, отражаясь в её глазах. «Желание…» Она не знала, о чём просить. Но вдруг, словно обжигающая волна, накатила реальность. «Они здесь. Хикару. Ко. Они рядом». И этого было достаточно. Глубоко вдохнув, Сакура прикрыла глаза. Огоньки дрогнули. И в следующее мгновение тьма поглотила их. Она открыла глаза. Вокруг всё ещё звучал тихий смех Хикару, и Ко едва заметно улыбнулся. — С днём рождения, Сакура, — раздался голос. Слёзы подступили к глазам, но она не стала их сдерживать. Вдруг раздался спокойный, чуть насмешливый голос Ко: — «Наша сильная Сакура?» — с приподнятой бровью произнёс он, с лёгкой ухмылкой глядя на Хикару. — Тебе что, пять? — Эй! — возмутился Хикару, сдувая прядь волос с лица. — Я старался, между прочим! Он надул щёки, всем своим видом показывая обиду, но это выглядело настолько нелепо, что Сакура не сдержалась. Её плечи затряслись от тихого смеха, который быстро перешёл в громкий, звонкий хохот. — Д-дурачьё! — сквозь смех выдохнула она, прикрывая ладонью лицо. Хикару в это время картинно откинул голову назад, драматично вздохнув: — Никто не ценит мои старания! Даже Ко! — Ещё бы, — Ко сдержанно усмехнулся. — Ты пытался сделать что-то серьёзное. Это было обречено с самого начала. — Ах ты! — Хикару грозно сжал кулаки, но затем снова рассмеялся, не выдержав собственной бравады. Их смех сливался воедино, разносясь по вершине, над которой возвышались вырезанные в камне лица Хокаге. Вечерний воздух был прохладным, но тёплым от эмоций. Огни деревни мерцали внизу, а звёзды над головой сияли, будто наблюдая за ними. Сакура чувствовала, как сердце наполняется чем-то необъяснимо светлым. «Я правда счастлива…» Это было так странно. Так неправдоподобно. Она закрыла глаза, как будто хотела сохранить этот момент навсегда. «Пусть это длится дольше. Пусть это никогда не кончается…» И в её мыслях не было ничего, кроме одной тихой молитвы ко всем богам: «Пожалуйста… Пусть этот момент длится как можно дольше». *** Сакура не помнила, как добралась до комнаты. Её тело словно двигалось само по себе, подчиняясь усталости. Переодевшись, она буквально рухнула на постель, и тишина ночи поглотила её. Но даже во сне покой не пришёл. Она стояла посреди огромного зелёного поля. Яркое солнце заливало пространство своим тёплым светом. Высокая сочная трава ласково колыхалась на ветру, а голубое небо казалось бесконечным. Лёгкий аромат весны витал в воздухе. — «Мы прошли…» — с замиранием сердца подумала Сакура, глядя на свои плечи. Зелёный жилет чунина плотно облегал её тело. Он был настоящим. Значит, они сделали это. Они сдали экзамен. — — Сакура! — раздался звонкий голос. Хикару и Ко бежали по полю, смеясь, догоняя друг друга. Их жилеты тоже сверкали на солнце. Лица мальчиков сияли счастьем. Они переглядывались, словно дети, забыв обо всех заботах. — — Давай к нам! — крикнул Хикару, махая рукой. Ко молча улыбался, но в его взгляде было что-то тёплое, почти домашнее. Сакура хотела ответить, побежать к ним. Её сердце наполнялось радостью. Всё было таким простым, таким настоящим. Но внезапно воздух вокруг изменился. Она почувствовала холод. Порыв ветра пронёсся по полю, срывая листья с деревьев. Сакура невольно оглянулась. Туман. Чёрный, зловещий, он поднимался из глубины долины. Густой, словно смола, он бесшумно стелился по земле, поглощая всё на своём пути. — — Хикару! Ко! — захотела крикнуть Сакура. Но ничего. Ни звука. Её голос пропал. Горло сжалось. Она пыталась снова и снова, но её крики тонули в безмолвии. Она не могла говорить. И двигаться тоже. Её ноги словно приросли к земле. Сакура боролась, пытаясь освободиться, но тело её не слушалось. А туман всё ближе. — — Стойте! Уходите оттуда! — пыталась закричать она. Но мальчики не слышали. Они смеялись. Их голоса звучали так беспечно, так радостно. — — Сакура, иди к нам! — звал Хикару, кружась в высокой траве. Ко кивнул, но его улыбка становилась всё страннее. Как будто что-то было не так. Туман уже у их ног. — — Нет… — в панике думала Сакура. — Нет! Убирайтесь! Бегите! Но они не бежали. Тёмная мгла окутала их фигуры. Их голоса стихли. — — Хикару! Ко! Мгновение — и они исчезли. — — Нет! Сакура рухнула на колени. Сердце бешено колотилось, а дыхание сбивалось. Густой туман окружал её. Она не видела ничего. Но затем… Что-то появилось перед ней. Когда туман рассеялся, Сакура увидела их. Хикару и Ко. Они лежали на земле. Их тела были изломаны и покрыты кровью. Лица мальчиков побледнели, а глаза были закрыты. На их одежде зияли рваные раны. Красные пятна растекались по зелёной траве. — — Нет… Нет, нет, нет! Сакура подползла к ним. Руки дрожали, пальцы судорожно сжимались. Она схватила Хикару за плечи, потрясла его. — — Хватит шутить! Открой глаза! Пожалуйста! Но он не двигался. Его тело было холодным. — — Ко… — прошептала она, хватая его за руку. — Ты… Ты тоже… Рука Ко была неподвижна. Глаза остались закрыты. — — Перестаньте! Прекратите это! Вставайте! — завизжала Сакура, её голос срывался от боли. Она снова трясла их. Кричала. Слёзы стекали по её лицу, падая на окровавленные жилеты. — — Хикару! Ко! Я приказываю вам встать! Тишина. Она схватила их лица в ладони, вглядываясь в них. — — Пожалуйста… Прошу… Я не хочу… Я не могу… Но их лица оставались безжизненными. Вдруг кто-то легко потрепал её по голове. Пальцы прошлись по волосам — осторожно, едва касаясь. Тёплое прикосновение. Как прежде. Как будто это снова он. Сакура вздрогнула. Сердце сжалось от странного, болезненного чувства. Её губы слегка приоткрылись, но воздух, казалось, застрял в груди. Она медленно подняла голову, словно боялась увидеть того, кто стоял перед ней. Её взгляд дрожал. Высокая фигура возвышалась над ней, словно гора. Свет солнца бил из-за его спины, окутывая его силуэт мягким ореолом. Сакуре пришлось прищуриться. Она пыталась разглядеть его лицо, но ничего не выходило. Оно оставалось скрытым, словно что-то невидимое преграждало её взгляду. Кто? Кто ты? Её дыхание сбилось. Всё вокруг изменилось. Чёрный туман рассеялся, и вместе с ним исчезли Хикару и Ко. Их окровавленные тела, искажённые болью, словно никогда не существовали. Лишь ослепительное солнце заливало зелёную траву. Небо сияло чистым голубым светом. Пение птиц доносилось откуда-то издалека, но оно казалось нереальным. Сакура пошатнулась. Ноги стали ватными. Она медленно опустила взгляд и… Замерла. Её руки. Тонкие, маленькие, словно детские. Пальцы слабо сжались в кулаки. Ощущение лёгкости в теле, будто она стала меньше. Нет. Её дыхание участилось. Не может быть. Она шагнула назад, но едва не потеряла равновесие. Рыхлая земля под ногами. Её босые стопы утонули в мягкой траве. Одежда свободно болталась на хрупком теле. Розовые пряди коротких волос падали на лицо, щекоча щеки. — Семь лет… — пронеслось в её голове. Нет. Нет! Грудь сдавило. Ей стало трудно дышать. Она с силой сжала руки, чувствуя, как пальцы дрожат. Не снова. Тот возраст. Та беспомощность. Тот страх. Её губы задрожали. На глаза навернулись слёзы, но она тряхнула головой, заставляя себя держаться. Сакура стиснула зубы. — Сакура. Этот голос. Тёплый, низкий, такой спокойный. Голос, от которого внутри что-то болезненно сжалось. Она резко подняла взгляд. Глаза расширились. Высокий. Статный. Его чёрная одежда мягко развевалась на лёгком ветру. Волосы, перевязанные в низкий хвост, касались широких плеч. В каждом движении сквозила уверенность, в каждом жесте — безмятежность. Он стоял так спокойно. Но его лицо… Сакура всматривалась. Её губы слегка приоткрылись. Она напрягла зрение, пытаясь увидеть. Почему? Ничего не мешало. Свет падал прямо на него. И всё же… лицо оставалось скрытым. Пустота. Будто что-то невидимое не давало ей взглянуть. — Кто ты? — хотела спросить она, но губы так и не дрогнули. Сакура вновь ощутила дрожь. Она сделала неловкий шаг вперёд, но тело отозвалось странной слабостью. Её руки дрожали, словно от холода, но в воздухе было тепло. — Что происходит?.. Никакого ответа. Лишь фигура, неподвижная и спокойная, и этот голос, что продолжал звучать в её голове. Сакура застыла. Её сердце билось медленно и глухо, словно что-то сжимало его изнутри. Она не могла оторвать взгляда от высокой фигуры, что стояла перед ней. Лицо оставалось скрытым, как будто её глаза просто отказывались видеть. Но почему? Каждая клеточка её тела тянулась к ответу. В груди разливалось странное чувство — тёплое и болезненное одновременно. Оно напоминало далёкий, едва уловимый свет, мерцающий где-то на границе сознания. Знакомое. Но откуда? Сакура пыталась сосредоточиться, вглядываясь изо всех сил, но чем больше она старалась, тем сильнее всё вокруг начинало искажаться. Трава под ногами дрожала, словно отражение на воде. Воздух густел, становясь вязким. Она сжала кулаки. Почему я не могу говорить? Она вновь сделала шаг вперёд, но фигура осталась на месте. Мужчина не двигался, словно знал, что она сама придёт к нему. Почему? Почему от его присутствия было так… спокойно? Сакура чувствовала тепло, исходящее от него. Казалось, будто с его приходом весь ужас рассеялся. Чернота кошмара отступила, оставив после себя лишь ослепительное солнце и безмятежное небо. Но в этом спокойствии крылась тревога. Это неправильно. — Кто ты?.. — вновь мелькнула мысль. Она чувствовала, как внутри всё сильнее нарастает напряжение. Ответ был где-то рядом. Она знала это. Но что бы она ни делала — ничего не менялось. Почему я не могу вспомнить? Сакура скривилась, стиснув зубы. Её дыхание участилось. Разве я не одна? Разве не всегда была одна? У неё никого не было. Ни тёплых воспоминаний, ни добрых слов. Только пустота. Разве нет? Она пыталась вспомнить. Пыталась найти в своей памяти хоть что-то похожее. Образ, звук, эмоцию. Но в ответ — тишина. Лицо мужчины по-прежнему оставалось скрытым. Это снова… Её пальцы дрожали. Обман. Обман разума. Ещё один иллюзорный мираж, созданный её собственной головой. Всё это — ложь. Но почему тогда её сердце так болезненно сжимается? Почему ей так хочется сделать ещё один шаг вперёд? — Ты не слабая. Это было единственное что она услышала,прежде чем проснуться вся в поту и с бешеным сердцебиением.