United as never before

      За окном давно стемнело. Тишину спящего Камелота нарушали лишь резкие порывы ветра да нечастые торопливые шаги. Но ничто не могло потревожить безмятежность города и его обитателей. Даже бессонная королева.       Моргана лежала на кровати, бездумно вперив глаза в балдахин. Несмотря на то, что сегодняшний день выдался невероятно трудным, она знала, что ничего легче ее не ожидает в ближайший месяц. Приезд Артура и соответствующие этому бюрократические проволочки сильно усложнили королеве жизнь. Моргане казалось, что она совсем выдохлась и теперь должна уснуть, едва голова коснется подушки. Однако нервное напряжение дало о себе знать, наказывая и так замученную девушку бессонницей.       После своей непродолжительной истерике им с братом удалось нормально поговорить. Мастерски обходя самые неудобные темы — магию и будущее Морганы на троне — родственникам удалось кратко прояснить друг для друга события последних шести лет. Королеве узнала, что пока брат был на охоте с рыцарями на их группу напали разбойники и, кажется, с магом, потому что сам Артур мигом отключился, едва завидев приближающихся противников, при этом не получив никаких физических повреждений. Для принца узнать, что из шести рыцарей в замок сумел вернуться всего один, было больно. Очнулся Артур уже в темнице какого-то замка. Он пытался сбежать, но не смог — дверь была заколдована, принц даже не мог к ней приблизиться.       Через несколько дней Артура перевели из темницы в покои, своей роскошью и размерами напоминавшие королевские. Принц неоднократно повторял попытки побега, но каждый его план разбивался о невидимые магические преграды. Сам Артур думал, что за него хотят просить выкуп, но когда и через две недели его положение ни капли не изменилось, эта версия стала казаться смешной. Камелот не стал бы так долго оставлять своего принца в плену враждебного королевства. Да и убивать Артура никто не собирался. Ему приносили еду довольно хорошего качества, пустили лекаря для осмотра, дали новую одежду. Всё это казалось принцу абсурдом. Ничего из происходящего он не мог для себя объяснить.       Время шло, а положение пленного принца не менялось. Его не пытали, не выведывали тайны Камелота. Наоборот, Артура приняли в этом замке, словно желанного гостя. Через какое-то время принца даже начали сопровождать на тренировки. Его противники были всегда в масках, и никто, видимо, не боялся давать лучшему рыцарю пяти королевств оружие, даже притупленное. По этому факту Артур сделал вывод, что они были колдунами.       На этой части рассказа Моргана фыркнула. Брат строго и будто бы немного оскорбленно посмотрел на нее, но промолчал.       А потом начались долгие годы, за которые ничего не менялось. Артур варился в своем бессилии, но не терял надежды всё же выбраться. Правда, когда он, уже на воле, узнал, что прошло целых шесть лет, то был очень удивлен. Самому принцу казалось, что в замке он провел гораздо меньший срок.       Выбраться ему удалось каким-то чудом. И этим так называемым чудом стал тот худой мальчишка, что сумел предотвратить драку в тронном зале. Как сказал Артур, его зовут Мерлин. Парня похитили, когда он шел в Камелот, и приволокли в тот же замок, где держали пленного принца. Должность Мерлина, на вид, была проста — мальчишка стал слугой Артура. И несмотря на то, что их знакомство, очевидно, не задалось, — об этой части своей истории Артур умолчал, но Моргана была четко уверена, что в результате первой встречи пострадали гордость принца, голова слуги и пара тяжелых предметов в зоне быстрого доступа — Мерлин смог найти лазейку в работе магии дверей и в одну из ночей вывел пленного из замка. Потом они какое-то время скитались по лесам и ближайшим деревням, пытаясь выяснить своё хоть примерное местоположение. И в одной из таверн богом забытого селения они нарвались на драку — Моргана была уверена, что ее причиной послужил просто невыносимый характер ее брата. Именно так в их компанию попал Гвейн, второй спутник Артура, который помог беглым пленникам избежать драки.       Несмотря на то, что Артур из раза в раз твердил, что Мерлин — идиот, каких еще свет не видывал, Моргана не спешила верить брату на слово. Этот парень явно был не так прост, как кажется, а идиотом выглядел скорее сам Артур, поверивший, что слуга совершенно случайно нашел лазейку в заколдованной двери заколдованного замка. И это притом, что принц неоднократно пытался сбежать, но все его попытки заканчивались однозначным провалом. Что-то здесь было нечисто, и это что-то совершенно не нравилось Моргане.       Сама история про заколдованный замок, в котором и время течет по-другому, ее тоже немало обеспокоила. Как и тот факт, что Артур не мог вспомнить ни примерное расположение замка, — а он ведь как-то сумел дойти до Камелота — ни его внешних ориентиров. Как бы Моргана ни оскорбляла брата, она знала, что даже в возрасте почти шестнадцати лет, когда его похитили, принц мог быть довольно наблюдательным, и то, что сейчас он не мог рассказать ни одной детали, выдававшей место его заключения в последние шесть лет, не оставляло сомнений, что в этом замешана магия. Причем, заклинание, с помощью которого удалось провернуть подобное, явно не было простым. Стоило, конечно, расспросить еще и Мерлина, но королева почему-то была уверенна, что и это не даст результатов. Даже если у мальчишки есть свои тайны, нет уверенности, что они могли хоть как-то помочь ему избежать мощного заклятия.       Мучило волшебницу и то, что все это провернули почти что у нее под носом, и при том с помощью колдовства! Наличие такого могущественного волшебника — или волшебников — так близко к Камелоту и неясность его намерений в отношении принца и королевства не давало Моргане покоя. Мысли курсировали с бешенной скоростью, отчего у девушки быстро разболелась голова.       «Может, еще было не поздно сходить к Гаюсу и попросить сонного зелья?», — отстранённо подумала королева. Старый лекарь никогда не отказывал ей в помощи, даже когда девушка была еще воспитанницей Утера, в какой бы час она ни пришла. Будить его, конечно, было бы неловко и стыдно, но лучше невыспавшийся целитель, чем клюющая носом королева на Совете.       Решительно откинув одеяло, Моргана встала и, надев плащ, выскочила из собственных покоев, не забыв захватить со стола догоравшую свечу. Свернуть шею на плохо освещенных лестницах ночного замка ей точно не хотелось.       Остановившись у двери в покои Гаюса, королева постучала, надеясь, что лекарь еще не спит. Не получив никакого отклика, Моргана чуть толкнула ее, тихо произнося: — Гаюс?       Однако в комнате волшебница застала не старого лекаря, а Мерлина. Парень старательно отмывал котел с остатками мутно-зеленого цвета внутри. Кажется, Моргана успела рассмотреть в нем что-то ползающее, но она решительно не хотела ничего об этом знать. Мерлин, заметив ее присутствие, встал и неловко поклонился. — Ваше Величество, что привело Вас сюда в столь поздний час? — Я пришла попросить кое-что у Гаюса, — произнесла Моргана, подходя чуть ближе к парню. — А что здесь делаешь ты, Мерлин?       Если Мерлин и удивился тому, что королева знает его имя, то не показал этого ни единым движением. — Гаюс старый знакомый моей матери. Я пришел в Камелот, чтобы обучаться у него искусству лекаря, и теперь я его помощник. — Откуда ты, Мерлин? — Из Эалдора. Это деревня в королевстве Сенреда, у границы с Камелотом.       После слов Мерлина наступила тишина, которая, однако, не принесла с собой напряжения. Оба участника разговора, казалось, анализировали полученную информацию. — Так могу ли я помочь Вам, миледи, или все же стоит разбудить Гаюса? — сменил тему Мерлин.       Моргана задумалась. Став королевой, она предпочитала очень избирательно выдавать людям информацию о себе, а круг доверенных лиц сужался от года к году. И даже свою маленькую слабость в виде бессонницы девушка предпочитала хранить в тайне. Однако этот мальчишка, несмотря на свои секреты, которые Моргане уж очень хотелось знать, внушал ей доверие. Рядом с ним она не чувствовала себя королевой — той, от чьих решений зависят судьбы людей, в чьих руках чужая жизнь и смерть. Долг за Камелот не давил на плечи. Мерлин своей неподдельной искренностью, участливостью в глазах, поведением в тронном зале — все же он был единственным, кто заметил ее состояние — буквально вынуждал Моргану воспринимать его, как друга, несмотря на огромную разницу в статусах и слишком короткий срок, прошедший с момента знакомства. — Мне необходимо сонное зелье. Если знаешь, где оно находится у Гаюса, нет необходимости его будить, — девушка скромно улыбнулась.       Мерлин задумался, но буквально через секунду довольно улыбнулся и достал с одной из полок стеклянный пузырек с темно-синей жидкостью внутри. — Держите, миледи. И пусть сегодня во сне Вас посетят самые прекрасные единороги.       Моргана усмехнулась, принимая из рук Мерлина, также улыбающегося, зелье. — Спасибо, Мерлин, тебе тоже хороших снов.       Уже у двери Моргана, чуть помедлив, обернулась: — И Мерлин, — дождавшись, пока помощник лекаря вновь посмотрит на нее, продолжила. — В неформальной обстановке, как сейчас, можешь называть меня просто Морганой.       Почему-то королеве было важно знать, что у нее есть шанс обрести в Мерлине друга, а не только верного подданного. Широко улыбнувшись, тот кивнул.       Уже вышедшая за дверь Моргана не видела, как вспыхнули золотом глаза помощника лекаря. А утром хорошо выспавшаяся королева чувствовала себя воспрявшей духом и готовой к великим свершениям — даже к Королевскому Совету. И видела она в своих снах прекраснейших на свете единорогов.