Не стоит благодарности, профессор Снейп

Гермиона спешно снимает мантию, но не решается повесить ее на напольную вешалку. Честно говоря, она совсем не планирует оставаться в этом доме, уже выстроив в голове маршрут до Гриммо двенадцать. Только вот поговорить с профессором ей все же придется. Поэтому девушка кладет мантию себе на колени, когда наконец садится на диван в небольшой гостиной. Снейп учтиво предлагает чай, а затем уходит на кухню. Она не смеет отказать проявленной гостеприимности. Даже ему. Дом у него небольшой, двухэтажный — узкая лестница в коридоре по всей видимости ведет на верхний этаж, и Гермиона уже твердо знает, что ей не придется там бывать. Она внимательно обводит взглядом комнату, вслушиваясь в шаги мужчины, ведь ей не хочется, чтобы он застал ее врасплох. Вероятно, стены здесь были выкрашены не так давно, девушка удивляется их свежему виду, а вот деревянный пол не меняли лет так тридцать, если не больше. В целом обстановка кажется ей вполне приемлемой, хотя и явная запущенность дома, дающая знать о себе в виде пыли и захламленности совсем не вяжутся с образом педантичного Северуса Снейпа. Его лаборатория и личный кабинет в Хогвартсе, где ей удалось побывать пару раз, правда, чтобы быть отчитанной буквально ни за что, насколько она помнит всегда отличались особой чистотой и первозданным внешним видом. Те же котлы на его занятиях каждый раз сияли так, словно их вчера доставили с Косой Аллеи. Конечно, в большей степени это заслуга провинившихся студентов, но стоит заметить, что у профессора Слизнорта с его маниакальной любовью к преподаванию своего предмета так точно не было. Ее взгляд падает на достаточно массивный для такой небольшой комнаты камин. Он заставлен различными книгами, и девушка сдерживает себя, чтобы не вытянуть шею от излишнего любопытства к такой изысканной коллекции. Обложки изданий выполнены из драконьей кожи, и, Мерлин дери, наверное, они стоят целого состояния! Рядом с камином расположено глубокое продавленное кожаное кресло и рядом с ним стоит колченогий столик. Диван, на котором она сидит, выполнен из такого же материала, что и кресло, но выглядит гораздо свежее. Возможно это от того, что Снейп нелюдим, и у него не бывало гостей. Вся остальная мебель: недлинный кофейный столик, тумба под телевизор и пару парящих у стены полок выполнены из темного дерева, что на самом деле очень хорошо сочетается между собой и коричневатым камином с белой лепниной. Под ногами гриффиндорки лежит потрепанный серый ковер. Девушка проводит пальцем по золотистому канделябру на столике, чтобы смахнуть пыль. Снейп возвращается через несколько минут и тихо ставит поднос с чайным набором. Предлагает подлить молока, два раза стукнув пальцем по молочнику в немом вопросе. Гермиона также молча отрицательно качает головой. — Прошу. — без каких-либо эмоций говорит мужчина, протягивая чашку на блюдце. — Спасибо. — девушка делает пару аккуратных глотков горячего напитка, а затем задерживает взгляд на телевизоре. Она не может не поинтересоваться. — Профессор Снейп, у вас есть телевизор? Вы что-то смотрите? Он приподнимает левую бровь и отвечает совершенно безучастным тоном: — Разумеется. Гермиона тупит взгляд на носки своих туфель, ощущая как к щекам приливает кровь. Конечно, он у него есть! Он же наполовину маггл, и, вероятно, привык к таким вещам не меньше моего! — Но не так часто. Большую часть своей жизни я прожил в ином мире, мисс Грейнджер. — Сэр, вы сказали… что покажете мне все по приезде в ваш дом… Мне необходимо все узнать. Я не понимаю, что происходит вокруг меня. Не понимаю, почему мои друзья не встретили меня в больнице… Они, наверное, даже не знают, что я очнулась! Гарри, наверное, замучили в Министерстве, а Рон… Рон должно быть со своей семьей… — Мисс Грейнджер, зачем мне эта информация? — он хмурит брови и отпивает из своей чашки. — О… Я… Я не знаю, сэр. И… Извините? — Гермиона закусывает нижнюю губу и понимает, что снова краснеет. Северус хмыкает, а затем берет с подноса медную чашу на длинной ножке. Он несколько раз проводит над ней волшебной палочкой, и сосуд начинает заполняться подсвеченной голубоватой жидкостью. — Это же темная магия! — удивляется Гермиона, когда понимает, что происходит. — И это нарушение закона, сэр! Согласно пункту тридцать закона восемьсот тридцать два, никто не вправе прибегать к сотворению личных омутов памяти! Они должны быть зарегистрированы, а еще… еще иметь диаметр не меньше тридцати сантиметров… — вспыхивает девушка, но затем быстро затихает, когда натыкается на озлобленные черные глаза. — Вы всегда можете донести на меня, мисс Грейнджер. — Сэр, я не… эм… я не это имела в виду! Снейп позволяет себе легкую улыбку, смакуя наивностью девчонки. Впрочем, он сразу же принимается извлекать нужные воспоминания, наставив палочку на область виска. Серебряная тонкая ниточка вырывается из его головы, прорываясь сквозь черные как смоль волосы, и сделав небольшую петлю вокруг магического атрибута, замирает над самым его кончиком. Мужчина плавно опускает воспоминание в чашу. — Мисс Грейнджер, прокрутите ее в руках два раза по часовой стрелке, затем также против. Гермиона с точностью выполняет указания. Девушка ощущает приступ тошноты, а затем ее тело становится таким легким и невесомым, что, осматривая собственные конечности, не сразу замечает, как оказывается в другом помещении. Пахнет сыростью. Темно. — Гарри! — радостно кричит она, но парень в очках и не думает оборачиваться. — Гарри, я здесь! Ты мне сейчас, конечно, не поверишь, но… — гриффиндорка замолкает, когда видит себя. Эта девушка выглядит точь-в-точь как она, сомнений быть не может. Даже одежда и эти вечно растрепанные волосы. Несколько мгновений спустя до Гермионы доходит, что случилось. Это воспоминания Снейпа. Она осматривается и узнает место прибытия — Визжащая хижина. Сам профессор лежит на прогнивших досках, а его шея истекает алой кровью. — Отойдите! — она слышит собственный голос, а затем ощущает легкое покалывание в груди. Та Гермиона проходит сквозь нее и падает на колени, прижимая маленькую ладошку к зияющей ране на теле Снейпа. — Быстро! Бинты! Что-нибудь! Рон! Ты почему стоишь как истукан, попробуй призвать их из моей сумочки! — но не дождавшись реакции, она рвет передний край своей кофты. — Гермиона, ты что делаешь? Нам надо идти, ему уже не поможешь. — хмурится Поттер, оглядываясь по сторонам. Они уже сняли мантию невидимку, поэтому их могут заметить в любой момент. — Гермиона, перестань. Нам нужно в замок. — он указывает на бутылёк с воспоминаниями бывшего профессора. — Ему можно помочь… Что с вами? Он же человек! — гриффиндорка пытается откачать яд змеи с помощью магии. Все началось еще на четвертом курсе, когда Гарри упомянул про змею. Тогда Гермиона провела несколько ночей в закрытой секции, зачитываясь книгами про магических тварей, полагая, что Тот-кого-нельзя-называть обзавёлся уж точно не простой зверушкой. Она натыкалась и на маледиктусов, но от этой информации лучше не становилось. Поэтому позже, она заказала совиной почтой книгу с элементарными лечебными чарами под названием «От укуса шотландской осы до соплоховста», надеясь, что ей никогда не придется пользоваться этой информацией. Но как бы ни так. Та Гермиона была не уверена в том, что пытается сделать, но все же продолжала насылать нужное заклинание. Она собирала яд с помощью палочки и опускала в уже наколдованную пробирку. Он медленно стекал по стенкам стеклянного сосуда, унося на дно и капли крови Северуса Снейпа. — Мне нужно идти. Нужно. — твердо заявляет Гарри, поглядывая на часы. Времени остается все меньше, а ему еще необходимо добраться до кабинета директора. Все его нутро подсказывает, что ненавистный ему человек дал свои воспоминания не просто так. Возможно, Снейп хотел отомстить убийце, решив раскрыть ему какие-то планы Реддла? — Рон, оставайся с Гермионой. — Нет! — Уизли срывается почти на крик. — Гермиона, какого черта ты ему помогаешь? Это же Снейп! Он убил Дамблдора и вообще… все эти унижения… Гермиона, там, в зале, полно людей, которые заслужили помощи! Они умирают, а ты спасаешь его. Его! — друг качает головой. — Рональд, уйди вместе с Гарри. Я закончу и вернусь в замок. — заявляет девушка, вливая в рот Снейпа крововосполняющее зелье, призванное из ее сумочки. — Со мной все будет хорошо. Я умею постоять за себя. — Нет, ты идешь с нами! — Рон пытается перехватить руку девушки, но та вовремя успевает увернуться. — Пожалуйста, я очень переживаю за тебя, Гермиона. — с нежностью произносит парень, его глаза полны надежды. — Ребята, уходим! — Гарри направляется к выходу, накидывая мантию. — Рон, у нас нет времени. Оставь ее, если хочет помочь ему — пусть помогает. Идем. — Будьте осторожны, прошу вас. — почти шепотом говорит девушка, когда Рон капитулирует и разводит руками. Она убирает выбившуюся из-за уха прядь волос, и случайно пачкает свое лицо теплой кровью профессора. — И ты. Мы должны выжить. — слышится голос Гарри, но молодые люди уже находятся под мантией невидимости. Настоящая Гермиона закатывает глаза. Она вспоминает реплики профессора относительно его спасения, и ей нестерпимо хочется хорошенько треснуть этой недомедсестре. Сейчас она видит истину в словах Рона — были люди, которые заслуживали помощи больше, нет, намного больше, чем этот нахал. Гриффиндорка видит, как она же в прошлом подвергает трансфигурации небольшой платочек, превращая его в плед, накрывает тело мужчины и приподнимает его руку, чтобы прощупать пульс. Импровизированный бинт начинает пропитываться кровью, поэтому приходится снова вернуться в начало. Она проделывает все те же манипуляции. Через несколько минут ей удается остановить кровь. Наконец девушка встает с затекших колен, и настоящая Гермиона делает несколько шагов назад, чтобы предотвратить неприятный контакт, потому что знает, что сейчас та девушка — она — решит направиться в замок. Теперь Гермиона полностью вспомнила, как помогла Снейпу. — Я сделала все, что было в моих силах, профессор. — студентка Хогвартса бросает на него последний взгляд и выходит из хижины. Гермиона чувствует резкий рывок вверх, и ей кажется, что все внутренности сейчас просто вылезут наружу. — Какая трогательная история спасения, не так ли, мисс Грейнджер? — холодная интонация заставляет ее наконец открыть глаза. Неожиданно гриффиндорка вскакивает с дивана, принимаясь нахаживать круги по комнате. Он одаривает ее презрительным взглядом. Девушка все же останавливается, чуть склоняет голову в бок и с протяжным выдохом, взяв себя в руки, произносит: — Мне не следовало спасать вас. — Неблагодарное существо! — Сядьте на место! — рявкает профессор таким тоном, словно они сейчас на зельеварении, и Долгопупс снова что-то учудил. — Мисс Грейнджер, мы не закончили. — уже чуть мягче. — Вы показали мне все, сэр. Я ухожу. Спасибо за чай. — Мисс Грейнджер, когда я говорил, что вы останетесь в этом доме, я именно это и имел в виду. Понимаете, во время вашей благородной миссии, вы совершили ошибку. Гермиона, которая уже сделала несколько шагов к выходу из гостиной, резко замерла на месте, прокручивая в голове все возможные варианты, когда она могла сделать что-то не так. Я делала все точь-в-точь, как было написано в книге. Я просто не могла допустить оплошность. Это же простейшее заклинание, чтобы избавиться от змеиного яда! — Видите ли, мисс Грейнджер… — продолжает зельевар, когда девушка снова опускается на диван. — Мадам Помфри, безусловно, гордилась бы вами, повтори вы все эти же героические действия вновь, если бы это была обычная, пусть и ядовитая змея, коих полно. Но по вашей глупости, вы нашли себе проблемы на пустом месте. — Сэр, объясните уже наконец, что произошло. — вклинивается гриффиндорка, когда понимает, что традиционная пауза для речей Снейпа порядком затянулась. Он ухмыляется, но все же продолжает свой рассказ: — Яд змеи Темного Лорда невероятно опасен, мисс Грейнджер. Честно говоря, я удивлен, что у вас хватило сил, чтобы воспользоваться простейшими целительскими чарами и устранить эту сложнейшую черную магию из моего организма. Но вот незадача, мисс Грейнджер, ваши гриффиндорские порывы оказались настолько сильными, что вы без каких-либо раздумий, а это неудивительно, учитывая в какие передряги ваша недальновидная компания попадала все эти годы, пошли на этот шаг. Незнание не избавляет от ответственности, увы. Теперь пришел час этой самой ответственности, мисс Грейнджер, вы сами привели себя к такому исходу дел. Темная магия ослабила ваш магический ресурс, а затем вы натворили кое-что похуже. Гермиона напряглась. — Вы ведь знакомы с простейшими ядами, мисс Грейнджер? Девушка неуверенно кивает. — Возьмем, скажем, смертоносную желтоперую змею. Ее яд при контакте с кожей может лишить волшебника зрения на несколько суток. — Верно… сэр. — Теперь скажите мне, мисс Грейнджер, что может произойти, если дотронуться до яда змеи Темного Лорда? — его ноздри раздуваются, а брови нахмурены так сильно, что привычную складку меж бровей даже не видно. — Из-за контакта с ней я лишилась магии? — Гермиона закрывает распахнувшийся рот ладошкой, а в уголках глаз мгновенно закипают слезы. — Это так? Слышится тяжелый вздох. — Мисс Грейнджер, вы могли умереть. Такой безрассудный поступок. Признаться честно, я не думал, что вы настолько запущенный случай, ведь временами вы выдавали более-менее вменяемые эссе. Но я ошибся. — он морщится так, словно съел целый лимон. — Вас вовремя нашли. И если бы не синтез этого яда с темным заклинанием, которым не погнушалась безумная мадам Лестрейндж, вы, по всей вероятности, были бы сейчас мертвы. — Но профессор, как это работает? Я чувствовала себя хорошо… Я даже успела сразиться с пожира… — девушка на секунду замолкает, но все же решает продолжить мысль, предположив, что гневаться профессору не на что. — Я успела уложить нескольких пожирателей, потом в меня попали… Я очнулась, и снова пошла в бой! А потом все случилось. — Не все темные заклятия работают сразу же, мисс Грейнджер, вы же наверняка должны это понимать. — фыркает Северус. — Некоторые чары могут таиться бессимптомно, постепенно ослабляя носителя, но в конечном счете, они достигают своей цели. Это невероятно презабавно, но Белла спасла вам жизнь, даже не подозревая этого. Вот уж презабавно, ага. — Редчайший шанс, когда одна темная магия может вытеснить другую, пришелся именно на вас. Мои поздравления, мисс Грейнджер. И опередив ваши вопросы, отвечу заранее: ваши магические ресурсы все равно истощены, а так как вы благородно пожертвовали своей силой, сами того не ведая, вы можете восполнить их, находясь рядом со мной. Со временем. — кривит губы и отпивает подостывший чай. — Поэтому у вас не остается иного выбора, как оставаться в этом доме. Удерживать силой я вас, конечно, не намерен, двери дома всегда открыты на случай, если кровать окажется неудобной. Гермиона хочет ущипнуть себя, но вовремя успевает одуматься и не делать этого. Не то, чтобы она боится задеть чувства профессора, оскорбив его своей неприязнью, но предстать неблагодарной ей совсем не по душе. — Я могу осмотреть дом? — сдается девушка. Почему это я виню себя в неблагодарности? Он обязан мне жизнью! Естественно, ничего мне от него не нужно, но перестать быть таким моральным уродом он все-таки так-то задолжал.

***

Гермиона открывает дверцу небольшого шкафа, чтобы развесить немногочисленные пожитки, найденные в комоде палаты, и приятно удивляется, что он забит ее вещами. Вероятно, кто-то из друзей позаботился перенести ее чемоданы из Норы, но… кто их так аккуратно сложил? Позже она принимает общий душ на втором этаже и спешит обратно в «свою» комнату. Жаловаться ей не на что: достаточно просторная кровать, светлые свежие занавески. У окна стоит письменный стол, слева от него платяной шкаф. У кровати стоит одна тумба. Как мило. Рядом с дверью висит зеркало почти в полный рост. Комната не просторная, но места для комфортного существования в ней точно хватит. Выходить за пределы этой обители она не собирается. Разумеется, только по нужде. Кстати, об этом. По пути в душ девушка неуверенно замирает у двери. Она краснеет, осознавая, что им придется делить не только обеденный стол. Впрочем, все сомнения отпадают, когда она встает под горячие струи воды, и даже осмеливается воспользоваться мыльными принадлежностями мужчины. Собственноручно сваренный шампунь избавляет от легкой головной боли, а гель для душа с ароматом листьев герани дарит легкость и наконец избавляет от этой липкости тела, которая осталась после больничной палаты. На полке она находит свое полотенце и приятно удивляется этому. Это подарок ее крестной. Гермиону не покидает вопрос, кто это все сюда перенес и разложил. Не сам ведь Снейп? Это было бы забавно. Гриффиндорка издает тихий смешок, потешаясь над своими мыслями. Она натягивает чистые джинсы с высокой талией, заправляет в них простую белую футболку, и собирает влажные волосы в низкий пучок. Палочку она оставила в комнате, так как прежде уже попыталась уложить их, но ничего не вышло. Приятное покалывание в пальцах при сотворении магии остается где-то в прошлом. Собравшись с мыслями, девушка спускается вниз. Ей просто необходимо отправиться к друзьям, необходимо узнать, что же за это время произошло, хочется в деталях узнать о битве. И, если честно, судьба Снейпа до сих пор остается для нее загадкой. — Профессор… — Гермиона застает его у кухонного гарнитура. — Если разрешите, я бы хотела поговорить с вами… Мужчина недовольно осматривает ее с ног до головы, а затем ставит две тарелки с пастой на стол. — Мой домовик сегодня на… выходном. Новые законы, как это глупо. — хмыкает мужчина, раскладывая приборы. Кивком он приглашает девушку за стол. — Отчего же, сэр? Это же прекрасные новости! — улыбается гриффиндорка, она вспоминает, как в школьное время раскладывала вязаные шапочки и шарфики где попало, в надежде, что они попадут в руки домовым эльфам. — Очень. — хмурится Снейп. — Им теперь зарплату подавай. И один выходной в неделю. Толку только от этого… Устают больше после него, работа ведь копится. Гермиона прикрывает глаза, понимая, что в чем-то он и прав. — Сэр, могу я узнать… у вас… — И как мне его спросить? Почему вы на свободе, гнусный пожиратель? Нет, ладно. Позже. — Могу я увидеться со своими друзьями? Снейп накручивает макароны на вилку, отправляет в рот. Жует с особой тщательностью, затем отпивает вино из бокала. Он не торопится отвечать, вероятно, прикидывая варианты развития событий. — В моем доме — нет. — А я могу выходить за пределы вашего дома? — она вторит мужчине, делая акцент на том, кому этот дом принадлежит. — Разумеется, мисс Грейнджер. Войну вы выиграли, чего вам бояться? — его взгляд падает на уродливую надпись на руке девушки. Но долго его черные глаза на ней не задерживаются, устремляясь снова в тарелку. — Я уже переговорил с профессором Макгногалл по этому поводу. Вы сможете жить полноценной жизнью, но пару дней вам необходимо оставаться в этих стенах, если вы, конечно, хотите вернуть возможность колдовать. — Конечно, сэр. Но как это поможет делу? — Мисс Грейнджер, я уже начинаю всерьез задумываться о переоценке вашего блестящего ума. — он снова делает маленький глоток вина, смакуя напитком. — Эти стены заряжены моей энергией, поэтому пару-тройку дней вы будете ей подпитываться. Выходить нельзя, чтобы не обнулились связи. Далее роль будет играть лишь наше с вами сосуществование. Надеюсь, теперь вам ясно? Гермиона кивает и принимается за ужин. Быстро расправившись с пастой, на удивление очень вкусной, девушка принимается мыть посуду. Снейп в это время уже пьет крепкий чай. — Что вы делаете, мисс Грейнджер? — он саркастично поднимает левую бровь, когда шум воды окончательно выводит его из себя. — Убираюсь, сэр. Это наименьшее, чем я могу вам отплатить. — Ранним утром прибудет эльф и займется положенными ему делами. — Но мне не сложно! — вспыхивает гриффиндорка. Она хочет поставить чистую тарелку на поддон, но она выскальзывает из мокрых рук и устремляется на пол. Осколки катятся к ногам мужчины. Он вынимает палочку и очень вальяжным движением руки направляет все это безобразие в мусорное ведро. Девушка виновато опускает глаза. — С домашними делами у меня всегда было не очень, сэр. — непонятно зачем признается та. Снейп кривит губы: — Я заметил. Будет лучше, мисс Грейнджер, если вы не будете пытаться геройствовать снова. Вы уже достаточно сделали. Гермиона внимательно следит за каждым его движением. Он встает со стула, подходит чуть ближе, вынуждая ее немного отпрянуть назад, опускает чашку в раковину, и, не проронив ни слова, уходит к себе. Отличное начало, Грейнджер!