Буррито с лососем в пшеничной лепешке

Как только перед "Севен-Элевен" остановилась черная машина, все работники гипермаркета, вероятно, напряженно сглотнули. Визит конкретно этого транспортного средства в любой из магазинов не сулил его работникам ничего хорошего. Едва автомобиль качнулся от отдачи ручника, двери отворились, выпуская на парковку трех человек. Даже издалека было видно, как они напряженно обсуждают что-то, жестикулируя в воздухе. Точнее, жестикулировали только двое: неприлично высокий блондин и чуть ли не излучающая свет яркая женщина в прозрачных брюках. Идя по обе стороны от крепкого белого мужчины, угрюмо держащего руки в карманах, они подробно расписывали ему что-то, рубя воздух кулаками и ладонями. Лицо молчащего выражало крайнюю степень не то усталости, не то преисполненности в познании. Компания прошествовала до дверей. Электроника послушно и без шума расступилась перед людьми и те, как по команде, замолчали. Девушка первым делом побежала в уборную, а вот двое мужчин остались на месте, возле рамок. - Ты за тележкой, - бросил Киркманн и тремя широкими шагами скрылся за первым же торговым рядом. Зак не успел даже ничего возразить, оставалось только повести бровями и зашуршать в кармане, выискивая десять центов для замочка на корзине. - Фух, макияж в порядке, - возникла возле Ксански Валентайн и вцепилась в его руку. Он в ответ чуть приподнял локоть, чтобы судмедша могла поудобнее ухватиться. - Да что ему будет, если ты пользуешься водостойкой косметикой. - Альбинос окинул взором центральный ряд и скрипнул зубами. - Да ты, блять, шутишь что ли... Навстречу им, как какой-то национальный герой, гордо шел Йан, неся целые спайки пивных жестянок и сидра. Подойдя к друзьям, он словно в смущении пожал плечами. - Не надо оваций, знаю, знаю, я молодец. Да вот, все важное уже взял. - А ты, я смотрю, уже все решил, да? - В смысле? - Домой кто нас повезет? - спросил его белый, глядя в наглые или бестолковые глаза. Он еще не решил. - А... - блондин задумался и хихикнул. - Ой. После "ой" предложений не было, так что Закария лишь вздохнул и, ткнув друга в грудь, сказал: - Пять минут, чтобы смотаться мне за безалкогольным. Иначе я за себя не ручаюсь. - Да, мой повелитель, - молитвенно сложил исландец руки и уже на бегу добавил, - и за тортом! - Не вынуждай меня прибегать к насилию! - Puedo conseguir un helado? - пискнули сбоку. - Нет. Секунду назад висевшая на руке у Зака Вэл внезапно сменила выражение лица с плаксивого на озадаченное и спросила: - А с какой стати я вообще спрашиваю у тебя разрешения? - Потому что я считаю наши общие деньги сегодня, - спокойно ответил Ксански, рассматривая полку с соусами. - С чего это вдруг? Мы же... - Поверь мне, в итоге платить все равно буду я, - устало вздохнул мужчина. - Иди лучше найди еще одного моего ребенка, пока он не сгреб все сладкое, которое смог найти здесь. Девушка удалилась на поиски Киркманна, а альбинос второй раз за десять минут задумался о существовании бога. Его помощь бы не помешала. Еще вчера в групповом чате развернулось чуть ли не сражение на мечах по поводу того, что нужно будет купить на пикник. Хотя, мечи, по сути, присутствовали, поскольку именно Зак первым не выдержал и отправил в качестве угрозы расправы несколько эмодзи ножей в ответ на очередное сообщение Йана о том, что им жизненно необходим торт с кремовыми розочками. Сейчас, покидав в тележку несколько дой-паков, мужчина терпеливо высматривал в толпе две шальные боевые единицы. Они не заставили себя ждать: Мендоза и Киркманн тащились по торговому ряду со скоростью летней прогулки у озера. Блондин оторвался от разговора со скачущей рядом подругой и махнул Заку пакетом с зефирками. Поравнявшись с мужчиной, он отрезал: - Это компенсация за отказ от торта, не смей выкладывать где-то в овощном, ясно? Белый не стал отвечать, только лишь нетерпеливо махнул рукой в тележку. Сверяясь по списку в смартфоне, он проставил несколько галочек. - Ты очень удачно вспомнил про овощи, кстати. Надо взять. - Огурцы-помидоры? - Йан уже двинулся было в сторону стеллажей, но Зак поймал его за рукав. - Нет, погоди, еще возьми перец болгарский. - И лук, - со знанием дела встряла Валентайн, вызвав смешанную реакцию у обоих мужчин. Мысль озвучил Киркманн. - Тебе лук зачем? - На решетке пожарить, ты чего? Если не будет жаренного лука, все вообще не имеет никакого смысла, - завелась испанка. - Mi día se arruinará irremediablemente, caeré en coma, una desesperación delirante. - Да настругал я тебе полкило лука в маринад к мясу, успокойся, пожалуйста, - почесал переносицу Ксански. - Это так мило, что ты позаботился об этом. Sabía que no me dejarías pasar hambre, - проворковала судмедша, выводя на предплечье детектива ногтем, вероятно, сердечки. Зак уныло оперся локтями о ручку корзины, и сам не заметил, как опять упустил из виду Киркманна. Но тот возник так же внезапно, как и исчез, грохнув в железную сетку пакеты с овощами. - Помидоры, огурцы, перцы, - гордо поднял подбородок мужчина, заправляя золотистые пряди за ухо. Приготовившись отметить галку в списке, Зак бросил короткий взгляд в тележку и вновь поднял глаза на Киркманна. - Йан, тебе сколько лет? - Задавать такие вопросы - моветон, - сложил тот руки на груди. - Ты серьезно считаешь, что пяти помидоров будет достаточно? - Да кто их ест вообще, ни ты, ни я их не любим сырыми. - Сбоку кашлянула Вэл, на что коп с сомнением отозвался. - А ты хочешь сказать, что тебе пяти недостаточно? Девушка почесала бобрик волос и виновато ответила: - Честно говоря, три штуки из этих пяти я съем еще по дороге в кемпинг, так что... - Надо взять воды, - перебил помидорный разговор Зак, обращаясь ко второму детективу. - Сколько? - Ну литров пять минимум, - после мук подсчета выдал белый. Киркманн издал неопределенное хрюканье. - Что значит "минимум"? Ты с этой водой что делать собрался? - Я пью по два литра в день, умоляю. - С вами еще не разговаривают рыбы, ваше королевское высочество, король Атлантиды Нэмор? - съехидничал высокий и театрально поклонился. - С условием того, что из нас двоих за рулем, как мы уже поняли, я, рыбы вероятнее всего говорить будут с тобой, причем уже к середине пикника. Главное, чтобы ты не полез вести в бой свое рыбное войско. Йан добродушно рассмеялся и похлопал друга по плечу. Видимо, разговор о воде вытеснился из его головы шуточками, потому что он вдруг спохватился. - А хлеб? - Это без меня, - вскинул руки Ксански, самоустраняясь. - На ваш выбор. - Вэл? - Ну, - коронерша задумалась и постучала ноготком по зубу. - Вообще, мне нравится здесь томатный хлеб. - У тебя к помидорам что-то личное? - Я родилась на день Томатины, и когда маму забирали из роддома, ей прямо в открытое окно машины в лицо прилетел помидор... - улыбнулась желтая, но ее милое личико тут же начало искажаться от страшного откровения. - Dios mío, tengo una verdadera personalidad con los tomates... Девушка, судя по всему, переживала внеплановый экзистенциальный кризис, поэтому, переглянувшись с блондином, белый сказал: - Ты лучше возьми ей этот томатный хлеб. - Да я вот тоже думаю. Возьму буханку. - Одну? А себе? - Так я нам ее одну и беру, - с одной стороны, Йан, похоже, понимал, что есть какой-то подвох, но с другой, явно сомневался и лишь стрелял глазками по маршруту "Ксански - Хлебный". - Ты мне скажи, у тебя какой-то кретинизм мер и весов? Только честно, я тогда хотя бы все пойму и даже не буду тебя дергать, - наконец сорвался Зак. - Вам двоим абсолютно точно, железобетонно, стопроцентно НЕ ХВАТИТ одного батона, осознай это, я тебя умоляю. - Ой да ладно, если что, метнемся в магаз, докупим, - в раздражении отмахнулся следователь. - Кто? КТО метнется? - уже не сдерживаясь, махал руками белый. - Зак. - Ты собрался пить, у Вэл права на мопед, - Ксански не унимался, даже наоборот: зрачки расширялись, а на шее нехорошо выступила вена. - Брат, ты... - КТО ЖЕ МЕТНЕТСЯ-ТО? ДАЙ УГАДАЮ, О, ЭТО ЖЕ... - ХОРОШО, Я ПОНЯЛ, - зашипел Киркманн и закивал куда-то влево. Гневно и резко повернув голову, Зак встретился взглядом с парой бабушек, матерью и двумя ее детьми и парой работников в зале. Все с опасением наблюдали за мужчинами. Мысли потихоньку выходили из красной зоны, так что альбинос сдулся и выдохнул, зачесывая пальцами белоснежную челку. Он вновь посмотрел на друга и нервно хохотнул. - Ты со мной, сенатор, так не шути. - Лучше? - Да. Иди с богом за хлебом. Сколько надо взять? - Э-э-э, два? - оценив снова хмурящиеся брови друга, Киркманн поправился. - Три. - Молодец. Блондин ретировался даже стремительнее, чем нужно, а Зак занялся выравниванием дыхания. За край рукава кто-то чуть-чуть потянул. Естественно, это была Мендоза, которая до этого молча ждала исхода спора. - Чего ты? Тихонечко, как мышь, она спросила: - А можно мне соломку из морковки? - Конечно. Докатив тележку до холодильника, Зак потянулся к белым пачкам салатной нарезки, но рядом как-то грустно вздохнули. Валентайн стояла рядом, качаясь на каблуках. - Что не так? Смуглая кисть с нарощенными ногтями взметнулась из-за спины, указывая на маленькие розовые пачки детского формата. - Они стоят дороже, а объемом меньше. Ты уверена? Подумай еще раз. - ...на нем котенки. Я хочу с котенками. Вероятно, он бы ей отказал, но "котенки" вместо "котят" очень подло надавили на умиление, и мужское сердце дрогнуло. Стеллажи сменяли друг друга, а тележка все пополнялась. Возле напитков Ксански вручил Йану управление запасами и бросил "погодите, я за водой". Тот послушно присоседился к стойке с холодным чаем, когда Вэл вдруг щелкнула пальцами и сказала: - Мне вообще-то нужен порошок. И губки еще. - Сейчас? - Ну а что, - хмыкнула девушка. - Пока в магазине, можно и прикупить для хозяйства. Домохозяйка ускакала прочь. Ее возвращение с пятикилограммовым пакетом порошка случайно совпало с возвращением Закарии с двумя пятилитровыми канистрами воды. Взглянув на них, Йан сложился пополам от смеха. - А ловко вы это придумали, я даже сначала не понял. Стираться едете? Простите ребята, у меня нет стиральной доски сегодня. Его ужасающие гиеньи вопли провожали их до самой кассы, где как раз удачно закончилась очередь. Кудрявая женщина в годах терпеливо ждала, пока троица выкладывала на ленту продукты. Как только конвейер сдвинулся с места, Йан вдруг перешел на шепот: - Слушай, Зак... - Что? - А нам это, ну... Количество покупок на полосе неумолимо стремилось к нулю. - Что. - Нам нужна туалетная бумага? Сначала он думал, что ослышался, но, повернувшись, Ксански увидел в глазах друга искреннюю обеспокоенность. На лице у старшего следователя появилось ни с чем не сравнимое выражение отчаяния смешанного с укором, то самое, что бывает у матерей, когда их ребенок не оправдывает ни единой надежды на наличие разума. - А вот не знаю, Йан, нужна ли тебе туалетная бумага. Может, подумаешь еще немного, как раз пока не придет время оплачивать? Мучительно прикидывая, Киркманн наконец брякнул "я щ-щ-щас" и помчался в торговый зал. - Куда это он? - поинтересовалась Валентайн, хрустя морковкой. - За бум.., - осекся белый и прямо проследил, как желтая отправляет в рот очередной брусок овоща. - Ты что делаешь, мы еще не заплатили. - Ну так мы же уже взяли, - легко парировала она с громким хрустом. - Я не могу. Я снимаю с себя полномочия, - вскинул руки мужчина. - А вот и я! - радостно вскрикнул подлетающий Киркманн с упаковкой из двенадцати рулонов под мышкой. - Наличные или карта? - скрипуче пробасила кассирша, даже не подозревая, что этим спасла одного высокого человека от физических увечий. - А вот и моя любимая часть, - потер ладони Йан и вытянул перед продавцом три банковские карты. Она непонимающе изогнула бровь, и он пояснил. - Для нас это принципиально важно. Вытяните любую наугад. Работница пожала плечами и выдернула из веера красную. Йан тут же дернул кулаком с шипением "ес-с-с", Зак выдохнул носом, а Вэл запрокинула голову к потолку со словами "cagada-a-a-a". Девушка с досадой ввела пин-код, но аппарат мерзко пикнул. Экран вывел страшное. "Недостаточно денежных средств". - Чего? - возник за ее плечом блондин и осуждающе начал отчитывать. - Мы же договорились: каждый кладет шесть сотен на карту, чтобы вот такого не было. Пять раз обсуждали, трижды... - Sé que, sé que, - занервничала Мендоза. - No entiendo qué pasó. Быстрое исследование счета трясущимися руками показало, что три доллара от положенной суммы очень некстати списались за обслуживание карты. Йан хохотнул, а Вэл как-то даже расслабилась и драматично приложила ладонь ко лбу. - О нет, у меня кажется не хватает нужной суммы, что же нам делать, как же так, - причитала она, поглядывая на Зака из под опущенных блестящих век. - Кто же оплатит эту огромную покупку? Не в силах больше выносить этот цирк, Ксански, не глядя и не меняясь в лице, приложил к счетчику свою карту. Приемка радостно пискнула, вырисовывая на дисплее улыбчивую тележку. Киркманн подобрался поближе к другу и, приобняв его за плечо, потряс: - Спасибо, папочка, снова балуешь нас. Белый повернулся к лучезарному другу и ответил. - В следующий раз я побалую тебя сеткой картошки, которую ты будешь самозабвенно запекать в мундире под костром. Пойдем, Вэл, откроешь багажник. Сбросив чужую руку, Зак быстро подхватил две канистры и направился к выходу. Мендоза с пачкой морковок в руках потянулась к пакетам, но Ксански окликнул ее. - Оставь ему, у тебя руки в еде. Этот довод весьма убедительно сработал на коронершу, так что девушка метнулась вслед другу, оставляя второго позади, наедине с четыремя белыми пакетами, набитыми под завязку. Нагнав Зака на середине парковки, она засмеялась, тыкнув его в плечо. - Мы ведь не вернемся ему помочь? - А ему нужна помощь? - с таинственной ухмылкой ответил ей детектив, открывая машину. - Не думаю, - так же ухмыльнулась ему она. Подумав о чем-то, подружка сказала. - Кстати, я переведу тебе сумму потом. Как вернемся. - Конечно, не стоило и говорить, я не сомневался. - Oh, el espectáculo comienza, - дернула мужчину за край футболки Валентайн. - Ну-ка... - развернулся тот, опираясь об авто и принимая любезно протянутый пакет с "котенками". Хрустя морковкой, докторша и коп наблюдали, как из дверей супермаркета монструозной походкой выдвигается Киркманн, нагруженный сумками и незаменимым блоком туалетной бумаги.