Буррито с лососем в пшеничной лепешке

"Можете завтра меня не ждать", - написал Зак в беседу без каких-либо пояснений и прелюдий. "Ты умер?" - спросил Киркманн со своей вечной скобочкой в конце. "Это было бы милосерднее, но, увы. Я спину сорвал в тренажерке", - констатировал Ксански и красноречиво подытожил информацию эмодзи с классом. Ответ не заставил себя долго ждать: аудио с безумным смехом друга прогремело на всю пустую квартиру белого, который едва мог пошевелиться на диване. Сквозь гиений смех Йан предлагал приехать и привезти пояс из собачьей шерсти, на что больной не выдержал и нажал иконку записи звука: - Да пошел ты знаешь куда, придурок. Пояс свой лучше обмотай вокруг шеи и затяни потуже, - отправил он гневное сообщение и посмотрел на время. Врачи обещали быть в течение получаса, так что ситуация не позволяла начинать возмущаться. Переведя взгляд на экран, Зак увидел пару новых сообщений в виде очередной издевающейся аудио от Йана и сообщений Вэл со смехом и вопросом, нужна ли какая-нибудь помощь. "Ничего не надо, я вызвал доктора". "Вот и славненько", - отписалась Мендоза с зеленым сердечком. Альбинос хотел было заблокировать телефон, как на экране возникло сообщение Киркманна. "Удачи с тем, чтобы встать и открыть дверь, лошара. Я прям чувствую, как ты лежишь на диване, ведь так?" Фыркнув, детектив отбросил дыханием пару белых прядей с лица. "Я по-твоему совсем пополам порвался?" "У тебя диван заниженный, идиотина. Да еще и посреди пустой гостиной. Погоди вставать, я хочу приехать и посмотреть, как ты будешь корячиться, не могу упустить такое шоу". - Говнюк, - произнес Зак и отложил телефон на пол, который действительно находился угрожающе близко. - Я не... Вот только спустив левую ногу на ламинат, коп взбледнул. Вокруг не было абсолютно ничего, обо что можно было опереться и встать. Тем более, из-за того, что он лежал ниже, чем сгиб собственной коленки, путь был только один - вниз. А это только ухудшило бы ситуацию. Побегав глазами от потолка к полу, Зак злобно оскалился и начал шарить рукой в поисках телефона. Тот как сквозь землю провалился, что еще больше злило хозяина, поскольку теперь время внезапно начало угрожающе неумолимо бежать к моменту, когда за дверью будут стоять медики. Смартфон мастерски скрывался от ищущего, и Заку пришлось повернуть голову, отчего в позвоночнике сразу же что-то щелкнуло. - Сука, - зашипел он и от боли, и от того, что обзор не увеличился, и пол так и остался скрыт от взгляда. Стукнув кулаком по ламинату от злости, мужчина резко дернул рукой и кончиками пальцев оттолкнул что-то еще ближе к дивану, почти под него. - О, нет-нет, - в панике шепнул он, а на лбу выступила нервная испарина. На этот раз медленнее, сантиметр за сантиметром, страдалец, наконец, снова коснулся телефона и сумел подкатить его к ладони. Вновь включив экран, Ксански обнаружил отсутствие сообщений в беседе и быстро начал печатать. "Хорошо, я ПРОЕБАЛСЯ, признаю". В ответ на это в диалог прибежала толпа умирающих от смеха эмодзи, и Зак лишь плотнее сжал челюсти. "ХВАТИТ РЖАТЬ, ПРИЕДЬ, У МЕНЯ ВРАЧИ ПОД ДВЕРЯМИ БУДУТ ЧЕРЕЗ ПЯТНАДЦАТЬ МИНУТ". "Кавалерия на подходе, генерал", - вбросил блондин и вышел из сети. Зак нервно сложил руки на животе и в панике посмотрел в потолок, возвышавшийся на добрых три метра. Теперь ему уже не казалось, что время тянется медленно. С каждой новой отсчитанной минутой на электронных часах он чувствовал, как усиливается испарина на лбу. Откуда-то из подъездного коридора донеслись шаги, и он как-то неосознанно сглотнул, надеясь, что это уборщик или та самая "кавалерия". Через двенадцать минут замок входной двери пискнул, и в холл вошло явно несколько человек. Зак бы встал, чтобы увидеть, но он не мог позволить себе такой роскоши. От двери мелодично донеслось. - Помнится, когда-то ты сказал, что дать мне дубликат ключа было твоей, как там, "самой необдуманной глупостью"? Поправь меня. - Я не верю в бога, но ради отца, сына и третьего кого-то-там, заткнись, Киркманн. И вообще, почему так долго? - Мы просто проголодались и решили заехать в Крошку-Картошку по дороге. - Мы? - Нola saludable, mi más sentido pésame al resto, - донеслось со смешком, и белый прикрыл глаза. - И ты, Брут? - Ты шутишь? - возникла над ним голова Вэл, правда, вверх ногами. - Как я могу пропустить такое? Более того, я вообще-то переживаю за тебя. - Как мило. - Ну и еще я принесла камеру, чтобы поснимать, какой ты смешной. - Ах черт. Где-то за спиной девушки проплыл высоченный Йан, с ракурса Зака казавшийся теперь абсолютным титаном. - Тебе помочь подняться? Или долежишь до врачей? - донесся только его молодцеватый голос. - Ты главное дверь открой, когда они позвонят. - Есть, сэр. Будет исполнено в лучшем виде. Валентайн обошла диван и приземлилась на пол, сложив руки рядом с головой альбиноса и уложив на них личико. - Знаешь, моя abuelita рассказывала, что есть классное средство от таких приколов: берешь сначала... - Пучок укропу, потом кош.., - загоготал со стороны кухни блондин. - Вueno cállate! - крикнула в ответ докторша, отчего Зак поморщился. - Так вот, берешь кислое молоко, яичную скорлупу, лимон, соль, все это дело смешиваешь, а потом мажешь на капустные листы и... - Ешь. - Йан, иди сам поешь, хоть будешь занят пять минут, - злобно зашипела Валентайн и повернулась к лежащему. - Не слушай его. Листы надо приложить, как компресс, знаешь. - Спасибо, но нет, мне стало плохо еще на яичной скорлупе. Народная медицина - не то, чему я готов довериться. Я не в таком отчаянии. - Как знаешь. Мое дело сказать. И да, ты не прикладывал лед? - спросила она, отгибая край его футболки. - Нет, я не уверен, что именно случилось, поэтому не стал наперед что-то предпринимать. Что ты там надеешься найти? - Синяк. Потому что если так, то там кровоизлияние, а это плохо. - Пожала плечами судмедша. - И? - Ничего. Только отекло, так что просто надорвал, думаю. Схожу за льдом, хуже не будет. Девушка поднялась и скрылась где-то на кухне, откуда вскоре донеслось: - Он сожрал твой салат! Целый кочан! - Да, я сожрал, - довольный голос Йана, явно с набитым ртом, весело подтвердил обвинение. - Это была пекинская капуста. - Устало уточнил хозяин дома и потер переносицу. - Я надеюсь, ты хоть с чем-то ее уничтожил? - Нет, зачем? Она и так классно пошла, запил только водой из холодоса еще. На губах Ксански заиграла улыбка. - Из синей бутылки? - Э-э-э-э-э, - послышался звук открываемой дверцы холодильника. - Да, синенькой. - Это слабый уксус с содой, я им стол протираю после разделки мяса, но, надеюсь, тебе было вкусно. Воцарилось недолгое молчание, после которого кое-кто активно подбежал к раковине и начал полоскать горло под аккомпанемент женского смеха. Смех приближался, и вскоре рядом снова появилась Мендоза, оборачивающая плоский пакет со льдом полотенцем. Она осторожно подсунула его под спину Заку. - Ау, - скрипнул тот зубами, видимо, от холода. - Не ной, привыкнешь сейчас, зато легче станет, скажешь еще спасибо, - ее тон на этот раз походил то ли на мать, то ли на учительницу в начальных классах. - Я и так скажу спасибо, ты знаешь. В дверь весьма кстати позвонили. Вэл тут же начала раздавать указания. - Йан, открой сейчас же, ты все равно ни чертища не делаешь! - Я не могу, меня отравил мой самый близкий человек, - страдальчески заныл блондин. - Ты был мне как брат, я любил тебя, Зак, как ты мог? - Если ты собрался кони двинуть, так делай это резче, чтобы не отвлекать нас, - крикнул детектив и поморщился, прислоняя спину плотнее к прохладному полотенцу. - Если нет, иди открой дверь или съешь еще что-то, в морозилке сырое тофу есть. Где-то над головой гневно затопали, и вскоре в помещении стало еще более людно. В поле зрения Зака влезла смуглая голова горбоносого санитара. - Ну, чего у вас, сэр? - Спина. - Давайте посмотрим, поднимем вас, для начала. От псевдообиды Йана не осталось ни следа - он сразу же подал другу руку, под вторую того подхватил доктор, и аккуратно потянул. Зак стиснул зубы, но холодное и правда сильно помогло, так что сесть удалось сразу. - Занимаетесь чем-то? - начал расспрашивать врач, шепелявя с явным средневосточным акцентом. Прежде чем пациент открыл рот, Йан вставил: - В свободное от работы время он разгружает вагоны с углем, хобби такое. Доктор перевел взгляд на блондина и изогнул бровь, Зак шумно выдохнул. - Силовые тренировки. Частично, но он прав. - Ну тогда ясно. Я точно уверен, что здесь нет никаких смещений и трещин, стандартная ситуация. - Врач выпрямился. - Лед уже снимает отек, поэтому поприкладывайте еще и воздержитесь от "угля" на неделю. Ну и почаще лежите. Сейчас не то состояние, чтобы бегать, сэр. - Вот черт, он очень любит бегать, зачем же вы так, прям по живому, не отбирайте у него цель жизни, - заломил руки Киркманн, наклонился к другу и погладил по плечу. - Не расстраивайся, дорогой, пробежишь свои двадцать километров в день как-нибудь в другой раз. Закария исхитрился пнуть блондина по ноге ценой шумного вдоха боли. Тот лишь ехидно спрятался за спину Валентайн. Она улыбнулась и пяткой наступила ему на ногу, так что Йан шикнул и согнулся пополам, потирая ступню. - Мы присмотрим за ним, - заверила девушка араба. - Не сомневайтесь. Доктор с подозрением окинул взглядом улыбчивую латиноамериканку, натянуто оскалившегося сзади Киркманна и перевел вопросительный взгляд на Зака. Тот лишь успокаивающе поднял ладонь и покивал, шмыгнув носом. Санитар принял решение не задерживаться в странной квартире больше ни на секунду и быстро ретировался. Как только за ним захлопнулась дверь, блондин пугающе шепнул: - Мы солгали ему. Ты больше не в безопасности. Бойся, Закария-Джозеф Ксански. Альбинос скорбно кивнул и внезапно довольно резво встал с софы, под сопровождение в виде нервных возгласов Йана. - Вот черт! Ты же должен был лежать! - А мне от льда полегчало, спасибо, Вэл, - погладил хихикающую девушку по голове Зак и двинулся в сторону друга. - Доктор сказал тебе лежать! Я же переживаю за тебя! - забежал тот за спинку дивана. - Я теперь лягу только тогда, когда ты ляжешь, дорогой мой, причем не из-за спины. - Будь милосерден, мы же друзья. - Я больной человек с простреленной спиной, я не знаю, что такое милосердие. Наблюдая за этой сценой, Мендоза села на удаленный край дивана и достала, наконец, свою камеру. Вечер обещал быть томным.