Её последнее сердце.

Бэтти ушёл от страдающей Сакуры не колеблясь, как делал это уже не так уж и мало раз, он ни разу не оглянулся, не удосужил её даже сожалеющим взглядом, никаким взглядом, он на неё даже не посмотрел, вечно отводил глаза и уходил прочь. А отдав приказ о том, что девушку нужно перенести в более большую камеру и вовсе возвращался в свои покои и не выходил из них около суток, пока голод и жажда не возьмут вверх над слабым организмом правителя. Так казалось могло продолжаться вечность, но Сакура не бессмертная и через несколько лет, когда маг вырвет её последнее сердце, умрёт. Так думали все: Бэтти, Сакура, их знакомые и целый остров, хоть как-то имеющий понятие о этих двоих. Так думали все, кроме этого человека. - За что ты так со мной? - проносится в голове измученной Сакуры прежде, чем она теряет сознание, падая на каменный пол безвольным телом.

***

Он никогда не сможет открыть тяжёлую дверь без рваного вздоха, он никогда не сможет без предварительной подготовки, вот так улыбнуться знакомым нежно-голубым глазам и прочитать издалека, что же в них такого написано, что она чувствует и в порядке ли она. Но разве его когда-то интересовало, всё это? Бэтти было плевать на эту девушку также, как и на свой народ, также, как и на родной язык востока, также, как и на свою проклятую натуру. Он не знал бед за вечной змеиной улыбкой. Он совершал такие вещи, что ему бы по завидовали небывалые психопаты. Если кто-то и говорил о нем, то говорили, как о безумце, проклятом маге с седыми волосами и холодным взглядом. Все знали, во дворце, с королём лучше не спорить. И именно поэтому сейчас перед его величеством стоит юноша гонец и оправдывается за своё столь ужасное поведение, говоря: - Простите, милорд, я думал, что вы...н-не король... - Значит ты со всеми так разговариваешь, получил место в высшем обществе и к простолюдинам стал относится с пренебрежением? Чему только тебя мой братец учит? Невоспитанности? Или отвратительному поведению перед людьми? Фрейр - высечь. – казалось, что колдун очень зол на этого мальчишку – гонца, но он просто старался показать хоть кому-то, что подобное поведение может стать тягучей ношей на плечах совсем еще молодого парнишки. - Да господин. – мужчина в стражеских доспехах подхватывает под руки мальчишку и ведет по длинным коридорам замка, оставляя после себя лишь звенящий громкий звук ударов меча. А король тем временем набирается сил и с каменным выражением лица, приказывает: - Приведите её ко мне. – слышит один из стражников, приближенных к колдуну и пулей вылетает из кабинета правителя, лишь бы не злить и не раздражать его. Он сегодня не в настроении.

***

Его тонкие запястья украшают красные полосы, поверх них шелка, полупрозрачная ткань и легкий браслет имитирует тоненькую цепочку, сплавленную из серебра, эти отметины слишком хорошо сочетаются с розово-синими руками юноши, который все больше и больше начинает замерзать изнутри. Похолодевшие стены, окна с витражными рисунками цвета небо и золота освещают письменный стол. Он пишет что-то странное, резким, но красивым подчерком выводя буквы одну за другой и резко останавливается, когда слышит знакомый ритм шага в сторону его кабинета. Он слышит едва заметный стук костяшек о дерево, вскакивает со своего стула и отходит к окну поворачиваясь к двери спиной. Его взгляд метается из стороны в сторону, пока он наконец не решается сказать холодное: - Проходите. Её одели в тонкую смирительную рубашку, завязали руки за спиной и закрыли глаза, от чего ощущение ужаса и страха сковывали её как стальной меч. Будто завязанные глаза смогут остановить и холод, и боль, и страдания. Но как только чужие руки нежно дотронулись её лица она отпрянула, потеплела своей жестокой душой, закрыв глаза. Вот только те чужие руки не желали продолжать трогать и лицо, и волосы, они вернулись в холод вместе с белой повязкой для глаз и оставшемся еле слышимым запахом крови. - Зачем? – короткий, казалось бы, простой вопрос, но он был одним из самых сложных для этих двоих, они не знали, как на него ответить и что сказать, чтобы перевести тему, молчание и глаза в глаза, нужен был обоим как воздух, как вода, как жизнь… - Просто так, милая. – как будто у него был выбор сказать что-то другое, гордость и обида в его сердце воскресали с каждым воспоминанием о том дне и не давали спать ночами, а теперь он зовет к себе в кабинет самое главное воспоминание и не знает, как бороться с болью и злостью внутри него. – Можешь оправдываться, я жду. – зачем-то говорит маг явно не хотевший, чтобы ему отвечали. - Зачем? Ты ведь совсем не хочешь слышать что-то о том, что спросил. Просто давай разойдемся и всё, как всегда. Ты ведь просто хочешь меня унизить вот и всё. – ледяной тембр её голоса обволакивает помещение заставляя дрожать и задыхаться от нехватки кислорода в легких. Подсознательно хочется обхватить свои плечи руками от такого тона, но Бэтти сдерживается и не менее холодно приказывает: - Пошла вон, больше я видеть тебя не желаю! – и оседает на пол закрывая глаза, когда дверь захлопывается за девушкой, беслышно всхлипывая. И что он ожидал от этого бессмысленного разговора? Что он мог себе такого надумать пятый год подряд и снова ухватиться за, казалось бы, последнюю надежду которая осталось у него в сердце. В ледяном сердце, где нет место ни красноволосым девушкам ни леденящим кожу глазам. В его маленьком мире фантазий просто не существует подобного пристанища для неё. Не может существовать. В его душе может находится до бесконечности долго лишь боль, одиночество, слезы, паника, злость и страх. Что будут лишь сковывать до безумия и останавливаться на кровожадном взгляде, убийстве, а затем потери сознания. Маг пытается собраться с мыслями и подняться с пола, но ноги не слушаются, отказываясь вообще двигаться по воле хозяина. Ему все время тошно от своей слабости которую он к сожалению, не в силах перебороть. Бэтти может сидеть так часами, а потом как ни в чем не бывало встать и сесть обратно за стол вырисовывая букву за буквой в своем дневнике. Оставляя там свои эмоции и, боль, накопившуюся годами… «02.03.1610 г. - Я сделал это, снова, пятый раз подряд. И каждый раз я скрываю свою боль смехом, так же черт возьми легче. Особенно когда хочешь не смеяться во все горло, а лить слезы. Вместе с ней. Это черт побери глупо! Она мне врёт! Она меня предала! Выбросила, бросила как ненужного котенка на улицу ни с чем. Она была моим всем, домом, пристанищем… Мне пора перестать обманывать самого себя… Что я должен быть сделать? Встать на колени и молить о прощении? Нет! У меня есть гордость, я высокомерный, да. Я стал тогда королем в конце концов. И даже не по своей воле. Это она замарала свои руки в крови, не я. Я всего лишь занял её место, а она… - у сероволосого щелкает в голове переключатель и его идеальный подчерк сменяется на огромные буквы, совсем агрессивные и не ровные, они написаны в ярости, злости от безысходности и боли. – ПРЕДАТЕЛЬ! НЕНАВИЖУ, БУДЬ ТЫ ПРОКЛЯТА ЖАЛКОЕ ОТРОДЬЕ, НЕНАВИЖУ НЕНАВИЖУ НЕНАВИЖУ!!! – юноша наконец-то успокаивается и уже с меньшей злостью выводит линии. - Я обязательно сделаю ей ещё больнее чем мне, она будет страдать намного больше чем я сам, она будет биться в истериках, в предсмертной агонии, а затем умрет от моих же рук. Она обязана умереть от моих рук. Никому не позволю её ранить, только от моих рук она будет истекать кровью, от моих…ни от чьих-то ещё. Никому не позволено пятнать её имя, только я, только я имею на это полное право. Остальные просто мои жалкие пешки, и пусть они только попробуют ослушаться моих приказов, я убью их всех разом, плевать, как и зачем я сделаю это! СДЕЛАЮ!» Из рук падает резное перо со стуком ударяясь о дерево, и он поднимается, опуская глаза в пол. Взгляд черных очей кажется абсолютно пустым, не живым и каким-то бесчувственным. Он будто в дурмане шатается из стороны в сторону, не замечая разлетевшихся по полу бумаг, склоняет голову на бок и демонстративно сжимает своё горло руками перекрывая доступ к воздуху. Шипит по, змеиному, и закатывает глаза в манящей эйфории и боли от удушья. Бэтти падает на пол и устало закрывает глаза пытаясь погрузиться в долгий сон, наполненный сотнями кошмаров и тайн, которые когда-нибудь обратятся и в реальности. Он не хочет сейчас думать вообще о чем-то, но вспоминает образ и подскакивает как ужаленный, пытаясь смахнуть без помощи рук слезы, непонятно откуда взявшиеся. Но он так остро на это реагирует, ненавидя себя как мага, колдуна, простого человека. Он корит себя за подобную слабость и не собираясь больше её терпеть уходит прочь, закрывая свое лицо руками накапливая в своих ладонях слезы. Бэтти направляется в свои покои чтобы взять в руки лезвие, тем самым отчитав себя за оплошность в виде слез. Он не должен был проявлять слабость сейчас. Хотя бы потому что давно пытается забыть события тех отвратительных дней, проведенных в страхе и невыносимой боли от того что он жалок и беспомощен, никогда он не был так слаб как в тот день. И единственным человеком который видел его таким была именно она.

***

Её сердце ещё, казалось бы, никогда не стучало так громко лишь из-за единственного прикосновения этого мага. То, что между ними происходит и происходило почти всегда останется чем-то скрытым и потаённым для всех окружающих. Да и если бы она была честна сама с собой, то могла понять, что они и сами ещё до конца не понимают, что между ними происходит на самом деле. Сакура чувствует себя просто безмозглой, невыносимой девчонкой, которая просто хочет получить то что было изначально не её. Тот же Бэтти… Они встретились на безлюдной улице Уолсмида в рождество, мальчик был избит до крови и выглядел словно выброшенный из дому, маленький котенок которого нужно приютить именно ей, и она приютила. Но в итоге она получила не милого пушистого котенка, а скользкую и мерзкую змею которая впрыскивала свой яд постепенно, не давая понять в какой именно момент он превратился в это отвратительное существо, которое всё ещё нельзя не любить. Или невозможно не влюбиться. Бежать из замка было единственным выходом, и девушка была уверенна, ей позволят сбежать. Он позволит, и это самое главное. Больше Сакуру ничего не волновало и она, не теряя времени побежала прочь, не смея оглянуться назад, ведь вдруг он и в правду стоит за её спиной и смотрит ей вслед потому что будет скучать? Или это просто больное воображение красноволосой и на самом деле Бэтти вновь вернулся к переписыванию бумаг и уже забыл, что та была в его кабинете. Вот только бы они оба поняли, что на самом деле ни один из них не желает другому зла и страданий. Что они в самом деле могут нормально общаться, не используя при этом всякие едкие, язвительные слова в адрес друг друга. Что они на самом деле могут не скрывать то что хранится на страницах их бумаг глубоко в секретном отделении библиотеки замка. Что если бы…они действительно нормально поговорили…всё было бы намного лучше, чем сейчас. Но они не поговорили как нормальные люди. Бэтти просто прогнал девушку, как и всегда это делал и ни о чем не подозревая страдает до сих пор, мучаясь от боли. Это называется судьбой, верно? Темные верхушки деревьев окутывают пространство что называется лесом воронов. Этих птиц здесь много и все они слетаются к одной, одиноко стоящей ели громко каркая. Они так пугающе смотрят на девушку, не отводя своих крошечных глаз что кажется они могут прожечь дыру в её затылке пока она, просто проходила сквозь деревья лишь бы сократить себе дорогу к дому. Но вскоре Сакура замечает, что одна птица выделяется среди всех других. Она почему-то не летит на ту ель, а просто стучит своим клювом о ветку дерева находящегося напротив, как будто просит о помощи красноволосой что стоит очень близко, опасно близко и смотрит прямо на неё. Чёрный как ночь ворон, внимательным взглядом изучает бегущую в сторону запада девушку и всего лишь на миг успевает заметить светло-голубые глаза не присущие восточным девицам и вовсе. Птице было довольно интересно наблюдать за ней, необычная походка, глаза эти странные, и аура недовольного воина говорила, что птице лучше последовать за Сакурой, хотя бы ради интереса, а может и помощи. Он лишь будет незаметным спутником для неё, но никак не отборным питомцем в качестве дорогого украшения, как бы подумали другие. Только вот ворон никак не ожидал что его коварный план раскроют настолько быстро, поняв так как бы на самом деле и хотелось. - Ты заинтересовался мной? – спрашивает девушка вполголоса, зная, что, если позволит себе вольность в словах потеряет прекрасную возможность стать другом очень полезной птицы. В ответ девушка получает быстрые кивки, понимая, что ворон не готов к длительным разговорам. Она шла, не осознавая куда ведут её ноги, Сакура понимала, что изначально хотела пойти на запад чтобы восстановить силы и вернуться в город, возможно она бы смогла поговорить с королём тех земель, но потом не самый длительный разговор с вороном заставил девушку поменять своё решение кардинально, настолько сильно что красноволосая развернулась и пошла обратно, в замок, к своему самому злейшему врагу, прямо в руки. Но сдаваться она и не собиралась, девушка хочет спуститься по каменным ступенькам и пройти в тронный зал, прямо как в своих воспоминаниях, в самое безопасное для её души место. Она хочет посмотреть на то как он работает, перекладывает бумаги одну за другой, как нечаянно задевает своим мешающим рукавом рубахи чернильницу, и ругается себе под нос, говоря: «как можно быть таким неуклюжим». Она хочет увидеть его искренним и настоящим, и ворон это замечает, не собираясь останавливать красноволосую, покорно сидит на её плече, прислушиваясь к звукам вокруг них. Пройти мимо стражников с такой яркой, южной внешностью, да ещё и с вороном на плече оказывается почти невозможным, если только не использовать магию, чтобы скрыть кровавые волосы менее заметными, русыми, а глаза цвета сапфира заменить скучными серыми, ведь чтобы пройти через огромное количество стражи и слуг незамеченной, нужно придумать что-то похожее на оправдание или красивую ложь. Сакура показалась во дворце только что прибывшей с корабля новой лекаркой, доброй и услужливой девушкой, так что никто и не заметил в ней чего-то особенного, что обычной травнице не было по силам – сильная аура магии. Ведь девушка прекрасно могла маскировать и её. Длинные, петляющие коридоры, знакомые витражи, навевающие воспоминания, облезшая краска со стен и любимый уголок с видом на сад, усыпанным синими розами, серебряные окантовки вокруг дверей и пожелтевшие от времени страницы недочитанной когда-то в детстве книги, так и остались лежать здесь, как будто дожидаясь своей хозяйки. Казалось это место никак не изменилось, словно его даже не пытались преобразить пять лет назад, из-за смены правителя, или он просто захотел оставить всё как было, потому что помнил и не пытался забыть. Сиреневый блеск в её глазах и мягкая улыбка, расцветали с каждым новым коридором, с каждой царапиной на белой, давно не крашенной колонне и каждой синей розе в ажурной вазе на старинном окне. Но ей приходится остановиться, тяжёлые двери в главный, тронный зал его величества отворяются медленно и завораживающе, от чего сердце Сакуры стучит куда сильнее чем раньше. Она думает о том узнает ли он её в новом обличии, с новым голосом, внешностью и личностью, сможет ли она оставаться его травницей долгое время и как ей вообще стоит вести себя рядом с ним, ведь Бэтти с лёгкостью может догадаться, что что-то не так, прочитать, и тогда он точно никогда и ни за что не выпустит красноволосую из камеры темницы, заставляя каждый день опускаться на колени перед его ногами, чтобы девушка «знала своё место». Мысли как беспорядочный вихрь, крутятся в её голове с невероятной скоростью, но вопреки всему остаётся одна: «Он не узнает меня, правда?» И король действительно приглашает лекарку пройти и осмотреть его в более подходящем месте, зовя девушку в свои покои, совершено не замечая насколько быстро и громко стучит сердце его новой подопечной, что пришла с прелестным вороном на плече. Сакура чувствует опьяняющий запах крови и удивлённо поднимает голову, утыкаясь в спину его величества пронзительным взглядом пока не слышит насмешливое: - Ты скоро дыру во мне просверлишь, так понравился? - Ч-что вы, ваше величество, да я бы... - голос высокий и звонкий отдается громким эхом в пустующем коридоре. - Я понял, если я не ошибаюсь, то ты Хелен Брук, правильно? - Откуда вы знаете моё имя, господин? – «неужели он даже травниц на наличие холодного оружия проверяет, так тщательно что имена запоминает?» - Не задавай глупых вопросов, мы пришли. - юноша резко останавливается чтобы открыть дверь, как спиной чувствует врезавшуюся макушку девушки, которая не успела остановиться вовремя, чтобы не упасть. Его величество забавляет как морщится девушка, потирая свой лоб от небольшого удара, как потом смотрит с совсем незаметной злобой в глазах и пытается улыбнуться, но не получается. Бэтти хочет прикоснуться к месту ушиба и уже тянется рукой к девушке как её быстрым и отточенным движением останавливают, перехватив запястье и сдавливая его с такой силой, что кажется не самые крепкие кости могут сломаться от такого напора. Они встречаются взглядом и сероволосый на мгновение замечает красный огонёк в её глазах. А в голове незаметно для хозяина прокрадывается мысль: «Это что, Сакура?», но парень и не успевает почувствовать сдавливающей изнутри боли, как его так же быстро, как и схватили, отпускают, с лёгкой улыбкой на губах и опущенным в пол взглядом. Бэтти решает не обращать на поведение девушки особого внимания, поэтому просто проходит вперёд ничего не говоря, поднимая руку в жесте – «я не хочу слушать твоих оправданий» Правитель опускается на свое ложе сминая под собой простыни и подкладывает подушку, чтобы опустить руку на неё в привычном жесте, провести по старым шрамам и открыть никому незаметные новые. Бэтти переводит взгляд, на травницу которая боится подойти поближе или спросить разрешения на это, и короля начинает это забавлять, то эта девчушка и взгляда лишнего боится бросить ему вслед, зная, что он всё равно о нём узнает, то перехватывает руку так, что больные запястья истекают кровью, то вновь, стоит словно невинная, пристыженная овечка. - Раньше ты меня не боялась, так что теперь изменилось, я такой страшный? - его величество лукаво улыбается и левой рукой легонько хлопает по простыням в приглашающем жесте, и смотрит на девушку, как будто хочет прочитать то, что не следует, издалека, без каких-либо прикосновений и слов, ему интересна эта русоволосая, ситуация, обстановка, и как красиво на ней смотрится ненавистное золото, вместе с темно-зелёными травами в тонкой с выпирающими костяшками, руке. «На Сакуре тоже красиво смотрелись золотые украшения». - в его голове проскальзывает очередная мысль о красноволосой и Бэтти мысленно бьёт себя по губам, потому что эта девушка мягко говоря, не заслуживает его внимания, мыслей и образов в его разуме, она не должна занимать его думы от слова совсем, но занимает абсолютно все что можно было и нельзя, почему-то успокаивая ядовитую, белоснежную змею одним лёгким касанием. Правителя вырывает из раздумий прикосновение девушки к запястью и глухая боль, отдающаяся еле заметным шипением со стороны мага. - Нет...просто вы... - девушка не успевает договорить как её наглым образом перебивают, не давая закончить. - Проклятый? - раздражённо хмыкает сероволосый, но не убирает руки, позволяя к себе прикоснуться шероховатым рукам Хелен, а ворону с её плеча внимательно наблюдать за собой, хотя его не очень радовало нахождение подобной птицы в руках такой миловидной девушки, но он же не дьявол, чтобы приказывать избавляться от всего чего только ему не понравится или же будет раздражать. - Н-нет...просто вы...напугали меня, я пыталась защититься... - Сакура внутри билась с огромным желанием, чтобы не запищать от радости и смешанных эмоций которые лились через край, ей хотелось каждый день прикасаться к его величеству, чувствовать его хвойный запах, ощущать его хрупкость в своих руках, защищать его, но ей нужно уйти уже сегодня, ведь завтра во дворце появиться настоящая травница и будет не очень приятно, если красноволосую поймают с поличным. Она должна успеть сбежать до восхода солнца, и мельком посмотрев в окно девушка ужасается, на заднем дворе виднеется фиолетовые лучи чуть-ли не позднего заката, переводит взгляд на разглядывающего её юношу и улыбается краешком губ, возвращаясь к залечиванию новых ран. - И что это только что было? - недоумевает Бэтти, вопросительно смотря на лекарку, которая посмеивается, выбирая травы для отвара, заметно расслабляясь и почти не замечая присутствия короля в помещении, она совсем увлечена работой, что не замечает, как между ними образуется длинная, неловкая пауза, а затем краснеет до самых кончиков ушей всё-таки замечая странный взгляд со стороны сероволосого. - Н-ничего, господин. - срывается с её губ, и девушка краснеет ещё сильнее, потому что произнесенные слова казались ей особенными, даже властными, по сравнению со всеми остальными сказанными когда-то давно, в далёком, забытом прошлом. И чтобы убрать нарастающее напряжение между ними спрашивает, бережно и заботливо обматывая запястья его величества целебными травами, совсем позабыв, что собиралась приготовить отвар для лучшего эффекта. - Вы сделали это сами, совсем недавно, я права? - Сакура поднимает взгляд, получает на свой вопрос ответ, положительным кивком и продолжает. - Но зачем? - видит замешательство в чужих, совсем чёрных глазах и прибавляет. - Простите за своевольность и любопытство, мне... - Чтобы заглушить боль новыми шрамами. - как-то совсем грустно отвечает Бэтти, сам не ожидая от себя такого откровенного диалога, а увидя удивление, в блестящих серо-фиолетовых глазах ухмыляется, продолжая. - Да, даже мне бывает больно. Что ты на меня так смотришь, я такой же человек как ты...просто особенный, вот и всё. - девушка хмуриться, а спустя несколько минут молчания произносит: - И вы не боитесь? – Хелен, незаметно для зорких глаз чародея сминает простынь в маленький кулак. - А чего мне бояться? - со змеиных уст это звучит даже с ноткой обиды и искреннего непонимания. - Я владею огромным полуостровом. Мне бояться осуждения, неповиновения моих слуг? Не думаю, что за пять лет я разочаровал свой народ невыполнением своих обязанностей. - Н-нет, я совсем не это имела ввиду... - склоняет голову Сакура, будто пристыженная перед большим количеством людей девочка. - Тогда что же? - королю этот разговор начинает нравится ещё больше, с каждой минутой он чувствует себя комфортнее, рядом с этой травницей ему свободно и легко, правитель невольно закрывает глаза от усталости и видит кристально-чистые голубые камешки, напоминающие ему сапфиры, резко распахивает очи и отдергивает руку от лекарки, и вновь закрывает глаза, перед ним снова воскресает образ красноволосой и Бэтти выдыхает с облегчением, ему просто показалось, а затем наблюдает за девушкой, которая в недоумении смотрит на господина, не зная куда деть свои руки, она кладет их на колени и ждёт действий со стороны сероволосого. Они оба выжидают чего-то со стороны друг друга, но никто не решается, молчание угнетает, нарушает их внутреннее спокойствие, но они продолжают молчать, как будто, так и нужно, как будто сейчас им не куда торопиться, они одни и им никто не помешает. Но травница должна успеть доделать свою работу и уйти, поэтому сама берет руку короля в свою, кончиками пальцем обводит новые порезы и шрамы, а затем поднимается, собирает свои травы в небольшую сумочку из кожи, и беслышно ускользает от глаз новоиспеченного правителя, оставляя после себя лишь слабоватый аромат трав и записку, которую король не замечает до самого утра, так и не сомкнув глаз, залеченные раны бесследно исчезнувшие, вместе с лёгкими шершавыми прикосновениями грубой кожи, которые король тоже старается не замечать, но не смотря на все противоречия в своей голове пытается соскребсти эти касания при этом не оставляя никаких ран, но не получается, сдерживать слёзы не получается, сдерживать гнев, злость, раздражение, эмоции сдерживать совсем не получается. И он плачет, второй раз за этот день, по его щекам текут кровавые слёзы, они наполнены болью, горечью, искренним непониманием и внутренним ощущением пустоты, которое может заполнить только один человек. Сколько бы он не провёл ночей с понравившейся ему девушкой или парнем, он не мог забыть эти два сапфира, шелковистые, алые волосы и звонкий, смеющийся голос самого настоящего воина, он никогда не сможет признаться самому себе что скучает по Сакуре, что хочет забыть свою ненависть и крепко прижаться к её телу, заплакать на таком родном плече, он хочет провести с этим человеком огромное количество времени, хочет чтобы на их счёту были бесчисленные разговоры ни о чем, но просто утыкается носом в подушку, громко всхлипывая, потому что знает...она там, за дверью, слушает как он плачет, знает что она плачет тоже, прикрывая рот рукой, чтобы было неслышно, но все равно не может развернуться и встать с кровати, чтобы открыть засов, впустить и обняться, так как и хотелось, но уперто ждёт утра, чтобы впустить в покои служанку и забыть, пока не находит, и не разворачивает свернутый в несколько раз исписанный еле-разборчивым подчерком листок. «Тебе очень идут шрамы, но только те, которые остались от меня. Когда я приду к тебе в следующий раз, мне бы не хотелось видеть новые раны и вновь стирать твои старые. Если ты хочешь боли или страданий, просто найди меня, и я сделаю тебе в тысячи раз больнее чем затупившееся лезвие. Не смей больше брать в руки кинжал, тебе не идёт золото.» На его губах расцветает безумная улыбка, яркими пятнами застилаются неровные буквы, и маг падает на колени по громкий вскрик служанки которая моментально оказывается рядом, чтобы предложить мешающую и ненужную сейчас помощь. Бэтти в панике обхватывает своё лицо руками и громко, отрывисто кричит, напрочь игнорируя чужие, казалось бы, важные крики на фоне своих, они наполнены ядом, страданиями и искушающей болью, что окутывает колдуна с ног до головы останавливаясь прямо в сердце отдавая сильной пульсацией в голове сейчас юноша в таком состоянии что себя еле может расслышать, почувствовать холодный мрамор под своими коленями, ведь перед глазами застыл один единственный образ: всё ещё красивое, наполненное эмоциями лицо красноволосой. Сероволосый отчаянно не выпускал из рук скомканную записку, истошно выл, как будто ждал что она вернется, прижмет к себе, прямо как в затуманенном прошлом и станет успокаивать, нежно поглаживать по спине сквозь шелковистую мягкую ткань и шептать ему на ухо кроткое «тише», что она не заставит себя так долго ждать. Он хотел увидеть её, прикоснуться, крепко обнять, чтобы она никуда и никогда больше от него не сбежала, вдохнуть такой родной аромат и томно выдыхать только её имя и ничьё другое, потому что его уста и весь он принадлежит только ей одной. Его безумное состояние переходит рамки понимания столпившихся вокруг него многочисленных слуг и стражников, прибежавших на крики о помощи и самого короля, который срывал голос, но продолжал отчаянно кричать. Казалось бы, его величество мог продолжать так до конца своей жизни, пока у дверей его покоев не появляется русоволосая макушка лекарки, которая просит стражу отойти как минимум на пять метров от мага, иначе его магия от нестабильности организма может выйти из-под его контроля. Вот только девушка совсем не ожидала крепкой, властной хватки на своём запястье и блеска в почти черных глазах сероволосого. Крепких объятий и чужого носа в изгибе шеи, после которого последовал сильный толчок и громкое: - Ты не Сакура, убирайся прочь!!! – слуги ошарашенно смотрели на своего господина, ведь они прекрасно понимали, что король бредит, что на самом деле перед ними стоит совсем не похожая на бывшую госпожу девушка лекарка, прибывшая только вчера, отосланная с запада. Что Сакуры здесь не было ещё с прошлого утра, потому что ей спокойно дали сбежать куда-то глубоко в чащу, после недолгого разговора с его величеством, поэтому они совсем не понимали такого поведения сероволосого, реакции на новую травницу и колкого взгляда который прожигал до костей. - Ваше высочество, успокойтесь – раздаётся эхом по всему помещению, женский, звенящий голос от которого кровь застывает в жилах, от которого даже не мало повидавшие на своём пути стражники вздрагивают и вместе со служанками оставляют травницу наедине, вместе с королем, на всякий случай оставив пару самых сильных мужчин прямо перед дверьми покоев его величества. А Бэтти тоже прошибает как ужаленного, он вновь падает на колени, прижимает к сердцу листок, будто пытаясь защитить самое дорогое что у него осталось от умершего человека и просто смотрит в пол, никакого блеска или же желания жить в его глазах напрочь отсутствует, а когда маг чувствует на своём плече чужую, нежную руку отдёргивает её от себя, не давая даже намека на разрешение прикоснуться. - Послушайте, я не хочу причинять вам вред. - Бэтти закрывает уши руками и мотает головой из стороны в сторону, показывая, что не хочет даже слушать травницу, но та настойчиво продолжает говорить. - Его высочество, пожалуйста, выслушайте меня. - Хелен всеми силами пытается заглянуть магу в глаза и в конечном итоге ему приходиться сдаться, ведь напор юной девушки не ослабевает и на миг и он позволяет лекарке дать себе снадобье, чтобы наконец заснуть после бессонной ночи и укрыть одеялом, и только после ухода русоволосой поворачивает голову к плотно закрытой двери и достает золотой кинжал, чтобы по привычке нанести себе новые увечья, но вовремя вспоминает о написанном Сакурой и словно покорный слуга кладет сталь обратно, укутывается, зарываясь головой в мягкую ткань и засыпает в плоть до обеда, пока его не приходит будить та же служанка, что застала мага первой в таком отвратительном состоянии утром.

***

Когда перед ней захлопывается дверь, она оседает на пол маленьким комочком, притягивает колени обнимая их своими руками и утыкаясь где-то между ними жалобно скулит загнанной в клетку птицей. Её сердце готово выпрыгнуть из груди, Сакура была близка к тому чтобы не заплакать прямо перед магом, раскрыть свои истинные эмоции были с родни пыткой, недостигаемой целью, самым сложнейшим испытанием которое она к великому сожалению прошла на отлично, и, если бы её стойкость увидел дорогой учитель он бы заплакал от того насколько сильно выросла его девочка и как прекрасно она сейчас запутала одного из сильнейших колдунов этого полуострова. Вот только даже такие мысли не спасали красноволосую от желания вернуться, успокоить, обнять, послать к чертям проклятую гордость и сказать три давно забытых слова любви. Её взгляд мутнеет от скатывающихся по щекам слёз, они капают на колени, запястья, но девушка не замечает этого продолжая вслушиваться в всхлипы за тяжелым засовом двери и закрывает ладонью рот в немом крике. Как давно она не слышала этого режущего иглами отрывистого дыхания, тихого шепота, такой же тихой мольбы и пронзающего душу звука разбившейся об простыни слезы. В голове щелкает забытый механизм, и Сакура вскакивает, не забыв прихватить с собой одну синеватую розу на память уходя прочь на неопределенное количество времени из родного дворца. Страх окутывает сразу, не заставляя ждать как обычно, просто нарастает с невыносимой скоростью, задевая всё самое сокровенное где-то глубоко внутри, ей хочется разорваться и побежать в две совершенно противоположные стороны одновременно, но это настолько невозможно, что тело начинает предательски дрожать, а ноги подкашиваться и девушка падает на колени едва успев забежав в чащу темного, извилистого леса, чтобы спрятаться неизвестного от кого и сорваться на протяжный, казалось слышимый даже на другом конце континента крик, ужасающий, болезненный, наполненный такими страданиями, что хочется и вправду удивиться как её сердце смогло выдержать всё это давление, весь этот ужас, все эти казни и отвратительно-пренебрежительное отношение к себе. Сакура не знает, что ей делать, как поступать, жить дальше, ведь внутри такая пустота, не хочется совершенно ничего, безжизненный отстраненный взгляд и совсем не вписывающийся в её образ чёрный ворон, который так и не отлипал от плеча красноволосой. Взгляд упрямо направлен вниз, на ноги, и девушка не замечает протянутой мужской руки, а затем и монотонного голоса, сообщающего о присутствии человека подле неё. Она не замечает, как незнакомец присаживается рядом и с нескрываемым, жадным интересом смотрит прямо на неё, Сакура погружена в свои мысли слишком сильно и не понимает, что происходит вокруг, но отчётливо чувствует чужое, осторожное прикосновение со стороны мужчины к её, уже покрытой мокрой дорожкой слёз, руке. - К-кто вы такой, отойдите от меня! – срывается на крик травница и грубым толчком отталкивает, пытается сбежать, как её разворачивают к себе уверенным движением и хватают ледяной рукой за подбородок заглядывая прямо в холодные глаза. – Отпусти меня… - сквозь зубы шипит красноволосая и продолжает пытаться вырваться пока не ощущает острую боль в изгибе шеи и впивающиеся в кожу клыки, девушка просто не заметила этого хищного, голодного, кроваво-алого взгляда, направленного прямо на неё. - Отвратительно. - сплевывая прямо на землю почти черную кровь девушки пробормотал вампир, а заметив хитрую улыбку Сакуры и её прожигающий взгляд упал на колени, совсем не чувствуя своих ног. Девушка же опустилась прямо перед ним и сверкнув алым отблеском медленно и холодно произнесла: - Тебя разве не учили, что кровь демона ядовита? – лекарка лишь усмехнулась, когда на неё подняли непонимающий, полный испуга и негодования взгляд. – И что ты так на меня смотришь? – тихий издевательский смешок было последним что видел этот вампир перед самой мучительной смертью, казалось незнакомца можно было убить совсем по-другому, пронзив сердце, например, но куда лучше на него подействовала такая горькая, наполненная ядом кровь демона.

***

Бэтти просыпается от легкого тормошения в плечо, мягкий, окутывающий с ног до головы запах лекарственных трав не даёт магу окончательно прийти в себя, он приподымается и протирает красные, опухшие глаза, то ли от слёз, то ли от совсем не долгого сна. Но маг не собирается протягивать руку к ждущему его отвару, не реагирует на слова служанки о том, что его нужно обязательно выпить, ведь: «Так сказала ваша новая травница, господин.» Колдун протягивает в своей обычной, усталой манере: - Позови её. – и не собирается вставать с удобной, комфортной кровати, хотя понимает, что его ждут люди, он обязан, у него назначены встречи, Бэтти изредка поглядывает в окно, ослепляющее солнце, красивые витражи, ловит себя на мысли что всё ещё её ждет, а потом вспоминает о греющей душу записке. Достает из-под подушки и читает нежно держа в руках, словно это не простой листок бумаги, а единственное в своём экземпляре сокровище, улыбка и решительность во взгляде не хочет уходить с лица. А когда служанка приводит травницу и покидает королевские покои маг спокойно встаёт и вплотную подходит к девушке, берет её ладонь в свою и закрывает глаза, теплая улыбка спадает. На её место приходит хмурое выражение лица и согнутые внутрь брови, из-за чего появилась морщинка, которую Хелен так и хотелось разгладить пальцем, но она покорно стояла и вслушивалась в чужое ровное дыхание и грела своей рукой посиневшую от холода кожу незаметно поглаживая кончиками пальцев. - Я разочарован. – слышит девушка перед тем как маг открывает глаза и нечитаемым, казалось бы, равнодушным взглядом смотрит на губы, а затем и вовсе накрывает их своими.