Вопреки всему

Солнце стояло высоко над Запретным лесом, но яркие лучи уже не согревали своим теплом. Ноябрь вступил в свои права, принося с собой холодные порывы ветра и первые заморозки. Трава давно потеряла краски, а по утрам покрывалась хрустящей корочкой инея. Остин поплотнее натянула ворот свитера, закрывая шею, и пошла в сторону замка. Ветер трепал ее темную мантию, заставляя ежиться от холода. Занятия были в самом разгаре, она не встретила на своем пути ни одной живой души. Холл был пуст, только издалека доносилось пение Пивза и бренчание доспехов. Очевидно, он вновь готовил какую-то шалость для зазевавшихся учеников. Стоило ей подойти к дверям Большого зала, как она удивленно вскинула бровь и резко остановилась, словно налетев на невидимый барьер. Тяжелые деревянные рамы были приколочены к стене, а новые декреты об образовании пестрили яркими заголовками. — Упразднение студенческих кружков, обязательная регистрация любых внеучебных организаций… — тихо прошептала Асти, скользя взглядом от одного декрета к другому. — Преподавателям запрещено сообщать какую-либо информацию, не относящуюся к предмету… немедленное исключение любого студента, уличенного в хранении журнала «Придира»… Что? Остин нахмурилась, не веря до конца в правдивость написанного. Министерство окончательно скатилось с катушек. Кажется, она многое упустила за время своего отсутствия. Бросив еще один взгляд на стену, Асти попятилась назад и, развернувшись, направилась в сторону подземелий. Сначала ей необходимо было убедиться, что Северус в порядке, а затем следовало побеседовать с Дамблдором. Но стоило ей сделать всего несколько шагов вниз по широким ступеням, как тишину нарушило противное, но такое знакомое покашливание. — Кхе-кхе. Долорес Амбридж остановилась на пару пролетов ниже, по всей видимости ожидая, пока Асти спустится к ней. Ее розовая мантия и бант в волосах казались еще более нелепыми в полумраке лестницы. На короткое мгновение Остин замерла, а потом продолжила путь как ни в чем не бывало. Была бы ее воля, она бы и вовсе проигнорировала присутствие этой особы, но правила приличия все же заставили ее остановиться в паре ступеней от нее. — Мисс Остин, — елейно протянула Амбридж. — Как давно мы не видели вас в замке. Вашему свободному графику может позавидовать сам министр. — Ну, что вы… мисс Амбридж, — улыбнулась в ответ девушка. — Уверена… — Профессор! — резко поправила ее Долорес, а маленькие темные глаза ведьмы вспыхнули гневом на мгновение. — Простите, профессор. Уверена, министру есть чем заняться и без моего графика работы. Количество новых декретов об образовании удивляет. Кажется, за последнее столетие не было такого количества изменений, как за пару месяцев сейчас. Вы очень плодотворны. — Крайние ситуации требуют крайних мер, мисс Остин. Мы стараемся делать все, чтобы не допустить упадка такого старинного учебного заведения. А что в это время делаете вы? Как помощник директора может осуществлять так называемую помощь, не появляясь в замке? — Моя работа с профессором Дамблдором касается только меня и… профессора Дамблдора. К счастью… я его помощник, а не ваш. Если у вас есть какие-то вопросы, мы можем встретиться и обсудить их. Я с удовольствием представлю вам всю отчетность, а сейчас… у меня есть более важные дела, чем вежливая беседа. Прошу меня простить. Асти сделала шаг, желая обойти застывшую розовую фигуру, как неожиданно Долорес схватила ее за руку. К удивлению, хватка была цепкой, как у паука. Короткие пальцы с силой сжали предплечье. — О, мы обязательно поговорим, не сомневайтесь в этом. Убедившись, что преподавательский состав достоин работы здесь… и существенно проредив их ряды, я доберусь и до вас. — Буду ждать, ми… профессор. Одернув руку и наградив Амбридж ледяным взглядом, Асти поспешила вниз. Ее единственное желание было сбежать как можно быстрее, раньше чем она успеет сказать какую-нибудь глупость. Желание проклясть эту особу было невероятно сильным, с той самой первой встречи в Министерстве между ними проскочила черная кошка. Она чувствовала исходившую от нее опасность, невидимую, неосязаемую, но проникающую под кожу темными щупальцами. Единственное, в чем Асти была уверена, — эта женщина еще сыграет свою роль, что-то непременно произойдет, и ничем хорошим это не обернется. Интуиция редко ее подводила. — Если вы хотите застать профессора Снейпа, смею вас огорчить, его нет в замке, — раздался за спиной громкий оклик. Асти продолжила свой путь, а голос за спиной становился все тише и тише. — Очевидно, свободный график в стенах этой школы — норма. Но мы это исправим. Асти не оборачивалась. Внутренности сжались в тугой узел, несмотря на всю ненависть к этой министерской выскочке, в глубине души Асти знала, что она сказала правду. Покои Северуса были пусты, а заправленная постель и потухший камин говорили о том, что он здесь не появлялся минимум сутки. Побродив из комнаты в комнату, она направилась к директору. Узел внутри затягивался все сильнее.

***

Стоило Асти переступить порог кабинета директора, как ее окутала аура спокойствия. Тишину нарушало лишь мирное жужжание серебряных приборов на полке, тихий ход часов на стене да посапывание портретов. В воздухе витал запах мяты и чертополоха, а яркие солнечные лучи оставляли на полу причудливые вытянутые тени. Высокое резное кресло было пустым, только феникс дремал на жердочке, спрятав огненно-красную мордочку в ярком оперении. — Здравствуй, Асти, проходи, — Остин вздрогнула, не заметив застывшую около окна фигуру Дамблдора. Директор стоял к ней спиной, задумчиво глядя вдаль. Асти сделала несколько шагов в его сторону, остановившись за спиной. За окном раскачивались на ветру верхушки многовековых сосен, из трубы домика Хагрида валил дым, а сам лесничий методично колол дрова. Казалось, директора мало волнует ее присутствие, его взгляд блуждал по пейзажу за окном, а пальцы медленно покручивали седую бороду. — Северус все еще не вернулся… — тихо сказала Асти, ее голос мгновенно осип, стоило лишь сказать слова вслух. Дамблдор молчал. Слишком долго. А потом тяжело вздохнул, повернувшись к ней в пол оборота. Только сейчас Асти заметила, что выглядел директор не очень хорошо: под глазами залегли тени, а изрешеченное морщинами лицо выглядело бледнее чем обычно. — Нужно ждать. Северус не первый раз задерживается. Мы ничего не можем сейчас сделать. — Я волнуюсь, а вдруг… — Он справится. Дамблдор вновь отвернулся, минутная тревога в голубых глазах испарилась, взгляд вновь устремился на далекие холмы, почти скрытые за серыми облаками. Асти недовольно поджала губы. Конечно, легко говорить об этом, сидя в замке. Справится, но какой ценой? И когда наступит тот момент, когда этого не случится. Рано или поздно, это может произойти. Что тогда? — Ты уже говорила с Гарри? — спросил Альбус, вырывая ее из собственных мыслей. — Еще нет, хочу поймать его после занятий. Что-то случилось? — Ничего такого, о чем тебе бы стоило волноваться. Я хочу напомнить тебе про наш уговор. Гарри не должен знать о деятельности Ордена, о пророчестве и… иные сведения, которые могут навредить нам всем. — Вам что-то известно о его снах? Что-то еще случилось? — нахмурилась Асти, она мгновенно напряглась. — Нет. Просто не хочу, чтобы ты забывала. Это очень важно. Возможно, самое важное из того, что нам нужно сейчас делать. Я не говорил с Гарри с прошлого года. — Почему? — Еще мне стало известно, что некоторые студенты… создали так называемую организацию и совместно изучают магию, оттачивают использование заклинаний, запрещенных в классе. Асти нахмурилась. Опять эти секреты. От нее не укрылось, что Дамблдор сменил тему, но разбираться сейчас с этим было выше ее сил. — Это как-то связано с декретом об образовании? — Наш многоуважаемый инспектор подозревает, что студенты могут объединяться и совершать те действия, что так не угодны сейчас Министерству. — Какие? — невесело усмехнулась Остин. — Колдовать? — Защищаться. Думаю, ты понимаешь, кто был инициатором создания данной организации. Асти промолчала. Все было понятно. — Помоги им. — Что? Я видела Амбридж, она интересуется моим отсутствием в школе. Не думаю, что я задержусь здесь надолго, она найдет, как перекрыть мне доступ в школу. — Сейчас у нее много дел и без тебя. А потом… будет потом. Нужно использовать время, что у нас есть. Ребятам нужна твоя помощь. Они встречались в Кабаньей голове, ты же понимаешь, насколько это опасно? Остин сделала шаг к окну и прислонилась спиной к каменному выступу. С этой стороны была хорошо видна дорожка, ведущая в Хогсмид, утоптанная сотней ног и пожелтевшая с приходом осени. Мысли о Северусе вновь кольнули в груди. Долго. Он не возвращался слишком долго. — Он вернется, Асти. Я уверен. Остин подняла взгляд, ее лицо ничего не выражало. Глаза были пустыми. События минувшей ночи навалились на нее с новой силой. Она знала, что не может ничего сделать. И это было хуже всего. Что может быть мучительнее ожидания? Когда каждая минута растягивается, словно жвачка, время будто останавливается, секунды превращаются в вечность. Все, что она могла сейчас, это ждать... и верить. Как бы мучительно это ни было. Асти молчала. Небо за окном потихоньку затягивало серыми тучами. Хагрид уже закончил колоть дрова и сейчас укладывал поленья в маленькую кучку, пока Клык рядом заливался громким лаем, отпугивая ворон. — Вы не говорите мне всего, потому что не доверяете? — внезапно абсолютно спокойным голосом спросила Остин. Взгляд пронзительных голубых глаз встретился с карими. Ей не нужен был ответ, в глубине души она знала, что это правда. В целом, Асти даже могла его понять. В некоторые моменты она сама себе не доверяла. И неясный магический выброс, необъяснимая всепоглощающая ярость, что иногда вспыхивала в ее душе, были тому доказательством. Они обязаны были перестраховаться. Слишком многое поставлено на карту. — Я все понимаю, — первой прервав зрительный контакт, сказала Остин. Она заправила за ухо волосы и отвернулась. Впервые в жизни Асти не почувствовала ни обиды, ни злости, ни разочарования. Так будет лучше для всех. Она избегала его взгляда, хотя чувствовала, что директор не сводит с нее глаз. — Я пойду. Поговорю с Гарри.

***

Уроки закончились, студенты рассыпались по коридорам, словно разворошенный улей. Стоял невообразимый шум. Асти пыталась протолкнуться среди сплошного потока учеников, выискивая в толпе знакомые макушки. Наконец в разноцветной массе мелькнули каштановые кудри. Прибавив шаг, Остин успела поймать Гермиону за руку. — Ой, Асти. Ты меня напугала, — воскликнула Грейнджер. — Привет, Гермиона. Прости. Где Гарри? Мне нужно поговорить с ним. — Они с Роном наверное уже отправились на ужин. Позвать его? — Я буду ждать вас у себя в комнате. Приходите после ужина. — Хорошо. Все в порядке? — Гермиона нахмурилась, с беспокойством глядя на нее. — Ты чем-то встревожена. — Ерунда, — устало пробормотала Асти, голова ужасно раскалывалась, а мышцы противно ныли после ночных приключений. Действие обезболивающих зелий сходило на нет. — Все в порядке. Беги на ужин. Я буду ждать вас у себя. Внезапно глаза Грейнджер испуганно расширились, она судорожно вздохнула, словно увидела привидение. Асти непонимающе нахмурилась, но стоило девчонке потянуться к собственной шее, быстро все поняла. Черт. — У тебя… там... Асти спешно поправила воротник, мысленно ругая себя за беспечность. Она так и не избавилась от следов на шее, сама не зная почему. Ей хотелось оставить их как напоминание собственной глупости, отчаянности или смелости. Смотря, как на это посмотреть. — Все в порядке, — снова повторила Остин, пытаясь успокоить ее. — Но... — Никаких но, Гермиона, — раздраженно одернула ее Остин и тут же прикусила язык. Ее собственная беспечность не повод срываться на девчонке. Сделав глубокий вдох, она постаралась сгладить углы. — Со мной все в порядке. Это недоразумение. Беги, я буду ждать вас у себя. И, Гермиона… не говори никому. Пожалуйста. Грейнджер обеспокоенно кивнула. Слова Асти ее явно не убедили. Бросив на нее еще один встревоженный взгляд, Гермиона умчалась в Большой зал. — Профессор Остин. Асти обернулась. За спиной, словно статуя, стоял Драко. Руки в карманах, изумрудный галстук небрежно болтается на шее, а легкий джемпер обтягивает фигуру. Он изменился. Вырос. Стал еще больше походить на отца. Образ Малфоя старшего, стоящего на краю обрыва в Северном море, яркой вспышкой вспыхнул в сознании. — Я больше не профессор, — на автомате ответила Остин, отходя в сторону. Коридор постепенно пустел, но вокруг все еще было слишком много людей. Драко хмыкнул и небрежно пожал плечами, словно ему не было до этого дела, а потом с насмешкой поинтересовался. — Что такого ты сказала этой выскочке, она убежала от тебя как от призрака? — Тебя это не касается, Драко. И сбавь тон, — одернула его Остин, поплотнее запахнув плащ. Ей хотелось вернуться в подземелья, гул в ушах все нарастал. Ей срочно необходимо было обезболивающее зелье и сон, но провалиться в царство Морфея было непозволительной роскошью. — Ты что-то хотел? Или просто решил поболтать? — Еще чего... — скривился Малфой. Он чуть развернулся, быстро оглядевшись, а затем сунул руку в карман и вытянул оттуда помятый темный конверт. — Мать просила передать. Не знаю, что тут. Асти забрала конверт, тут же спрятав его в карман, и кивнула в знак благодарности. Что такого хочет ей сказать Нарцисса, что решилась передать письмо через сына? Что-то случилось? Вдруг это как-то связано с Северусом? Мысли одна хуже другой промелькнули в голове. Но слова Малфоя быстро вернули ее в реальность. — Тебе стоит быть осторожнее. — Что ты имеешь ввиду? — непонимающе спросила Асти, внимательно посмотрев в серые глаза парня. Драко смутился. Он отвернулся, с интересом разглядывая шершавую поверхность стены, а потом пожал плечами, словно и не было этих слов. — Ты сама знаешь. Ну... мне пора. Счастливо оставаться. И круто развернувшись, он поспешил прочь. Асти несколько долгих секунд смотрела ему вслед, пока белобрысая макушка не исчезла в толпе. Все это было очень странно.

***

Через полчаса Гарри влетел в комнату Асти, громко хлопнув дверью, и заключил ее в крепкие объятия. Ребра противно затрещали, отчего она болезненно поморщилась, но обняла брата в ответ. — Где ты пропадала? Я начал волноваться. Что происходит? Есть какие-то новости? Асти с трудом выбралась из кольца его рук, стараясь сохранить лицо. Тело все еще ныло от легкой боли, а зелье пока не подействовало. Пустая склянка из-под снадобья поблескивала на тумбе. — Все в порядке. Ничего такого, что вам троим стоит знать, — Асти отошла к кровати, на ходу бросив бутылек в урну, и плюхнулась на подушки. — Я читал новости про Азкабан, сегодня утром. Это правда? Они сбежали? — Да. К сожалению, правда, — рука Асти неосознанно потянулась к шее, но она вовремя себя одернула. — Садитесь, — махнув в сторону постели, сказала она. Поттер покачал головой и взъерошил волосы. Рон уселся на диван, подбирая подушки и уместив их на коленях, Гермиона робко опустилась рядом, а Гарри так и застыл посреди комнаты, пылая от возмущения. — Они обвинили в произошедшем Сириуса. Это так глупо, — пробормотал Уизли. — Отец всегда говорил, что Фадж немного странный, но сейчас… — Расскажите мне лучше о другом, — она обвела строгим взглядом троицу и продолжила серьезным тоном. — До меня дошли слухи о некой... организации учеников… — Откуда слухи? — пискнула Гермиона в ужасе. Ее виноватое испуганное лицо говорило само за себя. Над конспирацией ребятам еще следовало поработать. Асти многозначительно подняла бровь и перевела взгляд на Гарри. Долгий зрительный контакт всегда был отличной тактикой при допросах. Ребята стушевались. Краем глаза она видела, как Рон заерзал на месте, а Гермиона потупила взгляд. — Ой, не смотри так! — Поттер виновато отвернулся, глядя на огонь в камине — Ты на Снейпа походишь. Такое чувство, что мы котел взорвали. Асти закатила глаза от нелепого сравнения, а Гермиона тихо прыснула. Повисла напряженная тишина. — Откуда слухи? — снова повторил Рон, прервав их молчание. — Во-первых, если хотите организовать что-то… нужно собираться не в Кабаньей голове. Полторы дюжины студентов в трактире, куда не каждый взрослый сунется… вы серьезно? Во-вторых… даже у стен есть уши. Выкладывайте. Следующие полчаса ребята наперебой рассказывали о том, что происходило эти недели в школе. Об уроках Амбридж, о запретах в изучении магии, инспектировании учителей и создании дружины. — А еще она назначает наказание Гарри, — внезапно сказала Гермиона, избегая взгляда Поттера. — Какое наказание? — За то, что он ей перечит на уроке. — Гермиона! — выругнулся Поттер. — Я же сказал, не надо об этом! — Гарри! Ты должен рассказать. Это неправильно. Гермиона резко встала с дивана, отбросив маленькую разноцветную подушку, и в пару шагов оказалась рядом с ним. Дернув друга за руку, она повернулась так, чтобы Асти увидела тыльную сторону его ладони. Поттер запротестовал, но было уже поздно. Сморщенная кожа на ладони все еще имела розовый оттенок, Асти открыла рот, но слова застряли где-то в горле. А знакомое чувство обожгло внутренности. — Она совсем с ума сошла! — воскликнула Остин, соскакивая с постели. Гарри отдернул руку, натягивая рукав мантии на поврежденную кожу, и попятился назад. — Плевать, ерунда. — Это не ерунда! Я не оставлю этого так. Руки задрожали. Она тяжело дышала, изо всех сил стараясь сдержать нарастающую, словно лавину, ярость. Ее буквально потрясывало от гнева. Будь Амбридж сейчас рядом, она бы непременно ее прокляла. Как она посмела? Как посмело Министерство выступить против них таким образом? Заставить его молчать, вырезая эти гнусные слова прямо на коже. К горлу подкатила противная горечь, кончики пальцев обожгло, а несколько светильников на стене замигали. — Не надо, Асти! — воскликнул Гарри, подлетая к ней. — Амбридж и так настроена против тебя. Я не хочу, чтобы тебе это вышло боком. Она найдет как, но выживет тебя из замка. Вот увидишь! Тебе не одолеть ее так, пока за ней стоит целое Министерство. Остин его словно не слышала. Гарри схватил ее за плечи и тряхнул, но, тут же защипев, отпрянул назад. Ладони обожгло, словно разрядом электрического тока. Не больно, но ощутимо. Асти дернулась, приходя в себя. — Что это было? — непонимающе глядя на свои ладони, пробормотал Гарри. — Ты в порядке? — в глубине ярко-зеленых глаз застыло волнение и... страх. — Да, — ошарашено прошептала Асти и отвернулась, мысленно считая до десяти. Нужно было успокоиться. Было сложно. Она отошла к столу и потянулась к графину с водой. Руки все еще дрожали, часть воды пролилась на скатерть, но эти простые действия помогли ей вернуться в реальность. Постараясь сделать так, чтобы голос звучал спокойно и уверено, Асти сказала: — Прости, я просто разозлилась. Я не позволю ей тебя калечить. Но буду осторожна. Никаких необдуманных поступков. Обещаю, — Развернувшись, она присела на стол, покручивая в руках пустой стакан. — От вас я жду того же. Не провоцируйте ее, не доказывайте ничего, не ищите неприятностей, их и без этого хватает. Ребята молчали. Гарри все еще недоверчиво смотрел на нее, не до конца понимая, что произошло и что он вообще почувствовал. — Ладно, — Асти попыталась улыбнуться, но вышло неубедительно. — Расскажите мне лучше про ваш маленький саботаж. Гермиона все еще чувствовала вину перед Гарри. Бросив на друга неуверенный взгляд и не встретив осуждения, она вышла вперед и постаралась как можно короче рассказать о том, что они придумали. — Знаю, ты скажешь, что это небезопасно, — добавил Гарри, после того как Грейнджер закончила. — Что нам не надо высовываться. Но… — Нет, — перебила его Остин и покачала головой. — Вообще-то не скажу. Вы правильно сделали. Сейчас никто не может гарантировать вашу безопасность лучше, чем вы сами. Вы должны уметь постоять за себя. Вы уже нашли место для тренировок? — Нет. — Пустые классы — это слишком опасно, — сказал Рон, вставая рядом с Поттером. — Запретный лес тоже не подойдет, в Хогсмид нас сейчас отпускают слишком редко, да и подозрительно будет. — Мы думали про факультетскую гостиную, — добавила Гермиона, — Но среди нас есть ребята из Когтеврана и Пуффендуя. Асти кивнула, соглашаясь с ними. Ни одно из этих мест не подходило, но идей у нее пока не было. — Сколько вас набралось? — Двадцать восемь, — усмехнулся Гарри, а заметив ее удивленный взгляд, рассмеялся. — Да... совсем немного. Небольшой отряд. — Это хорошо, — улыбнулась Асти. — Чем больше ребят будут готовы к тому, что их ждет в будущем, тем лучше. Возможно, это спасет им жизнь когда-то. А значит, это того стоит. Я подумаю над местом, пока мыслей у меня на этот счет нет. Она отложила пустой стакан и вытерла мокрые руки о джинсы. Когда чувства внутри поутихли, ее накрыла внезапная усталость. Ноги казались ватными, а голова пульсировала с новой силой. — Я помогу вам. Проведу пару занятий, если хотите. Посмотрю, что вы можете, отработаем дуэли и тактику боя. — Это будет здорово, — просиял Гарри. — Я… вообще не уверен, что подхожу на роль учителя, но ребята сказали... — Конечно, подходишь! — вставил Рон, по дружески толкая его плечом. — Мы уже это обсуждали, и ребята верят тебе. Асти улыбнулась, на этот раз по-настоящему. — Ищите место, мы что-нибудь придумаем.

***

С наступлением темноты Асти наконец вернулась в подземелья. Гостиная была пуста. Несмотря на то, что она прекрасно понимала, что Северуса здесь нет, Асти прошла в спальню. Кровать заправлена, на столе оставленные свитки пергамента и маленький огарок свечи. Никого. Последняя надежда рухнула. Остин опустилась на кровать и уткнулась лицом в ладони. Тишина давила на виски. Она не знала, сколько так просидела. Прошло десять минут или час. Тело затекло, а голова закружилась. Внезапно в гостиной раздался тихий хлопок. Асти резко подняла голову. Комната перед глазами поплыла. Проигнорировав качающуюся картинку перед глазами, она тут же поднялась и бросилась в соседнюю комнату. В гостиной возле разведенного камина застыл испуганный домовик. — Маленькая мисс! — Здравствуй, Тинки, — вымученно улыбнулась Остин. Она была рада увидеть домовика, но в глубине души надеялась увидеть другого. — Я развела огонь и оставила бутерброды, — кивнув на стол, пропищала эльф. — Может быть, после возвращения мастер Северус... поест. На последней фразе Тинки запнулась и всхлипнула. Ее большие уши поникли, а маленькие пальчики нервно перебирали фартук. В огромных, как блюдца, глазах застыли слезы. Она волновалась о Северусе не меньше, чем Асти. На глаза девушки против воли тоже набежали слезы. — Все будет хорошо, Тинки. Он вернется, — тихо прошептала Асти. Несмотря на то, что ее голос был едва различим в треске камина, она знала, что домовик ее услышала. Тинки энергично закивала головой, словно больше всего на свете она хотела верить ее словам. Остин шмыгнула носом и улыбнулась, сейчас она тоже очень хотела в это верить. — Тинки пора. Тинки ждут на кухне. — тихонько пропищала домовик. Асти отвернулась и вытерла слезы ладонью. Нужно было взять себя в руки, сейчас она не могла себе позволить расклеиться окончательно. Нужно быть сильной. Ради себя и ради него. Когда Остин обернулась назад, Тинки низко поклонилась и исчезла, оставив девушку в одиночестве.