Вопреки всему

Асти позволила себе несколько долгих секунд простоять неподвижно, переваривая все события этого вечера. Все произошло так быстро, что все еще с трудом укладывалось в голове. У нее с собой не было даже теплой мантии, только волшебная палочка и флакон с противоядием для Сэма, спешно сунутый в карман. Дорога в Хогвартс была ей заказана, в лучшем случае ее ждало увольнение и выговор, а в худшем — камера в Азкабане. Остин не знала, что мог придумать Министр со своей паранойей касательно мнимого захвата власти, все что угодно, но он не позволил бы ей крутиться у себя под ногами. Можно было лишь догадываться, какие заголовки будут в следующем выпуске Пророка. Ей придется уйти в тень, как Блэку, и не высовываться, пока они не придумают, что делать дальше. Сириус. Мысль о нем выдернула ее из размышлений. Асти подняла голову, встречаясь с настороженным взглядом серых глаз. Он так и остался в дверях, не сказав ни слова, боясь нарушить внезапно повисшую тишину. Даже вопли миссис Блэк в коридоре наконец-то затихли. Все его мысли и вопросы были написаны на лице, даже если он не озвучил их вслух. — Амбридж удалось рассекретить место, где тренировались ребята. Отряд Дамблдора полным составом был обнаружен ее дружиной, — сказала Асти, давая ему ответ на главный вопрос. — Мы с Дамблдором взяли всю вину на себя. Дабы не оказаться под следствием, как организаторы заговора против Министра, нам пришлось покинуть школу. Конец. Она устало вздохнула и заправила за ухо растрепавшиеся волосы. — Хорошо, что вам удалось уйти вовремя. Одному Мерлину известно, что бы придумала эта сумасшедшая. — Но ребята остались в школе, не знаю, хватит ли нашего признания для того, чтобы она оставила их в покое. Она не упустит возможности поиздеваться над ними. Блэк недовольно цокнул, пряча руку в широкий карман брюк. С этим было не поспорить. Оставалось только ждать. — Ладно, я пойду. Сейчас мы не можем ничего сделать. Подумаем об этом завтра. — она замялась, словно не зная, как ей поступить, но все-таки пошла в сторону выхода. Весь разговор звучал слишком натянуто и неловко. — Если ты не торопишься, может, останешься? Выпьем чай? Блэк говорил осторожно и неуверенно, будто каждое его слово могло поджечь невидимый фитиль. Они не оставались наедине почти три месяца. После той самой ссоры на Рождество они едва ли удостоили друг друга парой взглядов на редких собраниях Ордена. — Сейчас мне нужен точно не чай, — усмехнулась Остин. Блэк пожал плечами и вытащил из буфета початую бутылку Огденского. Повисла тишина. Это был своеобразный шаг к перемирию. И Асти все-таки смягчилась. — Так-то лучше. На лице Сириуса расплылась улыбка. Они расположились в кресле около камина. Тишина все еще была напряженной, но никто из них не решался начать разговор. Сириус бросал на нее обеспокоенные взгляды, не зная, как себя вести, и Асти не могла его в этом винить. Слишком много слов было сказано, пара стаканов алкоголя это не исправит. Виски обжег горло приятным теплом, Асти откинулась на спинку кресла и прикрыла глаза, позволяя себе немного расслабиться. Тело сразу стало ватным, и усталость накатила с новой силой. — Как здесь дела? — нарушила тишину Остин, так и не открыв уставших глаз. — Как Алекс? Римус? Есть какие-то новости? Сириус хмыкнул, делая щедрый глоток. Она могла представить, как его губы тронула улыбка. — Алекс заходил вечером, твой дружок ошивается здесь почти каждый день. Мне кажется, ему просто нравится этот чертов дом. Асти улыбнулась, то, как быстро Рассел и Блэк стали друзьями, не переставало ее удивлять. Сколько бы Сириус ни кичился, она знала, что компания друга была ему необходима. Сидеть в четырех стенах было невыносимо, хоть эти стены и не были больше холодным камнем Азкабана. — Римус часто пропадает по делам Ордена, — продолжил Сириус. — Он должен зайти утром с информацией для Дамблдора. Он и Тонкс… Асти резко распахнула глаза и села, забыв про усталость. — Они… — Да, — хмыкнул Блэк, отсалютовав стаканом. — Наконец-то они со всем разобрались! На душе потеплело, она была бесконечно рада за крестного и то, что он позволил себе признать свои чувства. Остин до безумия хотела, чтобы Римус обрел свое счастье, и теперь у него были все шансы это сделать. Асти улыбалась, задумчиво водя кончиком пальца по граням стакана. Это была хорошая новость. Пожалуй, единственная за последнее время. — Асти, я… — голос Блэка дрогнул, он облизнул губы, стараясь подобрать слова. — Мне… То, что я сказал, непростительно. Мне так жаль… — Мне тоже, — девушка подняла взгляд. В серых глазах плескала гамма эмоций, и все они были как на ладони. В этом был весь Блэк. Может быть, все гриффиндорцы не в силах скрыть свои эмоций. — Но я все еще не… Сириус старался подобрать слова, но поперек горла словно встала кость. Он пытался выразить свои эмоции без издевки или открытой ненависти к Северусу, но это казалось слишком сложным. Они ненавидели друг друга почти всю жизнь, и пара месяцев не могли этого изменить. Однако наблюдать за его попытками было забавно, Асти едва сдержала подступающий смех и прервала его несчастные попытки. — Я знаю, Сириус. Не надо. Я не жду, что ты поймешь или примешь мой выбор. Давай остановимся… — она приложила палец к подбородку, словно задумавшись. — На простом уважении? — Я постараюсь, — выдавил из себя Блэк, его губы дрогнули. Это прозвучало честно. Улыбка на широком лице словно стирала с него отпечаток прожитых лет. Его темные волосы, некогда длинные и бездумно растрепанные, стали чуть короче, но всё равно падали на лоб, заставляя его откидывать их с лица. Россыпь мелких морщинок разгладилась, былая бледность с лица ушла, а одежда больше не висела мешком, благодаря нескольким наеденным с помощью миссис Уизли килограммам. — Я скучала. — Черт, Стеша, я тоже! — жарко воскликнул Блэк и рассмеялся. Асти не сдержала ответной улыбки и заговорщически прищурилась. Отставив пустой стакан на лакированный столик, наклонилась вперед, упираясь локтями в колени. — А теперь, — она закусила губу, чтобы не рассмеяться. — Я хочу знать кое-что другое. Сириус удивился и непонимающее на нее уставился. — Ты и Элизабет. Что здесь происходит? Она ожидала какой угодно реакции, но не ту, что получила. Сириус стушевался. Он хмыкнул, скорее, чтобы скрыть свое смятение, сделал глоток и облизнул губы, откровенно затягивая с ответом. Кажется, она еще ни разу не видела его столь открытого смущения. Веселье, радость, злость, все что угодно, но только не смущение. — Ну, мы общаемся… Элизабет очень хорошая, но ничего больше у нас нет. Она, конечно, мне нравится, — Блэк закинул ногу на ногу и небрежно откинулся в кресле. Пламя камина играло тенями на его лице. Асти поджала губы, чтобы сдержать улыбку, но постаралась придать голосу строгости. — Она моя подруга, если ты сделаешь ей больно, я спущу с тебя шкуру. Блэк хохотнул. — Буду иметь в виду. Но, что-то мне подсказывает, что, если я сделаю ей больно, она сама снимет с меня шкуру. Так что встань в очередь! Теплый смех разнесся по гостиной, наполняя дом хоть на мгновение жизнью. С этим заявлением Асти не могла не согласиться. Она вновь откинулась в кресло, глядя на то, как языки пламени облизывают поленья, а в воздух словно маленькие фейерверки взлетают оранжевые искорки. — О чем задумалась? Придумываешь план, как спустить с меня шкуру? — Нет, не в этот раз, — Асти покачала головой, постукивая пальцами по мягкой обивке.— Нужно встретиться с Сэмом, но я не знаю, как это сделать. — Зачем? — Мне нужно кое-что передать ему, — абстрактно ответила она, не желая вдаваться в подробности. Противоядие неприятно упиралось в бедренную косточку, напоминая о себе. — Но меня не должны увидеть вместе с ним. — Встреча на нейтральной территории? — А как мне о ней договориться, не попавшись на глаза? Я не могу преподнести Фаджу такой подарок и просто явиться в Министерство. Появляться дома тоже не подходящий вариант, а совы… я не уверена, вдруг его почту контролируют. Сириус нахмурился и почесал бороду, он не понимал всей секретности, но не стал расспрашивать. Поразмыслив немного, Блэк воскликнул, ударяя себя по лбу. — Тонкс! — Что? — Тонкс работает вместе с ним в Аврорате. Она может передать ему координаты встречи или адрес, что угодно. А дальше ты уже решишь все сама. Разве нет? Мерлин, ну, конечно. Глаза Асти загорелись, все оказалось проще, чем она представляла. — Сириус! Ты гений! Как я забыла о Тонкс! — Да, брось, — довольно ухмыльнулся Блэк. — Она зайдет завтра с Римусом, я передам ей, что она тебе нужна! Ответить или поблагодарить Сириуса она не успела. Вдалеке громко хлопнула дверь, в коридоре раздались тихие, но спешные шаги. Улыбка с лица Блэка исчезла, он тут же соскочил со своего места, следом за ним поднялась Асти. Они не ждали гостей в столь поздний час. Может быть, Дамблдор вернулся? Но вместо директора в комнату влетел Снейп, его мантия была мокрой, а на волосах осели крупные дождевые капли. Его взгляд почти осязаемо прошелся по коже Асти в поисках следов от ранений или травм. Только убедившись, что все в порядке, он посмотрел на застывшего, словно под проклятьем, Сириуса. Все то же откровенное пренебрежение и холод в глазах можно было разглядеть даже в тусклом свете гостиной. — Блэк. — Снейп, — сквозь зубы процедил Сириус. Это можно было назвать приветствием, не самым вежливым, но терпимым, с учетом сложившейся ситуации. Асти растерялась, чувствуя повисшую в воздухе неловкость. Она подошла к Северусу, с беспокойством вглядываясь в его лицо, в поисках ответов, но он ее опередил. — Все в порядке. Поттер и его друзья в своих гостиных, Амбридж назначила им наказание. Отработки, но вряд ли это будет что-то серьезное. К этому инциденту приковано слишком пристальное внимание. Не думаю, что она сможет в действительности навредить Поттеру. Асти облегченно выдохнула и выдавила из себя улыбку. Тугой узел в груди значительно ослаб. — Спасибо, что пришел. Мне нужно было это услышать. Его слова вселили надежду. И были столь необходимы ей сейчас. Сердце затопила теплая волна благодарности. Он пришел, чтобы просто успокоить ее, зная, что она будет сходить с ума от волнения. Ей безумно захотелось обнять Северуса, прижаться к груди, чтобы окончательно поверить, что все будет хорошо. Но под пристальным взглядом Блэка сделать это было крайне сложно. Не хотелось накалять атмосферу еще сильнее. — Я думал, ты в нашем доме. — Я… — Асти оглянулась на Сириуса и пустой стакан на маленьком столике. — Я собиралась отправиться туда, но немного задержалась. Северус кивнул, очевидно, он даже не допускал мысли о том, что она останется на ночь в этом доме. — Мне нужно возвращаться, я не могу надолго покидать школу. Хотел убедиться, что все в порядке. — Хорошо, — Остин кивнула, не зная, куда деть руки, взгляд Блэка почти просверлил дырку в ее затылке. Северус чуть наклонил голову набок, словно размышляя о чем-то. А затем положил руку на ее талию, сминая длинными пальцами мягкий свитер. Он притянул Асти к себе слишком резко и властно, абсолютно точно заявляя свои права. Театр для одного зрителя. Поцелуй был пьянящий, его губы сминали ее, пока она не сдалась и не приоткрыла рот, позволяя его языку творить все, что ему вздумается. Отстранившись, он очертил кончиками пальцев ее скулу. Нежно и осторожно, как делал всегда. Но в этот раз в глубине черных глазах плескалось веселье. Асти закатила глаза, чуть качнув головой, и прикусила губу, чтобы не рассмеяться в голос. Она не осмелилась что-то сказать, хотя возмутиться очень хотелось. Слишком показательно и жестко по отношению к Блэку, его нервная система была явно к такому не готова. — Будь осторожна. И, даже не удостоив Сириуса взглядом, Северус развернулся и ушел. Асти вздохнула и повернулась с Сируису, готовая в случае чего принять наступающую бурю. На его лице расцвели багровые пятна, губы плотно стиснуты, а стакан в руке готов был с хрустом лопнуть, так сильно он его сжимал. Было видно, что Блэк сдерживается из последних сил, чтобы не нарушить еще слишком хрупкое перемирие. Он кашлянул и плеснул в стакан еще одну порцию виски. Асти оценила его молчание, подошла к нему и положила руку на плечо. — Уже поздно, я пойду. — Куда? Ты можешь остаться, — он махнул рукой в сторону верхнего этажа, но взглядом с ней так и не встречался. Асти улыбнулась и покачала головой. — Мне есть куда пойти. Дай знать, когда Тонкс выйдет на связь. — Хорошо, — Сириус повернулся и постарался улыбнуться. Вышло слегка натянуто, но Асти и не ждала большего. — Спасибо. И это была далеко не благодарность за помощь с Сэмом.

***

Тонкс вышла на связь на следующий день, как и обещал Сириус. Быстро обсудив все детали, они обо всем договорились, и встреча с Сэмом была назначена на ближайшую субботу. У Асти впереди еще было несколько дней, которые она с удовольствием посвятила сну и прогулкам вдоль моря. Но уже два дня спустя ей это наскучило, и она не знала, куда себя деть от безделья. Она никогда не оставалась в этом доме без Северуса дольше, чем на пару часов. И сейчас его отсутствие ощущалось особенно остро. Она безумно скучала. Блэк несколько раз предлагал ей остановиться у него в Лондоне, но Асти каждый раз отказывалась от этой затеи. Несмотря ни на что, именно здесь, на берегу Северного моря, в тени высоких дубов и песчаного пляжа, она чувствовала себя дома. Это ощущение было ей не знакомо. Она могла жить в Хогвартсе, комнаты Северуса давно стали ее обителью, могла легко останавливаться на площади Гриммо, у нее оставалась квартирка в Нью-Йорке, но только здесь дом перестал быть просто четырьмя стенами и крышей над головой. В маленьком домике на берегу Северного моря она обрела то ощущение защищенности, что ей не хватало с детства, сюда она могла возвращаться, здесь могла сбрасывать маски, выдыхать и хоть на несколько часов отдыхать от всего, что творилось в их мире. Асти сидела на веранде, ветер трепал заметно отросшие волосы, а соленый аромат моря успокаивал. На небе зажигались первые звезды, ночь вступала в свои права, хотя на небе еще горели яркие отблески заката. Было довольно прохладно, но согревающие чары и вино в бокале не дали ей замерзнуть. Внезапно раздался хлопок, Остин резко поднялась, отчего теплый вязанный плед соскользнул с ее плеч. Только один человек знал об этом месте, только он мог аппарировать на скрытый за сотней защитных чар пляж. Она помчалась на встречу к Северусу, едва заметив его высокую фигуру. Ноги утопали в холодном песке, досочки, ведущие к дому, почти полностью скрылись из вида. Бросившись к нему на шею, она обняла его так крепко, как только могла. — Я скучала. Северус усмехнулся ей в макушку. — Стоило оставить тебя на пару дней, и такая реакция. Знал бы — сделал это раньше! — несмотря на сказанное, руки мягко обвили талию, прижимая к себе. Асти заулыбалась сильнее, на щеках появились две крохотные ямочки. Северус не удержался и прикоснулся к ним кончиками пальцев, и в этом жесте было так много нежности, что кожа покрылась мурашками. — Стоило оставить тебя на пару дней, и вот ты уже здесь, — нахально ухмыльнулась она в ответ. — Скажи это…. — Остин приподнялась на носочках, выдохнув ему прямо в губы. — Скажи… — Я скучал. Нежный поцелуй как закрепление тихого признания. — Я тоже. Очень сильно. — Пока меня не было, ты хотела подхватить воспаление легких? — ее тонкая кофта с длинным рукавом едва ли была толще наволочки. Он покачал головой и наложил на нее согревающие чары. Взяв за руку, мягко переплел с ней пальцы и потянул в дом. Асти даже не пыталась спорить. Когда они устроились на диване около камина, Остин подтянула к себе ноги и выжидательно уставилась на Северуса. Несколько дней взаперти свели ее с ума. Ей нужна была информация, хоть какие-то новости, кроме лживых статьей в Пророке, который после прочтения она со злостью сжигала в камине. Жизнь в неведении убивала. — Расскажи, как дела в замке? Что происходит, что делает Амбридж? — Амбридж стала директором, — Асти недовольно цокнула от этого известия, хотя уже видела новости в Пророке и ужасно слащавую фотографию новоиспеченного директора на первой полосе. — Она выпустила с десяток новых распоряжений, но в остальном все спокойно. Студенты ежедневно портят ей жизнь, близнецы Уизли явно нарываются на большие неприятности, а кабинет директора так и не открылся для нее. Поттер жив и здоров. Асти кивнула, никаких непредвиденных новостей. Так даже лучше. — Я написала Гарри письмо, но не рискнула отправлять совой. Наверняка Амбридж найдет повод пересмотреть всю почту, лишь бы что-нибудь найти, — стоило ей заговорить о заместителе Министра, как ее глаза сверкнули недобрым огнем. Она сморщила нос, думая об этой женщине, которая вызывала в ней только самую жгучую ненависть. — Передашь? Теперь пришла очередь Северуса молча кивнуть. — Почту перехватывают, не стоит так рисковать. А как ты? Освоилась? — Почти как на отдыхе. Кажется, за эти дни я выспалась на год вперед и перечитала треть твоей библиотеки. Я не покидаю дом без веских причин, не хочу рисковать. Но в субботу у меня встреча с Сэмом. Мы встречаемся на нейтральной территории в парке на окраине Кэмдена. Не хочу, чтобы у нашей беседы были свидетели. — Хорошо. Не то что бы Северус был рад их предстоящей встрече, но с перестраховкой был полностью согласен. Внутри тлело противное чувство собственничества, хотелось сгрести ее в охапку и оставить дома, желательно на ближайшие годы, пока с войной не будет покончено. — Прими оборотное. — Думаешь, настолько перестраховаться? — Лишним не будет это точно. Лучше используй мужской волос. Асти невольно рассмеялась. — Хочешь, чтобы Сэм увидел меня в образе стареющего, лысоватого фермера? — Я не возражаю, — абсолютно спокойно ответил Северус, закидывая руку за голову и опускаясь на диван. — Но в случае, если вас все-таки увидят, они могут не связать облик незнакомца с тобой. В этом был смысл. Асти согласно кивнула и пододвинулась ближе, перекинув через него ноги и переплетая пальцы. Одним резким рывком, Снейп усадил ее к себе на колени. — Ты останешься? — Да. Думаю, у нас есть время до утра. Асти заулыбалась, как чеширский кот. В доме стало в разы теплее и спокойнее. Она подалась вперед, наклоняясь к его лицу — Ты выглядишь уставшим… — Без тебя не спится. Так было нечестно, это ее фраза. Остин расхохоталась и легонько укусила его в плечо. Северус прижал девушку к себе, мягко выводя длинными пальцами узоры на ее спине. — Как думаешь, я когда-нибудь смогу вернуться в школу? Ответа у них не было. — Ну что ж, — искусственно бодро, но искренне начала Остин. У них было не так много времени, чтобы тратить его на грусть и размышления. — Чем займемся? Ты голоден? Жаркий поцелуй на обветрившихся на морском ветру губах стал ей ответом.

***

Неделя пролетела незаметно. Большую часть субботнего дня Снейп помогал Флитвику разобраться с болотом, занявшись половину коридора на шестом этаже. Попытки не увенчались успехом, хотя вряд ли этого кого-то по-настоящему расстроило. Вечером, расположившись около камина, Северус углубился в чтение студенческих эссе, когда над его головой мелькнуло голубоватое зарево. Патронус принял форму павлина и заговорил знакомым голосом. — Ты нам нужен. Поместье Рабастана. Срочно. Голос Люциуса не предвещал ничего хорошего. Паршивое предчувствие окончательно испортило вечер. Оставив эссе, Северус тут же покинул школу, а спустя полчаса аппарировал к высоким кованым воротам. Поместье младшего Лестрейндж едва ли напоминало некогда богатую усадьбу, сад сплошняком порос сорняками, газоны превратились сплошное грязевое месиво, а большая часть стен была затянута сухими стеблями старого плюща. Окна местами небрежно заколочены, а широкое крыльцо из белого камня наполовину обвалилось. Северус поднялся по части уцелевших ступеней, чувствуя противный хруст камня под ногами. Дверь была не заперта, хотя вряд ли кто-то в здравом уме подумал бы, что в этом месте могли обитать люди. В нос ударил спертый запах старости и гнили. Снейпу пришлось зажечь Люмос, чтобы осветить пространство вокруг себя, но даже этого было недостаточно, стены терялись в кромешной темноте, на мраморном полу валялись обломки мебели и старого хрусталя, все, что осталось от некогда роскошной люстры. В центре холла располагалась широкая лестница, ступени которой также терялись во мраке. Где-то под потолком слышалось протяжное завывание ветра. Северус прислушался и сделал несколько шагов вглубь дома, пока не различил приглушенные голоса вдалеке. Пройдя чуть дальше по коридору, увидел тусклый свет, а голос Малфоя раздался значительно громче, позволяя расслышать каждое слово. — С чего ты взял, что этого будет достаточно? — Малец останется у нас. Думаешь, недостаточная мотивация для заместителя Министра? Северус остановился напротив приоткрытой двери. Посреди старой гостиной, словно палач, расхаживал Яксли. Рукав мантии был порван, волосы слегка взлохмачены, а пальцы нервно теребили палочку, выдавая волнение, которое он всячески пытался скрыть в голосе. За его спиной, привязанная веревками к стулу, безжизненно повисла хрупкая фигурка. Светлые волосы слиплись и свисали паклями, одежду покрывали багровые пятна крови. — Северус, — Люциус вышел из тени и, распахнув дверь, вышел в темный коридор. — Что происходит? — Амелия Боунс собственной персоной. Пленница закашлялась, очевидно, сознание к ней вернулось. Она подняла голову, но волосы заслоняли большую часть лица, она дернулась, однако тугие веревки не позволили ей сдвинуться с места. Боунс зашипела, когда грубая бечевка резанула по воспалённой коже, но не произнесла и слова, исподлобья глядя на Яксли. — Ты снова с нами, Амелия? Похвально, я почти был огорчен твоей выносливостью. — Сукин с-сын, — ее голос дрожал. Последствия пыток. Корбан цокнул, крестив руки на груди. — На твоем месте я бы не стал так дерзить тому, в чьих руках сейчас твоя жизнь, дорогуша. — Я этого не сделаю! — прорычала Боунс и мотнула головой, в попытке откинуть с лица волосы, ставшие багровыми сосульками. — Попробуй заставь меня, ублюдок! Ты предал нас! Все, во что мы верили! Яксли показательно расхохотался, откинув голову назад, словно это была самая несусветная чушь. Малфой зашипел сквозь стиснутые зубы, очевидно, он был не согласен с Корбаном, но это было его задание. Он не мог вмешаться. — Что ты здесь делаешь? — спросил Северус, не сводя взгляда с привязанной к стулу пленницы. — Темный Лорд отправил меня… вместе с ними. Находясь в центре зала, Амелия не видела их и поэтому смотрела только на Яксли, которого освещали несколько свечей на полу. Его тень в искаженном свете казалась громадной и устрашающей. Он резко подался вперед, хватая пленницу за волосы и поворачивая ее опухшее лицо к свету. Северус увидел, что по ее виску тянется кровавая полоса, нос разбит, а губы неестественно опухли. — Ты сделаешь это! А знаешь почему? — выплюнул ей в лицо Яксли. Вопрос не подразумевал ответа. Весь этот спектакль был лишь с одной целью, и Северус не сомневался, что у Яксли получится добиться желаемого. Корбан только противно улыбнулся, сжимая ее подбородок, и обернулся назад, давая молчаливый сигнал кому-то за своей спиной. Северус не видел, куда он смотрел, и кто был третьим человеком в этом комнате. Боковая дверь, ведущая в кабинет, открылась, на доли секунд вспышка заклинания осветила комнату, а затем раздался крик. Душераздирающий вопль эхом разнесся по пустым комнатам. Только одно заклинание было способно заставить человека кричать до разрыва гланд. Круциатус. Проклятье, выворачивающее внутренности наизнанку, заставляя человека плеваться собственной костью и до мяса царапать пол ногтями. Крик бил по перепонкам и заставлял кожу покрываться мурашками. Северус отвернулся. Амелия билась в конвульсиях и кричала, пока близкий ей человек получал расплату за неверный выбор. — Почему сейчас? — спросил Снейп, старясь абстрагироваться от криков незнакомца. — У Темного Лорда изменились планы. Фадж совсем плох, он не появляется в Министерстве, но скоро ему станет лучше. Пока он дома у Пия, нет возможности подливать яд. Рано или поздно он придёт в норму. Или умрет, как уж повезет, — Малфой равнодушно пожал плечами. — Нужно выйти из Альянса в ближайшие две недели, а потом он доберется до пророчества. Пришлось действовать быстро. Крики за спиной чуть стихли, перейдя в неразборчив плач и стоны, пленнику дали передышку, чтобы секунды спустя обрушить на него новую порцию боли. Малфой так же, как и Северус, отвернулся. — Боунс достаточно сильная волшебница, она может рано или поздно справиться с Империо, времени не было. Пришлось действовать грязно. Северус видел, что Малфой не разделял этого мнения. Он никогда не был сторонником таких грязных способов. Но сейчас от них мало что зависело. Наконец, крики прекратились, раздался глухой удар тела о пол и едва слышный булькающий стон. Амелия рыдала в голос. — Ты меня поняла, жалкая сучка! Узнала? Да-а-а, — Яксли противно оскалился. — Как удачно твой сынок решил навестить тебя. Прямо удача! Я уж думал, придется вытаскивать со школы обожаемую племяшку! Ты все сделаешь! Иначе сопляк до конца жизни будет харкать кровью, впрочем, и здесь есть плюсы. — Северус не видел происходящее, только услышал резкий скрип кресла, словно кто-то двинул его на себя, и сдавленные рыдания. — Жить ему останется недолго! — Зачем ты позвал меня? — обращаясь к Малфою, спросил Снейп. — Она сломается и пойдет на сделку. Непреложный обет закроет ей рот, но ты видел, в каком она состоянии. Нужно привести ее в порядок, — Люциус прикрыл дверь и оперся спиной о стену. Он выглядел уставшим и крайне раздраженным, сжав руками виски, в попытке унять тупую боль, он равнодушно добавил: — Мартер тоже не жилец, Но его, думаю, уберут быстро. Северус поднял голову к Люциусу, смысл сказанного дошел до него не сразу. Какого драккла все пошло не плану? — В каком смысле? — Мы с Рабастаном и Корбаном взяли на себя Боунс. Мартера уберут сегодня вечером, за ним уже отправились. — Кто? — Беллатриса. Внутри что-то резко оборвалось, словно невидимая рука полоснула кинжалом по внутренностям. К горлу подкатила противная горечь. И дело было не в том, что ему было жаль аврора, его жизнь сейчас значила для него ничтожно мало. Но в эту самую минута Асти должна была отдать ему противоядие.

***

На окраине Лондона сгущались сумерки, окутывая Хайвент-парк влажной серой дымкой. Асти бросила взгляд на часы и недовольно выдохнула, зябко поежившись от холода. Сэм опаздывал на десять минут, а она ненавидела ждать. Мимо нее с шумом пронеслись два подростка на велосипедах, следом шаркающим шагом прошла старушка с двумя статными далматинцами на поводке. Дорожка вновь опустела. Стрелка часов неумолимо бежала вперед, а Сэма так и не было. На смену раздражению пришло беспокойство. Что могло его так задержать? Может быть, Мартер сам решил проигнорировать ее просьбу, а может, его задержали совсем другие причины. Бесконечный поток мыслей прервал раздавшийся за спиной хруст гальки. Обернувшись, Асти увидела Сэма. Он словно постарел на десяток лет, сердце девушки предательски сжалось в груди. Лицо Мартера осунулось, волосы отросли, а под глазами залегли синеватые тени. Он потерял несколько футов в весе, а кожа приобрела заметный болезненно землистый оттенок. Остановившись около покосившейся вывески парка, он огляделся по сторонам, совершенно не обратив внимание на щуплого паренька, сидящего на лавочке. — Сэм. Это я. Мартер был в замешательстве. Он запустил руку в волосы, приглаживая длинные пряди, в то время как его взгляд метался по чужому лицу в поисках знакомых черт. — Асти? — в голосе сквозило недоверие. — Почему ты? Она покачала головой, давая понять, что здесь не место для этого разговора. Поднявшись с лавки, Остин быстро огляделась и махнула рукой в сторону парка. — Идем, так безопаснее. Не стоит торчать здесь без дела. Она двинула по центральной аллее, Сэм молча проследовал за ней. Он не задавал никаких вопросов, хотя Асти буквально кожей чувствовала его недоверие. Удалившись от ворот на достаточное расстояние, она свернула на первую попавшую тропинку. Сэм послушно шел вслед за ней. Его взгляд свербел между лопаток. — Так и будешь смотреть? — наконец спросила Асти, когда они отошли достаточно далеко от центральной аллеи, и свет только что зажёгшихся фонарей почти скрылся из виду. — Прости. Непривычно видеть тебя в образе студента колледжа. Асти хмыкнула и пригладила короткие рыжие волосы, которые стояли торчком. Не то чтобы ей нравился ее новый облик, но она довольно быстро привыкла к непривычно длинным ногам и шаркающей походке. — Расскажешь, что привело тебя ко мне, да еще и в таком виде? — Сэм склонил голову, задумчиво глядя на нее. Асти помнила этот взгляд. Стало не по себе. — Расскажешь, что с тобой случилось? — она вздернула подбородок, возвращая ему вопрос. В других обстоятельствах это могло бы выглядеть нахально, но острые черты лица подростка выглядели скорее смешно, нежели устрашающе. Она едва не запнулась за выступающий корень и тут же перешла в наступление. — Такое ощущение, что ты не спал неделю! — Со сном у меня действительно проблемы. Да и самочувствие так себе, — он пожал плечами, словно все происходящее было сущей ерундой. — Ну да ладно, брось! Ты же не о моем здоровье пришла болтать? Переходи к делу! Асти остановилась и повернулась к нему лицом. В тени старых дубов и кедров стало совсем темно, она видела лишь черты его лица и глаза, которые казались слишком большими на фоне исхудавшего профиля. — Вообще-то, о нем. Как давно ты неважно себя чувствуешь? — Сэм прищурился, засовывая руки в карманы штанов, но не спешил с ответом. Впрочем, ей это и не требовалось. — Тошнота по утрам? Потеря аппетита? Бессонница? Готова поспорить, у тебя бывают рези в животе и головокружение? — К чему ты ведешь? Асти поняла, что попала в точку. Ей потребовалась пара секунд, чтобы, наконец, сказать то, ради чего она, собственно, сюда и пришла. — Тебя хотят отравить. — Кто? — Темный Лорд. Сэм хмыкнул. Совершенно равнодушно и снисходительно, словно она была ребенком, который в очередной раз завел разговор о том, в чем совершенно не смыслит. — Снова страшный и ужасный злой волшебник, — с нотками ехидства протянул в ответ Мартер. Мерлин, если бы Волдеморт слышал, как о нем отзываются, Сэм бы умер от самых страшных пыток в то же мгновение. А яд, пускающий смертоносные корни в его теле, показался бы подарком судьбы. Асти изо всех сил старалась держать себя в руках. — Знаешь, я пришла не для того, чтобы убедить тебя в своей правоте. Плевать! У меня нет ни сил, ни времени на это. Я только хочу помочь тебе, и, как мы оба понимаем, помощь тебе нужна. Долго ты так не протянешь, уж прости. Она сунула руки в карман широких штанов с цветными заплатами. При желании в этих карманах можно было уместить целую аптечку. — Вот, — Асти протянула ему флакон из зелёного стекла. — Это то, что тебе поможет. Две капли по утрам. Больше мне ничего не нужно. Не нужно верить мне или помогать. Просто прими это. Я не желаю видеть, как ты умрешь. Сэм задумчиво покрутил флакон в руках, словно размышляя, верить ли ей. Это раздражало. — Значит, не хочешь, чтобы я умирал? — в голосе Мартера сквозили нотки тепла. Асти смутилась. — Ты… Мне… — может быть, связно выражаться в теле подростка ей тоже становилось сложно. Иначе, чем можно объяснить столь скудный словарный запас. — Ты дорог мне, несмотря на все, что произошло, я не испытываю к тебе ничего плохого. И уж точно не желаю смерти. Но это не выход, ты должен это понимать! Ты выиграешь несколько недель, может, месяцев… не более. Они все равно тебя убьют. Поэтому хочу попросить тебя, Сэм, пожалуйста… уезжай из Англии, пока можешь. Сэм молчал, вглядываясь в ее лицо, словно искал что-то известное только ему, а потом тихо сказал: — Ты же знаешь, что я не уеду. — Почему? Дьявол, что тебя здесь держит вообще?! Помнится, ты возненавидел Лондонскую погоду, едва только оказался здесь, что изменилось сейчас? Та девчонка? Секретарша Фаджа, как там ее… Сэм рассмеялся, запрокинув голову назад. Она давно не слышала его искреннего смеха. — Ты и про Ариелу знаешь? Забавно. Следила за мной? Асти злилась. Она чертовски злилась на Сэма, стоило это уже признать. За все. За то, что он не поверил ей, не послушал, не уехал. А самое паршивое было то, что Остин прекрасно все понимала и была полностью бессильна перед его решениями. Даже сейчас он не уедет, даже если будет уже на волосок от смерти. А его от этой черты отделяло ничтожно малое количество времени. Сейчас вся злость собиралась в единый клубок, так что даже под ногтями свербело от досады. — Я была на благотворительном балу, — фыркнула Остин и отвернулась. — Вряд ли ты это не заметил. — Конечно, заметил, — с издевкой протянул Сэма. — С этим… твоим профессором. Асти опустила голову и покачала головой. Чертовски хотелось ударить его чем-нибудь тяжелым по голове. — Ариела… она хорошая, — внезапно сказал Мартер. Перемена в его тоне не укрылась от Асти. Она с недоумением подняла голову и нахмурилась. Он, что действительно ничего не понимал? — … первый человек, который вполне лояльно ко мне отнесся в Министерстве. Не видел во мне угрозу или шпиона… — как ни в чем не бывало продолжил Сэм, глядя куда-то поверх ее плеча. Даже в этом обличии Асти была почти на голову ниже Мартера. — Я очень рада за тебя, но смотри, пожалуйста, на то, что она тебе дает, — в ее голосе сквозило столько яда, что даже Асти бы удивилась, если бы не эта злость, зудящяя под кожей, — Кофе по утрам, знаешь ли… не по доброте душевной. Сэм не был дураком и быстро сложил в уме пазл. — Хочешь сказать, это она? Она меня травит? — Я сказала тебе, кто это, а чьими руками — дело десятое. Сэм молчал, Асти тоже, враждебно глядя ему в глаза. Как же надоело это все, почему хоть раз нельзя было сделать все правильно и легко. Ведь еще был шанс отделаться малой кровью. — Сейчас все это не… За спиной раздался хруст сухой ветки. В тишине парка он показался оглушительно громким. Тело напряглось, а инстинкты Асти завопили, предчувствуя надвигающую опасность. Рука потянулась к палочке, пока взгляд сканировал пространство вокруг, пытаясь уловить малейшие движение. Хоть что-нибудь, кроме темноты и контуров деревьев. Никаких теней, никаких шагов. Тишина. А в следующее мгновение раздался смех. Истеричный, несдержанный, с легкой хрипотцой в голосе. Так могла смеяться только она. — Раз, два, три, четыре, пять, — играющее пропела Беллатриса где-то справа. Асти тут же выхватила палочку, Сэм не отставал, заняв боевую стойку. Она едва дышала, озираясь по сторонам, не зная, откуда ждать удара. — Я… иду… искать. Последнее слово прозвучало словно выстрел. Не дожидаясь первого удара, Асти схватила Сэма за предплечье с несвойственной ей силой. — Бежим! В спину уже летело смертоносное проклятье. Старые кедры в темноте вспыхнули зеленым заревом.