Извращенец

      Гарри так и не позвонил Драко, как обещал. Вместо этого он явился прямо к нему домой, захватив с собой ужин на двоих из ресторана и бутылку хорошего вина. Но и на этом не всё… — Забавно, я был почти уверен, что ты не объявишься, — открыв дверь, иронично хмыкнул Драко, одетый в одни лишь пижамные штаны, по обыкновению вывернутые швами наружу. — Прости, — смущенно выдавил Гарри и в качестве извинений сунул в руки Малфоя пакет с логотипом ресторана. — Решал кое-какие вопросы, — слукавил брюнет, ведь на деле он попросту не мог унять нервный мандраж перед встречей с Драко. Гарри несколько раз порывался набрать знакомый номер, чтобы договориться о времени встречи или, наоборот, отменить ее к чертовой матери, выбросить телефон и свалить из города. Он так и не смог справиться с внутренним противоречием, что тисками сжимало разум и отражалось пульсирующей головной болью. — И как? — будто между прочим осведомился Малфой. — Решился? — Нет, я… В смысле, да. То есть, я хотел сказать… Я же здесь, верно? Всё в порядке, — сбивчиво пробормотал Гарри, избегая встречи с чужим заинтересованным взглядом. — Мхм… — неоднозначно протянул Драко.       Ему не нравился тот нервный неуверенный настрой, с которым Поттер переступил порог квартиры. Было видно, что брюнет старается держаться спокойно, но выходило у него отвратительно. Драко не мог проигнорировать, бегающий взгляд Гарри и, напротив, скованные движения. Даже мелочи, вроде вздувшейся от напряжения венки на правом виске, говорили, что Поттер морально не готов к тому, зачем явился.       Заглянув в пакет, Малфой вытащил оттуда бутылку вина и поднял взор на Гарри, изогнув бровь в немом вопросе. Поттер лишь рассеянно пожал плечами в ответ, словно наличие алкоголя было чистой случайностью. Что ж, если Гарри надеялся снова расслабиться посредством повышения градуса, Драко собирался его расстроить. Возможно, при нынешнем настрое Поттера алкоголь и был единственным выходом из положения, но даже так Малфой не желал отступать от своего решения. Это уже стало делом принципа. Он готов был ждать столько, сколько потребуется. Однако, судя по мечущемуся взору зеленых глаз, Поттера терзали сомнения относительно его, Малфоя, терпения. На какое-то мгновение Драко даже ощутил себя маньяком, который принуждает свою невинную жертву к близости посредством хитростных манипуляций. Этакий шантажист-растлитель. Малфой усмехнулся своим мыслям и, удобнее перехватив пакет с ужином, кивнул Поттеру в сторону кухни. Гарри прошел вслед за хозяином квартиры и замер в дверном проеме, будто ожидая дальнейших указаний. — Ради Гиппократа, сядь и расслабься, — велел Драко, высвободив оставшееся содержимое пакета и принявшись накрывать на стол. — Не трону я тебя. — Хорошо, — отстраненно промычал Гарри, на чистых рефлексах плюхнувшись на стул. Вторая часть сказанного Малфоем дошла с запозданием. — Не тронешь, — заторможенным эхом повторил брюнет и, лишь произнеся, вперил настороженный взгляд в обнаженную спину Драко. — Это ещё почему? — Поттер и сам не ожидал что вопрос прозвучит как упрёк. Малфой тоже уловил эти нотки в чужом тоне и, обернувшись через плечо, удивленно вскинул брови. Впрочем, тут же смутившийся Гарри, вызвал у Драко лишь понимающую улыбку, с которой тот, покачав головой, отвернулся, возвращаясь к прерванному занятию.       Ужин, представлявший собой итальянскую пасту с морепродуктами, был методично переложен из ресторанных боксов на тарелки и разогрет. — Так ты объяснишь, в чем дело? — не дождавшись ответа, напомнил о себе Гарри. — В том, что ты смотришь на меня как невольник на розги, — спокойно отозвался Малфой, поставив перед гостем порцию пасты. — Считаешь, я тебя боюсь? — с вызовом вздернул подбородкок Поттер. Задумчиво склонив голову на бок, Драко с нескрываемым скепсисом осмотрел своего гостя и, покачав головой, присел перед ним на корточки. Гарри вдруг почувствовал себя ребенком и был почти уверен, что именно такого эффекта Малфой и добивался. — Меня, может, и нет, — с лукавой улыбкой произнес блондин, коснувшись и мягко сжав пальцами кисти рук Гарри, которые тот нервно зажимал меж своих коленей. — Но то, что должно произойти, тебя определенно пугает.       Поттер оскорбленно фыркнул и отвернулся, желая тем самым доказать, что Малфой не прав в свои выводах. Вот только Драко подобная реакция убедительной не показалась. — Поттер… — позвал он, словно разговаривал с несмышлёным ребёнком. — У тебя руки трясутся.       Гарри сильнее напрягся от этих слов — хотя, казалось бы, дальше просто некуда — и зажмурился, упрямо мотнув головой. Он и сам знал, что заметно дрожит. Но признавать собственный страх и неспособность его преодолеть не собирался ни под каким предлогом. Гарри не мог ответить, кому и что он пытался доказать, когда вскочил с места и, грубо сжав запястье Драко, потащил того в гостиную. Не знал Поттер и почему его выбор пал именно на гостиную — ведь в спальне было бы однозначно удобнее, чем на диване, на который он толкнул Малфоя и тут же, словно боясь передумать, оседлал его бедра, прильнув всем телом. Возможно, на подсознательном уровне Гарри всё же понимал, что не способен дойти до конца. Потому и широкая постель в спальне казалась чем-то далеким и сюрреалистичным.       Не давая себе возможности задуматься над происходящим, Гарри без промедлений потянулся к губам Драко, которого, если и поразила решимость Поттера, то точно не сбила с толку. Ответил Малфой с неменьшей страстью, подстраиваясь и принимая переполненный противоречивыми эмоциями голодный поцелуй. Однако с остальным Драко предпочел не спешить, держа руки подальше от Гарри. Поттер же, напротив, отдавался процессу: зарывался пальцами в платиновые волосы, сжимал те в кулаке и оттягивал голову назад, заставляя Малфоя утробно рычать и болезненно прикусывать губы в ответ. Гарри вылизывал чужую шею, спускаясь к ключицам. Царапал короткими ногтями обнаженные плечи и грудь. Он остановился всего на несколько секунд, чтобы стянуть с себя футболку и расстегнуть ширинку, что неприятно сдавливала упирающийся в нее член.       Поттер вернул внимание губам Малфоя и сильнее вжался пахом в его живот, едва собственный выглянувший из-под резинки боксеров член коснулся головкой чужой разгорячённой кожи. Один несдержанный толчок Гарри бедрами, вкупе с его судорожным тихим стоном стали для Драко спусковым крючком. Отбросив в сторону осторожность, он стиснул Поттера в объятиях, с нажимом оглаживая спину и бока, спускаясь ниже и лишь слегка пробираясь пальцами за границу джинсов. Ладони то ласкали обнаженную кожу, то скользили поверх ткани, пока не нырнули в задние карманы. Уже в этот момент Гарри вновь напрягся, но Драко уже не замечал этого — желание застилало разум горячей пеленой. Крепче стиснув пальцы на чужих ягодицах, Малфой слегка сменил положение так, что зад Поттера ощутимо уперся в возбужденную плоть. Низкий блаженный стон Драко в основание шеи Гарри осел легкой вибрацией, расползаясь мурашками по коже.       Поттер распахнул глаза, чувствуя, как где-то внутри поднимается волна паники. Отшвырнув от себя чужие руки, он оттолкнулся от Малфоя и, плюхнувшись на пол, попятился назад, пока не уперся спиной в журнальный столик. Вот теперь Гарри действительно трясло. Возбуждение моментально сошло на нет. — Не могу, — мотая головой, загнанно выдавил Поттер и, обхватив руками колени, уткнулся в них лбом. Он просидел так несколько минут, прежде чем Драко решил, что можно вмешаться. — Поттер… — ненавязчиво позвал блондин, но реакции не последовало. — Гарри, — настойчивее окликнул Драко и, вновь не получив ответа, со вздохом спустился с дивана, подбираясь ближе к Поттеру. — Всё нормально, — попытался успокоить Малфой, легко коснувшись чужого плеча. — Нет. Ненормально, — глухо отозвался Гарри. — Ты просто не готов. И это нормально, Гарри, — не отступал от своего Малфой. — Ненормально! — вскинув голову, рявкнул Поттер и вскочил с места, устремившись к выходу.       Выругавшись сквозь зубы, Драко поспешил следом, не забыв прихватить с собой свисающую с дивана поттеровскую футболку. Гарри тем временем уже обулся и, накинув куртку на голый торс, вылетел за дверь. — Поттер! — Малфой удержал его на краю лестницы, ухватив за рукав и вынуждая развернуться. — Может, поговорим? — предложил он, протягивая футболку. — О чем? — Хотя бы о том, что именно ты считаешь ненормальным. Уверен, мне будет куда проще тебя понять, если мы будем разговаривать на одном языке. — То, что между нами — ненормально, — раздраженно прорычал Гарри. Неоднозначно хмыкнув в ответ, Драко разжал пальцы отпуская чужой рукав. Тем не менее он всё же собирался дослушать Поттера до конца, сколь бы неприятны не оказались его слова. — Возбуждаться от поцелуя с мужчиной — ненормально, когда ты сам мужчина. Не-нор-маль-но, понимаешь? Хотеть другого мужика при таком раскладе — вообще ненормально. Всё ненормально! Я ненормален, — последнее Гарри добавил чуть тише, но уже в следующее мгновение вновь повысил голос, что пронесся по лестничным клеткам громогласным эхом: — Это чертовски ненормально, что у меня на тебя стоит! Ненормально, что я могу дрочить на один лишь твой голос! Ненормально, что я готов все это принять как должное! Готов… Но даже так я не способен воплотить собственные желания в реальность. И это, кстати, тоже ненормально! Не-нор-маль… — звонкая пощечина оборвала очередной возглас на полуслове, заставив Гарри прижать ладонь к горящей щеке и ошарашенно уставиться на Драко. — Успокоился? — ровным тоном, без малейшего намека на эмоции, спросил Малфой. — Я… Да, — заторможено отозвался Поттер. — Всё нормально. — Поразительно, как одна оплеуха переворачивает восприятие, правда? — поддел Драко и щелкнул пальцами: — Раз! И у тебя уже всё нормально.       Гарри продолжал оторопело хлопать глазами, покорно принял протянутую футболку и неспеша сунул голову в горловину. Потом вспомнил, что стоит по-прежнему в куртке, и стянул ту, чтобы одеться как полагается. Облокотившись на лестничные перила, Малфой молча дождался, пока Гарри закончит, и лишь после этого заговорил вновь. — Ты рассуждаешь о нормальности с точки зрения общественного мнения. На деле же не важно, насколько нормальны отношения в глазах окружающих. Значение имеет лишь желание двоих. Если оно взаимно — это и есть норма. Всего два человека, Поттер. Ты и я. И если происходящее между не выносится на всеобщее обозрение, то остальных оно и не касается. — Я и сам всё это понимаю, — буркнул Гарри и, устраиваясь у перил рядом с Драко, невесело усмехнулся: — Но, видимо последние обновления в моей голове слишком противоречат заводским настройкам. — Хочу, чтобы ты понял: я не собираюсь принуждать тебя, — серьезно заявил Драко, поймав взгляд Гарри. — И ты мне ни чем не обязан. Возможно и к лучшему, что есть нечто, удерживающее тебя от глупого порыва распрощаться с «нормальностью», — последнее слово он произнес с насмешливым сарказмом. — Тем не менее… Если все же решишь дать шанс своим «ненормальным» желаниям, я готов найти способ сломать твои внутренние барьеры. — Да я же уже! — возмутился Поттер, но Малфой жестом оборвал его. — Не спеши с ответом. Подумай ещё раз, действительно ли это то, чего ты желаешь. Уверен? — скепсис в голосе Драко заставил Гарри нахмуриться и даже усомниться в твердости своих намерений. Поттер не мог понять и столь разительной перемены в самом Малфое, который ещё несколько дней назад отстаивал их отношения перед Джеймсом. Что вдруг заставило Малфоя, совсем недавно страстно сжимавшего Гарри в объятиях, пойти на попятную? «— Я требую, чтобы ты оставил Гарри в покое, — так звучали слова, с которым на днях Джеймс Поттер влетел в кабинет урологии. — На каком основании вы требуете от меня подобное? — хмыкнул Драко без отрыва от изучения только что доставленных документов с результатами анализов нескольких пациентов. — Я его отец! — рявкнул мужчина, склонившись и гневно хлопнув ладонью по рабочему столу доктора. Малфой всё же отвлекся от своего занятия и смерил Джеймса долгим тяжелым взором. — Давайте-ка проясним, — преувеличенно миролюбиво начал Драко, отложив бумаги и сцепив руки в замок, — отношения между мной и вашим сыном в рамках этого кабинета защищены врачебной тайной и без согласия пациента не обсуждаются ни с кем посторонним, будь то незнакомец с улицы или член семьи, — заявил он. — Что же касается наших взаимоотношений за пределами кабинета… Уверяю, мы достаточно взрослые, чтобы разобраться самостоятельно, без вашего контроля. И, кажется, мы уже говорили на эту тему, нет? Если это всё, ради чего вы записались на прием, прошу покинуть мой кабинет. — Хорошо, сколько ты хочешь? — выпрямившись во весь рост, надменно спросил Поттер. — Счет можно получить у администратора на ресепшене. — Не увиливай! Говори, сколько ты хочешь, чтобы навсегда исчезнуть из жизни Гарри? — Думаете, меня интересуют ваши деньги? — Мои может и нет, а вот в карман Гарри ты наверняка залезть успел. Иначе как ты объяснишь, что он инвестирует в покупку контрольного пакета акций на твое имя? — То есть вы уверены, что ваш сын не способен привлечь внимание иначе, нежели тугим кошельком? — иронично вздернул бровь Драко. — Хмм… — брезгливо протянул Джеймс, осматривая Малфоя сверху вниз. — Ну, такого как ты, возможно и мог, — Драко не успел даже подметить безнадежность ситуации, как мужчина предложил: — Хорошо. Я готов предоставить тебе замену. Любого, кого пожелаешь. Только скажи, и завтра он будет в твоей постели. Кто угодно, только не мой сын. — Кто угодно? — уточнил Малфой. — Вы так уверены в своих возможностях? А что если мой выбор падет на заядлого натурала? — Не имеет значения, — отмахнулся Джеймс. — Любого можно купить. Нужно лишь назвать правильную цену. — Считаете? — ухмыльнулся Малфой, для удобства откинувшись на спину рабочего кресла. — Тогда… Как насчет вас? — выдал он заставив мужчину поперхнуться воздухом от возмущения. — Вы с ним похожи, так что… Вполне приемлемая замена. Да и неприкосновенность сына наверняка того стоит, правда? — Да как ты смеешь предлагать такое, щенок?! Кто я по-твоему?! — Жалкое подобие отца, который не видит в сыне иной ценности, кроме навыка приносить доход. Кретин, не способный понять, что человек может привлечь не тем, что имеет, а тем, кто он есть. Хотя о чем я? Вы наверняка даже не представляете, чем живет ваш сын за пределами офиса. Знаете, все ваши слова в моих глазах настолько нелепы, что я даже переубеждать вас не стану. Сойдемся на том, что Гарри интересует меня исключительно в корыстных целях, а значит, рано или поздно он мне наскучит, и вы получите своего сына обратно. И раз мы всё выяснили, прошу, покиньте мой кабинет. — Я уйду, — скрипя зубами, процедил Джеймс, — но ты ни на что не надейся, ублюдок. Я сделал всё, чтобы ни один тебе подобный не смог сломать жизнь моему сыну. Поверь, ты не получишь его, даже если он сам того захочет.»       Тогда Драко отмахнулся от слов старшего Поттера, хоть те и оставили после себя какой-то неприятный осадок. Вот он-то сейчас, взволнованный сложившейся ситуацией, и поднимался на задворках разума колючей дымкой. Возможно угроза Джеймса все же имела смысл. И Драко собирался найти причинно-следственную связь между словами отца и поведением сына. Малфой обещал себе сделать это вне зависимости от решения Гарри. Даже если Поттер придет к мнению, что такого рода отношения не для него, Драко будет знать наверняка, что именно способствовало формированию поведения брюнета в тех или иных обстоятельствах. — Гарри, — окликнул Драко. К тому моменту, они уже попрощались, и Гарри успел преодолеть половину лестничного пролета. Поттер обернулся, следя за спускающимся следом Малфоем вопрошающим взором. Гарри шире распахнул глаза, когда губы опалило поцелуем. А уже в следующее мгновение заметно расслабился в руках Драко, охотно отвечая. — Это… — горячо выдохнул Малфой, оторвавшись от желанных губ, но не убирая рук с темноволосого затылка, — отталкивает тебя? — М? — удивленно промычал Поттер, ошалело хлопая глазами. — Нет. С чего ты взял? Меня, наоборот это завдт… кхм… В общем, взбждт… — замявшись, под конец Гарри и вовсе скатился в невнятный бубнеж. — Короче! — неожиданно взвыл он и бросил вниз красноречивый взор, не оставшийся без внимания Драко. — Понял, — успокоил тот нервничающего Поттера, отметив его возбужденное состояние, и улыбнулся: — Хорошо. — Кому хорошо, а кому с этим еще через весь город ехать, — беззлобно, скорее от смущения, пробурчал Гарри и вдруг добавил: — На самом деле меня не пугают поцелуи, касания и даже мысли о сексе с тобой… Напрягает лишь сам факт воплощения этих мыслей в реальность.       Малфой ободряюще потрепал Поттера по и без того взъерошенным волосам, оставил на его губах новый пьянящий поцелуй и снова попрощался, выпуская из своих объятий. Какое-то время Драко еще стоял на лестничной клетке, прислушиваясь к шагам Гарри по ступеням и хлопку входной двери на первом этаже. Малфой считал хорошим знаком, что Поттер не пытается скрыть или подавить свои эмоции, желания и мысли на их счет. Тем не менее это не давало никакого понимания, что делать дальше. — Тяжело тебе с ним придется, — раздался тихий хриплый голос где-то неподалеку. Драко нахмурился и поднялся на те несколько ступеней, что успел преодолеть, когда спустился вслед за Поттером. Бегло осмотрев лестничную клетку Малфой заметил мужчину в приоткрытой двери соседней квартиры. — Мистер Дамблдор, — склонив голову, поприветствовал Драко. — Прошу прощения за беспокойство. — Что вы, — с улыбкой отмахнулся пожилой мужчина. — Милые бранятся — только тешатся. С кем не бывает… — Вы все слышали, да? — виновато отвел взор Драко. — Я стар, и слух в последнее время меня подводит, — посетовал сосед. — Но ты прав, мальчик мой, кое-что я всё же слышал. — Ещё раз извините, — снова попросил Малфой и уже собирался скрыться из-под чужого внимательного взора за дверью своей квартиры. — Может, ты хочешь что-нибудь мне рассказать? — остановил вопрос Дамблдора, на который Драко ответил непонимающим взором через плечо. — Я давно отошел от рабочей практики психолога, но из ума еще не выжил, — по-доброму улыбнулся мужчина. — Да и по-соседски советом помочь всегда готов. — Я… — Малфой опешил от подобного предложения, за всю жизнь он ни разу даже не задумывался обратиться к психологу. — Нет… Пожалуй, мне нечего рассказать. — Что ж… В таком случае послушай меня, если Гарри действительно тебе интересен, — Драко заинтриговал уже сам посыл Альбуса, заставив полностью обернуться к собеседнику. — Вы его знаете? — неуверенно уточнил Драко. — Я знаком с его отцом, — ответил Дамблдор. — Ну, и с Гарри приходилось встречаться. Задолго до последних событий, — со смешком добавил мужчина, вспоминая, как недавно младший Поттер объявился на его пороге в хмельном угаре и требовал сопроводить в квартиру Малфоя, при этом уверенно заявляя, что готов отдаться тому прямо на пороге.       Дамблдор сделал приглашающий жест и предложил: «чаю?». Дожидаться ответа мужчина не стал, оставив дверь открытой и скрывшись в недрах квартиры, будто был уверен, что приглашение будет принято. И Драко действительно последовал за ним. Словно завороженный шагнул через порог и, тихо прикрыв за собой дверь, неспеша прошествовал до кухни, где хозяин как раз заваривал пряный чай. — Лимонную дольку? — любезно предложил Дамблор, выставляя на стол вазочку со сладостями. Драко отрицательно мотнул головой, но под пытливым взором мужчины всё же сел за стол и принял небольшую чашку дымящегося чая. Малфой сгорал от нетерпения, совершенно не обращая внимания на то, насколько сильно обжигает пальцы чашка с напитком. Дамблдор же, напротив, не спешил с рассказом, обостряя чужое любопытство. — Итак… — подстегнул Драко, приготовившись слушать.       Мужчина молчал, периодически подувая на чай и смакуя одну из лимонных долек. — Джеймс долгое время ходил ко мне на прием со своей супругой, — начал Альбус, лишь сделав несколько осторожных глотков ароматного напитка. — Лишнего рассказывать не буду. Врачебная тайна, сам понимаешь. Но очевидное, пожалуй, раскрою: проблемы в отношениях должны решаться совместно. Когда один пытается в одиночку прийти к взаимопониманию, а другой упрямо твердит, что все и так в порядке — ничего не выйдет. К сожалению упрямство Джеймса Поттера мне свернуть не удалось. Он отказывался признавать проблемы в семье, и в конечном итоге этот брак развалился. Примерно тогда же Джеймс впервые привел на прием сына. Гарри в то время был совсем ребенком. Знаешь, есть специалисты, которые считают тягу к собственному полу едва ли не генетически заложенным аспектом. Я предпочитаю рассуждать об этом, как о некой психологической предрасположенности, и в конечном итоге человек сам решает, по какому пути ему идти. Джеймс же считал выбор сына болезнью и стремился вылечить его, — Дамболдор ненадолго замолчал, чтобы сделать новый глоток чая, после чего с улыбкой продолжил: — Но при такой логике все мы больны лишь потому, что каждый имеет мнение отличное от чужого, разве нет? — Но вы все равно пытались скорректировать у Гарри восприятие собственных желаний? — уточнил Драко. — Мягкая терапия помогла уравновесить его представление о взаимоотношении полов, расширить это самое восприятие и обратить внимание на противоположный пол, в том числе, — выделил последнее мужчина, — но не взамен. — Это не то, чего ожидал Джеймс, верно? — понимающе хмыкнул Малфой. — Верно, — хрипло усмехнулся Дамблдор. — Он требовал более жестких методов коррекции. И я отказался. Поттер сулил мне немалые гонорары, но его маниакальные идеи шли вразрез с моими личными убеждениями, ведь по сути он требовал сломать собственного ребенка, словно тот был игрушкой, которую необходимо перенастроить. — Похоже, Джеймс нашел другого специалиста, — мрачно заключил Драко. — Как это работает? — Я не знаю какие методы использовались, — подумав, признал Дамблдор. — В основном все подобные способы коррекции поведения основаны на принудительном искажении внутренних убеждений и установок. И скорее всего Гарри о них даже не подозревает. При столь радикальных мерах он, возможно, вообще смутно помнит тот период жизни, — объяснил мужчина. — Тем не менее увлеченную собственным полом часть Гарри не уничтожили полностью. Ее попросту заперли глубоко в подсознании, где она долгое время спала, — Альбус снова замолчал, уделив внимание чаю и сладостям. — Предположу, — добавил он, смакуя лимонную дольку, — что катализатором пробуждения старых желаний Гарри стал именно ты, Драко. — Скорее алкоголь, — фыркнул тот, бессмысленно вглядываясь в полупрозрачную глубину чашки с чаем в собственных руках. — Когда-то, лет в шестнадцать, мы встретились с ним в клубе… Тогда он впервые поцеловал меня. Первым. Я в то время даже не рассматривал парней в этом плане. — Ну, алкоголь тут сыграл послабляющую роль, — рассудил Дамблдор. — Он мог ослабить внутренние цепи, дать Гарри больше свободы. Однако, было что-то ещё, — многозначительно усмехнулся мужчина. — Поверь, он выбрал тебя уже тогда. Да, пусть на подсознательном уровне. Но именно в тебе его скованные желания увидели ключ к освобождению. И если я не прав в своих выводах, — последнее он добавил, предостерегая очередное возмущение Драко, — отчего же за столькие годы не нашлось никого другого, кто бы вывел чувства Гарри из состояния оцепенения, м?       Малфой молчал, пытаясь разгадать загадочную улыбку Дамблдора и понять, как поступить дальше с учетом всего услышанного. — Так или иначе с алкоголем лучше повременить, иначе последствия могут быть непредсказуемыми. Советую работать с трезвым рассудком. Действуй мягко, но настойчиво. Не переходи грань принуждения в попытке сорвать застарелые замки силой. Этим ты сделаешь только хуже. Излишнего напора тот, запертый внутри Гарри, может попросту испугаться, решив, что ошибся с выбором, и тогда закроется от внешнего мира уже добровольно. — Я заметил, — отстраненно отметил Драко, уже иначе глядя на недавнюю ситуацию и реакцию Поттера. «Значит, никакого секса в ближайшее время», — рассуждал про себя Малфой. — Физическая близость может стать решающим фактором, — словно прочитав его мысли, опроверг их Дамблдор. — Боюсь, именно это и заставит его закрыться окончательно, — отстраненно отозвался Драко. — Все зависит от подхода, — все так же загадочно произнес мужчина. — В каком смысле? — Посмотри на проблему под другим углом и решение придет само, — посоветовал Альбус. — У тебя два пути. Либо ты будешь долго, чешуйка за чешуйкой, снимать с Гарри панцирь. Либо найдешь способ взломать систему за раз. Минусы есть в любом случае. Первый может занять весьма много времени. Месяцы. Может, годы. Второй чреват рисками. У тебя будет всего одна попытка. Ты либо выиграешь, либо потеряешь его.