История болезни/Медкарта/病案本

Так как Хэ Юй жил в законопослушном обществе, очевидно, что ему бы не удалось помучить Се Цинчэна. Как бы там ни было, им ничего не оставалось, как смириться со своей судьбой и вернуться обратно к лагерю. Они могли лишь молча обмениваться взглядами. Исходя из произошедшего, можно было бы предположить, что, вероятно, Адам и Ева не любили друг друга. Похоже, они сошлись, так как у них просто не было другого выбора. В итоге им пришлось тратить своё свободное время на болтовню со змеёй на дереве. — Чертёнок, — заговорил Се Цинчэн. Кроме него, никто не называл Хэ Юя «Чертёнком». К тому же, когда бы он не обращался к нему таким образом, это значило, что Се Цинчэн хочет с ним поговорить. Парень повернулся: «Мм?» — Рана на твоей руке… уже зажила? — Да, — улыбнулся он. — Доктор Се, почему вас волнуют мои царапины? В тот день, когда нас привезли в полицейский участок, казалось, что вам и самому хотелось меня разок стукнуть. — Ты знаешь, что мне не нравится, когда кто-то начинает вспоминать моё прошлое… — В таком случае, разве ты не понял, что я пытался извиниться? Се Цинчэн поднял на него взгляд. — … Улыбка на лице юноши никуда не исчезла, но в его глазах появился холод. — Это просто моя манера общения, Се Цинчэн. В тот день мне действительно было жаль. Даже в детстве мне всегда талдычили о том, что нужно держать эмоции под контролем. Возможно, прошло уже слишком много времени с момента твоего увольнения, и ты уже позабыл слова, которые сказал мне тогда. Наступила тишина. Затем Се Цинчэн ответил: «Да, прошло много времени». — Четыре года. — У меня не было возможности поговорить с тобой… Как ты себя чувствуешь? — поинтересовался мужчина. — Намного лучше. Не волнуйся, независимо от моего к тебе отношения, я всегда одобрял твою медицинскую философию и всё время держал твои наставления у себя в голове. Се Цинчэн принял отрешённый вид. — Замечательно. Развитие болезни зависит от тебя. Не имеет значения, кто будет твоим лечащим врачом, самое главное — настрó‎й. Хэ Юй ненадолго притих, после чего поднял голову и улыбнулся. — Только посмотри на себя, разве эти слова не звучат как-то знакомо? Ах! — он сделал паузу. — Вспомнил. Однажды ты уже говорил подобное. Доктор Се, я всё ещё помню. Это было перед твоим уходом… Когда Се Цинчэн уволился. За день до этого, когда Хэ Юй и Се Сюэ закончили читать в библиотеке, начался дождь. Парень раскрыл зонт и провёл подругу домой. — Спасибо, — поблагодарила она его. — Пустяки. — Не хочешь зайти ко мне? Хотя у меня дома немного тесновато… — Я не помешаю? — Конечно, нет. Я просто переживала из-за того, что тебе может быть неуютно, — Се Сюэ улыбнулась и потянулась к руке Хэ Юя, чтобы провести его прямо к аллее, где располагался её дом. Се Цинчэн ещё не пришёл, но Ли Жоцю была там. Сидя за столом, женщина набирала кому-то сообщение в телефоне. Уголки её губ радостно приподнялись. Она даже не обратила внимание на свою золовку, которая только вернулась домой. Ли Жоцю лишь промолвила, проходя мимо: «Се Сюэ, это ты». Хэ Юю редко доводилось её встречать. Поэтому, придя в гости, он вежливо произнёс: «Невестка Ли, извините за беспокойство». Женщина удивлённо посмотрела на него, а её голос стал звонче: «Ах… проходи, садись». Она засуетилась, собираясь заварить им чай. Хэ Юй улыбнулся: «Невестка, не нужно, я просто провёл Се Сюэ домой и буду уже уходить». — Как это так? Садитесь, я принесу вам что-нибудь перекусить. Она развернулась и ушла. Се Сюэ прошептала: «Ли Жоцю очень милая, в ней всегда полно энтузиазма. Если не примешь её заботу, она может рассердиться». У этой женщины действительно был сильный характер. Хэ Юй смог убедиться в этом после того, как пообщался с ней всего пару раз. Более того, кто бы вообще смог выйти замуж за Се Цинчэна, если не она? Он присел. В старом доме на аллее Хучжоу очень тесно — это была общая комната, отделенная занавеской. Ученик средней школы, уже достигший переходного возраста, понимал, насколько трудно здесь жить. Это был первый раз, когда он оказался на личной территории Се Цинчэна. Юноша обратил внимание на обстановку в доме и с чувством лёгкости остановил взгляд на двуспальной кровати, наполовину прикрытой покрывалом. Трудно представить, чтобы Се Цинчэн и Ли Жоцю чем-то занимались здесь. Хэ Юй вежливо отвернулся. — А вот и чай с закусками. Не знаю, понравится ли тебе такое, — Ли Жоцю улыбнулась и поставила перед ними горячий чайник и поднос с выпечкой, на котором ещё оказалась тарелка нарезанных фруктов. — Попробуй, я сама приготовила. — Невестка, вы так добры ко мне. Женщина прикрыла рот и улыбнулась, глядя на молодых людей. Хотя Се Сюэ и была старше Хэ Юя, но в момент полового созревания мальчики очень быстро растут. В тот день парень не надел школьную форму, на нём была только черная водолазка, джинсы и бейсболка. Его рост уже достигал почти 180 см, из-за чего он мало походил на ученика средней школы. Поэтому парень и девушка, сидящие рядом, на вид казались практически одногодками. Некоторое время в комнате было тихо. Се Сюэ: «…» Хэ Юй: «…» Ли Жоцю: «…» Через несколько секунд женщина вежливо взмахнула рукой: «Вы говорите, говорите, а я пойду в гости к тёте Ли». — Но, — начала Се Сюэ, однако Ли Жоцю уже ретировалась из комнаты. Её брови перед уходом так игриво приподнялись, что даже идиот мог понять, о чём она подумала. Се Сюэ была немного смущена, и ее лицо мгновенно залилось краской. — Извини, Хэ Юй, она любит смотреть разные любовные дорамы. И чем больше смотрит, тем больше об этом думает. — Все в порядке, — Хэ Юй потупил взгляд и сделал глоток теплого чая. Он почувствовал, что «недопонимание» Ли Жоцю сыграло ему на руку, и это подняло ему настроение. Ему очень нравилась Се Сюэ, и женщина явно об этом догадывалась. — Кстати, твой брат завтра не будет на дежурстве, но он придет ко мне домой, чтобы кое о чём позаботиться, ты хочешь пойти с ним? Когда он закончит свою работу, я отведу тебя на барбекю. Се Сюэ с радостью согласилась, когда услышала о еде. Однако после того, как Хэ Юй вернулся домой той ночью, он обнаружил, что в гостиной горит свет, и открыл дверь, чтобы войти. Люй Чжи Шу сидела в комнате и читала газету. Парень немного удивился. Его родители редко наведывались домой. Во владениях его семьи было две виллы: одна в Шанхае, а другая в Яньчжоу, где и жил Хэ Юй до пятилетнего возраста, а затем был перевезен на юг. Его младший брат отличался от него. Тот хотел учиться и привык играть в петушиные бои с приятелями во дворе. Ему всегда было не по себе, когда он видел своего старшего брата, который преуспевал во всех областях, из-за чего они стали жить в разных домах. Таким образом, их жильё разделяли берега реки. В любую свободную минуту родители мальчиков постоянно отдавали предпочтение младшему сыну, нежели Хэ Юю, поэтому не очень часто навещали его. — Почему ты здесь… — Я только вернулась из командировки, — Люй Чжи Шу отложила газету в сторону. — Сядь, я хочу тебе кое-что сказать. Он снял обувь и подошел к матери. Взгляд Хэ Юя опустился вниз. — Начинай. Люй Чжи Шу налила себе бокал красного вина, сделала глоток и сказала: «Завтра последний день, когда Доктор Се навестит тебя. После этого он больше не будет работать на нас». Хэ Юй не ожидал такого и был ошеломлен. Спустя долгое время, он, казалось бы, услышал свой собственный голос со стороны: «Почему так внезапно…» — Ну, я не спешила сообщать тебе эту новость, так как боялась твоей реакции. — Почему… Люй Чжи Шу не ответила прямо на его вопрос, но промолвила: «Мы уже оплатили все медицинские счета. Завтра, когда он придёт осмотреть тебя и расскажет мне о твоём состоянии, можете попрощаться. Но после этого…» Она отпила ещё немного: «Ты больше не будешь общаться с их семьей». — … — Понимаешь, о чём я говорю? Мы принадлежим к разным мирам. Я послала Лао-Чжао забрать тебя днем, но он сказал мне, что ты повёл Се Сюэ домой. — Люй Чжи Шу вздохнула. — Честно говоря, я очень разочарована тобой. Родители всегда хотят, чтобы их дети были окружены правильными людьми. Она посмотрела на фигуру мальчика, её взгляд поднялся к его лицу. — Особенно это касается спутниц женского пола. В гостиной долгое время было тихо. Затем Хэ Юй спросил: « Доктор Се действительно хочет этого?» — Увольнение — его выбор. Но идея о том, чтобы ты держался подальше от их семьи, принадлежит мне, — откровенно призналась Люй Чжи Шу. Женщина улыбнулась и подошла к сыну, после чего подняла руку и пригладила его волосы. — Но, полагаю, Доктор Се понимает мои намерения. Он не хочет иметь ненужные связи, после завершения своей работы. Он очень разумный человек, поэтому мы с твоим отцом восхищаемся им и доверяем ему. — … — Если не веришь мне, можешь спросить у него.

***

На следующий день Се Цинчэн пришёл в особняк. После того, как все процедуры были сделаны, он провел последний медицинский осмотр, а затем аккуратно заговорил с юношей, лежащим на кушетке: «Твоя мать, наверное, уже сказала тебе». Хэ Юй: «…» — С завтрашнего дня меня не будет в вашем доме. Если почувствуешь недомогание, ни в коем случае не причиняй себе вред. К тому же не имеет значения, кто в дальнейшем будет следить за твоим состоянием, помни, что самое главное то, что в твоей голове. Говоря об этом, Се Цинчэн не вкладывал какие-либо эмоции в свою речь. Люй Чжи Шу была права. Для этого человека граница между Хэ Юем и ним самим всегда была предельно ясной. Их семьи отличались и никак не подходили друг другу. Парень являлся молодым господином семьи Хэ и сыном Хэ Цзивэя. А Се Цинчэн просто врач, которого наняли на работу. Хэ Юю нельзя было полагаться лишь на него, чтобы облегчить своё психическое состояние. В свою же очередь, мужчина спокойно отнёсся к происходящему, так как прекрасно понимал, в каком положении находится. Он мог заботиться о пациентах и оказывать им моральную поддержку, но когда придёт время прощаться, у него не будет сожалений. Он всегда относился к взаимодействию врача и пациента слишком просто, поэтому в конце только и сказал: «…Ладно, Чертёнок, тогда я желаю тебе скорейшего выздоровления». В сердце мальчика, который только недавно стал подростком, воспылала злость, и он посмотрел на Се Цинчэна. — Тебе больше нечего мне сказать? — … Юноша немного подождал, но ему так и не ответили. — Хорошо. Но я не буду молчать. — … — Се Цинчэн, за последние несколько лет у меня было много врачей. Они говорили мне принимать лекарства, делали уколы и смотрели на меня, как на аномалию. Но ты был не таким. Ты реально не нравишься мне, но я всегда прислушивался к тебе. Потому что только ты будешь относиться ко мне, как к человеку, которому следует влиться в общество. Ты сказал мне, что инъекции и лекарства — не самое главное. Наладить контакт с другими и укрепить сердце — единственный мой путь. Парень сделал паузу. — Доктор Се, хотя мы не были слишком близки, но я всё ещё… — …… — Я… В тот момент Хэ Юй осознал, что не в силах говорить, и пара миндальных глаз уставилась на лицо Се Цинчэна. — Я думал, ты относишься ко мне не только как к пациенту, но и как к нормальному человеку с чувствами. — Я отношусь к тебе как к нормальному человеку с чувствами. — Тогда ты просто так внезапно уйдешь? — у подросшего мальчика уже появилась угнетающая и ужасающая аура, когда он начинал сердиться. — Отношения между людьми всегда такие? Се Цинчэн на мгновение замолчал. — Хэ Юй, знаю, ты думаешь, что это всё происходит слишком быстро. Я должен был сказать тебе заранее, но твои родители отговорили меня. Твой отец всегда был не только моим другом, но и работодателем. Я должен сначала уважать его мнение… — Тогда, что насчёт моего мнения? Се Цинчэн ответил: «Я всего лишь врач». — Я тоже твой работодатель, — Хэ Юй уставился на него. — Ты даже не спросил меня. — … — Молодой человек, контролируйте себя, — вздохнул мужчина. — Я не хотел неуважительно относиться к тебе, но ты все еще школьник и не можешь позволить себе нанять меня. Хэ Юй не знал, о чём он думал. К тому времени он уже успокоился и мог уклоняться от чужих слов, как от ударов, чтобы сохранить толику вежливости. Но когда парень осознал, что Се Цинчэн и Се Сюэ собираются уйти, он внезапно почувствовал беспомощность и выпалил: «У меня много карманных денег, я могу…» — Вот и купи себе торт, и съешь его. — … — Я не кусок пирога, и ты не можешь купить меня, только из-за отказа твоего отца. Я стал твоим врачом лишь благодаря ему, поэтому мне запрещено идти против его воли, понимаешь? — Се Цинчэн дал разумный ответ. — Почему он хочет, чтобы ты ушел? — Он не хотел, чтобы я уходил, — сказал мужчина, — Это мой выбор. Разве ты не спрашивал меня о том, как люди ведут себя, когда приходят к концу каких-либо отношений? Се Цинчэн заглянул в глаза Хэ Юя. — Спрашивал. — Хоть я вижу тебя обычным юношей, отношения, установленные между нами, всегда были отношениями врача и пациента. Всё имеет своё завершение. Даже твои родители, самые близкие тебе люди, не смогут всю жизнь быть рядом. Теперь, когда наше общение подходят к концу, я должен уйти. Это конец нормальных отношений между нормальными людьми. — … — Время, о котором мы с твоим отцом изначально договорились, — это семь лет. Сказав это, Се Цинчэн снова посмотрел на мальчика. — Твоя болезнь сейчас на таком этапе, когда тебе нужно научиться полагаться на себя, чтобы выбраться из теней твоего сердца, понимаешь? — Так ты такой же, как моя мама. Думаю, теперь всё ясно. Между нами не должно быть никаких отношений, а как же Се Сюэ? — Если тебе понадобится наша помощь, можешь связаться с нами в любой момент, — он остановился на время. — Но в целом в этом нет необходимости. — … — Кроме того, твоя мать сказала мне, что вы и Се Сюэ часто проводите время вместе, — промолвил Се Цинчэн. — Как её родитель, я действительно считаю, что это неуместно. Мужчина посмотрел на юношу и спокойно произнёс: «Я знаю, что вы очень разные по возрасту, но твои чувства к ней — просто зависимость, у которой нет продолжения. Но время идёт, и я не хочу, чтобы поползли ужасные слухи о вас двоих». Хэ Юй не стал поправлять его излишне устаревшее и наивное мышление. — Значит, ты согласен с моей мамой. — Да. Парень смотрел на него долгое время, а затем он откинулся на спинку стула, подпёр голову рукой и мягко улыбнулся. Эта улыбка была похожа на облако, загораживающее солнце, полностью закрывающее каждый дюйм, который мог бы пропустить источник света. — Доктор Се, вы действительно… настолько спокойны, что я начинаю думать, будто у вас нет сердца. — Хорошо. Раз тебе такое пришло в голову, можешь уходить. — Я буду помнить твои слова, буду бережен к себе и продолжу спокойную жизнь. К тому же желаю тебе успешной карьеры и великого будущего. Хотя Се Сюэ — твоя сестра, у нее также есть свобода выбора, поэтому, что бы ты ни говорил, я все равно буду общаться с ней. Се Цинчэн нахмурился, его глаза стали суровыми: — Она уже почти взрослая девушка, а ты четырнадцатилетний школьник. Почему тебе так хочется проводить с ней время? — Потому что она не такая, как ты. Казалось, свет и тьма столкнулись друг с другом. — Она единственный мост, который соединяет меня с этим миром. Мужчина замолк. — Тогда тебе стоит найти другой. У них не оставалось много времени на общение, поэтому после этого разговора, Се Цинчэн ушёл из их дома. В тот день Хэ Юй сидел в кресле и почти не двигался. С самого рассвета до поздней ночи. Парень подумал, что Се Цинчэн на самом деле очень способный человек. Его речь всегда имела смысл. Он сказал ему, что будет относиться к нему, как к обычному психически здоровому человеку. Именно этот мужчина настаивал на том, что люди в силах самостоятельно перебороть своих внутренних демонов. Он даже создал иллюзию, заставившую Хэ Юя чувствовать себя частью его семьи. Но в тот день он понял, что слишком много думал об этом. Трудовые отношения, на самом деле, являются наиболее невинным и простым типом межличностных отношений. Длятся ли они десять или двадцать лет, но когда заканчиваются, вы можете делать всё, что захотите, и никто не будет никому ничего должен. Поэтому Доктор Се ушёл после того, как ему заплатили, ведь у него не было никаких причин оставаться. По сравнению с предыдущими врачами, Се Цинчэн не представлял собой ничего особенного. Он был еще более жестоким, чем другие доктора, считавшие Хэ Юя «больным», потому что этому мужчине удалось обманывать его дольше всех и извлекать максимум пользы из его крови и боли. Именно он заставил его ошибочно поверить в то, что отношения, которые он установил, были прочными, и именно он заставил его ошибочно подумать, что его любовь к Се Сюэ может быть принята его родителями. Но он оказался неправ. Хэ Юй вспомнил события прошлого и взглянул на мужчину. Прошло так много лет, а тот совсем не изменился. Он по-прежнему не хотел, чтобы Се Сюэ оставалась наедине с парнем, и всё ещё относился к своей сестре очень властно и авторитарно, прямо как защитник родины. Се Цинчэн может быть очень хорошим врачом с отличными методами лечения, справедливым умом и ответственностью перед пациентом. Но, к сожалению, у него нет сердца. — Всё еще думаешь о прошлом? Голос мужчины отрезвил его. Хэ Юй вернулся в реальность и промолвил: «Ты сам упомянул, поэтому я подумал об этом… Наверное, ты уже и не вспомнишь, что я говорил тогда. В конце концов, наши отношения врача и пациента закончились, я прав?» Се Цинчэн еще не ответил, но в этот момент в небе внезапно загорелся свет, за которым последовал хлопок, и в ночи расцвел фейерверк. Каждый год под конец разных мероприятий университет устраивал потрясающее представление. Раздалось ещё несколько взрывов, и распустились тысячи цветов. Се Цинчэн ответил: «Да». Среди этого блеска внезапно раздался приглушенный раскат грома — пошёл дождь. Хоть и небо сверкало разными цветами, но оно не могло быть ярче молнии, и вскоре фейерверки утихли. Вдалеке студенты смеялись и бежали в учебный корпус или общежитие, чтобы укрыться от дождя, в то время как капли с треском падали на землю. На лице Хэ Юя все еще сохранилась слабая улыбка. Когда небо потемнело, он сказал: «Тогда давайте спрячемся от дождя, Доктор Се. Если хочешь, можешь остаться здесь, но ты теперь брат моей учительницы, и если промокнешь, я не смогу ей ничего объяснить». Парень на некоторое время остановился, но затем усмехнулся и иронично продолжил: «Это нормально, что двое людей, разорвавших отношения врача и пациента, вместе прячутся от дождя. Теперь между нами нет никаких границ, верно?» Се Цинчэн знал, что Хэ Юй, где-то глубоко в душе, всё ещё держит на него обиду. Но у мужчины не было времени на обсуждение этой проблемы, поэтому он холодно произнёс: «Да». Юноша улыбнулся. — Впереди есть пещера. Только после вас.

***

В то время, как они оба искали место, чтобы укрыться от дождя, второкурсник тщательно пытался следовать указаниям своего начальника и сделать всё так, как он велел. Парень отговаривал студентов от катания на лодках и прогонял их с берега озера. Когда начался дождь студент подумал, что, должно быть, все уже вдоволь повеселились и больше никто не придёт сюда, чтобы прокатиться к «Неверленду», поэтому немного расслабился. — Боже, этот дождь такой сильный, — он с волнением сел в лодку и очень внимательно посмотрел на остров, надеясь что-нибудь разглядеть. Но расстояние было слишком большим. Раньше он лишь смутно мог узреть Хэ Юя и чью-то стройную фигуру рядом с ним. Второкурсник был близорук и плохо видел. Он чувствовал, что та девушка была довольно высокой и казалась настоящей красавицей. Вероятно, её рост составлял почти 180 см. «Может, она на каблуках?» Студент размышлял о том, что вкус Хэ Юя действительно уникален, раз ему нравятся такие высокие женщины. Ах… Жизням капиталистов действительно можно только позавидовать. Вскоре интерес одолел его, из-за чего ему очень сильно захотелось узнать, что будут делать двое людей, застрявших на острове, чтобы спрятаться от ливня. В «Неверленде» имелась лишь одна пещера, которую считали «слепым пятном». Второкурсник слышал, что некоторые пары любят приходить туда, чтобы немного поразвлечься. Вероятно, учитывая внешность Хэ Юя и его семейное достояние, у него получилось заполучить в свои сети длинноногую красотку. Должен ли он отправить ему сообщение, чтобы напомнить о защите? Второкурсник подумал и достал телефон. Пройти через такой путь ради признания, только это самое главное сейчас, верно? Старший начал набирать сообщение, намереваясь отослать его на разблокированный сотовый Хэ Юя, чтобы получить ещё больше признательности в ответ… «Начальник, в пещере на острове есть аптечка, во втором отделе лежит пачка презервативов. Если они вам понадобятся, можете заглянуть туда, и если вы всё-таки ими воспользуетесь, не забудьте поблагодарить меня…» Автору есть, что сказать: Самое глупое, что может сделать несовершеннолетний — попытаться использовать свои карманные деньги, чтобы удержать человека, которого с великим трудом наняли на работу… Самое глупое, что могут сделать родители — вмешаться в свободу выбора и в любовь детей, а также просить маленьких мальчиков не приближаться к маленьким девочкам. Результат будет таков, что этот маленький мальчик вдруг обратит внимание на Се-гэ… Хоть Доктор Се и получил деньги за лечение Хэ Юя, но этого всё ещё было недостаточно… В будущем вы поймете причину. Ах, конечно, в некотором роде это из-за того, что снимать квартиру в Хучжоу до безумия дорого… Однако он так долго лечил его, но всё ещё не заработал денег, чтобы купить дом… (?)