История болезни/Медкарта/病案本

Сейчас. Внутри университетского спортзала студенты установили несколько рядов с небольшими киосками, где продавались разные напитки и закуски. Атмосфера в целом была шумной и волнительной. Обычно во время всяких мероприятий это место посещали весьма редко, но из-за дождя было невозможно находиться снаружи. Таким образом, студенты начали собираться именно здесь. — О, посмотрите, там есть коробка для любовных писем. — Так она всё время была здесь? Наконец-то я нашла её. Довольные студентки сгруппировались вокруг капсульной коробки, теснясь друг к другу, чтобы написать имена тех, в кого они влюблены, а потом кинуть вовнутрь. По большому счету это организовали специально для стесняшек, которые могли бы избежать неловкости от признания напрямую и не умереть от смущения. Коробку устанавливали каждый год во время праздников, и она считалась популярной среди учащихся. Сидя в уголке, Се Сюэ попивала тёплое молоко и заканчивала писать своё послание. После того, как она поместила листок в белоснежный конверт, девушка с опаской осмотрелась вокруг и только потом аккуратно вывела сверху имя человека, в которого была тайно влюблена. Се Сюэ застыла в удивлении. — Ах, сестричка, у тебя пошла кровь из носа… — заметив это, кто-то из прохожих, не теряя времени, вытянул пачку салфеток. — Держи, приложи быстро. Се Сюэ резко подняла взгляд к потолку и прикрыла нос салфеткой. — Спасибо-спасибо. Почему ей так не везло? Девушка сразу же вспомнила, что в последний раз такое случалось ещё в детстве. — А письмо… Почему бы не написать новое… — Всё хорошо, всё хорошо! Я просто написала его в шутку! Ради забавы! Это не так уж и важно! — боясь, что кто-то увидит имя на конверте и посмеётся над ней, она быстро поднялась и прошла вперед, чтобы кинуть запачканное письмо прямо в коробку. Ей хотелось поскорее поджать хвост и убежать без оглядки. Тогда какой-то студент вдруг осознал: «Мм… Думаю, это была Учитель Се…» После того, как Се Сюэ отошла чуть дальше, ей в голову пришла мысль, что нужно будет позвонить брату и узнать, когда в последний раз у неё шла кровь из носа. Однако, несмотря на то, что она несколько раз пыталась дозвониться до Се Цинчэна, в телефоне всё же прозвучало: «Здравствуйте, абонент временно недоступен или его устройство отключено. Пожалуйста, перезвоните позже». Се Сюэ: «…» Эх… Может, он уже вернулся домой и уснул? Девушка никогда бы и не представила, что её старший брат совсем не спал. Поскольку он вместо нее надел костюм девятихвостой лисы, ему «выпала честь» попасть в ловушку Хэ Юя и застрять на острове на несколько часов. Касательно самого парня, то он был пойман во время «преступления». На данный момент они оба стояли у берега, у обоих руки были сложены в карманы, а их глаза уже успели заледенеть, в то время как они буравили друг друга взглядами. Се Цинчэн ждал объяснений. — Здесь такой прекрасный вид, — медленно промолвил Хэ Юй. — Луна сегодня красивая. Понимаешь, о чём я? — Перестань отвечать загадками. — Я тоже считаю тебя красивым и хочу с тобой встречаться. — Ты совсем стыд потерял. — Се Цинчэн струсил немного пепла с сигареты. — Я здесь не для того, чтобы играть с тобой в игры. Улыбка парня медленно исчезла. Так как он знал, что у него не получится провернуть очередной трюк, юноша снял свою маску беспечности, и выражение его лица изменилось. — Ты уже всё услышал, что же мне ещё рассказать? Встретив острый и холодный взгляд мужчины, он сделал паузу и вздохнул. — Ладно. Мне кое-кто нравится. Я хотел признаться ей, но она не пришла. Теперь понимаешь, что я имею в виду? Се Цинчэн отчего-то чувствовал, что здесь что-то не так, но у него не было особого желания устраивать разборки. Всё его внимание обратилось к тому факту, что Хэ Юю нравится девушка. — Это кто-то из школы? — Да. — Кто? — Не твоё дело, — улыбнулся парень. Мужчина выровнялся и медленно подошел к нему. Несмотря на то, что он был немного ниже него, у Се Цинчэна появилась возможность взглянуть на юношу сверху вниз, ведь тот стоял на склоне. Его глаза похожие на лепестки персика в лунном свете приняли ещё более холодный вид. — Хэ Юй, ты ведь в курсе, чем болеешь? — Психической Эболой, — без единой эмоции ответил он. — Тогда почему пытаешься начать с кем-то встречаться, когда даже ещё не вылечился и не можешь взять все симптомы под контроль? Парень мгновенно замолк. Это именно та реакция, которую он и ожидал получить от Се Цинчэна. Взглянув на него, Хэ Юй мягко промолвил: — Разве не ты говорил мне, что нужно общаться с людьми и влиться в социум? Ты поощрял моё взаимодействие с окружающими, хотел, чтобы я завёл друзей и нашёл любовь. Разве не ты сказал мне, что я ещё ни разу ни с кем не встречался? Что я навсегда останусь для тебя Чертёнком? — Я сказал это, потому что был зол, — глаза Се Цинчэна сверкнули, словно острое лезвие. — Ты умный и должен уметь отличать правду от лжи. — Рад, что ты так думаешь. Но мне уже девятнадцать лет. Я не такой, каким ты меня представляешь. — Тебе лучше быть осторожным, Хэ Юй. Ты понятия не имеешь, сколько людей впадают в депрессию после расставания. Даже обычный человек может сойти с ума от любви и будет ужасно страдать, вися на волоске от смерти. Тебе же нужно оставаться спокойным. Когда твоё состояние стабилизируется, тогда и сможешь ходить на свидания с кем захочешь, и я не стану вмешиваться. Хэ Юю внезапно вспомнились ямочки на лице Се Сюэ, которые проявляются, когда она улыбается. Было забавно осознавать, что Се Цинчэн не знает, что его сестра и есть та самая девушка. Реакция мужчины оказалась такой, потому что он и не подозревал об этом. Но если бы ему стало известно, что Хэ Юй влюблён в Се Сюэ, вероятно, он бы уже зарядил ему по лицу. — За последние пару лет тебе когда-либо удавалось взять под контроль эмоции? Если нет, тогда, как ты можешь вообще говорить, что тебе кто-то нравится? Парень встретил тёмный взгляд Се Цинчэна. — Тот факт, что я принял такое решение — доказательство того, что я могу взять себя в руки. — Ты слишком самоуверенный. — Самоуверенный? — повторил юноша. — Доктор Се, за эти девятнадцать лет я разве кого-то обидел? —… — Мне просто кто-то понравился. Вот и всё. —… — Но у меня нет права на это, да? — Ты ещё не знаешь, как болезнь проявит себя в будущем. Кроме того, ты пациент с редкой мутацией, ты… — Профессор Се, — Хэ Юй спокойно прервал речь Се Цинчэна, становясь всё более раздраженным. — Вы больше не мой лечащий врач. Знаю, вам тяжело приходится в таком-то возрасте, не можете уснуть и чувствуете одиночество, поэтому я могу понять то, что вы суёте свой нос в жизнь молодых людей. Честно говоря, думаю, мои дела вас и вовсе не касаются. Мужчину разозлила провокация парня. — Думаешь, я хочу вмешиваться в чужую жизнь? Я делаю это лишь потому, что уважаю твоего отца. Мне пришлось лечить тебя на протяжении семи лет, было бы бессмысленно волноваться о собаке, за которой ты присматривал семь лет, что уж говорить о человеке. Хэ Юй склонил голову и ухмыльнулся, проведя кончиком языка по зубам. — Ах, какая жалость, что я не твоя собака. — … — Уже поздно. У меня нет ни малейшего желания находиться здесь и кормить комаров. Мы уходим или нет? — Хэ Юй ослабил металлическую цепь, с помощью которой пришвартовали лодку. — У тебя, должно быть, болит спина от того, что ты так долго сидел. Помочь тебе? — с издёвкой промолвил он. В итоге они снова расстались на плохой ноте. После возвращения в общежитие Се Цинчэн принял душ и начал обдумывать произошедшее. В конце концов, хотя уже было поздно, он позвонил Хэ Цзивэю. — Ох, доктор Се. Давно мы уже с вами не общались, — удивленно ответил мужчина, оставаясь вежливым как никогда. — Какое совпадение, я только недавно подумал, что надо бы позвонить вам. — Господину Хэ есть о чём поговорить со мной? — Се Цинчэн не ожидал, что у Хэ Цзивэя будет к нему какое-то дело. — Верно, хотел узнать у вас подробности о том случае в лечебнице Чэнкан. — … К мужчине пришло осознание. Хэ Цзивэй тяжело вздохнул. — Я постоянно думал об этом в последние несколько дней. Этот мальчишка беспокоит меня. Слышал, вы были с ним во время происшествия. — Да. — Полицейские сказали, в тот день вы присмотрели за моим сыном. Я действительно благодарен вам. Кажется, Хэ Юй не рассказал ему, что случилось на самом деле. Се Цинчэну не нравилось, когда кто-то попусту рассыпался перед ним в благодарностях, поэтому он поведал мужчине обо всём, что тогда произошло. Конечно, упустив подробности о проявлении «способностей» Хэ Юя. После того, как Хэ Цзивэй послушал его, он на некоторое время замолчал. — Так вот, как оно было. Вот же сопляк. Ах… Немного все обдумав, Се Цинчэн промолвил: — Господин Хэ, в прошлом вы хорошо относились ко мне, и даже если я не работаю сейчас на вашу семью, я до сих пор замечаю состояние вашего сына, когда вижу его. Хочу спросить, как для него прошли эти несколько лет? — Благодаря вам, ему намного легче. Вы ведь сами тогда сказали, что настала пора становиться независимым? Сначала я волновался, но кто бы мог подумать, что Хэ Юй сможет себя контролировать. Иногда он делает уколы или принимает таблетки, если чувствует недомогание, но у него нет никаких проблем. — Он не слишком зависим от лекарств? — Это… — мужчина замялся и, видимо, заставил себя слегка засмеяться. — Вы же знаете, что я и его мать всегда в работе, поэтому, если быть честным с вами, у нас нет времени на проявление внимания к тому, в каких дозах Хэ Юй употребляет таблетки… Домработник говорит, что всё в порядке, что он не увлекается этим. А почему вы спрашиваете? Заметили что-то странное в его поведении? — Нет… — Се Цинчэн не хотел рассказывать Хэ Цзивэю о том, что Хэ Юй собирается с кем-то встречаться. — Ничего, всё в порядке. Я просто спросил. — Если желаете, можете вернуться на работу в любое время, — ответил мужчина. — Такой доктор, как вы, лучше всего подходит Хэ Юю. Подобных вам уже не найти. — Господин Хэ, вы, наверное, шутите. Я уже давно не работаю врачом, и срок годности моей медицинской лицензии истёк. — Что ж, вы были студентом, когда пришли к нам… Ах, забудьте… Раз не хотите, тогда я больше не стану поднимать эту тему. Однако, доктор Се, вижу, вы довольно близки к Хэ Юю, можно попросить вас присматривать за ним, если будет свободное время? Он кажется зрелым, но в действительности всё ещё молод. Его действия в большинстве случаев совершены на эмоциях… Временами мы сильно переживаем за него, потому что не можем окружить сына должным вниманием. Но если у вас нет желания, можете не… — Ничего страшного. Всё-таки Хэ Юй долго был моим пациентом, — согласился Се Цинчэн. — К тому же он ваш сын. Я постараюсь сделать всё возможное. Они ещё немного поговорили о насущных проблемах и завершили разговор. Мужчина облокотился о спинку стула и начал массировать себе виски. Для него Хэ Юй был уникальным пациентом, который каким-то образом преступил грани межличностных отношений. Однако парень уже вырос и не будет слушаться отца. Поэтому здесь ещё оставались некоторые вещи, которые он не может контролировать. Се Цинчэн был способен лишь на наблюдение со стороны. С разболевшейся головой он высушил волосы и переоделся в чистую одежду. Даже если Хэ Юй и не подходил для отношений, то признайся он, и бедная девушка вряд ли бы согласилась быть с ним. Ему просто нужно подождать, тогда всё прояснится. С этой мыслью Се Цинчэн взял блокнот, который прихватил из «Тайной утопии», а затем толкнул дверь вперед, чтобы спуститься вниз по лестнице. Он вызвал такси и направился в полицейский участок.

***

— Коробка с признаниями такая тяжелая в этом году… — Сколько же там любовных писем? — Неужели все такие стеснительные и боятся сказать всё напрямую? Эх… После того, как мероприятие закончилось, ответственные за порядок студентки начали убирать декорации и выносить их на улицу, одним из реквизитов оказалась та капсула с конвертами. — Эй! Не наступай мне на ногу… Боже! Одна из девушек споткнулась, после чего всё выпало из рук, и содержимое высыпалось наружу. Дешёвый замок треснул при ударе, и листы разметались по земле. Из-за ветра они «разбежались» в разные стороны, словно отрастили себе ноги. — О нет! Это были те самые любовные письма, которые так и не попали в руки получателей. Как они могли такое допустить? Студентки начали стряхивать с себя грязь и поспешили подняться. Но ветер был суров и разнёс листы ещё дальше. Девушки не могли справиться самостоятельно и начали звать прохожих, чтобы им помогли собрать всё в кучу. Некоторые воодушевлённые ребята принялись выискивать письма из разных уголков двора. Хэ Юй невольно стал свидетелем этой сцены. Так как он был добрым молодым богачом и в глазах других должен был выглядеть идеально, естественно, ему пришлось помочь и отправиться на поиски «сбежавших конвертов». — Спасибо, большое спасибо! Студентка даже не посмотрела на него и просто бесконечно кивала в знак благодарности. Девушка, которая стояла рядом, толкнула её и прошептала: «Это Хэ Юй!» — Ах! — вскрикнула она и подняла взгляд вверх. Это действительно был он. Её сердце начало бешено стучать. — П-п-ривет… Парень улыбнулся и передал ей письма, перед тем как снова продолжить собирать их. Один из листов застрял в кустах рядом с баскетбольной площадкой. Хэ Юй подошёл и забрал его, попутно стряхивая с него пыль… На нём были пятна от крови, под которым виднелось имя. «Вэй Дунхэну». Вэй Дунхэн считался популярным студентом Группы №1 в Школе искусств. Хэ Юй знал его на протяжении долгого времени. В высшем обществе Шанхая именно их имена упоминались чаще всего, когда шла речь о детях влиятельных семей. Главной причиной было то, что молодой господин Хэ и молодой господин Вэй были очень похожи в некоторых аспектах. Даже их дни рождения отмечались в один и тот же день, хотя год разнился. Несмотря на это, они имели разное влияние на окружающих. Хэ Юй получил славу благодаря своей образованности и изысканности, в то время как Вэй Дунхэн стал известен из-за разгульного образа жизни и распущенности. Его семья принадлежала к военной аристократии. Но, возможно, из-за того, что они перестроили свою родовую гробницу в ночной клуб или что-то вроде того, где каждый день тусовался народ, им и удалось произвести на свет такого идиота, как Вэй Дунхэн. С самого детства он проводил время, участвуя в уличных гонках, пропуская занятия и развлекаясь с местными оторвами, навлекая бесконечные беды на свою семью. Если бы не их драгоценное наследие, они бы уже давно обанкротились. В то же время родители упрекали его: «Посмотри на Хэ Юя! А потом посмотри на себя! Что в тебе хорошего?!». Однако некоторые дети со слезами на глазах кричали в ответ своей родне: «Посмотрите на Вэй Дунхэна и на меня! Разве я плохой?» Все в университете знали, что Вэй Дунхэн был невероятно диким. Когда на занятиях предоставили возможность пойти на прослушивания, он даже и пальцем не пошевелил. Причина, по которой его приняли на факультет драматургии заключалась в том, что там были самые низкие требования к сдаче экзаменов. Если не разглагольствовать, он просто хотел получить диплом и на этом всё. Хэ Юй призадумался. Какая же это бесхарактерная девчонка написала ему любовное письмо? Внезапно он почувствовал, что что-то здесь не так и остановился, не успев вернуть конверт. Парень взглянул на него ещё раз… Вэй Дунхэну… Вэй Дунхэну… Он замер. Этот почерк. Эти слова… Он точно не ошибся. Ему показалось, что в один момент он стал невидимым, внутри что-то взорвалось… Это почерк Се Сюэ! — Боже, что случилось? Все письма разлетелись? — студенты, недавно закончившие играть в баскетбол, вышли со спортивной площадки, вытирая пот с своих лиц. Один из них равнодушно скользнул взглядом по письму в руках Хэ Юя. Парень расплылся в улыбке, обернулся и произнёс: — Молодой господин Хэ, у вас в этом году замечательный урожай! Этот человек был почти одного роста с Хэ Юем, его волосы явно обесцветили и покрасили в лёгкий серебристый цвет, а в его ушах имелось пять проколов со сверкающими серёжками. Выражение лица юноши выдавало лишь беззаботность и раскованность. Это был Вэй Дунхэн собственной персоной. Их взгляды пересеклись. Парень кивнул: — Молодой господин Хэ. Хэ Юй кивнул в ответ, но слова «Вэй Дунхэну» до сих пор чётко виделись ему перед глазами, каждая черта которых была выведена знакомым почерком. Обычно юноша не проявлял никакого интереса к любовным письмам, но так как оно оказалось в руках Хэ Юя, он опять посмотрел на конверт. В конце концов, его взгляд зацепился за кровавые следы. Парень нахмурился. — Это письмо с угрозами? Хэ Юй вёл себя непринуждённо, каждое движение его губ было лёгким. — Похоже на то, хочешь почитать? — Меня такое не интересует, все мои любовные послания отправляются в мусорное ведро. Уверен, молодой господин Хэ понимает меня, как никто другой. Но это первый раз, когда мне кто-то угрожает, так что я прочту его, — улыбнувшись, он забрал конверт. — Спасибо. По привычке Хэ Юй бросил: — Без проблем. После ухода Вэй Дунхэна прошло много времени, прежде чем парень смог собраться с мыслями. Ему до сих пор не верилось, что это реально было письмо от Се Сюэ. Две девушки, остановившиеся рядом с коробкой, взирали на двух студентов с нескрываемым трепетом и волнением, пока те разговаривали. Хэ Юй подошёл к ним. — Извините, можно спросить о том письме… — А, так это наша единорожка, учитель Се, написала. — Угу, это была она, у неё пошла кровь из носа, и я передала ей салфетки. — Понятно. Через некоторое время парень тихо продолжил: — Спасибо. Тем вечером Хэ Юй вернулся в общежитие и после душа лёг на кровать, но был не в силах заснуть. Се Сюэ ведь тоже знакома с Вэй Дунхэном. В детстве молодой господин Вэй приходил поиграть к Хэ Юю. Се Сюэ была у него дома, поэтому они собирались вместе. Тогда ему казалось, что девушке не нравится этот самовлюбленный парень, который мнил себя чуть ли не владыкой небес. Но в то время никто из них не понимал, что если вам действительно плевать на человека, то какой смысл общаться с ним? Когда Се Сюэ училась на втором курсе, Вэй Дунхэн был на первом. Когда она перешла на третий, он всё ещё был на первом. Позже девушка окончила учёбу, а этот парень до сих пор оставался на первом курсе. Вся соль в том, что его оставляли на второй год дважды, из-за чего он стал известен среди своих сверстников. Вэй Дунхэн считал себя первоклассным айдолом три года подряд, полагая, что он невероятно крут. Ему нравилось бунтовать. Когда Се Сюэ дежурила на входе в школу, юноша безразлично прошёл мимо неё, доедая свой ланч, который был куплен за пределами кампуса, что нарушало правила. Она яростно предупредила его, но он просто проигнорировал её, продолжая путь и ведя за собой стайку таких же идиотов, которые ещё и посмеялись над ней. — Вэй-гэ, это наша маленькая невестка? Она пытается держать тебя на коротком поводке, сказала, что снимет с тебя баллы, если ты войдешь в школу! Ой, мне так страшно, ха-ха-ха-ха. — Невестка, ты не только коротышка, но и плоская, как доска. — Вэй-гэ! Эта девчонка реально внесёт тебя в список нарушителей! Почему бы тебе не успокоить её? Банда хулиганов начала свистеть и глумиться над специальной красной повязкой, которую носили дежурные. Се Сюэ очень сильно разозлилась, её глаза наполнились слезами. Она бросилась к Вэй Дунхэну, когда он прошёл мимо со своим рюкзаком на плече. Стоя на цыпочках, девушка в гневе закричала: «Ты — мусор! Ты самый ужасный человек в этом университете!» Хотя она и сказала, что он ужасен, почему же тогда ей снова приспичило вернуться сюда в качестве преподавателя? Се Сюэ всегда была в топе лучших учеников класса с исключительно хорошими оценками. Она бы могла попробовать получить работу в Академии искусств в Янчжоу, где зарплата была намного выше, а трудоустройство — престижнее. Но тогда Се Сюэ написала Хэ Юю в WeChat, что ей не хватает уверенности, поэтому она захотела попробовать себя в Хучжоу. Парень не сомневался, что девушка говорит правду. Однако она всегда была очень храбрым человеком. Кроме Се Цинчэна, он ещё ни разу не сталкивался с кем-то более смелым, чем его сестра. Почему же таким людям не хватает уверенности, чтобы подать резюме на лучшую вакансию? Только сейчас Хэ Юй понял, что Се Сюэ просто последовала за Вэй Дунхэном, который учился в университете Хучжоу. Хэ Юй был полностью ослеплён, отклонил предложения топовых заморских университетов, чтобы быть рядом с ней. Как интересно. Парень всё время пролежал на кровати. Он продолжал размышлять всю ночь напролёт, до тех пор, пока небо не начало светлеть. — Хэ Юй, у нас с утра есть пары, ты идёшь? Давай позавтракаем, — к нему за занавеску заглянул сосед по комнате. Он согласился и поднялся. Но немного посидев, его грудь внезапно пронзило острой болью, скоротечно распространяющейся по всему телу. Он провёл рукой по холодному лбу и взял таблетку с прикроватной тумбочки. — Мне не очень хорошо, идите без меня, ребята.

***

Хэ Юю было плохо, но для Се Цинчэна эта ночь тоже выдалась не лучшей. К тому времени, как он приехал в полицейский участок, ему уже стало не по себе. Мужчина думал, что подхватил какой-то вирус на острове или что-то подобное, но потом у него началось головокружение, сопровождающееся звоном в ушах. Он отдал материалы полицейским и объяснил, что случилось на острове, после чего собрался уходить. Однако едва Се Цинчэн успел подойти к лестничному проёму, как внезапно остановился. — Се-ге? С трудом обернувшись, мужчина увидел Чэнь Маня, который помогал коллеге переносить документы. — Се-ге. Когда парень подошел к нему, Се Цинчэн не смог вынести новую волну слабости. Полицейский схватил его за талию, чтобы удержать на ногах. Чэнь Мань обеспокоено взглянул на него. — Что с тобой? — Не знаю, мне внезапно стало плохо… — Твоё лицо такое красное, дай посмотрю… Боже, почему ты такой горячий? — поддерживая его, парень развернулся, чтобы позвать друга. — Эм, Сяо Чжоу, давай сделаем перерыв, мне нужно отвезти кое-кого в больницу!