История болезни/Медкарта/病案本

В этот момент Хэ Юю в голову пришла одна идея. Он мучил Се Цинчэна до тех пор, пока тот больше не мог этого терпеть — парень действительно был ужасно голоден. Полакомившись, он помог мужчине одеться, после чего обнял его и потом прижимался к нему какое-то время, не переставая целовать, пока в нем вновь не разгорелся огонь. Если бы ему не позвонили и не сообщили о проведении церемонии награждения после показа фильма, он бы определенно пошел на еще один заход. — Гэ, куда ты пропал? Чем ты так долго был занят? Се Цинчэн испытывал нереальный дискомфорт, то самое чувство, что и десять дней назад, — тупая боль, которую невозможно было выразить словами, глубоко проникала в его тело. Однако на этот раз ему оказалось труднее терпеть тошноту. Тогда в клубе Хэ Юй хотя бы использовал презерватив, поэтому Се Цинчэн не чувствовал особых недомоганий. Тогда все было совсем не так, как сейчас, теперь ему было даже трудно ходить. Устроившись рядом с Чэнь Манем, он услышал, как парень вздохнул. — Тебя не было почти час. Я уже собирался отправиться на твои поиски. Се Цинчэн был очень напряжен, он выровнялся и выпрямил спину, отказываясь расслабляться даже на секунду, не говоря уже о том, чтобы позволить юноше заметить его состояние. Он не хотел разговаривать. Его разум находился на грани краха и безумия, он думал о том, что только что произошло и о последствиях, которые могут из этого вытечь. — Все нормально, — спустя минуту апатично ответил мужчина. — Просто смотри кино. Чэнь Мань кивнул, но когда его взгляд прошелся по воротнику Се Цинчэна, он не удержался и протянул руку… — Что ты делаешь! Сейчас для него все казались врагами. Несмотря на то, что он не верил предположениям Хэ Юя о Чэнь Мане, он все равно инстинктивно схватил его за запястье. Его хватка оказалась довольно сильной, чтобы напугать молодого человека. — Гэ… у тебя волос на воротнике. — … Се Цинчэн с ним справился самостоятельно. Эта волосинка была чуть длиннее, чем его собственная — конечно, он знал, чья она. Подавив яростную дрожь, он отбросил ее с холодным выражением лица. — У тебя есть салфетка? У Чэнь Маня и в самом деле нашлась одна, поэтому он вынул ее и передал ему. Се Цинчэн вытер все пальцы один за одним, словно на них был какой-то вирус, заставляющий все тело гнить, как если бы он оставался на его коже слишком долгое время. Сдерживая сильное отвращение, он отложил салфетку в сторону и закрыл глаза. Фильм уже практически подходил к концу. Менее, чем через пять минут после того, как мужчина вернулся на свое место, начались финальные титры. Но мероприятие еще не закончилось. После этого началась церемония награждения. Все студенческие рейтинги университета уже были объявлены ко второй половине семестра. Так, в финале этого крупного кинопоказа должна была состояться церемония награждения. В этот вечер планировалось объявить имена всех, кто трудился над картиной, а также стипендиатов и десять лучших студентов учебного заведения. Конечно, студенты, которые получат награды, уже были проинформированы заранее. — Новый член студенческого комитета… Так как имена зачитывались вслух, каждый из учащихся выходил на сцену, чтобы принять награду под волну аплодисментов. — Новым членом студенческого комитета, избранным школьным советом, теперь является Хэ Юй из группы 1001, специальность драматургия и режиссура. Хэ Юй, пожалуйста, поднимитесь на сцену и получите подарок от университета. — … Взгляд Се Цинчэна был пустым, словно у зверя, который только что был унижен в раздевалке. Парень переоделся в форму — белую рубашку и свободные брюки, которые выглядели дерзко и изысканно, когда он улыбнулся и пожал руку ректору университета. Наивные влюбленные девушки и даже некоторые парни громко аплодировали, вытянув шеи, чтобы получше разглядеть выдающегося и образцового молодого человека. — Наш Хэ Юй — образец для подражания, он скромный и сдержанный. Надеюсь, что как новый представитель студенческого комитета, он станет еще более выдающимся примером для всех наших студентов и посвятит большую часть себя нашему университету. Ректор прикрепил ему к одежде значок председателя студенческого совета. Поскольку парень высок, а мужчина уже был староват, то Хэ Юй вежливо и скромно наклонился вперед. После того, как ректор закончил награждать его, тот улыбнулся и легко поклонился, длинные ресницы делали его выражение лица невероятно нежным. — Он такой милый… — И джентльмен… — Его очень хорошо воспитали… Ярость воспылала в груди Се Цинчэна и дошла до краев его глаз. Джентльмен? Воспитанный? Милый? Тогда, с кем он был в раздевалке? Это один и тот же человек? На сцене Хэ Юй все еще получал похвалу со всех сторон от школьного совета — «скромный и вежливый», «человек с высокими моральными стандартами». Однако никто, кроме Се Цинчэна, не знал, что пятнадцать минут назад этот изысканный улыбающийся отличник трахал мужчину за кулисами. Рот, который так яростно и глубоко целовал его, теперь говорил такие высокие речи на сцене, его голос был мягким и элегантным, побуждающим зрителей аплодировать ему. Но что этот рот говорил некоторое время назад? Он целовал Се Цинчэна за ухом, шепча ему всевозможные бесстыдные и грязные слова. Мужчина все еще чувстовал липкий дискомфорт при малейшем движении. По его коже прошлись мурашки, это было так ужасно, что он хотел умереть. Тем временем виновник такого его состояния был одет в форму со знаком отличия на его груди. Взяв микрофон, Хэ Юй спокойно начал толкать речь — просто сама изысканность. Се Цинчэн бросил на него мрачный взгляд. Постепенно он вспомнил разговор в раздевалке… На этот раз он действительно уступил Хэ Юю. Но в итоге причиной компромисса было не фото. Основываясь на его наличии, он просто поставил диагноз, что недуг парня слишком силен, с таким человеком трудно иметь дело. Се Цинчэн являлся человеком, который четко понимал свои жизненные цели. Ему нужно было сосредоточить энергию на выполнении миссии, скрытой в его сердце. Никто не мог встать у него на пути. На этой дороге он справился со всем, с чем мог столкнуться, будь то демон или небожитель. Кроме смерти, ничто не могло его остановить. Желание, которое Хэ Юй испытывал к нему, было просто еще одним камнем преткновения, еще одни хлопоты. Поэтому Се Цинчэн предпочел ответить соглашением на просьбу юноши и продолжить с ним эти отношения, даже если сам он не проявлял к этому никакого интереса. Так как Хэ Юй хотя бы больше не будет тратить свое время впустую. Раньше, когда Чэнь Мань понял, что Се Цинчэн страшный человек, то оказался совершенно прав. Он действительно был ужасен. Мужчина не боялся смерти и, казалось, был готов умереть в любое время. Но то, чего Чэнь Мань не осознал, оказалось еще более ужасающей чертой Се Цинчэна. Он вообще не считал себя за человека. Даже Се Сюэ и тетя Ли не заметили того, что мужчина видел себя только лишь, как робота, как щит, ножны и подношение, чтобы утолить жажду крови злого дракона. Он никогда не считал себя живым человеком. Именно по этой причине Се Цинчэн добровольно согласился на требования Хэ Юя. Если этот выбор поможет ему направить свою жизнь в правильное русло и помешать парню снова создавать какие-либо неприятности, то он может позволить делать ему все, что тот пожелает. Ведь те, кто не считают себя людьми, не восприняли бы эту ситуацию всерьез. Несмотря на то, что между ними накалялось напряжение и раздражение, в практическом плане это и вовсе ничего не стоило. Се Цинчэн был пугающим — он не нуждался ни в ком, кроме Се Сюэ, Чэнь Маня и тети Ли, остальных людей для него не существовало. Честно говоря, были времена, когда мужчина думал, что теперь, когда его сестра и друг уже выросли, они могли бы присматривать за тетей Ли, ведь даже без него у них бы все получилось. Другими словами, в мире не было никого, кто не мог бы без него существовать. Поэтому Се Цинчэн постарался сделать так, чтобы использовать свою собственную кровь и плоть, имея дело с любыми дикими собаками или злыми драконами, с которыми он столкнется по пути. Тщательно все обдумав, это действительно оказалось легко. У него не было времени придумывать отказы Хэ Юю каждый новый день. Таким образом, в конце концов, он просто решил использовать себя, чтобы справиться с этим безумным драконом, а затем опять вернуться к нормальной жизни. Когда дело доходило до определенных вещей, он реально был бессердечен. Но мелкое чудовище было другим. Оно не так много размышляло над этим и не знало о том, что у Се Цинчэна были такие ужасные мысли, когда он соглашался на отношения с ним. Сойдя со сцены, он отправился на поиски мужчины. В этот момент у него было приподнятое настроение, потому что Се Цинчэн, наконец, не убежал от него. Спустя более десяти дней, на его лице появилась улыбка. Но кто бы мог подумать, что когда он покинет сцену и осмотрится вокруг… Се Цинчэн уже уйдет. Его место и место Чэнь Маня пустовали. Хэ Юй застыл на месте, когда вокруг него стали толпиться люди, в этот момент его улыбка исчезла. Как только парень вернулся в свою комнату в общежитии, он удалил Се Цинчэна из заблокированных контактов. Несмотря на то, что молодой человек не переносил гомосексуальность так же, как и не любил Се Цинчэна, он все еще считал, что любовь и секс — две разные вещи. Естественно, он рассматривал все это по отдельности. Он чувствовал, что может с чистой совестью оставаться гетеросексуалом. Поэтому его реакция и отличалось от той, когда он был в клубе. Тогда Хэ Юй занес Се Цинчэна в черный список, как только покинул заведение. Он был слишком наивен. Теперь же парень в спешке разблокировал его, так как внезапно нашел оправдание, которое мог бы использовать, чтобы развеять сомнения. Когда он впервые заблокировал мужчину, то это произошло сразу же после того, как они переспали, а Хэ Юй просто не осознавал серьезности ситуации, но после этого все его мысли были заняты лишь воспоминаниями о том, как он трахает Се Цинчэна. От некоторых вещей невозможно отойти, когда они уже произошли. После рецидива с этим препаратом под названием «Се Цинчэн» он все еще чувстовал себя на высоте, это было так захватывающе, что даже его болезнь, казалось, отступила. Натурал уставился в свой телефон — на экране было видно фото профиля Се Цинчэна в WeChat. «Се Цинчэн, почему ты ушел и ничего не сказал?» Прочитав это, он подумал, что сообщение выглядит слегка грубым. Обычно парень не заботился о том, что отправляет ему. Но когда он подумал о своем хорошем самочувствии, то понял, что не может оставить о себе ужасное впечатление. Прямо в этот момент он не хотел, чтобы его сообщение показалось Се Цинчэну слишком раздражающим. Поэтому он его отредактировал: «Се-гэ, что ты думаешь по поводу моего лечения? Мне нужно еще над чем-то поработать?» Немного неуместно… Он был уверен, что ему не ответят. Хэ Юй снова стер сообщение и принялся размышлять — вероятно, лучше отправить ему голосовое. Они уже были в таких отношениях, что это приемлемо. К тому же, Се Цинчэн смог бы услышать настоящий тон его голоса и избежать недопониманий. Подумав некоторое время, Хэ Юй заговорил. На удивление он звучал довольно мягко и прерывисто, словно первое приветствие, оставленное любовником после совместно проведенной ночи. Он делал все возможное, чтобы казаться спокойным, его голос в конечном итоге звучал еще более незнакомо из-за внезапной взволнованности. — Хм… Се-гэ… Хэ Юй нажал на микрофон, после чего долго колебался и не знал, что ответить. — …Хм, ты где? Я подвезу тебя. — … Нет, так не пойдет, он не мог отправить ему такое сообщение, поэтому поспешил удалить его. Единственное, что Се Цинчэн ненавидел больше всего, это когда другие пытались уделить ему внимание. У него было слишком много отцовских повадок, поэтому все фразы в духе «я помогу тебе», «я подвезу тебя», «я позабочусь о тебе» — все это для него табу. Поэтому, когда Хэ Юй предложил ему помочь одеться, Се Цинчэн сердился, хотя потом парень настоял на том, чтобы застегнуть ему рубашку. Если бы он предложил тогда подвезти его, то он бы определенно разозлился еще больше. В итоге Хэ Юй вновь задумался. На данный момент он решил продолжить эти отношения с Се Цинчэном и остался доволен. Таким образом, как и любой другой мужчина, нашедший партнера, маленький дракон, конечно, чувствовал себя довольно хорошо, поэтому втянул свои коготки и скрыл клыки. — Се-гэ… Он вспомнил, что Се Цинчэну нравилось побеждать и наслаждаться конкурентоспособностью — другими словами, он был чрезвычайно мужественным. И поэтому, поразмыслив еще раз, глупый натурал придумал совершенно нелепый способ достижения благосклонности Се Цинчэна. «Моя семья инвестировала в рекреационную недвижимость в пригороде, там очень хорошо. Почему бы нам завтра не поиграть в гольф или… Гэгэ, тебе нравятся скачки? Давай покатаемся на лошадях вместе?» Когда дело доходило до гомосексуальных отношений, то он был немного невежественным, Хэ Юй понятия не имел, что Се Цинчэн не сможет играть в гольф сразу же после их секса. Во всяком случае, была большая вероятность того, что мяч попадет именно в него самого. У него, блядь, даже хватило смелости предложить ему скачки… Разве мужчины и женщины были одинаковы? Молодой человек не представлял, что его Гэгэ не сможет так быстро восстановиться, и даже подумал, что это поможет им наладить контакт. Истинный натурал. Отправил сообщение. Хэ Юй вздохнул и тут же отложил телефон в сторону. За девятнадцать лет он никогда раньше так не нервничал. У него даже ладошки вспотели. Конечно, он знал о вероятности того, что Се Цинчэн проигнорирует его, поэтому, как только он отправил сообщение, то сразу заблокировал экран и убрал телефон подальше. Парень подумал, что проверит ответ через пару часов, ведь, кто знает, вдруг произойдет что-то неожиданное? Чего он точно не ожидал, так это того, что телефон моментально завибрирует. Хэ Юй выпил немного воды, притворяясь хладнокровным. Услышав мгновенный ответ, он чуть не уронил чашку. Прокашлявшись, парень вытер случайно плеснувшую ему в лицо воду. Подавив желание в своем сердце, он притворился, что спокоен и равнодушно стер капли воды со своей рубашки. Только тогда он поддался искушению — взял телефон и разблокировал экран. Перед глазами появился ярко-красный знак восклицания, который чуть не ослепил его. Ниже виднелось сообщение: «Папик» удалил вас из друзей. Пожалуйста, сначала отправьте запрос на добавление в друзья. Общение возможно лишь после того, как пользователь примет заявку». — … Его восторженное выражение лица в один миг побледнело, словно его ударили клюшкой для гольфа по затылку или лошадь толкнула его копытами в грудь. Се Цинчэн удалил его? — …. Он реально осмелился на это? На мгновение Хэ Юй почувствовал, что задыхается, будто ядовитые пары гнева попали в его сердце, он был настолько зол, что у него закружилась голова. Парень взял и закрыл ему доступ ко всем чатам и заблокировал его, но он знал, что может отменить свое решение в любое время. Как он мог его удалить…! Хэ Юй действовал импульсивно и начал терять самообладание — обычно он был спокоен во всем, но он привык срываться, когда дело доходило до Се Цинчэна. Молодой человек сразу же выбежал из актового зала, сел в свою машину и надавил на педаль газа, намереваюсь доехать до аллеи Моюй. Несмотря на превышение скорости, он испытывал недоумение от того, что сказать мужчине, когда уже стоял напротив его двери. Или, быть может, он просто не должен ничего говорить, ему нужно просто обругать его и уйти, как только он закончит. Дверь открылась. Однако человеком, который появился перед ним, был Чэнь Мань. Жужжание наполнило голову Хэ Юя, а выражение лица стало нечитаемым. Свет падал на парня перед ним, в то время как сам юноша оказался в темноте. Он уже знал о сексуальной ориентации Чэнь Маня, но тот не был в курсе того, что Хэ Юй уже спал с Се Цинчэном. Так, когда полицейский увидел его, то оставался все таким же дружелюбным, как раньше, когда они впервые встретились в столовой. Чэнь Мань узнал его и, улыбнувшись, сказал: «Это ты». — … Лицо Хэ Юя помрачнело, когда он посмотрел на него. — Это я. — Прошло так много времени с тех пор, как мы в последний раз виделись… Парень остановил свою речь, заметив враждебный вид молодого человека. Он удивился, так как не знал, чем мог его расстроить. — Хм, я могу… тебе чем-то помочь? Хэ Юй мягко ответил: «Я ищу Се Цинчэна». — O… Несмотря на все опасения, Чэнь Мань развернулся и позвал мужчину, но ответа так и не последовало. — Подожди минуту, он принимает душ, наверное, не слышит. Выражение лица Хэ Юя ужесточилось, а цвет лица приобрел зеленый оттенок. Парень ушел, а потом вернулся немного напряженным. Раньше он вежливо общался с этим человеком, но на этот раз посмотрел на него с подозрением. Хэ Юй всегда был дружелюбен с другими, но не с Чэнь Манем — он угрожающе взглянул ему в глаза. — На что смотришь? Тот не ответил. Прежняя беззаботная мягкость в его голосе тоже исчезла, когда он произнес: «Се-гэ не хочет тебя видеть, он сказал, чтобы бы ты уходил». Изначально слова Се Цинчэна звучали так: «Передай этому мелкому чудовищу, пусть проваливает». Холодным и зловещим голосом Хэ Юй ответил: «А если не уйду?» Чэнь Мань не был таким бесстыдным, как он, поэтому с гневом спросил: «Почему ты такой глупый?» — Скажи ему, чтобы выходил. — Се-гэ не хочет тебя видеть, ты не можешь требовать… Хэ Юй наблюдал за тем, как краснеют лицо и уши Чэнь Маня, когда он начал с ним спорить. В его груди разгорелось сильное давление, парень вновь подумал о том, как этот полицейский тайно касался руки Се Цинчэна в актовом зале, как он чуть не поцеловал его в щеку. Он просто грязный гей. Хэ Юю хотелось толкнуть его в грудь, ведь все равно в ответ он бы не получил ничего больше пощечины. Эта мысль становилась все ярче и ярче, так как парень уже был практически готов приступить к действию. Но в тот момент… — Чэнь Мань, можешь возвращаться домой… Чэнь Мань оглянулся и увидел Се Цинчэна, который только что вышел из душа. Он надел халат, воротник которого был натянут повыше, чтобы прикрыть красные следы на шее, в то время как капли воды падали с его мокрых прядей волос вниз, когда он обратил свой взгляд на двух парней.