История болезни/Медкарта/病案本

«Ван Цзянькан — обманщик! Он солгал мне… Ван Цзянькан, сдохни, сдохни, сдохни, сдохни, сдохни… Моя жизнь оборвалась в двадцать восемь лет, даже если я превращусь в злого духа, я прокляну его, чтобы он не нашел покоя… сдохни, сдохни, сдохни…» Эти слова выцарапали на стене корявыми иероглифами, кроме того, вокруг них было нарисовано множество странных человеческих фигурок, показывающих различные способы смерти. Повсюду виднелся один и тот же иероглиф, означающий «смерть». Кажется, заключенный вырезал эти надписи тупым предметом, и произошло это не так давно, потому что слова все еще были четкими. «Ма Миншу.» Хэ Юй внимательно посмотрел на это имя: — Я знаю ее. — Знаешь? — Перед тем как Ван Цзянькана убили на телебашне, Ма Миншу отчислилась из университета. Она была новенькой в нашей группе и чем-то походила на Чжао Сюэ: сирота, приехавшая из деревни, закрытая в себе и без друзей. После отчисления никто о ней больше не слышал, — объяснил Хэ Юй. — Думаю, в то время Ван Цзянькан все еще работал на Хуан Чжилуна, выбирая подходящих студентов из Шанхайского университета, чтобы заманить их сюда обманом. Он развернул камеру на своих часах к себе. — Теперь взгляни сюда. Се Цинчэн посмотрел на то место, куда указывал Хэ Юй, и увидел на экране телефона их собственное отражение и задний фон камеры. — Знакомо? Мужчина на несколько секунд замолчал. — Это та самая комната, в которой Чжао Сюэ снимала видео. Хэ Юй кивнул. — Я никогда не смотрел ту запись, но по твоему описанию смог догадаться. Теперь, когда ты подтвердил, что это то самое помещение, я уверен, что ее держали именно здесь. Он перед Се Цинчэну телефон и фонарь, затем наклонился и начал простукивать стены вокруг, пока не нашел полое место. Сдвинув плитку в сторону, парень обнаружил, что здесь действительно можно было бы спрятать камеру. — …Значит, все это — правда, — тихо произнес Хэ Юй, возвращая все на место и посмотрев на Се Цинчэна. Подтверждение подлинности видео Чжао Сюэ и участие Ван Цзянькана в делах Хуан Чжилуна придавало делу еще большую значимость. Ван Цзянькан погиб в инциденте у телебашни, и во время тех серийных убийств преступник повторил преступления в стиле расправы над родителями Се Цинчэна, используя грузовик с удаленным управлением. Мужчина считал, что люди из этой организации были причастны к смерти его родителей. К сожалению, после этого инцидента все следы снова оборвались, и Се Цинчэн не смог продолжить расследование, однако теперь стало ясно, что Ван Цзянькан связан с Хуан Чжилуном. Значит, если они смогут привлечь Хуан Чжилуна к ответственности, тогда это не только поможет вылечить Се Сюэ, но и даст им шанс предоставить больше информации о деле об убийстве родителей Се Цинчэна девятнадцатилетней давности. Хэ Юй смотрел на него, понимая, что блеск в его глазах символизировал новый виток развития этой ситуации. — Гэ, нам нужны дополнительные доказательства. Мы не сможем вернуться сюда второй раз. Если не поймаем Хуан Чжилуна, он сбежит за границу, в Новую Зеландию, и тогда его побег только все усложнит. — … — Еще осталась последняя комната, в которую мы не заходили. Се Цинчэн взял себя в руки и после недолгой паузы сказал: — Пойдем. Они направились к восьмой двери. Она выглядела гораздо тяжелее предыдущих. Се Цинчэн долго возился с механическим замком, а Хэ Юй — с биометрическим, потратив на это немало времени. Наконец, дверь отворилась с громким скрипом. Первое, что вышло наружу — поток холодного воздуха, который, подобно змее, обвился вокруг их лодыжек и быстро пополз вверх. Мужчины вошли внутрь, будто ступая по леденящему туману. Это помещение оказалось в разы больше предыдущего. Оно было гораздо просторнее, чем центральный зал на входе в подвал, и имело такую же круглую форму. В центре возвышался крест в стиле барокко. Но, в отличие от предыдущего, на этом кресте был подвешен окровавленный человек! Несмотря на то, что с момента входа в подвал Се Цинчэн был готов к кровавым и ужасающим сценам, и, будучи выпускником медицинского факультета с многолетним опытом в области биохимических экспериментов, он уже видел множество жестоких картин, но все равно впал в ступор от шока, когда присмотрелся и узнал подвешенного человека. Что происходит?! Это… неужели это Чэнь Мань?! Чэнь Мань был одет в обычную одежду, поверх которой накинул ветровку, типичную для парней его возраста. Без полицейской формы он выглядел очень юным, практически ровесником Хэ Юя. Этот молодой человек был связан и подвешен к кресту в центре круглого зала, его голова склонилась вниз в бессилии, в то время как руки были раскинуты в позе распятия, не говоря уже о том, что он явно был без сознания. Се Цинчэн резко изменился в лице и хотел подойти ближе, но Хэ Юй его остановил. — Не подходи! Посмотри на пол. Се Цинчэн перевел внимательный взгляд вниз и заметил, что вокруг Чэнь Маня, в радиусе трех метров, пересекаются множество красных лазерных лучей. — Видишь? Стоит тебе приблизиться, как сработает сигнализация. Если я правильно оцениваю умственные способности Хуан Чжилуна, он сразу же получит сигнал, — сказал Хэ Юй, посмотрев на Чэнь Маня, а затем обратился к Се Цинчэну: — Сейчас ты не можешь его спасти. Мужчина помрачнел. — Как отключить эту сигнализацию? Хэ Юй подошел ближе, тщательно все изучил, покачал головой и, выпрямившись, сказал: — Только если найти блок управления. Он подошел к Се Цинчэну и снова взглянул на Чэнь Маня. Тот был весь в крови, но теперь стало заметно, что это следы от побоев. Несмотря на плачевный вид, его дыхание было ровным. Хэ Юй посмотрел на куртку юноши и вспомнил о видеокассете, которую Чэнь Мань получил от брата, поэтому у него в голове сразу сложились некая картинка. — Офицер Чэнь, вероятно, действовал, как и ты, Се-ге. Ему не терпелось узнать, что произошло, он хотел подтвердить правдивость того видео. Затем, прочитав новости о самоубийстве актрисы, его желание докопаться до истины лишь возросло, поэтому он не удержался и пришел сюда в одиночку. Хэ Юй сделал паузу. — Не знаю, через какую дверь он вошел, ведь попасть сюда — это уже достижение, но его все же обнаружили… И оставили здесь, чтобы он мучился. Думаю, причина только одна. Се-ге, мне кажется, ты знаешь, какая. — …Они хотят взять его в заложники. Хэ Юй кивнул. — Хуан Чжилун сейчас, как тонущий корабль. Чтобы уменьшить свою вину, он постарается уничтожить следы прежних злодеяний. Но он прекрасно понимает, что внутри страны ему не скрыться, и единственный выход для него — это уехать за границу. Будь я на его месте, я бы не был уверен, что смогу выбраться живым. В такой ситуации офицер Чэнь оказался у него на пути — и это просто идеальное стечение обстоятельств. Он прищурился, глядя на изнеможенного Чэнь Маня под светом лампы. — Потому что офицер Чэнь — не просто полицейский, он еще и самый любимый внук комиссара Вана из Яньчжоу… единственный ребенок дочери комиссара Вана. — Это очень ценная карта, которую можно обменять. Пока Хуан Чжилун не сбежит за границу, он не тронет офицера Чэня, если не захочет вынести себе смертный приговор. Закончив говорить, Хэ Юй повернулся к Се Цинчэну: — Се-ге, мы должны сначала найти образец «воды повиновения» и собрать доказательства против Хуан Чжилуна, а потом отыскать главный блок управления, чтобы освободить его. Мужчина стиснул челюсти и отвернулся. — Чэнь Мань решился на такой опасный поступок и никому ничего не сказал… Ему было очень тяжело. Юноша понял, куда ведут мысли Се Цинчэна, и вдруг заметил: — Ты знаешь, что твои действия мало чем отличаются от его? — … — Если бы я не пошёл за тобой на аллею Моюй, ты бы сегодня делал то же самое. — …Нет, вы оба все еще дети. Вам не стоит вмешиваться в эти дела. — Твои слова ничем не отличаются от того, что тебе говорили полицейские, когда ты был ребенком. Они предупреждали тебя, чтобы ты не лез в расследование смерти своих родителей. — Ты… Се Цинчэн был настолько ошеломлён словами Хэ Юя, что не мог найти слов, однако затем со стороны креста послышался лёгкий кашель. Мужчина вздрогнул и сразу отреагировал. Чэнь Мань постепенно приходил в сознание. Он не мог поверить глазам, когда увидел Хэ Юя и Се Цинчэна. — C-Се-ге? Юноша закашлялся. Он был слишком шокирован. — Чэнь Мань! — Вы… Как вы здесь оказались?! — парень все еще находился в ступоре, и его захлестнула волна страха. — Уходите… Уходите немедленно… Здесь слишком опасно… Они… Они… Он не успел договорить, как его вновь настиг приступ сильного кашля. Се Цинчэн заметил кровавые следы на его губах. Очевидно, перед тем как Чэнь Маня связали, он пытался сопротивляться, и теперь, кашляя, начал плеваться кровью. Ситуация оказалась куда серьёзнее, чем они предполагали. Чэнь Мань получил внутренние повреждения, причём довольно серьёзные. Для Се Цинчэна Чэнь Мань был, как послушный и прилежный младший брат. Кроме того, его старший, Чэнь Лишэн, погиб, пытаясь расследовать смерть родителей Се Цинчэна, поэтому мужчина чувствовал, что уже и так слишком многим обязан семье Чэнь. — Чэнь Мань! Мы сейчас освободим тебя. Не бойся! Подожди немного! Чэнь Мань смотрел на него, не зная, что сказать, в его глазах возникли слёзы. Спустя некоторое время он, задыхаясь, произнёс: — Се-гэ… простите меня… Я не хотел, чтобы вы сюда попали… Се Цинчэн стиснул зубы, и его взгляд стал ещё более решительным. — Не говори ерунды. Ты не виноват. Мы выбрались из множества передряг и вытащим тебя отсюда. Держись. Хэ Юй, пойдем! — …Гэ… я не боюсь… но вы… вы не рискуйте… уходите… расскажите моей семье, что здесь произошло… не оставайтесь… — Молчи… Парень вновь закашлялся. — Хватит говорить, мы же сказали, что спасём тебя, значит, спасём. Дай нам полчаса, и я решу эту проблему, — заверил его Хэ Юй. Чэнь Мань покачал головой, а затем, переведя дыхание, сказал: — Нет! Не поднимайтесь наверх, эти ублюдки сошли с ума… Когда я пришёл сюда, я… я видел, как они убивают людей и уничтожают улики… Он резко нахмурился, и кровавые сцены насилия замелькали перед его глазами, крики и плач словно всё ещё звучали эхом у него в голове. — Они сильные и отчаянные. Уходите быстрее, если вас поймают, последствия будут ужасными… Хэ Юй хотел что-то сказать, но Се Цинчэн остановил его. Тот понимал, что сейчас на счету каждая секунда, поэтому не стал продолжать разговор с Чэнь Манем, взглядом дав знак Хэ Юю, что пора действовать. Юноша тут же понял его намерение и замолчал. Они оба приготовились искать главный блок управления, обменялись взглядами и собрались уходить. Однако в этот момент… Раздался грохот! Дверь с биометрическим замком снова открылась. Хэ Юй и Се Цинчэн, затаив дыхание, быстро скрылись в темноте. Они сперва услышали звуки шагов, а затем в комнату вошли двое незнакомцев. Это были мужчины в одежде с логотипом компании «Чжилун энтертеймент». — Не знаю, что они там делали, но, кажись, все так спешили, что даже разбросали механические замки направо и налево. — Да ладно тебе, сейчас мы как беглые собаки. — Псы бездомные*. *丧家之犬 sàng jiā zhī quǎn — бездомный пёс; бездомный, бесприютный. — Какая разница. Главное, чем быстрее сбежим, тем лучше. Давай уже заберем его и уйдем. Это последний, кого надо перевести, потом мы больше не вернёмся в это проклятое место… Будь осторожен, этот человек важен, он может пригодиться в спасении наших жизней… Разговаривая, они подошли к кресту, к которому был привязан Чэнь Мань. После того, как один из них провел служебной карточкой по специальному устройству, и лазерные лучи вокруг Чэнь Маня временно отключились. Се Цинчэн хотел начать действовать, но Хэ Юй остановил его. — Подожди. Чэнь Маня освободили, однако на руках и ногах у него остались браслеты, работающие электросети. Один из сотрудников язвительно сказал ему: — Офицер Чэнь, теперь ты не можешь двигаться, да? Раньше ведь был таким бойким. Другой усмехнулся: — Слышал, ты даже не криминалист, а просто участковый. Зачем сюда полез? Тебя за это как-то наградят? Чэнь Мань молчал. Перед Се Цинчэном он был мягким, но перед этими людьми держался твердо и выглядел довольно холодным. — Вставай, пойдем к нашему боссу. Чэнь Мань злостно посмотрел на них: — Уберите руки. Я сам пойду. — Ха, этот полицейский всё ещё сопротивляется. Думаешь, если у тебя есть форма, мы будем подчиняться? — Вот именно — добавил второй, пытаясь грубо потянуть его. — Я сказал, что могу идти сам. Его упорство привело к тому, что один из них ударил его дубинкой по колену. Чэнь Мань выдержал удар и не упал, а наоборот, презрительно посмотрел на него: — Если такой смелый, тогда убей меня так же, как убивал всех невинных жертв здесь. — Ты!.. Мужчина задрожал от ярости, но не мог ничего сделать. Чэнь Мань теперь заложник их босса, его жизнь была важна. Наконец, один из громил плюнул на пол и грубо толкнул его: — Иди! Шевелись быстрее! Вздумал сопротивляться перед нашим боссом? Проклятый коп! Чэнь Мань шагал вперёд, и, проходя мимо укрытия, где прятались Се Цинчэн и Хэ Юй, он на мгновение замедлил шаг, после чего бросил взгляд в их сторону. Затем парень выпрямился, стараясь идти с максимально возможным достоинством в его нынешнем состоянии. — Начинайте. Хэ Юй отложил свой телефон, в котором что-то настраивал, и подал знак Се Цинчэну. Выйдя из-за колонн, они одновременно набросились на двух громил! Те в свою очередь были ошеломлены, не ожидая увидеть здесь кого-либо ещё. Они закричали от злости и удивления, пытаясь воспользоваться своими рациями, чтобы вызвать подмогу. — Чёрт! Почему эта штука не работает?! — У меня нет сигнала! — И у меня… Хэ Юй и Се Цинчэн действовали очень ловко. Молодой человек обладал большой силой и мощной физической выносливостью. Хотя Се Цинчэн не мог использовать одну руку, его боевые навыки были на высшем уровне, превосходя многих полицейских. Они быстро обезвредили двух громил, и Хэ Юй усмехнулся: — Со мной здесь ваши рации и не заработают. Он не позволил Се Цинчэну сразу ринуться в бой, поскольку настраивал своё заранее подготовленное программное обеспечение — обновленную версию блокировщика «Остров сновидений»*. *梦幻岛 mènghuàn dǎo — остров сновидений или остров грез. Се Цинчэн схватил одного из громил за волосы, заставляя его смотреть прямо на него. — Хуан Чжилун приказал вам делать всё это? — Нет… — Говори! Тот вздрогнул, он был трусом, поэтому очень боялся холодного взгляда Се Цинчэна. Его губы задрожали, и он начал говорить правду: — Да… да… Другой, увидев, что Хэ Юй все записывает на камеру, заговорил ещё быстрее. Боясь за свою жизнь, он поспешил дополнить: — Да, это Хуан Чжилун, этот ублюдок… Шшш! Прежде чем он успел закончить, внезапно все вокруг затрещало и начало дрожать, словно от электрического удара. Сразу же после этого раздался механический звук: «Предатель. Смерть.» Се Цинчэн внезапно отпустил волосы того, кого он держал за голову. Лица двух громил побледнели, на их шеях выступили сине-фиолетовые вены. Их зрачки разом расширились, и мужчины даже не успели хоть что-то произнести, как резко завалились на пол. — Браслет на ноге… После недолгой паузы Хэ Юй обнаружил причину, вызвавшую их мгновенную смерть. На левой щиколотке у обоих парней был одинаковый неснимаемый браслет. Юноша подошел ближе, стараясь не коснуться упавших замертво мужчин, и осторожно наклонился, чтобы тщательно рассмотреть это устройство. В браслет был инструктирован чип с иглой, которая обычно находилась внутри изделия, но сейчас она вошла в плоть погибшего, и ядовитый раствор уже был полностью введен в его тело. Очевидно, Хуан Чжилун не оставил им шансов, изобретя такое ужасное устройство. Неизвестно, получил ли он вдохновение от злодеяний Волан-де-Морта, или же подражал способу самоубийства, которое использовали в древности с помощью «летающей гильотины»*. Хуан Чжилун следил за каждым из своих подчиненных, проверяя их на верность. *血滴子 xuèdīzǐ — досл. капля крови, «летающая гильотина» (легендарное китайское оружие, предположительно существовавшее в цинскую эпоху). Хэ Юй с серьезным лицом изучал это устройство, когда внезапно неподалеку от входа, за тёмным коридором, донеслись новые голоса… — Проверь первое помещение, а вы двое — второе… — Вы двое, обыщите восьмую камеру. — Поторопитесь, быстро! У нас нет времени! Сегодня ночью все улики и следы должны быть уничтожены, шевелитесь! Очевидно, ситуация была очень напряженная. Двое громил хотели вывести Чэнь Маня наружу, а теперь пришли новые люди, чтобы осмотреть это проклятое место в последний раз, а затем… — Когда закончите, я буду ждать отчет! Если всё в порядке, переходите к полному уничтожению!