История болезни/Медкарта/病案本

Среди троих мужчин только Се Цинчэн, находясь в больнице, не мог знать о том, что происходит в аэропорту. Он разговаривал с заведующим больницы. — Препарат скоро будет готов, это не то лекарство, которое ты предоставил для изучения, ведь прошло уже несколько лет… Се Цинчэн уже хотел заговорить, как вдруг его телефон завибрировал. Он посмотрел на экран и увидел сообщение от Хэ Юя, а затем мигом промолвил: — Подождите, мне нужно ответить. Заведующий задумался. — Кто же это? Ты даже жене так быстро не отвечал… Се Цинчэн взглянул на него, и этот взгляд был остёр, словно лезвие. — …Сделаем вид, что я ничего не говорил. Се Цинчэн все же объяснил: — Это касается расследования. Сказав это, он открыл чат с Хэ Юем. «Хуан Чжилун мертв». Эта шокирующая информация поразила его. Мертв? У него было столько секретов! Как он мог так просто умереть? Сразу пришло второе сообщение: «Ситуация была критической, он взял женщину в заложники, его пришлось застрелить». Се Цинчэна раздражала привычка Хэ Юя отправлять сообщения одно за другим, его терпение было на исходе, он тут же ответил: «А что с Цзян Липин? Как она?»

***

Повсюду звучали сирены, колонна машин с включенными мигалками мчалась к шанхайскому отделению полиции. В одной из машин, склонив голову, сидела Цзян Липин. Она была жива. Хуан Чжилун оказался не слишком метким, его пуля едва задела женщину и попала в бронированное стекло. В этот момент ее лицо было залито кровью, а взгляд казался рассеянным, будто она глубоко погрузилась в свои мысли и все еще не оправилась от шока. Хотя все уже закончилось, и Хуан Чжилун был мертв, Цзян Липин чувствовала себя подавленно. Она даже была немного разочарована. Сотрудники полиции позаботились о ее ране, и женщина тихо их поблагодарила: — Спасибо, — а затем она спросила: — Можете поделиться сигареткой? У полицейского не было женских сигарет, и он попросил у коллеги мужскую сигарету, после чего передал ей. — Не возражаете? — Мне все равно, мужская или женская. Цзян Липин взяла ее, прикурила и медленно затянулась. Молодой полицейский смотрел на нее с уважением и восхищением: — Говорят, вы тот самый информатор, который постоянно сотрудничал с Чжэн Цзинфэном? Цзян Липин хмыкнула, выражение ее лица было трудно понять — оно казалось холодным и надменным. Полицейский искренне восхитился: — Невероятно… Мы всегда думали, что это был мужчина… Женщина одарила его ледяным взглядом. С сигаретой во рту она промолвила: — Я же сказала, что нет разницы, мужчина или женщина. — Цзэ, я не об этом… — парень немного смутился и поспешно замахал руками: — Я имел в виду, что вы очень крутая, круче многих других информаторов… Цзян Липин прервала его: — Можно я возьму ваш телефон и включу музыку? — О, конечно. Хотя она и являлась информатором, она также совершила много преступлений, ее личные средства связи были изъяты, и одна рука была пристегнута наручниками к решетке окна полицейской машины. Однако отношение полиции к ней было хорошим, они понимали, что без нее устранение Хуан Чжилуна не прошло бы так гладко. Молодой человек передал ей телефон. — Спасибо. Цзян Липин взяла устройство, открыла плеер и включила детскую песню. «Брось, брось, брось платок, спрячь за спиной у друга, пусть она не узнает…» У полицейских сразу по телу пробежались мурашки, и мужчины переглянулись между собой, не понимая, почему Цзян Липин включила именно ту песню, которая была связана с убийствами. — Не волнуйтесь, — кажется, она заметила их беспокойство и тихо сказала: — Я не собираюсь никого убивать. Женщина закрыла глаза и откинулась на сиденье. «Того, кого я больше всего хотела убить своими руками, уже нет в живых…» Выражение ее лица стало немного грустным, но вскоре обрело спокойствие. Эту песню, которую все полицейские, присутствовавшие во время инцидента на телебашне, а также во время пожара в лечебнице Чэнкан, считали невероятно жуткой, однако для Цзян Липин она была простой детской мелодией, под которую она погрузилась в далекие воспоминания… — Сунь Пин! Тупая свинья! Ты всегда тянешь нас назад на всех тестах! В ее памяти возникло старое и убогое сельское школьное здание. Из-за тяжелой и однообразной жизни все казалось черно-белым. В то время ее звали не Цзян Липин, а Сунь Пин, и она училась в средней школе в деревне Ицзя. Ее умственные способности не были выдающимися, и она часто оказывалась последней в рейтинге класса, за что и подвергалась насмешкам. «Она такая глупая…» «Посмотрите на нее…» Девочка не пользовалась популярностью в классе, и, когда на уроках физкультуры играли в «брось платок», девять раз из десяти она была той, в кого намеренно бросали платок. Она в панике бежала, но не быстро, а словно напуганная птица, и это вызывало у одноклассников смех. «Беги быстрее, Сунь Пин». «Смотрите на ее ноги, они как палки». «Она похожа больную курицу!» Сунь Пин не знала, почему не сдавалась. Каждый раз ее унижали, но каждый раз она, стиснув зубы, словно росток, прорастала из земли и, окруженная насмешками, как трусиха, бежала вперед. По итогу она чаще всего падала. От старой школьной площадки поднималась пыль, забивая нос и покрывая лицо. Все вокруг становилось серым и грязным. Пока однажды в поле ее зрения не появилась ярко-красная фигура. Это была красивая женщина с высокими скулами, прямым носом и чертами лица, полными благородства, но в то же время она казалась расслабленной и обольстительной. Эта незнакомка носила очки от солнца и соблазнительные красные туфли на высоких каблуках. Ее волосы были модно завиты и уложены, а платье имело глубокий вырез, обрамляющий ее женственность и талию, которую можно было обхватить рукой. В то время у Цзян Липин не было четкого представления о «красоте». Но тогда девочку глубоко потрясла обворожительная красота той женщины. Она подошла к площадке и увидела, как Цзян Липин упала. Незнакомка сняла солнцезащитные очки, обнажив глаза феникса: — Больно? — Нет-нет… — осознавая свою неловкость и уродливость перед этой женщиной-лебедем*, Сунь Пин хотела бы провалиться сквозь землю от стыда. *天鹅 tiān’é — лебедь (в сочетании с «женщиной» имеем переносный смысл — прекрасное создание). Увидев её сконфуженное состояние, женщина улыбнулась и протянула ей руку: — Я помогу тебе встать. Это был первый раз, когда Сунь Пин увидела её… Жену Хуан Чжилуна. Цзинь Сюхэ. Цзинь Сюхэ была директором средней школы «Жэньхэн» в деревне Ицзя, но, в отличие от предположений Се Цинчэна и всех остальных, она не знала о преступных деяниях своего мужа. Она была очень доброй и сама посодействовала созданию школы, стремясь предоставить детям из сельской местности лучшее образование и больше возможностей для развития. Хуан Чжилун, узнав о планах своей жены, задумал использовать это заведение для поиска подходящих целей, которые можно использовать в своих преступлениях. Цзинь Сюхэ, не подозревая о намерениях мужчины, была тронута его готовностью помочь ей: он предлагал свою помощь в сборе средств, наборе учителей и агитации среди деревенских жителей, чтобы отправить своих детей в школу. Она была очень благодарна. Это дало ей больше времени для занятий образовательной деятельностью. — Брось, брось… Детям больше всего нравилось играть в игру «Брось платок» на небольшом школьном дворе в свободное от учебы время. Цзинь Сюхэ, будучи директором, часто стояла c краю школьного двора и улыбалась, наблюдая за ребятами. — Учитель Цзинь! Я нашёл четырёхлистный клевер, хочу подарить его вам! — Директор Цзинь, я поймал бабочку, вам нравится? Цзинь Сюхэ, происходившая из чиновничьей семьи, давно устала от хитросплетений и интриг большого города. Даже самые дорогие подарки, полученные на банкетах, не были для неё столь же ценными, как эти маленькие цветочки и травинки, которые дети преподносили ей с чистыми улыбками. Сердце открывается сердцу. Её доброта заслужила искреннюю любовь учеников. Среди них больше всех её любила девочка по имени Сунь Пин. Зная, что из окна кабинета директора видно школьный двор, и что директор иногда выходила из кабинета с сигаретой и с улыбкой наблюдала за игрой, Сунь Пин старалась изо всех сил стать более ловкой и вызывать радость учительницы, вместо того чтобы постоянно падать и чувствовать себя униженной. Когда песня «Брось платок» заканчивалась и Сунь Пин выигрывала у других учеников, она оборачивалась и искала глазами красивую женщину. Никто до этого никогда не признавал её усилий. Директор Цзинь была первым человеком, который поддержал ее и похвалил. Для ученика одобрение учителя имеет огромное значение, возможно, это может превратить серость в яркий красный цвет, может зажечь звезду в ночи и изменить жизнь. Поэтому когда директор Цзинь улыбалась, Сунь Пин чувствовала, что никакие трудности после школы и никакие долгие пробежки её не утомляют. Она не хотела разочаровывать своего учителя. — Учитель Цзинь, почему вы курите? Когда Сунь Пин и Цзинь Сюхэ немного сблизились, Сунь Пин иногда приходила в ее кабинет помочь с уборкой. Девочка, не видевшая многого в жизни, с любопытством задала этот вопрос женщине. — Когда я училась за границей, нагрузка была очень большой, и я начала курить. — Я думала, что только мужчины курят. Цзинь Сюхэ стряхнула пепел и спокойно сказала: — Мужчины и женщины одинаковы. Произнеся эти слова, она растянула губы в красивой улыбке, а её прекрасные глаза обратились к бескрайним горам за окном, в то время как солнечный свет обрисовывал золотую кайму на её лице. В нежном облике Цзинь Сюхэ скрывалась непоколебимая твердость. — Могу я попробовать? — Нет, ты ещё маленькая, и курение вредно для здоровья. Директор Цзинь обернулась и протянула ей конфету. — Вот, лучше съешь это. Сунь Пин осторожно взяла угощение и спросила: — Когда я стану как вы, учитель Цзинь? — Учись хорошо, выйди за пределы этих гор, и тогда ты станешь гораздо лучше меня. Сунь Пин смотрела на её профиль и тихо промолвила: — Никто не может быть лучше вас. Спасибо вам за то, что вы изменили жизнь для многих в этом месте. Время проходило очень быстро, и вот уже Сунь Пин выпустилась из школы. Она поступила в очень хороший колледж и собиралась учиться в Шанхае. В день выпуска Цзинь Сюхэ пригласила её в кабинет и подарила девочке прелестно упакованную коробку. Внутри оказалось красивое красное платье. — Поздравляю, А-Пин, ты стала взрослой. Я знаю, что тебе нравился мой стиль, поэтому, когда я ездила в Гонконг, выбрала для тебя такой наряд. Это подойдет подростку, надеюсь, тебе понравится. Стоя у окна, Цзинь Сюхэ улыбнулась. Рядом пышно цвели цветы. — Я всегда знала, что ты вырастешь умной и отзывчивой девушкой. Сунь Пин переполняла радость, слезы благодарности возникли в ее глазах, она, держа коробку, несколько раз поклонилась Цзинь Сюхэ, обещая, что с этого дня будет жить честно, усердно учиться и никогда не подведет учителя. Но она не знала, что это будет последний подарок от её учителя. Поскольку скоро ей предстояло уехать в другой город, Цзян Липин вернулась домой и в сразу принялась вышивать картину «Тысячи цветов встречают весну», чтобы подарить её своему учителю в качестве благодарности. Она работала ночами, пока ее глаза не краснели от напряжения, и, поскольку её родители умерли очень рано, ее было некому контролировать. Девушка трудилась целую неделю, и вышивка наконец-то была готова. Цзян Липин хотела показать подарок директору, поэтому, несмотря на то, что уже было около десяти вечера, она всё равно с радостью побежала в школу, чтобы лично вручить картину. Однако в школе она увидела, как Цзинь Сюхэ ругалась с каким-то мужчиной. — Ты должен мне объяснить! Куда делись мои ученики? Кто этот человек? Цзян Липин не разглядела. Она только слегка приоткрыла дверь в кабинет Цзинь Сюхэ, как в её сторону полетел стакан, разбившись о твердую поверхность. Девочка замерла от страха, не смея дальше двигаться. Стакан бросила директор Цзинь. Мужчина стоял спиной к двери, он был высоким, словно гора. — Успокойся, я же уже объяснял, что их отправили на курсы по актёрскому мастерству. Ты же понимаешь, что, попав в такие компании, они просто перестанут общаться с внешним миром. Откуда взялись эти слухи о похищении людей? Более того, это курсы под началом «Шанхайского проекта». Что тут может случиться? Не слушай эти глупые слухи! — «Шанхайский проект»? — Цзинь Сюхэ прищурилась и подошла к мужчине. Она хлопнула по столу. — Ты думаешь, что я совсем ничего не понимаю после рождения ребёнка? Что я ушла в сельскую школу и совершенно оторвалась от реальности? Полагаешь, я верю всему, что ты мне говоришь? Посмотри! Посмотри на эти документы! Она бросила стопку бумаг ему в лицо. Мужчина начал перелистывать страницы. Затем он остановился. Неизвестно, почему у детей так хорошо развита интуиция, но в тот момент Цзян Липин почувствовала нечто ужасное. Она словно встретила призрака — у нее от страха даже волосы стали дыбом. Мужчина собрал бумаги и, опустив голову, положил их на стол. Цзинь Сюхэ с ненавистью смотрела на него, её взгляд был полон презрения и злобы: — Что? У тебя есть что сказать? Он опустил взгляд: — Раз уж ты всё выяснила, то мне остаётся только сожалеть… Да, Сюхэ, это сделал я. — Ты… — Но у меня не было другого выхода. Теперь я не простой преподаватель. Меня презирают, недооценивают мои способности. Каждый праздник, когда я прихожу к твоим родителям, они встречают меня с недовольными лицами. Я больше не могу это терпеть. Ты знаешь, что когда-то я был лучшим учеником в нашей деревне, я был золотым фениксом, вылетевшим из курятника. Я не создан для обычной жизни, я должен добиться успеха. Как можно стать успешным, будучи учителем? Учителем ничего не добьёшься! В тот момент раздался громкий шлепок. Цзинь Сюхэ ударила мужчину по лицу. Она плевалась от гнева, её тело тряслось: — Чушь собачья! Хороший учитель может изменить жизни многих людей, именно поэтому я оставила свою комфортную жизнь в городе и приехала сюда работать! Но ты? Что ты делаешь? Ты убиваешь людей! Ты совершаешь преступления! Ты… ты хуже зверя… я не могу поверить… я доверяла тебе, позволяла тебе забрать стольких учеников… Она дрожала от ужаса. — Ты забрал их… они все… они… Мужчина тихо сказал: — Это была неизбежная жертва. Мы не занимаемся чем-то совершенно бесчеловечным, не торгуем наркотиками и не похищаем людей без цели. Это научная организация в Австралии. Если бы ты знала, ты бы поняла, что это ради великой цели… — Великая цель? — Цзинь Сюхэ вскрикнула: — Великая цель?! — … — Ты сошёл с ума! Это человеческие жизни! Это живые люди! — Они всего лишь кучка сирот, живущих на дне общества. Мужчина попытался обнять её, чтобы успокоить. Но Цзинь Сюхэ почувствовала, будто попала в сети демона и резко оттолкнула его. — Ты сумасшедший… Чудовище… ты совсем спятил… я пойду в полицию… я пойду в полицию! Их спор разгорелся ещё сильнее, и тогда… Цзян Липин увидела, как мужчина достал нож. Он пришёл с оружием и был готов к этому с самого начала. Она даже не успела закричать, как ее муж уже ударил ее! Брызнула кровь! С этим ударом все моральные ограничения будто бы рухнули. Мужчина удерживал Цзинь Сюхэ, бил её, резал, пытался удержать на месте… Комната погрузилась в хаос, они боролись друг с другом, метаясь то в один угол, то в другой. Маленькая девочка, напуганная и разгневанная, была ошеломлена. Но одновременно с этим в её сердце зародилась смелость. Она собиралась броситься на помощь, когда раненая Цзинь Сюэхэ вдруг подняла голову и увидела её сквозь щель в двери. Тот момент ее словно окатили ледяной водой. Лицо Цзинь Сюхэ было залито кровью, но её глаза, полные гордости, оставались все такими же. Цзян Липин замерла, глядя на свою учительницу, и в этот момент её разум заполнился шумом, она не могла вымолвить ни слова. Она смотрела на женщину сквозь слезы. Цзян Липин наблюдала за происходящим, держа в руках подарок для учителя. Она видела, как окровавленные губы Цзинь Сюхэ шевелились, беззвучно повторяя одни и те же слова. Сначала она подумала, что учитель просит о пощаде или кричит от боли, но через несколько мгновений поняла, что её взгляд сфокусирован на ней, на девочке за дверью. Цзинь Сюхэ говорила: — Уходи отсюда… Уходи отсюда. Это были последние слова, произнесенные её учительницей. Прежде чем Цзян Липин успела среагировать, мужчина снова поднял нож и ударил Цзинь Сюхэ в спину! Тишина. Тишина, в которой даже звук падающей иглы казался бы громом. Несколько секунд спустя, Цзинь Сюхэ, вся в крови, рухнула на пол, не издав ни звука… Грохот. Падение. После этого Цзян Липин долгое время казалось, что она просто увидела плохой сон. Всё это было слишком абсурдно для ребёнка. Она не могла понять, почему кто-то хочет навредить Цзинь Сюхэ. Единственное, что осталось в её памяти — образ того мужчины. Муж Цзинь Сюхэ. Хуан Чжилун. Хуан Чжилун убил человека… Хуан Чжилун убил человека! Он убил свою жену! Он убил её учительницу! Он убил нашего учителя!!! В то время Цзян Липин была слишком наивна. После того, как она пришла в себя от потрясения, первое, что сделала девушка, побежала в полицейский участок Цинли. Она кричала, обвиняла и бессвязно объясняла: — Убийство… повсюду кровь… это сделал Хуан Чжилун… он убил… он убил мою учительницу… это он! Это Хуан Чжилун! Это Хуан Чжилун! Проверьте! Там должны быть доказательства! В том кабинете! Там должна быть кровь! Можно проверить ДНК! Пожалуйста, проверьте! Но местная полиция была настолько проплаченной, что действия Цзян Липин оказались сродни мотыльку, попавшему в паутину. Полицейские в итоге ответили ей следующее: — Директор школы Цзинь внезапно почувствовала себя плохо и вернулась в Шанхай на лечение. Откуда взяться убийству? Получив этот ответ, Цзян Липин быстро поняла всю серьёзность ситуации. Она знала, что теперь за ней следят. В отличие от Цзинь Сюхэ, девушка среагировала быстро. Та большую часть своей жизни находилась под защитой своих родителей, поэтому ей было трудно заподозрить кого-то в самом худшем. Даже когда она увидела документы на Хуан Чжилуна, она не пошла сразу в полицию, а решила сначала поговорить с мужем. Цзян Липин же никогда не питала такой сильной веры в человеческую природу. Она знала, что если подобное дело можно замять, то оставаться в этом маленьком уездном городе, будучи заявительницей, ей нельзя ни в коем случае. Поэтому она быстро покинула округ Цинли, скрываясь от преследования, после чего несколько раз анонимно обращалась в вышестоящие инстанции, но её жалобы оставались без ответа, как камень, брошенный в воду. Цзян Липин едва спасалась от преследования членов преступной организации, чудом сохранив себе жизнь. Она так и не вернулась к учёбе, а картину «Тысячи цветов встречают весну», которую девушка собиралась подарить учительнице, всё это время хранила при себе, как напоминание о своей миссии — отомстить за Цзинь Сюхэ… За это время она перенесла множество страданий и лишений, пережив море опасностей. Она могла бы выбрать себе спокойную жизнь, но у нее не получилось забыть образ Цзинь Сюхэ, лежащей в луже крови. Она не могла забыть, как в первый раз, когда они встретились, Цзинь Сюхэ протянула ей руку, когда она упала в грязь, и улыбнулась, сказав: «Я помогу тебе встать». Эта девочка не имела ни родителей, ни родственников… была одинока, подвергалась насмешкам. Цзинь Сюхэ изменила её мрачную жизнь, дала ей шанс выбраться из деревни. Как она могла забыть это убийство? Как она могла позволить Цзинь Сюхэ остаться неотмщенной? И вот… Прошло много лет, перенесенные трудности, смена имени и внешности — Цзян Липин, после многочисленных бегств и жизни в тени, наконец, проникла в компанию Хуан Чжилуна, став его правой рукой! Она стала частью организации. Теперь она знала ещё больше грязных и отвратительных секретов. Став его доверенным лицом, она наконец-то полностью поняла, как тот использовал влияние австралийской научной организации, как прокладывал связи, чтобы замести следы той страшной ночи. Этот человек после убийства своей жены полностью подчинил себе школу «Жэньхэн». Вскоре Хуан Чжилун оставил преподавание и предложил Ван Цзянькану занять его пост, а сам основал развлекательную компанию. Под видом отправки стажёров за границу ему было проще скрывать свои преступления. Он был отличным актёром. Он был слишком хорошим актёром. На глазах у всех он всегда оставался преданным мужем, нежным «господином Хуаном». В углу его стола в офисе всегда стояла фотография Цзинь Сюхэ. — Я встретил свою жену, когда работал преподавателем, а она была ученицей. Впервые увидев её, я заметил, как она, забыв надеть школьную форму, нервничала из-за предстоящего выступления. Я подошёл к ней и дал свою рабочую форму. В тот момент я просто подшучивал над ней, но она действительно расплакалась от радости и сказала: «Форма преподавателя мне не подойдёт, учитель Хуан, эта одежда больше подходит вам». Цзян Липин прошла через множество трудностей, но все еще продолжала скрываться. Когда она впервые попала в офис Хуан Чжилуна, он увидел, как она смотрит на фотографию Цзинь Сюхэ и улыбнулся. Мужчина не заметил, как в тот момент побелели суставы её пальцев. «Сяо-Цзян, ты тоже выглядишь прекрасно в красном, как и она». Цзян Липин думала, что её взгляд будет прикован к той старой фотографии, но в конце концов она отвела его в сторону и даже слегка улыбнулась этому человеку перед ней. — Если господину Хуану нравится, то и мне нравится. Вот так она и осталась работать в его компании. Её сердце наполнилось кровью и покрылось шрамами. Но она всё равно оставалась. Каждый день девушка смотрела, как убийца Цзинь Сюхэ живет на свободе. Она столько раз видела, как его люди губят человеческие жизни, но ничего не могла поделать. Цзян Липин изо всех сил пыталась подавить свою мягкость и слабость. Она не могла показывать ни малейшей уязвимости, даже во сне не могла сказать ни слова, которое могло бы вызвать подозрения Хуан Чжилуна. Но даже так, Хуан Чжилун был крайне осторожен с ней. Цзян Липин так и не смогла добыть самые убедительные доказательства. Чем больше она узнавала об этих людях и об их ужасных деяниях, тем сильнее понимала, что не может позволить себе раскрыться. Она считала их всех виновными и должна была заставить их заплатить кровью за все совершенные преступления, а потом — собственными руками убить этого зверя. Она думала, что её ненависть не проявится до тех пор, пока всё не будет закончено. Однако тогда произошёл инцидент в лечебницей Чэнкан. Она узнала, что там скрывается человек с изменённым именем, до которого организация никогда не позволяла ей добраться. «Эта Цзян Ланьпэй очень важна для Хуан Чжилуна». Организация передала ей секретное задание. «В доме семьи Лян хранятся её оригинальные документы. У тебя есть несколько недель, чтобы всё подчистить». Она уже много раз выполняла «чистку», поэтому сначала не обратила внимания и просто взяла задание. Цзян Липин пришла в чужой дом и вдруг на мгновение перед её глазами все будто поплыло, и она чуть не свалилась с ног. Что же это такое?! Она нашла её! Женщина считала, что уже давно мертва, но она была жива! Но когда ей удалось ее найти, та уже окончательно превратилась в прах… Судьба была слишком жестока! Цзян Липин дрожала и тяжело дышала В секретном задании, переданном организацией, было чётко написано несколько строк: Покойная Цзян Ланьпэй. Настоящее имя: Цзинь Сюхэ!