История болезни/Медкарта/病案本

Она вдруг побледнела. Цзян Липин сразу же обратилась к полицейскому: — Можем ли мы изменить маршрут? Не езжайте по обычному пути. Мужчина пришел в замешательство: — Что случилось? Цзян Липин не была уверена, работает ли ее браслет, но по многолетнему опыту, она уже сделала вывод, что, как только выскажет свои подозрения касательно ситуации, если они подтвердятся, то устройство обязательно сработает, и её жизнь будет под угрозой. Поэтому женщина могла только сказать: — Не уверена, но у меня есть предчувствие, что… — Мы почти прибыли, — сказал полицейский, заметив её нерешительность, и подумал, что она, наконец, поняла, что столкнется с предстоящим судом. — Этот путь ведет на высокоскоростную автостраду, нам осталось ехать еще полчаса. Не стоит переживать, вы были информатором, судья учтет этот факт. — Послушайте, мне кажется, что здесь что-то не так… Тем временем, в полицейском участке на экранах, куда передавалось изображение из салона автомобиля, отразилось напряженное выражение лица Цзян Липин. — Что произошло? — Не знаю, Цзян Липин требует сменить маршрут, но не может объяснить причину. — У нас есть время сделать это? — Мы уже на автостраде, возвращение на развилку займет больше часа, мы не можем просто так, без веской на то причины, развернуться и поехать в объезд. Неужели Цзян Липин хочет сказать, что это как-то связано с известной только ей информацией? Начальник отрицательно покачал головой. — Нет, ехать по запланированному маршруту нельзя. Возвращайтесь, сейчас же. Быстрее. Один из сотрудников, нагруженный дополнительной работой, приготовил кофе для полицейских и налил чашку для Хэ Юя. Юноша поблагодарил его и задумчиво взглянул на экран, а затем подумал о том, что Се Цинчэн предупредил его, чтобы он не спускал глаз с этой женщины. Однако убедить руководство оказалось не так уж и легко, а организационные процессы в полицейском управлении были чрезвычайно строгими, что требовало согласования с диспетчерской и не могло быть изменено в течение таких коротких временных рамок. Хэ Юй размышлял о способах решения возникшей проблемы, как вдруг услышал шаги за дверью. — Комиссар Ван! — Комиссар Ван, вы как раз вовремя… Хэ Юй резко обернулся и увидел, довольно бодрого старичка и его внука Чень Маня. Какой неожиданный визит! Молодой человек тут же встал и вежливо поприветствовал комиссара. — О, Сяо-Хэ, что нового? Что происходит? — комиссар Ван был знаком с семьей Хэ Юя, к тому же его внук недавно вернулся домой после того, как побывал с этим юношей в довольно опасном месте, поэтому отношение к Хэ Юю сразу стало более доброжелательным. — Я все время слежу за тем, что происходит на мониторах. На данный момент Цзян Липин хочет, чтобы полицейские изменили маршрут, но мы не знаем, какие у нее на то причины, и мне кажется… Он поделился мыслями с мужчиной. Чэнь Мань стоял рядом со своим дедушкой, он также согласился с мнением Хэ Юя. Несмотря на то, что Цзян Липин не могла объяснить, что именно ее беспокоит, её словам все-таки лучше поверить. Комиссар Ван немного подумал, а затем спросил: — Хорошо, где Ху Тинь? — На данный момент он занимается последствиями убийства Хуан Чжилуна. — Тогда я позвоню ему, — промолвил старик и сразу удалился. Взгляды Чэнь Маня и Хэ Юя, наконец-то, пересеклись. Хэ Юй старался вести себя благовоспитанно перед господином Ваном, но сейчас, столкнувшись с Чэнь Манем, ему уже было все равно, и он отвернулся к мониторам, а затем с хмурым выражением лица сделал глоток кофе. Чэнь Мань не знал, что Хэ Юй влюблен в Се Цинчэна, и подумал, что тот относится к нему предвзято из-за гомофобии. Он немного смутился, но сел рядом: — Господин Хэ. — С такими ранами тебе стоило бы быть в больнице. Зачем ты пришел сюда? Чэнь Мань ответил: — Я хочу увидеть, как они попадутся в наши сети. И хочу узнать, кто убил моего брата. Хэ Юй молча посмотрел в сторону монитора, но Чэнь Мань продолжил: — Где Се-гэ? — Он все еще в частной клинике Мэйюй, у него есть дела. — Ох… — задумался Чэнь Мань. — Я хочу кое-что спросить у тебя. — Что? — Что такое «губительная кровь»? Когда мы были в штаб-квартире Чжилуна Цзян Липин упомянула об этом. Тебя и Се-гэ, кажется, это никак не удивило. — Это… просто одно из названий психического расстройства, не стоит придавать этому большое значение, — отмахнулся Хэ Юй. — Те люди любят заниматься подобными исследованиями, точно так же, как кому-то нравится изучать заболевания желудка или лейкоз. Они просто решили дать этой болезни такое название. — О, так у тебя есть подобное расстройство? — Нет, Цзян Липин говорила об этом, чтобы отвлечь внимание Хуан Чжилуна, — ответил Хэ Юй, никак не изменившись в лице. Чэнь Мань подумал и просто издал удивленный звук: — O… Между ними повисло неловкое молчание. Обстановка стала очень напряженной. Комиссар сделал звонок и приказал Ху Тиню направить полицейские машины по другому маршруту. Тем временем Хэ Юй и Чэнь Мань сидели бок о бок перед большим экраном монитора. Хэ Юй наблюдал за тем, как Цзян Липин продолжает спорить с сопровождающими ее полицейскими, казалось, будто она была на допросе. — Чэнь Янь, скажи, почему тебе нравится Се Цинчэн? — внезапно спросил юноша. — … Чэнь Мань никогда никому не признавался, что ему нравится Се Цинчэн. Когда они были в подвале, он выразил свои чувства, но сделал это осторожно, однако от него прозвучала фраза, что он считает жизнь Се Цинчэна важнее своей, и тогда Хэ Юй сразу решил разоблачить его. — Ты не обязан делать вид, что тебе все равно, я наблюдал за тобой во время пожара. Чэнь Мань долго молчал и, наконец, тихо промолвил, чтобы услышал только сидящий рядом парень: — Потому что… потому что он добр ко мне. После смерти моего гэгэ, он все время меня поддерживал. Я даже не заметил, как полюбил его. — … Когда он сказал это, Чэнь Мань чувствовал, что наконец-то избавился от тяжелой ноши на своих плечах. Он повернулся к Хэ Юю и спросил: — Это так заметно? Молодой человек отпил немного кофе и равнодушно ответил: — Я лично все понял, но Се Цинчэн гетеросексуал*, я уверен, он не заметит. *直男 zhínán — натурал, гетеросексуал; эмоционально глухой человек, холодный. Чэнь Мань опустил голову: — Знаю. Мне он уже очень давно нравится, я так сильно старался намекнуть ему, но он ни разу не понял, ему кажется, что это обычная детская привязанность. — … Хэ Юй улыбнулся. Несмотря на то, что Чэнь Мань ему не нравился, он мог понять его беспокойство. После долгого молчания оба выпили кофе, обстановка все еще оставалась очень неловкой. Наконец, Хэ Юй нарушил тишину: — Ты не обязан быть с ним. — А? Юноша настроился и сказал: — Я думаю, что ты ошибся в своих чувствах. Зависимость — не любовь. Чэнь Мань посмотрел на него с непониманием в глазах. — Чэнь Янь, тебе только двадцать, вся жизнь еще впереди, ты уже давно знаешь Се-гэ, он старше тебя на более, чем десять лет, и ты думаешь, что разговоры о вашей любви здесь уместны? — … — Между вами невозможная возрастная пропасть. Ты бы встречался с женщиной, которая старше тебя на десять лет? Не думаю, что да, так что у тебя нет шансов остаться с Се Цинчэном. И вообще, отношения между двумя мужчинами ненадежны, — Хэ Юй настаивал на своем, опираясь на приобретенную на жизненном пути мудрость, и после небольшой паузы добавил: — Это дело также коснулось и меня, но раз мы с тобой приятели, хочу тебя предупредить. Надеюсь, ты сможешь разобраться в своих чувствах и сделать правильный выбор. Чэнь Мань неожиданно ощутил, что высказывания Хэ Юя что-то напоминают ему, но не мог припомнить, что именно. Он некоторое время оставался безмолвным, но затем, наконец, сказал: — Спасибо. Я думаю, что могу понять разницу между любовью и зависимостью. Разница в возрасте не имеет значения. Мы знакомы много лет, и я хорошо понимаю свои чувства. Хэ Юй крепко сжал пальцы рук под столом. Но именно тогда Чэнь Мань улыбнулся и вновь заговорил: — Я знаю, что такие люди, как ты, я имею в виду, гетеросексуалы, не могут понять мои чувства к нему, и даже могут испытывать отвращение, считая это невозможным, но мне нравится Се Цинчэн. Надеюсь, когда-нибудь он сможет быть со мной. Если бы эти двое молодых людей сейчас были бы не в полицейском участке, Хэ Юй мог бы выплеснуть свой кофе на лицо Чэнь Маня. Он настолько сильно разозлился, что его гнев вот-вот разрушил бы весь кабинет. Однако внезапно… Бах! Раздался громкий взрыв. Сначала все испугались, думая, что в командном центре произошло чрезвычайное происшествие, но вскоре все стало понятно. Грохот прозвучал из колонок, подключенных к компьютеру! На дороге начались взрывы! Никто не предполагал, что подобное может произойти, после того, как преступники будут пойманы. Именно тогда, когда все уже якобы прояснилось, мониторы один за одним начали тухнуть. Экраны погасли! Через несколько секунд в полицейском участке начался хаос! В этот момент звонок комиссара Вана оборвался. — Цзян Липин хочет вернуться на исходный маршрут? Тогда действуйте согласно ее словам! Не задавайте лишних вопросов! Командир дежурной смены побледнел до сине-серого оттенка кожи и дрожащим голосом промолвил: — Комиссар Ван… уже поздно. — Что? В командном центре пытались установить связь через рации, и переключиться на высокоскоростной полицейский канал… Командир следил за мониторами, которые уже поглотила тьма. — Автостраду взорвали… Только что! Все камеры отключены!

***

В то же время на трассе. Метод все тот же — автомобиль намеренно делают неисправным, переоборудывают на короткий пробег и ставят на беспилотное управление. Машина со ста двадцатью килограммами взрывчатки, спрятанной под видом грузовика, перевозившего песок, была припаркована у въезда в туннель и ожидала момента, когда полицейские подберутся поближе. Все случилось так, как и было задумано. На фоне волнующегося пламени бегали паникующие свидетели случившегося, вдалеке мчались полицейские машины. Пожарные направили шланги на густой дым, сбрасывая воду на скрытый внутри огонь, спасатели в защитных костюмах пытались спасти людей, попавших в удушающую ловушку. Среди этих людей возникла одна подозрительная фигура в защитной маске. Этот человек извлек тот самый сейф Хуан Чжилуна из языков пламени и быстро скрылся из виду, стараясь не попасться на камеры дорожного патруля… — Босс Дуань. Затаившись, мужчина снял защитную маску и, используя специальный телефон, позвонил Дуань Вэню. — Цзян Липин мертва. Сейф в наших руках. Пробоем больше нет. — Хорошо. Мужчина находился на частном острове поблизости от Австралии, он сидел за столом и играл в шахматы. Ему было около сорока, его брови выделялись остротой, а внешний вид Дуань Вэня отличался особой благодарностью. Перед ним никого не было, он играл сам с собой, управляя и черным, и белыми фигурками. Мужчина послушал отчет от подчиненного и сделал по одному ходу от двух сторон. Король черных оказался в тупике. Шах. — Раз уже ты со всем разобрался, скорее возвращайся, — равнодушно ответил Дуань Вэнь. — Отправляйся из Шанхайского аэропорта ближайшим рейсом, но убедитесь, что тебя ничего не задерживает, как это было с Хуан Чжилунем. Собеседник согласился, и мужчина положил трубку. Он усмехнулся, играя с черной шахматной фигурой, находившейся на грани поражения. Позади раздался шум, и мальчик в красных туфлях вышел к нему на террасу. — Хуан Чжилун мертв? — Да. Игра окончена, — мужчина вытер пальцы о салфетку, на его лице возникло легкое удовлетворение. — Хуан Чжилун был слишком стар, он всегда считал, что я еще молод, по сравнению с ним. Он не умел сдерживаться и все чаще начинал игнорировать мои приказы. Я столько раз предупреждал его, но он продолжал настаивать на своем. Дуань Вэнь усмехнулся, выбросив салфетку. — Его устранение было лишь вопросом времени. — Он не догадался, что мы убили Ху И, — промолвил мальчик. — Он ходил по тонкому льду, ему просто не хватило мозгов… Какой идиот… Он запаниковал и попытался поджечь полицейское отделение, взяв под контроль психически неуравновешенного пациента, Хуан Чжилун хотел убить парня, который украл для него запись с камеры видеонаблюдения, ему нужно было уничтожить ее. Тогда я понял, что его уровень IQ оставляет желать лучшего. Он испугался, что заключенный Ша Хун может ему навредить. Ему удалось убить его перед тем, как Хэ Юй бы узнал какую-либо информацию. Разве не было ясно, что от этого человека никакой пользы? — Даже если он боялся, вам не стоило волноваться об этом. Хуан Чжилун был настолько глуп, что не знал, что это я убил Ху И, этого стоило ожидать, однако ему было известно, что Чэнь Мань… Дуань Вэнь прервал мальчика: — Нет, мне кажется, что он не был уверен в этом. В противном случае, он бы не оставил Чэнь Маня в подвале. Как бы там ни было, ему стоило взять его с собой. Мальчик улыбнулся: — На самом деле, я хотел, чтобы он забрал его, жаль, что Хуан Чжилуну не хватило духу сделать это. Он глуп и труслив, но у него имелись амбиции, и я действительно не знаю, как ты все это время использовал его. В конце концов, теперь, когда я приложил немного усилий, мы наконец-то разобрались с ним и с той информацией, которой он владел. Дуань Вэнь поднял на него взгляд и сказал: — Пришло время заменить его. — Ты уже сделал свой выбор? — Это тот, которого почти удалось убить, — промолвил мужчина, садясь в кресло, а затем взял телефон, чтобы найти контакт Люй Чжишу. — Алло, госпожа Люй… Ничего такого, я просто хотел узнать… Выражение его глаз походило на змеиный прищур, в то время как губы изогнулись в холодной улыбке. — Ты в последнее время сблизилась со своим сыном?