Когда идёт снег

      Утро четвертого ноября выпало на понедельник. Как обычно, Антон почти всю ночь просидел в телефоне, листая соцсети и просто занимаясь всякой фигнёй. Глупые видео с котятами и адской готовкой на каком-то американском канале в Ютубе как никогда могли занять le temps au lieu de dormir . Времени в начале года хватало, так что особо беспокоиться за домашние задания не надо было. Всё делалось в срок.       Сергей, как и всегда, встал в 6 утра и начал греметь посудой. Антон нехотя отвернулся к стене и поморщился.       —Солнце даже ещё не встало, ты чего? —бледной рукой он потёр веки и погладил себя по щеке.       —Ни доброе, ни утро, вы посмотрите на него, —сосед «наехал» на парня. —Чаю вот захотелось. Кипятильник ты куда дел?       За тонкой стеной из другой комнаты послышались мотивы какой-то песни. Федерико Феллини? О чёрт, убейте, пожалуйста.       Шаст тихо застонал и улёгся обратно на кровать, накрыв лицо руками.       —Как же они заебалииииии, —Антон был в отчаянии.—Посмотри в верхней полке.       На сборы было достаточно времени, так что, когда Сергей ушёл к друзьям сверху, парень поднялся на кровати и в совершенно одной белой футболке с какой-то английской надписью синими буквами и чёрных трусах, выперся на коридор и пошаркал тапочками в туалет. Вернувшись, он наконец оделся по человечески и раскрыл форточку. Холоднющий ветер прорвался в помещение и будто прошёл сквозь тело, заморозив его после себя. Матвиенко ненавидел запах сигарет в комнате, так что Шастун выкручивался как мог. На улицу спускаться не хотелось, а просто открыть окно в два градуса за стеклом — самое то. Он залез с ногами на стол и поджёг сигарету. Курил медленно, растягивая каждое мгновение. И смотрел на стаканчик. Думал, что же всё это могло значить. Или он всего лишь помешался, а на самом деле это просто приятный комплимент от заведения? Он накручивает себя?       Антон закуривает вторую.

***

      Когда второй окурок полетел на улицу, я всё же поднялся, закинул парочку книг и конспектов в рюкзак и напялил пальто. На часах было 6:34, а, что делать оставшиеся полтора часа, я понятия не имел. Я вспомнил про кафе и подумал, почему бы не пойти туда?       Уже через десять минут я стоял перед всё той же яркой вывеской «KAFE» и проглядывал через стеклянные двери. Закрыто. Ну кто бы сомневался? Я сфотографировал график работы заведения и поплелся в грустном настроении прогуляться вдоль набережной. Солнце едва поднималось над городом, и именно в такие моменты он казался мне прекрасен, как никогда.       Немногочисленные люди останавливались перед мостом и смотрели на Неву. На её холодной глади отражались все краски восхода, и это выглядело просто волшебно.       Один парень, видимо, в стельку пьяный шёл по парапету, расставив руки в стороны, и напевал мотив старой песни русского шансона. Я узнал Визбора.       «Всем нашим встречам разлуки, увы, суждены.»       Мне вспомнился официант из того злополучного кафе. Казалось, он преследует мои мысли и, где бы я ни был, всё равно влезает в мою голову.       «Тих и печален ручей у янтарной сосны.»       Я вспомнил Юрия Визбора и подумал, что никто так хорошо не умел передавать чувства через инструмент и слова как он. Ну и ещё Швец конечно.       «Пеплом не смелым подёрнулись угли костра.»       Огонь символизирует любовь. l'amour est comme le feu, si vous ne jetez pas de bois, il commencera à s'estomper . Очень красивое высказывание.       «Вот и окончилось все, расставаться пора.»       Видимо, Юрий и его любовь не подкармливали свои чувства, и они угасли насовсем. Это печально. Расставаться не хотелось: утро не внушало своим началом нечто хорошее, так что ничего не предвидело полнейшей беды и катастрофы. Наверное.

***

      В универе было всё как обычно. Серёжа, опоздавший на 10 минут, Позов, тянущий руку на все вопросы и имея к ним многозначные ответы, и Шастун. Просто сидящий и скучающий Шастун. Разновидность: нервный. Сегодня его не трогайте, день с утра не задался. Две пары были окончены, а физкультура, как обычно, была послана далеко и надолго. Трое друзей направлялись на выход из знания, как возле гардероба их перехватил одногруппник.       —Оп, здарова Серж, —он пожал руку Матвиенко, —сегодня в кафешке туса намечается, придёшь?       —А в честь чего? —при виде друга он улыбнулся.       —Днюха там у одного, надо будет по солидному, сам понимаешь. Восемнадцать всего раз в жизни.       —Без проблем, конечно буду.       —И своих захвати, больше трезвого народу — больше шансов не уснуть в подворотне.       Они помахали друг другу на прощание и разлучились.       —Вы же понимаете, какой человек. Его цитировать можно—Серёжа поднял указательный палец вверх.       —Так, про каких таких своих он говорил? —Димка поправил очки.       —И почему это сразу трезвых, —демонстративно возмутился Антон.       

—понедельник, 22:14.

      Через пару часов трое ребят стояли напротив яркой вывески «KAFE» и заглядывали внутрь сквозь стеклянную дверь.       —А ты точно уверен, что это то место? , —первым подал голос Антон.—Как-то на кальянную не похоже.       —Адрес вроде тот, —парень с хвостиком взглянул на экран телефона, а затем перевел взгляд и на Антона.—Сейчас спросим.       Все зашли внутрь и тут же очутились в неком клубе из рекламы казино, где присутствуют тропический бар и куча девочек в бикини. Пар густым ковром слоился по полу, и, вроде бы, столы стояли, как и прежде, но атмосфера вокруг здоровенько так приукрасилась. Яркие мерцающие лампы, странная музыка и уже машущие им рукой тот самый однокурсник и его компания в конце зала. Антон никогда бы не поверил, что это то кафе, в котором он получил кофе в бумажном стаканчике с ободряющей надписью на французском от привлекательного официанта с голубыми глазами. Кстати, где тот…

***

      Он двигался в такт, выполняя различные виражи вокруг столов с, казалось бы, намертво приклеенным круглым подносом в руке подходил к одному столу, покорно кивал и шёл к следующему. Ни слова не вымолвил. Всё тот же глупый фартук, бантик бабочка и голый… стоп, голый торс?       Я залип окончательно: просто смотрел в упор на это идеальное тело, усыпанное родинками, и не мог оторваться.       —Антох, ты чего, на официанта что ли засмотрелся? —Серёжа ткнул меня в бок и тут же рассмеялся.—Пойдем, нас Макс уже заждался.       Компания оказалась довольно большой, причём были там не только парни, но и девушки. Никого из них я естественно не знал, так что старался не вступать в разговор и лишь изредка отвечал на вопросы Серёжи. Позов придерживался того же плана. Когда спросили, кто что ещё будет пить, вокруг раздался оглушительный вой. Кричал кто что: девочки просили вино и шампанское, парни — коньяк и виски. Угощал ведь именинник. Я лишь действительно хотел сказать что-то своё, но так и не сумел вступить в полемику. Макс, видимо, поднял руку и помахал ею в воздухе. Он подозвал официанта. Угадайте, кто к нам подошёл?       На этот раз мне выдалась возможность рассмотреть его получше. Пока он кидал взгляды на присутствующих, а те невнятно проговаривали названия алкоголя, я заметил на его фартуке небольшой прямоугольный позолоченный бейджик, сделанный из какого-то металла. На нем черными печатными буквами было выгравировано «Арсений». Мысленно я записал его имя в кучу остальных, которые узнал сегодня. Я снова почувствовал толчок под рёбра, скривил лицо и нерешительно поднял взгляд. Он смотрел на меня в упор не сводя взгляда. Жрал меня глазами и так не сказал ни слова. Узнал. Рот его был заклеен широкой полоской чёрного скотча, отчего он даже не выражал эмоций. Мне стало страшно.       —Текилу. С лаймом. И побольше соли.       Мысленно я прочёл в его лице «а вы падки на необычные напитки». После чего он послушно кивает головой, записывает всё в свой блокнот на кольцах. Откланялся. Ушёл. Пойду-ка и я.

***

      Антон поднялся из-за стола, отчего сразу был одёрнут за рукав толстовки.       —Ты куда собрался? —Серёжа звучал смешно, когда был пьян. Когда он успел, они только пришли?       —На перекур. Душновато тут.       Даже не сняв куртку с вешалки, Антон выскочил на улицу и отошёл за угол знания. Прохладный воздух колко отдался в носу и окатил мозг изнутри. Тут, между двумя домами, находилась лестница, скорее всего, ведущая из служебного помещения. Парень присел на одну из ступеней и чиркнул зажигалкой. Кончик сигареты красиво тлел, а дым пряно отдавал во рту. Это немного успокоило.       Вдруг дверь сзади скрипнула, и оттуда кто-то вышел. Антон услышал звук отдирающегося от кожи скотча.       —Не сиди тут. Замёрзнешь.       А вот и он. Голос, который преследовал его теперь везде. Так хотелось его услышать, что парень даже расстроился, увидев на лице скотч. А тут такое.       —А ещё курить вредно. Я даже не уверен, что тебе есть 18, sacré nom! .       Слова вылетали быстро и даже последние два были сказаны с такой оригинальностью, что носитель языка наверняка позавидовал бы. Антон не тушит сигарету, а даже делает ещё большую затяжку, просто не зная, как реагировать.       —Ты себя погубишь, —человек за спиной неодобрительно покачал головой, как показалось тогда Шастуну.       —А вообще, свали отсюда. Ко мне сейчас машина с алкоголем приедет, не мешай разгружать.       —Так давай я помогу, —Антон вскочил с бетонной ступени.—Давайте.       Вышеупомянутый Арсений посмотрел на него с непониманием.       —Если тебе так угодно.       Он был сейчас не против любой помощи, так что просто улыбнулся и развел руками в стороны.       —А почему вы в пальто? —через секунду до парня дошло, какой идиотский вопрос он задал.       —Холодно вообще-то. А вот тебе я бы посоветовал надеть куртку или что у тебя там из верхнего с собой.       Шастун ненавидел себя, стоя рядом с мужчиной, под тонким осенним пальто у которого был рельеф мышц и галстук бабочка. Просто ненавидел.