Восточная сказка

На следующее утро Аня едва открыла глаза после практически бессонной ночи: почти до рассвета она не могла сомкнуть глаз, пыталась понять причину произошедшего между ней и Владимиром в столовой… Раньше Аня была на сто процентов уверена, что Владимир ненавидит её и никогда не посмотрит в её сторону, как на девушку. Прошлая ночь смешала в её голове все прежние убеждения: теперь она не могла понять природу кардинального изменения к себе со стороны Владимира, но как ни старалась Анна понять мотивы и цели молодого барона, упорно отгоняла от себя догадки об искренности мужчины, отказывалась верить в то, что он, действительно, испытывает к ней некоторое влечение… В своих рассуждениях девушка больше склонялась к негативным мотивам поведения Корфа, предполагая, что он тем самым хотел отомстить за что-то Михаилу Репнину либо просто воспользовался своим преимуществом, как хозяина над хрупкой девушкой, за которую некому заступиться… Аня, как обычно спустилась к завтраку в столовую. Войдя внутрь, она сразу вспомнила вчерашние события - они прокрутились перед глазами девушки, как на цветной кинопленке, от воспоминаний немного закружилась голова и Аня на несколько секунд закрыла глаза, чтобы прийти в себя и отдышаться… В момент ее прихода в столовой никого не было, только кухарка Варвара постаралась и накрыла стол разными вкусностями - она всегда баловала вкуснейшими блюдами своих любимцев: Владимира и Анну… Услышав в соседней комнате быстрые уверенные шаги, явно приближающиеся к столовой, и без сомнения, принадлежащие хозяину поместья, она пожалела, что не осталась в комнате подольше, чтобы не встречаться с ним так скоро… Едва мужчина переступил порог, Аня залилась яркой краской, но попыталась сделать невозмутимый вид. -Доброе утро, Анна… - сказал он спокойным тоном как только вошёл и увидел девушку, смущённо стоявшую у окна. - Позавтракаете со мной? Посмотрите, как Варвара постаралась… - он немного улыбнулся, окинув довольным взглядом яства на столе. - Извините… Я лучше пойду… - отозвалась красавица и направилась в сторону выхода. - Нет, прошу вас, останьтесь… - также же спокойно попросил он. - Я не хотел вас смущать… - он взял со стола кусок любимого Аней рыбного пирога - Позавтракаю лучше у себя. - барон стремительно выскочил из столовой и направился к себе. Аня увидела только его удаляющуюся спину в дверях и не успела ничего возразить… После произошедшего между Анной и Владимиром события в столовой, прошла неделя… С момента того рокового вечера она больше не виделась с князем Репниным - ходили слухи, что он уехал в Петербург и не спешит оттуда возвращаться и даже подумывает о переезде в Италию, где живут его родители… Кроме того, Михаил разорвал всякие отношения с Владимиром, посчитав, что в тот последний вечер Корф поступил, мягко говоря, не по дружески, унизив Анну. Князь полагал, что Владимир должен был сказать об истинном происхождении девушки гораздо раньше, а не ждать, пока их отношения зайдут так далеко, а посему, он был уверен, что барон все это время в тайне смеялся над ним, поскольку всегда с высока относился к людям ниже его по статусу… Самой Анечке за прошедшую неделю Репнин не написал ни строчки, видимо, решил разорвать их отношения окончательно и бесповоротно. Девушка же несколько раз садилась за стол с целью написать ему, но послания так и остались не отправленным… Первые дни после того вечера в столовой Аня не находила себе места: пыталась понять, как могла оказаться в объятьях Владимира, почему позволила ему зайти так далеко… Конечно, молодой барон никогда не был ей неприятен - он хорош собой: высокий, стройный шатен с серыми глазами и строгим красивым лицом сводил с ума многих девушек не только в уезде, но и в столице. Чисто внешне он всегда нравился ей, но до того вечера Корф ни разу не проявлял к ней интереса, как мужчина… Однако стоит учесть, что раньше большую часть времени Владимир проводил на службе в Петербурге, а также по полгода воевал в действующей армии на Кавказе, поэтому они с Анной практически не встречались. Когда же ему удавалось бывать в поместье, то он довольно холодно относился к Анне, общался с ней с высока - по крайней мере девушке это представлялось именно так, а порой старался её унизить, обидеть, поэтому девушка полагала, что барон едва терпит её присутствие в доме, а иногда - просто ненавидит… Когда Аня больше углублялась в свои рассуждения о природе своего поступка в тот вечер, то неизменно приходила к выводу, что Корф определённо нравится ей, как мужчина и не смотря на его жестокий поступок с принуждением танцевать этот унизительный танец, сейчас она не испытывает к нему какую-либо ненависть, хотя в тот вечер была смертельно обижена и зла на барона и даже была уверена, что возненавидит его на всю жизнь… Конечно, в голове девушки не укладывалось, почему Владимир избрал именно такой жестокий способ открытия тайны её происхождения перед князем Репниным и, наверное, она никогда до конца не простит его за этот эпизод, но дальнейшее поведение и самого Михаила оказалось крайне неожиданным: он так легко отказался от своих чувств, что теперь Аня решила, что каких-либо серьёзных намерений князь к ней не имел, а лишь был увлечён её привлекательной внешностью… В итоге, подумав над поведением обоих мужчин, она уверила себя, что тот поступок Владимира с принуждением танцевать, хоть и был недопустимым и жестоким, все же открыл ей глаза на Репнина. Несколько беспокойных дней и бессонных ночей, проведённых Аней, позволили понять ей, что она никогда бы не позволила Владимиру или кому-то другому дотронуться до неё, если бы не испытывала к нему что-то большее, чем просто симпатию. К тому же после произошедшего, когда князь Репнин разорвал с ней всякие отношения, высказав много неприятных слов, девушка была просто в отчаянии, ей казалось, что её жизнь закончена, что она навсегда потеряла настоящую любовь - поэтому ей требовалось некоторое утешение, хотелось почувствовать себя нужной, любимой. Кроме того, сильная злость и обида на Михаила подтолкнули её к мести - хотелось побольнее отомстить ему и тут вовремя подвернулся Владимир… Причём сначала, Анна так и думала, что молодой барон стал лишь способом вымещения злости на Репнина, но чем больше времени проходило с момента их близости, тем яснее она понимала, что месть князю остро стояла только в тот злополучный вечер. Спустя же пару дней девушка смирилась с поступком барона, ещё спустя несколько дней поймала себя на том, что больше не сердится на Владимира, а к концу прошедшей после инцидента, поняла, что скучает по нему… Перед сном Аня вновь и вновь прокручивала в голове события того вечера, причём воспоминания все чаще возвращались в момент её близости с Владимиром, она снова ощущала вкус его губ, манящий мужской запах, сильные руки, сжимающие её в объятьях… Затем ночью во сне она неоднократно возвращалась назад в тот вечер, в столовую, где им с Корфом было так хорошо вдвоём… Несмотря на то, что после того вечера прошла целая неделя и Анна, по-прежнему, жила в доме Корфа, объясниться друг с другом по прошедшим событиям не удавалось. Исходя из отчужденного поведения мужчины, она боялась, что больше не интересна ему, что тот случай произошёл из-за излишне выпитого им спиртного. Не менее болезненной для неё стала версия о том, что барон лишь воспользовался ею, ведь, как крепостная, Аня обязана выполнять все указания барина. За эту неделю она практически не видела Корфа: почти ежедневно он уезжал рано утром в Петербург по делам наследства отца, а возвращался поздно ночью. Девушка не могла спокойно уснуть, пока не слышала стук колес возвратившегося экипажа, тогда Аня походила к окну и аккуратно через тюль смотрела в окно, чтобы её не увидели снаружи дома. Убедившись в том, что Владимир вернулся домой, она с облегчением ложилась в кровать, надеясь увидеть его завтра хотя бы издалека или услышать в доме его голос… В те редкие дни и моменты, когда Аня и Владимир случайно сталкивались где-то в доме, он непременно здоровался, а затем, извинившись и сославшись на неотложные дела, сразу уходил, что девушка не успевала даже рта открыть, чтобы попросить задержаться для разговора. В последние дни при встрече с Владимиром у неё предательски стало мгновенно сбиваться дыхание, сердце вырвалось из груди, а голова переставала трезво рассуждать - девушка неумолимо понимала, что влюбилась, причём с каждым днем влюблённость становилась только сильнее. Она безрезультатно пыталась взять себя в руки и хотела забыть эти неуместные чувства, считая, что, как крепостная, она не имеет права любить своего хозяина… Всё сильнее её стали терзать муки ревности, когда Владимир уезжал в столицу - Ане казалось, что он уезжает к какой-то возлюбленной, иначе не укладывались в голове такие частые и долгие отъезды, к тому явным подтверждением увлечённости мужчины другой женщиной, по ее мнению, была необъяснимая холодность Владимира по отношению к ней, которая никак не увязывалась с теми горячими объятьями и поцелуями, которые он дарил ей в тот вечер в столовой… Идею с написанием Корфу послания, чтобы объясниться с ним хотя бы на бумаге, она откинула сразу, побоявшись быть осмеянной и отвергнутой. Каждый день Аня уговаривала себя насмелиться и поговорить с Владимиром о случившемся. Тянуть с разговором долго нельзя, иначе будет слишком поздно, как это произошло у них с Михаилом. Пару дней назад у Ани началось небольшое недомогание: по утрам девушку тошнило, она мало ела и стала остро реагировать на некоторые запахи. Девушка никому не рассказала о появившихся симптомах, посчитав, что это небольшое отравление и спустя день-другой состояние нормализуется. Она просто не хотела никого беспокоить по таким пустякам, ведь при малейшем подозрении на какую-либо болезнь, приходится вызывать в поместье доктора Штерна… Удрученное с того первого дня состояние Ани сразу заметила Варвара, она стала расспрашивать обо всем: девушка поведала ей о разрыве с Михаилом, однако не осмелилась признаться доброй кухарке о проведённой ночи с Владимиром. Внимательная Варя не могла не увидеть явное недомогание своей любимицы: белокурая красавица заметно похудела, под глазами легли тёмные тени, еда, которую она попросила подавать в комнату, возвращалась на кухню практически не тронутой… Кухарка была обеспокоена состоянием Ани и решила рассказать обо всем Владимиру Ивановичу, если в ближайшие дни та не начнёт нормально питаться.