Ночной разговор

Сегодня Драко был особенно неутомим и болтлив. Вначале он не выпускал меня из постели почти три часа. Когда мы были в меноре, в него будто дьявол вселялся. А потом бесконечно болтал про квиддич, свою новую метлу и шансы на победу объединённой команды послевоенного восьмого курса, против победителей в факультетском соревновании. Я сбежал в зимний сад в одних тапочках и халате, буквально из душа, чтобы Драко снова не «зацепил меня за язык» или за другое место, изрядно уставшее. Проветриться. Подумать. Посмотреть на звёзды. Просто побыть наедине с самим собой. Эти рождественские каникулы мы с Драко проводили у Малфоев в поместье. Хоть Драко и намекал, что не прочь остаться в Хоге, я же не мог отказать себе от соблазна пересечься с его отцом. Прямо перед каникулами филин Малфоев принёс официальное приглашение для наследника и его друга. Он отказаться не мог. Я же просто решил плыть по течению. Я поёжился и прикурил сигарету. Зимний сад в январе пребывал в периоде покоя. Нарцисса рассказывала, что даже тропическим растениям он нужен, что-то связанное с длиной светового дня и на это время отопление укручивали, поддерживая необходимый для выживания минимум. Градусов пятнадцать. Это, конечно, не лес Дин в декабре, но мне, выскочившему прямо из горячего душа, было зябко. Драко был моим лучшим другом на текущий момент. Мы начали общаться после судов, на которых я отстоял его, Нарциссу и его отца. Вместе пошли доучиваться в Хог. Потом по пьяни у нас случился секс. Дружеские отношения как-то естественно и плавно перетекли в любовные. Меня это более чем устраивало. Я понял, что меня привлекают мужчины уже давно. Не без того, чтобы метаться и предпринимать какие-то шаги. Так я попытался «лечиться» Джинни, ничего хорошего из этого не вышло ни для меня, ни для неё. А после битвы, побывав за гранью, я понял, что жизнь у меня одна и тратить время на ложь самому себе не стоит. – Добрый вечер, мистер Поттер! – раздался глубокий бархатистый голос и я вздрогнул. В полумраке зимнего сада вспыхнул огонёк раскуриваемой сигары, освещая на миг идеальные черты холодного лица, серые глаза, платиновые волосы, причудливыми красными сполохами. – Лорд Малфой, – я плотнее запахнул тонкий халат, накинутый на голое тело. – Скучаете? – Не хотел мешать Драко, – я приподнял сигарету, а потом неловко сунув её в рот, глубоко затянулся. – Не хотели мешать … Похвально. Могу я спросить, что у вас с моим сыном? – я поперхнулся от вкрадчивых ноток его голоса. И от самого вопроса в принципе. – Что конкретно вас интересует? – Почему вы с Драко? – Нам хорошо вместе. – Я не обязан отчитываться перед Малфоем, но не желая напрягать и без того непростые отношения с отцом Драко, я решил ответить. – Пары, где любит только один – недолговечны. – По своему опыту судите? – не мог не подколоть я. Его недавний развод с Нарциссой знатно подкосил Драко. – Да. Мы с Нарси тоже дружны. До сих пор. Но это не дало ни мне, ни ей счастья. – У вас на Драко были планы? Я испортил династический брак? – Вы на текущий момент самая выгодная партия. – Партия? – Перед каникулами Драко попросил у меня помолвочное кольцо. Я знаю лишь одного человека, которому мой сын мог предложить его. Это вы. И я хочу знать, приняли вы предложение или нет. – Или я что-то не знаю про Драко или Люциус мне врёт в глаза. Но с какой целью? – Не принял. Лорд склонил голову, затянулся, обдумывая что-то. – Почему? – Потому что нельзя принять того, чего не предлагают. Я не знаю, почему вы решили, что ваш сын собрался делать предложение именно мне. И с чего вы решили, что он меня любит? – Лучших друзей не трахают трижды в день. Я смотрел на него во все глаза. Откуда он знает, что мы с Драко были близки и сколько раз. Это становится интересно. Выдохнув, я выпустил внутреннего слизеринца, и собрался. – Хотите оказаться на его месте, лорд Малфой? – Да. – Что мне с этого? – холодный незаинтересованный тон дался мне непросто. – Я предлагаю вам не просто секс, а брак. Полный, магический. – Зачем мне брак? Я же не девушка. – Деньги, титул, хороший секс. – У меня всё это уже есть. А вам это зачем? – Положение в обществе, возможность возобновить политическую карьеру, очистить имя рода Малфой от скверны. – Хм. Поэтому и развод, – проговорил я про себя негромко. – Но вы не ответили на главный вопрос. Зачем вам на самом деле всё это нужно? Особенно учитывая, как это будет выглядеть в глазах Драко. Я, будучи его любовником, заключаю брак с его отцом. – Ты. – Что я? – Мне нужен ты. – Я?! – Накой я сиятельному лорду? Восемнадцатилетний сопляк, подстилка его сына (да, именно так меня называют бывшие друзья). Мои доходы смешны по сравнению с доходами лорда. Даже после выплат всех репараций. Так же как титулы и прочее. Из собственности ветшающий Блэк холл с сумасшедшим древним домовиком. И неоконченное образование. Слава героя всея магической Британии недолговечна. Я не раз это проходил. Сегодня ты герой, а завтра новый Тёмный. Чушь какая-то. Надо вывести лорда на эмоцию. Может тогда что-то сболтнёт. Мне хотелось добраться до самой сути. Я был не против интрижки с сиятельным лордом, но брак, это чересчур. – А зачем вы мне сдались, папаша? – глумливо спросил я. – У меня есть ваш сын. Моложе, красивее, без развода в анамнезе, не испорченный служением Волдеморту и вообще. Вы же ненавидите меня! – Я увидел, как Люциус вздрогнул, рука, лежащая на колене, сжалась в кулак. – При ваших доходах и внешности вы можете найти себе кого угодно. Мальчика, девочку, мальчика и девочку, двух мальчиков. Даже кентавра. Сейчас развелось много героев войны. И реальных и примазавшихся. Ради чего вы готовы испортить свои отношения с наследником? Или вы думаете, что Драко нормально отнесётся к этому, и мы всей счастливой семьёй будем пить чай в гостиной? Вы ведь умный человек и не можете не осознавать и просчитывать последствий всего этого бреда. – Я тебя хочу. С Турнира Трёх Волшебников. Драко просто опередил меня. Ты же не любишь его. Я не питаю иллюзий насчёт себя и твоего отношения ко мне, но никто не помешает мне попытаться. – И вас не смущает, что я не буду испытывать к вам никаких чувств, кроме разве что сексуального интереса? – Я не пылкий юнец. Не питаю ложных надежд и не склонен к иллюзиям. Мне хватит тела, факта обладания желанным объектом. – Я передёрнул плечами. Малфой говорил обо мне, как о вещи. Но не это меня волновало на текущий момент. – Думаете у Драко всё так серьёзно? – Он любит тебя. Я прикрыл глаза. Какой же я тупой придурок. Это же Малфои! Они умеют держать лицо. И то, что наши отношения выглядят сексом без обязательств, говорит лишь о том, что я слепой дурак, а Драко отличный актёр. Если он действительно любит, то надо рвать отношения, пока не поздно. То, что мы вместе дарит ему надежду на большее, а к большему я сам пока не готов. Надо заканчивать этот балаган, отец Драко прав. Пока Драко не влип в меня. Мне будет больно терять единственного близкого человека. Но плевать на меня. Пока у Драко есть шанс начать новые отношения, я не имею права на эгоизм. Слова, что прозвучали с задержкой, я не сразу понял. – Я тоже. – Что «тоже»? – Люблю … Я опустил лицо в ладони и замер. Это пиздец. И это моя жизнь. Просто страстный дамский водевиль «Как два Малфоя в Поттера влюбились». Может действительно надо было уйти к чёрту в магловский мир, как я и планировал, пока Драко не втянул меня в эти отношения? И не идти доучиваться в Хог. Я здесь лишнее звено. Соринка в отлаженном механизме. Я должен был быть памятником, памятью … Ситуация выглядела безвыходной. С одной стороны Драко, лёгкий, желанный, близкий. С другой стороны его отец – сложный, загадочный и не менее желанный. Я был бы не прочь получить второго Малфоя в коллекцию, если бы оба они просто хотели секса без обязательств. Но если первый влюблён, а второй даже брак мне предлагает, то надо валить, пока не поздно. Почувствовав запах свежести и талой воды, и прикосновение горячей узкой руки к своему плечу, я в ужасе вскинул голову. Неужели Драко потащился за мной и слышал всё это? Но это был не Драко, а Люциус. Они в некоторых моментах настолько похожи, что даже сами не осознают этого. Тот же запах, те же руки. Дёрнув плечом, я скинул его руку и отвернулся. – Гарри … – моё имя странно звучало из уст Малфоя – старшего. Я не знал, что он способен на такие чувства. На такую нежность. – Я вас услышал. Завтра я покину ваш гостеприимный дом. Драко будет тяжело. Прошу вас поддержать его. А теперь уйдите. Мне надо побыть одному. Нам не о чём больше говорить, лорд М … – Мне всегда хотелось, чтобы ты назвал меня Люциус, – невпопад перебил он. Будто не слышал моих последних слов. – Что вы от меня хотите? – устало спросил я. – Надежды, – голос Малфоя стал завораживающим. – Что когда-нибудь ты ответишь на мои чувства. Я дёрнулся. – Не чувствами. Я не обольщаюсь. А возможностью быть с тобой. Тебе не придётся мучиться чувством вины, скрывая, что не любишь, как это было бы в ваших с Драко отношениях. Я дам тебя поддержку, опору, безопасность. В какой-то момент мне захотелось пойти у этого глубокого завораживающего голоса на поводу. Отдаться и забыться. Кинуться в отношения, где меня будут любить и лелеять, не требуя в ответ любви и преданности. Но это будет ложью. И уничтожит и меня и сиятельного лорда. Это сейчас его удовлетворит моё тело. Потом он захочет большего. Он захочет чувств. Это нормальное человеческое желание. Даже от домашних питомцев мы ждём эмоциональной отдачи. Что уж говорить о самом близком человеке, которым он будет считать меня, согласись я на его предложение. Всё же я – благородный олень. Моей голой груди, в распахнутом вороте халата, коснулась узкая горячая рука. Так похожая на руку Драко. Я крупно вздрогнул. Ладонь мягко прошлась по грудной мышце, задела сосок, очертила ключицу, переползла на шею. Сидящий передо мной на корточках Люциус в сумраке оранжереи выглядел как бог. Гладкая светящаяся кожа, белые тонкие пряди волосы, мерцающие ртутным блеском глаза. Я замер от этой интимной ласки, от его чувственного, горячего вида, от того, что это в принципе происходит. – Хоть что-нибудь … хотя бы раз … – голос Малфоя стал глухим и хриплым. Я ощутил горячее дыхание на своей шее. Лорд шумно втянул носом мой запах. Потёрся носом о ключицу, коснулся губами впадинки на шее. Я гулко сглотнул. А потом подумал, какого чёрта?! Я живу только один раз. Да и Драко я ничего не обещал, сразу честно поставив рамки – между нами дружеский секс. Без обязательств и романтических чувств. Губы Люциуса оказались напористыми и мягкими одновременно. Меня окутало его запахом, обожгло страстью, обволокло нежностью. Он зажёг меня, как молния поджигает сухое дерево. Наглый язык скользнул в рот, толкнулся стыдно, бесцеремонно. Я всхлипнул в поцелуй, включаясь, отвечая. Я и сам не понял, как оказался совершенно обнажённым, прижатым к его груди, на краю кресла. Он стоял на коленях между моих раздвинутых ног и его эрекция потиралась о мою. Когда оба наших члена накрыла его рука, я разорвав поцелуй, откинул голову, подставляя под жгучие поцелуи шею. Его ладонь двигалась так правильно, так горячо. Он остановил движение руки почти доведя меня до грани. Я разочарованно застонал. Но длинный палец нежно огладил вход, слегка надавил на колечко мышц и проник в мою глубину. Я непроизвольно сжался. Не от боли, нет. Час назад во мне был Драко. Я был полон смазки и его семени. – Чшшш. Ну что ты? – жаркий влажный шёпот на ухо. – Меня это не смущает. – Второй палец проник в меня и подушечки пальцев огладили простату. Меня буквально выгнуло в судороге удовольствия. Подготовка мне была не нужна и через несколько мгновений в меня ткнулась липкая от выступившего предэякулята головка. Она с небольшим усилием преодолела кольцо мышц и Люциус одним плавным слитным движением вошёл в меня до упора. Замер, слегка подрагивая, уткнувшись носом в шею. – Я так давно этого хотел, – простонал он. А как я давно этого хотел! С этого грёбаного Турнира. Вместо того, чтобы думать, как не быть поджаренным и сожранным хвосторогой, я дрочил на сиятельный образ благородного лорда. – Давай! – дёрнул я бедрами, будучи в миге от исполнения своей самой жаркой фантазии и Люциус дал. Вцепившись в мои плечи для лучшего упора и более глубокого проникновения, он резкими толчками вбивался в моё податливое нутро. Я обхватил его ногами, пятками упираясь в сокращающиеся от фрикций ягодицы. Чуть прогнулся и не смог больше сдерживаться. Член чётко бил в простату, срывая с моих губ жалобные стоны. Я не помню, что он говорил, я лишь просил: не останавливаться, ещё, сильнее. Мой член был зажат между нашими движущимися телами, получая дополнительную стимуляцию от трения. Люциус наращивал темп, и я, не выдержав сладкой пытки, задрожал, забился, окончательно теряя контроль и разум, и кончил, ухнув в вязкую глухую темноту. – Гарри … – меня похлопали по лицу. Я открыл глаза. Надо мной склонился Люциус. – Ты меня испугал. Я, конечно, знал, что неотразим, но никто ещё не падал в обморок от оргазма подаренного мной. – Люц. – Ммм? – Где мы? – подо мной явно было не кресло, а кровать. – Я аппарировал в спальню, когда ты так эпически кончил. У меня тут аптечка с зельями. – Прости. – Не прощу. Это был и мой лучший оргазм. Можно я тебя поцелую? – Это странно звучит после того, как ты меня трахнул до обморока. – И тем не менее. Я приподнялся, касаясь своими искусанными губами его розового соблазнительного рта. Насколько он потрясающий, я узнал чуть позже. Когда забрезжил серенький, ещё неверный рассвет, я аккуратно выпутался из объятий, стараясь не потревожить спящего Люциуса. Мой халат, впрочем, как и его, остался в оранжерее. Где его спальня и как далеко она от той комнаты, что выделили мне в меноре, я не знал. Поэтому в ванную я ушёл голым, шлёпая босыми пятками. Долго смотрел на себя в зеркало. На пятнистую от засосов шею, на укус на плече. Туда любил кусать меня Драко во время оргазма. Его отец переделал по-своему. Вдруг вся ситуация обозначилась передо мной с отвратительной чёткостью, будто на подвергнутой проявке плёнке, высвечивая всю свою пошлость. Блядь, что я наделал? Я трахнулся с сыном, а потом с его отцом. Как в дешёвом бульварном романе. Особенно учитывая, что оба испытывают какие-то чувства. Я не могу тут больше оставаться. – Эльф! – Да, господин Поттер, сэр. – Принеси мои вещи, палочку и аппарируй меня за пределы поместья. Эльф принёс мне сумку, которую я так и не удосужился разобрать. Я быстро выудил какие-то штаны и свитер и взялся за сухую ладошку эльфа. В момент, когда меня уже уносил аппарационный вихрь, в ванную ворвался Люциус. С точки, куда меня вынес эльф я вновь аппарировал на порог дома на Гриммо и, ввалившись за выцветшую от времени дверь, прижался к ней спиной. Плана на дальнейшую жизнь не было. Как и желания решать это прямо сейчас. Значит надо обозначить хотя бы планы на день. Не знаешь как сделать что-то, разбей на этапы и действуй поступательно. – Кричер! – Хозяин Гарри! – Очисти мне комнату, застели кровать свежим бельём и набери ванну. Кричер исчез, а я, бросив сумку в прихожей, поплёлся в гостиную. Мне срочно надо выпить. Я успел опрокинуть в себя всего один бокал, когда камин полыхнул и из него вышел злой как мантикора Люциус. Блядь! Я забыл его заблокировать. – Почему я должен гоняться за тобой? – А почему я должен отчитываться перед тобой куда и зачем иду? Или ты непорочная дева, обесчещенная мной и я должен на тебе жениться? – Да. – Что да? – Должен. – Никому я ничего не должен! Все долги я давно раздал. И не тебе мне о них напоминать. В этот момент камин полыхнул снова. Из его нутра вышел Драко. Да блядь же! Я закрыл лицо рукой. Ну это же пиздец! – Поттер, что … Отец! Что ты здесь делаешь? – Драко, я этой ночью переспал с твоим отцом. Я – мудак и козёл. А теперь уходите оба. Я вас не люблю, мне просто нравится с вами трахаться. Нравилось. Я отвернулся от скульптурной группы, в которой застыли и отец и сын, и снова налил себе огневиски. Полный бокал. Его вырвали у меня из рук. – Ну уж нет! Я из-за этого отказываться не собираюсь ни от дружбы, ни от секса. Я с первого курса с тобой дружить мечтал. И с четвёртого – трахнуть! – сказал Драко, отпивая из моего бокала крупный глоток. – Меня это тоже не смущает, я несколько лет ждал. В конце концов семье Малфой должно принадлежать всё самое лучшее! – с другой стороны возник Люциус, взял бутылку за горлышко, поболтал, понюхал и тоже сделал большой глоток. А потом эти два змея под локотки утащили меня назад в менор.

***

Я принял род Блэк, отремонтировал Гриммо, ввёл Нарциссу в род и теперь она и счастливый Кричер живут там. Я иногда сбегаю к ней, не забыв на это время блокировать камин, домовиков, сов, Патронусов и всё остальное. Нарцисса называет эти дни «каникулы» и откровенно рада, что я с ней. Тем более в такие дни на Гриммо перебирается и Андромеда с Тедди, тоже принятые мной в род. Кричер лучится радостью и балует ребёнка. Дамы болтают и таскаются по магазинам, оставив на меня малыша. Я же торчу в библиотеке, играю с крестником, и принимаю ванну в одиночестве (наконец-то). Хватает меня обычно на три дня. Потом я снимаю блок и в гостиную, с неизменным изяществом, из камина выходит или сынок или папаша или они оба. И утаскивают меня в своё логово. Иметь двух любовников одновременно – потрясающе, но как же это утомительно иногда! Особенно когда оба они поставили целью надеть на тебя рано или поздно цепи Гименея. И ведь в итоге они добились своего. С помощью коварной Нарциссы, а я её мамой считал. Началось всё издалека. Андромеда, Нарцисса, а потом Вальбурга, которая портрет, несколько раз намекнули мне, что пора оставить своим родам наследников. И мои доводы, что я гей и это технически вряд ли возможно не были признаны жизнеспособными. Более того, Нарцисса даже вызвалась выносить моё дитя. Потом Драко начал нудить, что хочет братика и сына. Ну братика это я ещё могу понять. Хоть меня и точила ревность от способа его получения. А сына? – Ты собрался жениться? – А ты согласен? – Драко, я про девушку, от которой ты собираешься получить сына. – А зачем для этого какая-то девушка, если мама согласна выносить ребёнка? На этих словах я, представив себе процесс зачатия, позеленел и ринулся в ванную. Там-то, прямо около унитаза, Драко меня просветил, что из семени двух мужчин можно создать эмбрион и посредством ритуала поместить его в носящую женщину. Я был так ошарашен свалившейся на меня информацией, что с дуру дал согласие. Тем более от меня всего лишь требовалось поделиться спермой. Этого добра у меня было хоть залейся. Я ей с ночи до утра делился с окружившими меня Малфоями. Через неделю возбуждённый Люциус притащил меня к гобелену, тыча в два новых листочка. Один отходил от его имени на древе, второй от Драко. И в ультимативной форме потребовал брака, чтобы дети были законорождёнными. Стоя у алтаря между счастливыми Люциусом и Драко и светящейся от радости Нарциссы я понял, как меня жёстко обманули, провернув целую комбинацию. Но было уже поздно. И теперь каждому из Малфоев принадлежу я. Но и каждый из Малфоев принадлежит мне. Скорпиус Поттер, мой сын и Люциуса, оказался копией отца, только глаза зелёные. Астерис Блэк, мой сын и Драко, получился моей копией, но с серыми малфоевскими глазами. Когда я впервые взял на руки своих новорождённых сыновей, в моё сердце робко постучалась любовь. И я ей открыл. Оказалось, что места там много. Даже для того, чтобы полюбить отца и сына. Люциуса и Драко.