My home is where you are (Reasons for my life)

Тэхён кидает короткий взгляд на наручные часы, цокает языком и давит на педаль газа. Из-за начальника омеге пришлось задержаться, а муж в принципе приезжает позже него, поэтому сейчас Ким опаздывает к назначенному времени в школу Дани. Он обращается к Сири на айфоне с просьбой набрать номер мужа, виртуальный помощник в ту же секунду выполняет поручение и через мгновение на экране дисплея машины загорается вызов и предложение перевести разговор на громкую связь. Тэхён, отвлекшись от дороги, жмет на кнопку и притормаживает на светофоре. После пары гудков в динамиках автомобиля раздается любимый энергичный голос. — Да, детка? — Ты скоро? — Что, даже не поздороваешься? Я вот соскучился по тебе за целый день, — Чонгук с той стороны усмехается, чем-то шурша. Тэхёна фыркает, вновь продолжив движение. — Я уже все, переодеваюсь и еду домой. — Можешь подъехать к школе? Чонгук хмурится, отложив телефон на громкой связи на стол, и стягивает с себя пиджак, чтобы в дальнейшем надеть поверх рубашки свитер. — Что-то случилось? — Мне звонил Джено, попросил приехать. — Тэхён перестраивается, готовясь к повороту. — Сказал, что… — Так, а Джено это… — перебивает мужа Чонгук и надевает поверх свитера тот же пиджак, сложив в рюкзак папку с документами и распечатками для его выступлений, затем накидывает пуховик и обвивает шею шарфом. Тэхён тяжело вздыхает. — Джено — это преподаватель, который ведет продленные занятия после основных. — А, тот блондинчик… — Да-да, который постоянно пытается к тебе подкатить, когда ты забираешь Дани, — недовольно припоминает младший, мимолетно закатив глаза, когда слышит смех мужа. — Не бесись, он же все равно остается ни с чем. Что он сказал? — Сказал, что Дани подрался с одноклассником, представляешь? Он в порядке, а вот его одноклассника уже забрали домой с синяком. — Так… — Чон ненадолго пропадает из сети, спускаясь в лифте с пятого этажа на первый, на котором находится надземная парковка. Как только он оказывается на улице, сеть возвращается, и он продолжает. — Раз Дани в порядке, то зачем мне приезжать в школу? Боишься не разобраться сам? — Стоп, — Тэхён морщит брови, хмыкнув, — Дани подрался, а тебе все равно? — Мне не все равно, просто он же альфа, малыш. Рано или поздно начал бы драться… Чонгук щурит глаза, в которые летят крупные хлопья снега, и осторожно движется по скользкой тропинке до парковки. Приблизившись к машине, он закидывает рюкзак на соседнее сидение и забирается, заведя двигатель. — Чонгук, я не хочу, чтобы мой ребенок решал проблемы кулаками. — Наш ребенок, — поправляет его муж. — Чонгук! — Да все, не кипятись, сейчас буду, — он ухмыляется, взглянув на свое лицо в зеркале, поправляет волосы, которые за два с половиной часа лекции потеряли укладку и теперь слегка небрежно топорщатся, укладывает телефон на подставку под панелью управления и снимает ручник, плавно тронувшись с места. — Тэ, может отдадим его на бокс? Тэхён к этому моменту въезжает на территорию школы, поздоровавшись с охранником через полуопущенное окно, закрывает его и паркуется, вскинув удивленно брови от услышанного вопроса. — С ума сошел? Ни за что. — Почему так категорично? — Чонгук улыбается, ожидая такой ответ. — Чонгук, он в третьем классе, какой бокс? Он еще ребенок, а это жестокий вид спорта. Я не выдержу, если буду видеть его с синяками или разбитым лицом. Я и так много из-за чего нервничаю, а тут я вообще постоянно на измене буду… — Детка, мы еще никуда его не отдали, успокойся, — произносит со вздохом старший, тарабаня пальцами по рулю, а локтем другой руки упершись в панель под окном, потирая пальцами подбородок. — Первые месяцы никто его бить не будет, сначала отрабатывается техника, тело приводится в тонус, это как ходить на фитнес. А потом его постепенно начнут выпускать на спарринги, и то, занятия же проходят под контролем тренера, ты зря боишься. — Чонгук, ты правда хочешь об этом сейчас поговорить? — Тэхён заглушает двигатель, прижав телефон к уху. — Я не хочу отдавать его на бокс, всё, тема закрыта. — И что ты предлагаешь? Он растет, ему нужно где-то выбрасывать энергию. — Пусть на танцы идет, я не знаю. Но точно не на бокс. — Еще предложи его в шахматный клуб отдать, — Чон, остановившись на светофоре, отцепляет от зеркала заднего вида ароматизатор в виде елочки, который висит в салоне еще с лета. — Во время турниров по шахматам создается стрессовая ситуация, а человек во время стресса может худеть. — Ты хочешь, чтобы наш сын нервничал и худел? Так себе перспектива. — Да боже, — он закатывает глаза, отодвинув сидение и вытянув ноги. — Зато этот клуб развивает мозги. Или танцы, к примеру. Там ведь тоже тренируют и поддерживают спортивную форму. — Ага, к нему в старших классах кто-нибудь пристанет, а он вместо того, чтобы дать сдачи, начнет дрыгаться. — С чего ты вообще решил, что до него кто-нибудь докопается? Он учится в частной школе, на дворе двадцать первый век. — Именно с того и взял, что он учится в частной школе, Тэхён, — Чонгук хмыкает, заворачивая в сторону школы. — Вижу тебя, сейчас подъеду. — Почему я забираю Дани с занятий, если ты работаешь ближе к нему? — Потому что я поздно заканчиваю, — усмехается старший, проехав пункт охраны. Пара завершает разговор, Чонгук паркует свой внедорожный бмв рядом с таким же огромным сантафе Тэхёна. У этих парней любовь к большим размерам взаимная. Мгновениями позже старший покидает автомобиль, приблизившись к мужу и мягко чмокнув его в щеку. — Ты даже когда беременный был, не был таким злым, — усмехается парень, приобняв возлюбленного и направившись с ним ко входу в школу. Тэхён фыркает, но жмется к боку мужа ближе. — Я не злой, просто у меня чувство безопасности развито явно лучше, чем у тебя. — У тебя-то? Говорит мне человек, который пьяным сиганул со второго этажа в сугроб. — В юности все совершают глупости, — омега приподнимает уголок губы, пройдя в помещение, когда Чонгук открывает дверь и пропускает его внутрь. — К тому же, это было на заднем дворе дома родителей, я знал, что там безопасно и под снегом нет ничего, кроме… эм, снега. — Все-все, вопрос исчерпан, — хохотнув, партнеры движутся по лестнице на нужный этаж, приближаясь к кабинету, в котором сейчас должен находиться преподаватель с детьми. Будучи на месте, Тэхён тут же наклоняется к подлетевшему Дани, обнимает уже девятилетнего сына, который растет не по дням, а по часам. Он и внешне, и характером похож на своего отца: слегка пухлые детские щечки и губы, цвет глаз и волос такие же, как у Чонгука, даже форма ногтей на пальцах рук соответствует чонгуковым. Тэхён иногда наблюдает за ребенком, играющимся в их гостиной, и зависает, любуясь своим сокровищем. Их сокровищем. — Добрый вечер, — здоровается Чонгук с Джено, который при виде альфы тут же выравнивается в спине, расправляет смявшийся подол пиджака и лучезарно улыбается, игнорируя присутствие Тэхёна, рассматривающего лицо сына в поисках царапин. — Здравствуйте, мистер Чон! Не ожидал, что вы приедете вместе, — преподаватель, кажется, младше Тэхёна, плавно поднимается со своего места и сжимает руки в замок, продолжая улыбаться так, что сейчас щеки по швам разойдутся. — Вы, вероятно, уже слышали о произошедшем. Даниэль очень хороший и послушный мальчик, и по его словам он защищал своего одноклассника-омегу, которого задирал другой мальчик, поэтому они и подрались. Со второй семьей я проблему уладил, он признался, что все сказанное Даниэлем правда, извинился и уехал с родителями домой. Даниэль поступил смело, но я, как учитель, обязан попросить вас поговорить с сыном и попросить его впредь больше не бить своих одноклассников по лицу. — Мы обязательно проведем с Дани воспитательную беседу, — Чонгук награждает парня перед собой неотразимой улыбкой, заставляя его буквально плавиться на месте. — Спасибо, что разрешили проблему. — Ох, да что вы, — Джено взмахивает ладонью, хихикнув. — Мне несложно, тем более, Дани такой невероятный ребенок… — Какой отец, такой и ребенок, — вклинивается в разговор Тэхён с победной усмешкой, поглаживая сына рядом с собой по мягким волосам. — Дорогой, нам пора, — наигранно сладким голосом напоминает омега, взглянув на мужа с теплой улыбкой и заметив боковым зрением, как Джено сморщил нос. — Да, милый, идем, — Чонгук, сдерживая смех, невозмутимо кивает. — Еще раз спасибо, мистер Ли. — Обращайтесь, — с потухшим энтузиазмом откликается преподаватель, вновь заняв свое рабочее место. Как только пара вместе с мелким выходят наружу, Чонгук начинает тихо посмеиваться, потрепав сына по плечу. — Дорогой? — Заткнись, — шипит ему на ухо Тэхён, все же довольно улыбнувшись. — Мне хочется еще раз сделать тебе предложение, — Чон хмыкает, одной рукой притянув к себе мужа за талию, а второй взяв ладошку сына. — Дани, а что за омегу ты защищал? — Его зовут Бомгю, — смущенно отвечает младший, поспевая за шагом родителей. Чонгук и Тэхён переглядываются умилительно, а хватка на талии омеги усиливается.

⛄️

По традиции, украсив всей семьей пушистую ёлку, Чонгук поднимает сына за талию вверх, Дани надевает на верхушку миниатюрного дерева звезду, а Тэхён запечатляет момент на видео, чтобы потом скинуть их родителям. Близкие Тэхёна живут в паре часов от их города, поэтому могут приезжать в свободное время, а вот родители Чонгука предпочли Корее другую страну, поэтому они видят внука лишь раз в год лично, а в остальное время обходятся видеозаписями Тэхёна. Ёнтан, как и всегда перед Рождеством, носится с шапочкой между ушек. Когда ребёнка опускают на ковёр, он тут же убегает в свою комнату, а через минуту возвращается с подарком, упакованным в праздничную крафтовую бумагу, по форме и толщине напоминающим лист картона. Мальчик опускает предмет под ёлку, довольно хихикает и принимается носиться с псом. Тэхён, загадочно улыбаясь, усаживается на диван и хлопает ладонью рядом с собой в приглашающем жесте. Чонгук опускается рядом, закинув ноги парня себе на колени и начав мягко массировать его ступни. — Дай угадаю, он придумал сюрприз сам, а ты ему помогал? — Абсолютно верно, — важно кивает, тут же улыбнувшись и припомнив, как распечатывал общие фотографии семьи по просьбе Дани и вместе с ним делал маленький коллаж. — Если бы я знал, что иметь ребёнка так классно, то не ломался бы после свадьбы. — Вот видишь, ты меня не слушаешь, а я всегда оказываюсь прав. На телефон Чонгука приходит уведомление, и он отвлекается, а затем тихо посмеивается, повернув экран к Тэхёну, чтобы он мог увидеть пришедшее сообщение. Ким щурится, наклонившись ближе к мужу, но сразу после прочтения недовольно фыркает, отстранившись. — Какой же он бесячий. Ли Джено прислал несколько открыток в мессенджере и слащавое: «С наступающим Вас Рождеством, Чонгук! Желаю Вам хорошо провести праздники и отвлечься от проблем, если они есть». Чонгук коротко отвечает преподавателю: «Спасибо, и Вас» и прячет телефон в карман. — Тэ, мы вместе больше четырнадцати лет, и ты серьезно меня ревнуешь? — он улыбается, вернувшись к массажу ступней. Дани хватает пса в охапку и убегает в другую комнату. — То, что мы давно вместе, не значит, что я перестал считать тебя привлекательным и думать, что тебя могут увести, — младший закатывает глаза, отвернувшись к телевизору и вытянув ноги до напряжения в бёдрах, расслабляя их. Чонгук усмехается, согнув одну ногу Тэхёна и, склонившись над ней, целует обнаженное колено. Его возлюбленный сдерживает улыбку, продолжая демонстративно дуться, но сдаётся и заметно смущается, когда Чонгук губами медленно ползёт вниз по внутренней стороне бедра, остановившись там, где заканчиваются штанины недлинных шорт. — Тэхён, детка, я только твой, — усмехается он, отстранившись и продолжив как ни в чем не бывало мять пальцами ступни парня. Ким сглатывает, вздохнув. — Меня иногда посещают странные мысли. Я не считаю, что ты можешь поступить, как мудак, но иногда просто… мм, размышляю, — признаётся младший, подползает к мужу и укладывает голову ему на плечо. Чонгук обвивает его талию, прижавшись губами к макушке. Из комнаты сына доносится собачье тявканье, а следом голос Дани, пародирующий собаку. Пара на диване посмеивается, ластясь друг к другу. По телевизору транслируют новости. — О чем ты думаешь? — Что бы я делал, если бы мы, например, расстались. — Он приподнимает голову, упершись носом в гладкую щеку Чонгука, и заинтересованно смотрит на него, слабо прикусив кожу на линии челюсти. — Как ты поступил бы? — Чон проскальзывает ладонью под футболку мужа, поглаживая пальцами его бок. Тэхён прикрывает глаза и отвечает: — Наверное, мы бы оформили развод. Пришлось бы или делить квартиру, или ты, может, позволил бы нам с Дани остаться здесь, а мы юридически поделили бы что-нибудь другое. Машины, к примеру. — Младший склоняется к чужой шее, слабо покусывая кожу. Теперь Чонгук закрывает глаза, откинувшись на спинку дивана и спустив ладонь с бока на ягодицу. — Дани остался бы со мной, тебе пришлось бы платить нам алименты, ещё ты приезжал бы пару раз в неделю провести с ним время. Оставался бы на ночь, а утром уезжал бы. — Почему Дани остался бы с тобой? — в этот момент из комнаты сына вылетает Ёнтан, на хвост которого натянут носок, принадлежащий Даниэлю. Чонгук, приоткрыв глаза, усмехается и сильнее сжимает ягодицу парня, сминая ее. — Потому что… не знаю, — жмёт плечами, пальцами оттянув воротник футболки Чона и продолжив целовать и покусывать его плечо и ключицу. — Обычно суд становится на сторону омег. Мне кажется, его в любом случае оставили бы со мной. Чонгук внезапно опускает другую руку на колено Кима, бесцеремонно поведя ладонью вверх и забравшись под штанину шорт, едва ощутимо поглаживая в районе тазовой кости. Тэхён крупно вздрагивает, сильнее прикусив кожу Чона и тут же принявшись ее зализывать, не скрывая усилившегося дыхания. Старший временами поглядывает в сторону дверного проема, контролируя момент их уединения. — Думаю, если бы мы расстались, то я не смог бы лишить тебя Дани. Я бы оставил тебе имущество и малого, а сам съехал бы поближе к работе или к родителям, а к вам, как ты и сказал, периодически приезжал бы и пересылал деньги. — Его пальцы скользят вниз паха, огибая яички и поглаживая внутреннюю сторону ягодицы, заставив Тэхёна шумно выдохнуть ему в яремную впадину и слабо задрожать. — Но я уверен, что, даже если бы мы и расстались, я все равно приезжал бы навестить не только Дани, но и тебя. — Было бы иронично развестись, а потом, пока Дани спит, а ты ночуешь здесь, неравнодушно поглядывать друг на друга, — хмыкает Тэхён, опустив руку на медленно вздымающуюся грудь парня, и нежно водит пальцем по его соску, отмечая, как его тело реагирует на эти прикосновения. — Я бы сто процентов сходил с ума, когда ты проходил бы мимо меня в своих блядских шортах, — неожиданно рычит Чон, перенеся другую ладонь с одной ягодицы на другую и так же сжав ее. Тэхён отвлекается от поцелуев, поджав свою губу и, тяжело дыша, прижимается лбом к плечу мужа, который нагло его сейчас возбуждает. — Мы бы сидели на этом диване и обсуждали бы, что у вас нового, но на деле я бы думал, как бы тебя трахнуть. — Гук-а, — Тэхен нервно сглатывает, обернувшись в сторону выхода и вздохнув. Он поворачивается к мужу и, чмокнув его в щеку, предлагает. — Давай уложим Дани спать и переместимся? — Тебя возбуждает, когда ты представляешь, как мы бы вели себя, если бы развелись? — Чонгук смеётся, отстранившись от парня, и убирает от него свои руки, выключив телевизор и встав на ноги. Младший цокает, поднявшись следом. — Не порти настрой. — Мне несложно его вернуть, если он пропадёт, — тот подмигивает, а Тэхён хихикает, слабо толкнув его в плечо. — Иногда так раздражает твоя самоуверенность. — Потому что я что? Тэхен приближается к своему мужчине, опустив ладонь ему на живот и внезапно скользнув ею под кромку домашних брюк и трусов, сжав пальцами полувставший член. Чонгук давится воздухом, закусив щеку изнутри. Ким усмехается, приподнявшись на носочках и клюнув мужа в губы, прошептав: — Ты всегда прав, Чонгук-и. Он также неожиданно убирает свою руку из чужих штанов, хихикнув, и уходит в комнату, направившись в душ. Чонгук, хмыкнув, поправляет белье, просунув руки в карманы, и заходит в комнату сына, который прелестно развалился на мягком ковре среди коллекции машинок и заснул. Чон старший перекладывает ребёнка на кровать, накрыв его одеялом, счастливо улыбается и наспех сгребает игрушки в одну кучу, чтобы мистер маленький Чон не споткнулся, если проснётся посреди ночи. Отец целует малыша в щеку и покидает комнату. Затем Чонгук перемещается в их с Тэхёном спальню, закрыв дверь, и раздевается, услышав шум воды из ванной комнаты.

⛄️

В комнате темно, лучиком света служит лишь луна, едва пробивающаяся сквозь чёрный тюль. Периодически воцаряется тишина, прерываемая вновь нарастающими шлепками, стонами и поцелуями. Паузы возникают по просьбе Тэхёна, который просит пару секунд передохнуть, потому что: «Я слишком глубоко дышал, голова закружилась», и обязательно потом толкает Чонгука пятками в ягодицы, ведь его муж не может удержаться от смешка со словами: «Стареешь, детка, займёмся дыхательной гимнастикой?». Тэхёну уже тридцать один, его возлюбленный старше на год, у них обоих за плечами высшее образование и карьерный стаж, Чонгук по-прежнему выступает с поучительными лекциями на больших сценах, иногда ведёт свой собственный канал и блог, участвует в тренинг-форумах и даже пару раз в месяц летает в другие города, чтобы провести встречу с аудиторией. Он популярен в своей сфере, потому Тэхён часто ревнует, боится перестать быть достаточно хорошим для него. Но когда Чонгук нависает над ним, находясь полностью в нем, и даёт время передохнуть, отвлекая разговорами или непринужденными поцелуями, волнение Тэхёна кажется ему абсурдным. — Детка, ты со мной? Или ты соединился с космосом? — он улыбается, упершись локтем в постель с одной стороны от головы парня, второй рукой поглаживая изгиб его талии. — Чонгук, — шепчет Тэхён, притянув парня к себе за шею и взглянув на него со всей искренностью и безмерной вселенной в глазах. — Чего ты? — Чон привык, что в какой-то момент во время секса Ким становится чересчур сентиментальным, не так давно даже заплакал от оргазма. Эти моменты кажутся ему особенно ценными, он запоминает их и ещё долго после прокручивает в голове. Тэхён улыбается. — Я так люблю тебя, Гук. Чонгук улыбается в ответ, прижавшись своим лбом к его. — И я тебя, малыш, — шепчет, потираясь своим носом об его. Тэхён хихикает, толкнув его пятками. Чонгук понимает жест без слов и возобновляет движения в нем, пристраиваясь удобнее, меняя ракурс и ерзая до тех пор, пока не слышит тэхёново «да, здесь» и начинает ускорять движения в нужную точку. Тэхён по привычке переносит одну ладонь к чужой груди, сжимая и оттягивая сосок, слегка теребя его большим пальцем. — Кстати… что там насчет бокса? — Ты издева-а… ешься? — Тэхён крепче сжимает ладонью плечо мужа, сдерживаясь, чтобы громко не стонать. Чонгук усмехается, перейдя с быстрых толчков на амплитудные. — Я за танцы! — Я за бокс, — хмыкает старший, подхватив омегу под поясницу и приподняв его, целуя его губы и хрипло в них выдыхая. — Танцы звучат… не мужественно. — Что за сексизм? — Это не сексизм, просто я не вижу Дани в танцах. — Ты сам танцами в школе занимался, Гук, — фыркает парень, прикусив его губу, когда Чонгук попадает по простате. — Да не занимался я. — Он опускается на Тэхёна, крепко обняв его, и переворачивается на спину, присев. Ким обвивает его шею руками и начинает медленно двигаться сверху на его бёдрах, придерживаемый за ягодицы руками Чонгука. — Я на этот вальс пошел, чтобы тебя впечатлить, будто ты не знаешь. Тэхён посмеивается, закинув голову назад и, упираясь коленями в постель, приподнимается, резко опускаясь на член Чонгука с глухим стоном. Чон сглатывает, оглаживая ладонью другой руки его поясницу и спину. — Вот пусть Дани и идет на танцы, чтобы потом кого-нибудь впечатлять. — Ты что, — Чонгук фыркает, прижавшись губами к его шее, — я его ни с кем делить не намерен. Будет жить с нами до старости. Тэхён хохочет, шлепнув его по плечу, отстраняется от него, упершись руками в бедра Чона позади себя, и двигается быстрее. — Чушь не неси, — с придыханием произносит Тэхён, взглянув на него из-под ресниц. — Я не соглашусь на бокс, как бы ты ни пытался. — Окей, давай придем к компромиссу, — Чонгук ненадолго замолкает, затем вновь меняет позу. Тэхён снова оказывается на спине, его голова почти свисает с кровати, а старший ускоряет движения бёдрами, закинув ногу мужа себе на плечо. — К какому? — Смотри, — он упирается носом Тэхёну в шею, переводя дыхание, и вновь совершает резкие толчки. — Мы с тобой… делаем омегу, рожаем его, отправляем на… танцы, — Чонгук слегка рычит, сжав ладонью бок младшего. — А Дани отправляем на бокс. — Это нихрена не компро- Чонгук не дает ему договорить, заткнув поцелуем. Мгновениями позже оба крупно содрогаются и кончают почти одновременно, промычав друг другу в губы. Чон не спешит выходить, соединяя обоих набухающим узлом, а Тэхён дрожит, слегка прогнувшись в спине. — Так вот, — когда Чон приводит дыхание в порядок, он тянется к штанам, валяющимся у кровати, нащупывает телефон и открывает браузер. Кликая по клавиатуре, он через несколько секунд читает. — Компромисс пришел от латинского… ээ, копромиссум. В этике и праве компромисс означает разрешение конфликтной ситуации путем взаимных уступок и… — Чонгук, закройся, — шипит Ким, выдернув из его руки телефон и кинув его куда-то на постель. Он обнимает парня, прикрыв глаза. — Даже если мы сделаем второго, это не значит, что я соглашусь на бокс. — О, так ты не против второго? — он усмехается, прижавшись губами к его ключице. Тэхён некомфортно ерзает, сжимая внутри узел. — Не знаю… ты хочешь? — Хочу целый дом детей, — смеется Чон, но, встретившись с хмурым взглядом мужа, нежно чмокает его в висок. — Да, Тэхён, я хочу второго. — Значит нужно прикинуть, когда течка начнется, Дани родителям отвезти, — он вздыхает, прикрыв глаза. — Еще нужно противозачаточные перестать пить, организм должен восстановиться. Еще по-хорошему анализы сдать… — Тэхён, — старший улыбается, запустив пятерню тому в волосы и ласково массируя корни. — Мы над первым так не заморачивались, расслабься. Пусть все идет, как есть. — Ты безответственный и легкомысленный, — фыркает омега, прищурившись. — А ты слишком запаренный. — И как мы вообще сошлись? Чонгук, вспомнив прошлое, смеется парню в шею, щекоча его кожу ресницами. — Ты огрел меня дверцей шкафчика в коридоре… — Это произошло случайно! — Ага, а потом на баскетбольной площадке зарядил мячом в голову. — Ты еще тогда в медпункте сказал, что если я врежу тебе еще раз, то мы пойдем на свидание, — припоминает младший, хихикнув. Чонгук приподнимается над ним, медленно выйдя из Тэхёна и лениво подтянув одеяло, накрывая обоих. — Если бы я знал, что ты воспримешь это буквально, то я бы такого не сказал, — хмыкает он, вспомнив, как после его слов семнадцатилетний Тэхён врезал восемнадцатилетнему Чонгуку по лицу. Сейчас Ким улыбается, крепко прижавшись к мужу. — Зато как романтично получилось. — Ага, шишка на лбу, чуть сотрясение не получил, так еще и губу разбил. Ты реально романтичный, — усмехается старший, поглаживая плоский живот возлюбленного. Тэхён довольно улыбается. — Только не засыпай, надо опять в душ сходить и подарки поставить. — Почему ты мне на праздники одежду дарил, а не машинки на пульте управления? — Ой, только не начинай. Я тебе этот костюм в твои двадцать пять подарил, ну какие игрушки в этом возрасте… — Мужчина остается мужчиной, мы любим машинки! — Гук-а-а, — весело тянет парень, прерывая его недовольства поцелуем. Часом позже родители тихо раскладывают подарки под елкой в гостиной, подписав открытки. Они, слегка уставшие, направляются на кухню, чтобы выпить какао, переговариваясь о чем-то незамысловатом. С этого дня Тэхён перестает пить таблетки, а через пару дней направляется на консультацию к своему врачу, выясняя все нюансы, необходимые для здорового прибавления в семье.

⛄️