На 20 лет назад

      Железный ствол пистолета был направлен прямо в затылок Ханагаки, тот же в свою очередь только с небольшим куражом смотрел прямо на девушку позади через зеркало, которое висело прямо над раковиной в кабинете Такемичи.       Зелёные глаза с большим раздражением вглядывались в небесно-голубые, ожидая реакцию на свои действия, которой, после всего, не последовало. — Ещё одно движение и ты скончаешься прямо здесь.       Прорычала брюнетка, совсем немножко надавливая на курок черного пистолета.       Ханагаки только вздохнул, он и вправду не очень боялся представшей перед ним ситуации. Единственное, что его отгоняло от того, чтобы специально подставиться под пулю, это, скорее всего, повторение кошмара его прошлого, что, возможно, получив пулю в затылок, он снова откажется в будущем возле плачущего перед ним Наото, и снова познает всю ту боль, через которую он прошел, которая затихла на период бытия в далёком прошлом. — Ты ведь тоже прыгаешь во времени, я прав?       Сказал Ханагаки смотря в безжизненные глаза девушки рядом. Рука, которая до этого прямо и уверено держала ствол, издала не видную голубоглазому дрожь, но все же, брюнетка осталась верна своей идеалистике поэтому оставила руку стоять на том же месте. — И что с того?       Такемичи слегка удивился, все же его догадки были верны и виной всего этого Хираи.        Именно она меняла прошлое, которое кардинально влияло на будущее. И, возможно, если бы не эти изменения, то даже после смерти Сано Шиничиро семья бы зажила вполне нормально. Не было битвы с Поднебесьем, не было Черного Импульса и многих других смертей, при воспоминании которых к горлу подступает тошнота.       И возможно старая Тосва, которая перестала существовать ещё 2005, сейчас бы отмечала свой юбилей в 2020.       Именно это доводило Ханагаки до ручки, эта девушка проблема, вина всего, что с ним было, и что ему удалось пережить. — Ответь, почему?       Брюнет повернулся, из-за чего брюнетка ударила того в бок рукоятью. Врач только схватился за место ушиба возле начала рёбер. — Я же сказала тебе не двигаться! — Почему именно Изана Курокава?!       Оборвав поток мыслей Хираи Такемичи. Смотря, возможно, в немного испуганные, но все ещё надменные глаза девицы.              Из омутов девушки лынули слезы, та опустила пистолет обессиленно переставая касаться рукояти, из-за чего по кабинету раздался стук соприкосания ламината и железа. — Потому, что он убил меня.       Сказала тихо девушка, опуская голову смотря вниз на упавший пистолет. Такемичи моргает, тут он немножко ошалел, ведь… Откуда она знала о собственной смерти? — Я уже тысячный раз проигрываю этому бездарю. Раньше бы я просто прожила собственную жизнь идя по старым, собственным, протоптанным следам, каждый раз терпя поражение. Ты хотя бы представляешь как это, видеть собственную смерть безвозмездное количество раз?! Перепробовать больше миллиона тактик и все равно потерпеть поражение…       Мэзэнори ненадолго затихла, поднимая собственный взгляд на шокированного Такемичи. — Поэтому сейчас я просто хочу счастливого конца для себя. Прошу, ответь.       Сказала девушка делая несколько решительных шагов вперед заставляя брюнета нервно взглотнуть. — Получилось ли у меня счастливое будущее?       Такемичи ещё долго не мог переварить то, что прямо сейчас свалилось на него.       Она всего лишь жертва обстоятельств, если бы зеленоглазая просто умерла проблем для нее самой и забот было намного меньше. — Я и по сей день хочу убить того, кто проклял меня этим знамением. Тебя ждёт тоже самое, конца никогда не будет, этот кошмар никогда не кончится.       Без остановок продолжала бубнеть девушка. Такемичи только свёл брови к переносице, что означало его небольшое замешательство.       Брюнетка подошла почти вплотную, из-за чего парень отшатнулся опираясь о раковину, ставя руки на край умывальника. Глава положила собственные руки на плечи парню, безумно смотря тому прямо в глаза. — Почему мы должны это терпеть? Другие нас вовсе не понимают. Для них все мимолётно и бессмысленно. А такие как мы умеем ценить счастливые моменты.       Такемичи видел как слезы из полностю открытых глаз стекали ручьями по бледной коже Мэзэнори, падая куда-то на рубашку парню. — Уже 35 лет как я пытаюсь спастись из этого кошмара. Но не выходит. Мне уже за 60, а я до сих пор не имею работы, детей и семьи.

Почему?

Разве я многого прошу?!

      Такемичи только вздохнул немного отталкивая девушку смотря прямо в зелёные глаза Хираи. — Наше мнения отнюдь не похожи.       Сквозь зубы процедил Такемичи. Ему было страшно, от всего, что происходит вокруг, ему было страшно и тошно от вероятности того, что его ждёт тоже самое.       Чувства с головой захлестывали парня, дышать становилось сложно, силует девушки и вовсе исчез. Похоже она выбежала из кабинета. Такемичи чувствовал, как ноги превращались подобно зефиру, смещая центр тяжести куда-то в бок заставляя парня упасть в твердые объятия пола.       С каждой секундой вздохи становились все судорожней, как будто весь кислород на земле и вовсе исчез.        Тот схватился за собственное горло, не замечая того, что полностью теряет контроль над собственным телом поддаваясь сладкому зову черного сна. — А они и не должны совпадать. Во множествах сказаний есть Герой и Злодей, но в нашем случае мы на судне Титаника, и выживет только один.       Это было последнее, что он услышал. После ему довольно долгое время надо было объясняться на больничной койке перед Акаге, которая собственно и нашла упавшего в обморок врача. Вот тебе и начало четверга, его хорошие настроение после Татабаты как вазу об кафель разбил разговор с Хираи.

Теперь он вовсе не знал, что будет делать дальше.

      Выходя из палаты главврач тихо ахнула, приоткрыв двери в коридор на нее налетело маленькое черноглазое чудо.       Сано только быстро и мимолётно осмотрел девушку и прошел дальше. Такемичи очень удивился, когда к нему в палату заглянула светлая макушка. Рицуко только нежно улыбнулась выходя из палаты, дабы оставить двоих парней наедине .       Именно сегодня Майки решил наведаться к Ханагаки и посмотреть на того в рабочем состоянии, но похоже не судьба.             Тот только увидев брюнета принявшего горизонтальное положение, юноша быстро зашагал маленькими ножками подбегая к кровати врача.                    Теперь объясняться приходилось перед Манджиро, что было намного проблематичней, чем с Рицуко.       Сано сел на кресло рядом взяв чужую потрепаную руку в свои две крепко сжимая последнюю.       Такемичи знал, что показывать свои эмоции хоть кому-то было не посильным трудом для Майки, но в его присутствии он мог чувствовать себя в безопасности. Парни просидели там довольно долго болтая изредка о работе брюнета и о том, как Шиничиро готовил завтрак и чуть не спалил хату.

Ну ещё о много о чем…

      Майки только с небольшим придыханием смотрел на брюнета развалившегося на больничной койке, он наблюдал.        За тем как солнце заходящее за горизонт играло с цветом глаз и отображения черного в волосах парня. Все это несомненно нравилось Манджиро, он уже давно заметил, что в присутствии Такемичи становится легче и все беды и замешательства отступают на задний план, скрываются за горизонт, подобно вечернему солнцу.       Где-то под конец разговора Манджиро до боли сжал одеяло, которым был укрыт Ханагаки, как будто не решаясь что-то сказать. Брюнет следовательно заметил это, кладя собственную руку на блондинистые волосы парня. — Что-то стряслось? Ты знаешь, ты можешь мне рассказать.       Майки только с небольшой нерешительностью заглянул в голубые глаза парня, пытаясь найти то, что, возможно, его именно сейчас остановит. Ему было крайне неловко говорить то, что он надумал, но все же. — Выходи за меня, Такемичи!       Сжимая руки в кулаки сказал Манджиро, смотря на потрепаного и удивленного врача, у которого сейчас в голове случился небольшой такой сбой системы. Ханагаки осмотрел красное лицо Майки, немного хихикая.        Сано же немножко нахмурился, именно такую реакцию он боялся увидеть на лице Ханагаки. Но брюнет увидев замешательство во взгляде Майки поспешил успокоить того. — Можно спросить, чем я мог понравиться такому прелестному мальчику как ты?       Спросил Такемичи беря блондина за одну маленькую ручку, притягивая того ближе к себе, да бы показать то, что ему не следовало поспешно огорчаться. — Ты очень красивый и добрый…       Майки сделал паузу смотря в голубые немного прикрытые глаза Ханагаки, пытаясь найти в них покой и одобрение. — А ещё мне иногда кажется что мы знакомы уже очень много лет, и из-за чего становиться ещё страннее.       Такемичи только горько улыбнулся притягивая парня за затылок ближе к себе, оставляя мимолётный поцелуй на лбу парня.       Так часто делала его мать, проверяя температуру, когда ей казалось, что Ханагаки был похож на недоваренный пельмень. Сейчас же врач хотел выразить этим маленьким жестом всю свою любовь и заботу Манджиро. — Давай так. Когда ты наконец соберёшь свою банду и отрастишь волосы где-то до плеч, мы с тобой обезательно вернёмся к этому разговору.       Возможно с долей сарказма проговорил Ханагаки смотря в решительные и радостные глаза Манджиро, который после слов про каре высунул язык. — Я так на девочку похож буду. Но принимаю твои условия.       Сказал Майки расставляя руки в стороны и наконец обнимая до сих пор лежачего в постели Такемичи.