100

      Сидя за небольшим столиком в скромной комнате Тревора, Клэр чувствовала себя не к месту. И не потому что была одета в модную белую блузку в то время, как наполнение комнаты можно было сравнить с потёртой футболкой из девяностых. Дело было в том, что она заметила вещи, что сушились на верёвке. Это была та самая одежда, которая была на Пирсе в тот вечер, когда она оставила его одного под дождём и без зонта.       «Это было неправильно», — твердило всё её нутро.       Она заёрзала на стуле в ожидании мужчины, что обещал принести её любимый чёрный чай, и огляделась вокруг. Это было по счёту уже десятое «изучение местности», но женщине каждый раз казалось, что она замечает что-то новое. Так она пыталась отвлечься от мыслей о своём поступке и его причинах. Но с этим ей ничего уже не могло помочь.       Она правда ему не верит? Она хочет верить, хочет по-мечтать о богах и их некой силе, может быть хочет даже стать частью какого-нибудь мифа, однако её реалистический склад ума не позволяет ей этого сделать. МакКрей понимает, что знает его таким, какой он есть, и одновременно осознаёт, что это всё может быть лишь образом. Образом, который ей просто понравился, к которому она привязалась. И именно это пугало её.       Она правда не знала наверняка верит ли она ему.       Ещё бы совсем немного и Клэр отправилась бы на поиски Пирса, но тот как раз вовремя вошёл в комнату с двумя чашками, из которых исходил пар, и коробкой конфет под подмышкой. Женщина улыбнулась ему, эта сцена была по-своему ламповой, и ей казалось, что она почувствовала, как по телу разлилось тепло.       Тревор наполнял её теплом.       Лишь от мысли об этом, к её лицу приливала кровь. Это произошло и сейчас, из-за чего она смущённо перевела взгляд на свои колени в надежде, что волосы аккурат скроют её щёки.       Брюнет поставил чашки на стол, вынул из-за пазухи конфеты, расположив их рядом, и тут же спросил:       — Всё хорошо? У тебя нос покраснел, ты не заболела?       Такое внезапное проявление заботы ещё больше заставило её сомневаться во всём, что она считала разумным и правильным раньше. Но несмотря на это, МакКрей подняла голову и, заведя локон волос за ухо, ответила:       — Всё в порядке, — она уже одиннадцатый раз огляделась вокруг и заметила приоткрытое окно. — Может, здесь просто прохладно.       Пирс понимающе кивнул и сразу подошёл к окну, чтобы закрыть его.       — Ты права, здесь немного прохладно, — поворачивая оконную ручку, произнёс он.       На обратном пути он захватил покрывало, что небрежно лежало на его кровати и укрыл им Клэр, на долю секунды чуть сжав её плечи. Женщина благодарно приняла этот жест любезности, по-сильнее закутавшись в ткань, пытаясь подавить очередной прилив смущения.       — Спасибо, — скромно проговорила она, взяв в руки чашку с горячим чаем, чей аромат позволил ей отвлечься от запаха мужчины, что, казалось, был повсюду.       Присаживаясь рядом, Пирс ответил что-то вроде «всегда пожалуйста» и подарил ей очередную лучезарную улыбку, а она скрыла свою за чашкой, что поднесла к губам. МакКрей немного отпила чаю, и кареглазый сделал тоже самое.       Атмосфера создаваемая ими обоими была такой по-домашнему интимной, что оба не решались её прерывать своими глупыми повседневными вопросами, а особенно идиотскими «английскими» разговорами о погоде. Эта «минута молчания» вновь дала возможность поразмыслить обо всём, что их так волнует.       Тревор думал о Клэр, хотя раньше бы заботился лишь о тех двух, которых упорно решил свести. Но сейчас он просто думал о Клэр. Зачем он пригласил её. И что он хочет ей сказать. Что она значит для него.       Внезапно размышления завели его в воспоминания о первой встрече. Снова. Эта женщина покорила его просто несколькими словами. Хоть он и пропускал многие мимо ушей в тот момент, но чем больше думает о всех их разговорах, он всё больше понимает насколько она уникальна. Уникальна её внешность и внутренний мир. Она бесподобна, да даже сейчас: с чуть потрёпанной причёской и под его дурацкими старым пледом. Ему начинает казаться, что её ничто не может испортить.       — Знаешь, — негромко произносит она, однако Пирс не сразу это понимает, полностью погружённый в себя. — Я всё хотела понять, что будет потом?       Она смотрит на него прямо, но говорит таинственно, и брюнет не понимает, о чём речь. В тёмных глазах напротив он читает зачатки тоски, но не может понять откуда они исходят. Какие размышления привели её к этому вопросу? К сожалению, Купидон не умеет читать мысли.       — Потом? — осторожно переспрашивает он.       — Да, — говорит блондинка, ставя белую чашку обратно на стол. — Что будет, когда ты закончишь? Когда ты сведёшь вместе все сто пар? — она выдержала паузу, надеясь услышать ответ, но Тревор отвёл взгляд, видимо, в глубоких раздумьях. — Ты вернёшься на Олимп?       Мужчина не знал, что у МакКрей в голове, но лишь по одному последнему вопросу он понял, что сколько бы не пыталась отрицать, сомневаться, она склонна верить ему (может, верить в него). И это лучшее, что он мог получить от неё, всё чего он хотел.       Теперь он не сомневается — судьба свела их не просто так.       — Мне и здесь нравится, — произносит он, опираясь о стену головой и разглядывая меняющееся выражение лица Клэр.       — Ты говорил, что там твой дом, — произносит она, опуская взгляд. — Разве ты не хочешь вернуться?       «Только если ты будешь со мной», — проносится у него в голове, но он сразу подавляет подобные мысли и отвечает лишь:       — Мой дом там, где мне хорошо и комфортно.       «Рядом с тобой».       — А тебе здесь хорошо?       «Да, ведь я могу видеть тебя каждый день».       — Да, ведь я могу заниматься любимым делом.       «Делиться с тобой своей жизнью».       — Здорово…       «Лучшее, что со мной происходило».       — Да…

***

      Очередной шумный вечер на работе даётся Тревору невероятно легко. Ему повезло, сегодня большинство поют, а не пьют.       Он перебирает бутылки под стойкой, расставляя их так, как самому удобно, когда его подзывает Джефф. По его лицу сразу становится понятно — он не собирается отдыхать сегодня, неприятного разговора не избежать.       С приветливой улыбкой Пирс подходит к блондину, а тот сразу хватает его за рукав кофты, притянув ближе.       — Твой план не сработал, — произнёс он.       — Неужели ты даже не подошёл к ней? — не имея возможности предположить хоть что-то более интересное, спросил брюнет.       — По-твоему, ничего другого не могло произойти?! — раздражённо выдавил тот.       — Так расскажи.       Тревор аккуратно высвободил свой рукав из его хватки и огляделся, не хватятся ли его. Джефф провёл ладонью по лицу, тяжело вздыхая. «Я должен был изначально обо всём ему рассказать», — как мантра, повторялось у него в голове это предложение.       — Мы просто переспали, как всегда, — произнёс он и, заметив, как брови мужчины напротив поползли наверх, продолжил. — Всё началось с того, что я развёлся с женой, потому что втюрился в свою коллегу по работе. Это была именно Мона. Я наконец перестал ограничивать себя и стал отвечать на её флирт, совсем скоро мы оказались в одной постели. Нам было хорошо, но большего, чем секс я не смог добиться. Я прекратил попытки и расстался с ней, но я до сих пор её люблю.       — Чёрт, Джефф, почему ты мне сразу не сказал об этом? — озадаченно проговорил Пирс, соединив ладони на затылке.       — Да я тебя в первый раз видел!       — Так, — оперевшись о стойку начал Тревор. — Ты хочешь сказать, что наступил на те же грабли, а виноват в этом я? Ты сказал, что тебе просто нравится твоя коллега, с которой вы близко знакомы, и ты хочешь, чтобы она ответила на твои чувства.       Джефф молча отвёл взгляд, не зная, что ответить на это, а Пирс глубоко задумался.       Новая история совершенно меняет все его планы. Тут действовать нужно совершенно иначе. Но как? Если девушка до сих пор не проявила никаких чувств, может она и никогда их не проявит? Теперь ему нужно разобраться именно с ней. Надо понять, что у неё в голове.       — Пригласи её на свидание сюда, — сказал он.       Сомнение, что кареглазый видел практически каждый день, отразилось на лице блондина.       — Обычно она не соглашается ходить со мной куда-либо, — он вздохнул. — Кроме как в постель, конечно.       — Скажи ей, что тут будет приходить закрытое мероприятие.       — А что будет когда мы придём?       — Какая разница, я всё устрою, она не заподозрит.       Они обменялись взглядами, и Джефф кивнул, в надежде, что всё так и будет.       И когда он успел так довериться ему?

***

      Наступил день свидания. Да, Джеффу удалось пригласить Мону, она согласилась.       Тревор с нетерпением ждёт этого момента, он подготовил всё что нужно было. На этот раз его «невероятный план» состоял в том, чтобы на один вечер превратить бар в подобие ресторана, он устроил «вечер в смокингах». Что-то наподобие Хэллоуина, только дресс-код не костюм, а вечерние платья и строгие чёрные пиджаки.       Конечно, Пирс рассказал обо всём Клэр, ведь она интересовалась причиной необычного объявления у них на входе, когда заходила пару дней назад. Она была заинтересована, однако, как всегда, скептически настроена. Но самое главное — она пришла.       МакКрей, как и сказала, пришла по-раньше, чтобы помочь мужчине, однако он всё уже организовал сам. И может, это было даже к лучшему, ведь женщина появилась в прекрасном чёрном платье (с длинными рукавами и большим вырезом на спине), которое идеально облегало её тело.       — Привет, — произнесла она, как только заметила Тревора, начищающего бокалы за барной стойкой.       Он обернулся, когда она развязывала пояс своего серого пальто, и помахал ей. С улыбкой на лице, она повесила верхнюю одежду на вешалку, после чего зашагала в его сторону. Пока Клэр приближалась, Пирс оглядел её с головы до ног, и она это заметила.       — Я правильно оделась? — спросила она, опираясь о высокий барный стул.       Брюнет по-доброму усмехнулся и, расставляя бокалы, проговорил:       — Ты всегда одеваешься так, словно здесь каждый день «вечер в смокингах».       МакКрей усмехнулась и поправила причёску, проводя пальцами по волосам.       — А я, наверное, впервые вижу тебя в чёрном костюме, — она потянулась и аккуратно коснулась красной бабочки на его шее. — Ты даже волосы уложил, — женщина убрала ладонь и продолжила. — Тебе очень идёт.       Тревор был немного удивлён. Она раньше никогда не делала ему комплименты. Она не позволяла себе этого, но почему сейчас?       Он молчал, смотря на неё, поэтому Клэр добавила:       — Правда, ты красиво выглядишь.       — Спасибо, — ответил он, отводя взгляд.       Более МакКрей не стала продолжать эту тему, понимая, что в какой-то степени смущает кареглазого. Она спросила насчёт помощи, но Пирс ничего не успел ответить, как вышел Феликс и начал свою тираду о том, что всё это ему не по душе, и когда-нибудь он перестанет терпеть это. Только блондинка хотела, что-то сказать, как вышла Лита и тоже вставила свои пять копеек: «не перестанет». Клэр покачала головой, а Тревор пожал плечами.       Уже спустя пятнадцать минут бар открыл свои двери для долгожданных гостей. Неожиданно, но все соблюдали дресс-код и выглядели неотразимо. С таким наполнением заведение просто преобразилось.       Привычный бар стало совершенно не узнать, это подметили и пришедшие чуть позже Джефф и Мона. Тревор проводил их за столик и подмигнул блондину, который после этого сделал недовольный вид. Пара спокойно села на места и Пирс предложил обоим по алкогольному коктейлю, они согласились.       Вернувшись к стойке, он указал Клэр на этих двоих, и та, немного поглядев на них, обернулась и произнесла:       — Мне кажется, он ей не нравится. Она избегает на него смотреть.       Мужчина ещё раз взглянул на них и предположил:       — Может, она просто смущена или волнуется…       — Может быть.       Пока Пирс наливал напитки МакКрей отвлеклась на телефон, и тот без заминки отнёс их паре, а когда вернулся сказал:       — Я думаю, у меня не получится завести с ней разговор.       Клэр отложила мобильный в сумку и посмотрела на него, ожидая продолжения, но тот лишь озадаченно зашёл за стойку.       — И что ты будешь с этим делать?       Тревор пожал плечами, изобразив незнание на лице. Он стал вглядываться в зал, где почти сразу заметил, как та самая Мона встаёт и направляется в сторону уборной. Клэр прослеживает за направлением его взгляда и видит ту же картину. Брюнет снова переводит взгляд на блондинку и в его голове рождается очень занятная идея.       Но согласится ли МакКрей? Будь что будет.       — Клэр…       — Что? — спрашивает она, оборачиваясь, после чего видит его взгляд и, конечно, тоже складывает в голове дважды два. — Оу, нет.       — Клэ-э-эр…       — Тре-е-евор…       Они смотрят друг на друга. Глаза Пирса умоляют, но Клэр неумолима. Или всё же нет?