Глава 8: Первое испытание
6 февраля 2022 г., 10:49
Примечания:
Правки и ляпы в ПБ.
Гарри сморщил нос, когда вошёл в магазин, и запах высыхающей кожи и химикатов атаковал его обоняние. Сегодня был день, когда должна была закончиться работа над кожей василиска, которую он предоставил человеку в Лютном переулке: до первого задания оставалось чуть больше недели. Поттер не надеялся, что она защитит его от драконьего огня, но иметь такую защиту на случай, когда она понадобится, а это случалось гораздо чаще, чем ему хотелось бы, не помешает.
— А, я все думал, когда же вы приедете, — поприветствовал его мужчина, вытирая руки о тряпку, когда вышел из задней комнаты. — Последние две недели были очень сложными, но в равной степени полезными. Я уверен, что вы будете довольны проделанной мной работой.
Мастер закрыл дверь в магазин и пригласил Гарри следовать за ним. Поттер оказался в своеобразной рабочей комнате, стены которой были увешаны различными инструментами и машинами, которые мужчина использовал для своего ремесла.
— Кожу оказалось очень трудно вырезать и придать ей форму, даже с помощью необходимых инструментов, — объяснил он, доставая из-под скамьи какой-то сундук. — Она будет устойчива ко многим заклинаниям и будет растягиваться по мере вашего роста, если только вы не очень маленький, — нахмурившись, добавил он.
Продавец открыл сундук, чтобы показать тёмно-зелёную одежду в комплекте с сапогами и перчатками.
— Они лёгкие, — прокомментировал Гарри, поднимая брюки.
— Мне удалось применить несколько полезных чар, — с гордостью сообщил мужчина. — Если бы я этого не сделал, костюм был бы довольно громоздким. Мне удалось облегчить вес вдвое и уменьшить толщину без потери защитных свойств. Я также сделал его гибким. Когда вы будете носить этот костюм, он не будет мешать вам двигаться.
Гарри благодарно кивнул. Мастер не только изготовил доспехи, но и сохранил красоту чешуи василиска.
— Отличная работа, — похвалил он. — Много ли осталось?
— Достаточно, чтобы выручить неплохую сумму, — подтвердил мужчина. — Я смогу досрочно уйти на пенсию, если захочу.
— Вы это заслужили, — искренне ответил Гарри. Возможно, этот человек уже спас ему жизнь тем, что он создал.
— Что ж, я, конечно, благодарен и, естественно, никому об этом не скажу ни слова, — заверил он подростка, закрывая сундук, запечатывая его и передавая ему. — Спасибо, молодой человек, — закончил он, протягивая руку.
Гарри пожал её и кивнул, после чего удалился. Их дело было завершено.
— Ты должен проверить Боргина, пока мы здесь, — посоветовал Том.
Гарри кивнул и вошёл в магазин, который находился на небольшом расстоянии от первого. Боргин, похоже, занимался инвентаризацией того, что у него сейчас хранилось, и чуть не уронил стопку книг, когда обратил внимание на вошедшего.
— Как продвигаются поиски покупателя? — напрямик спросил Гарри.
— Я встречаюсь с заинтересованным лицом в течение недели. У него есть свободные средства, можете быть в этом уверены, — ответил мужчина.
— Очень хорошо. Я вернусь в конце месяца, мистер Боргин.
Пообещав на прощание, он вышел из магазина и направился к месту аппарации. Других дел не было, ему очень хотелось поэкспериментировать со своей новой броней и посмотреть, насколько хорошо она может ему служить.
***
Впервые с той ночи, когда был выбран чемпион, разговор за завтраком был посвящен не турниру, а совершенно другой теме. Флёр прислушивалась к разговорам вокруг неё, надеясь узнать больше о том, почему оправдание заключённого стало столь интересной темой для студентов Хогвартса. — Невиновен? Он ворвался сюда в прошлом году и напал на Полную Даму, — недоверчиво пробормотал один мальчик неподалеку. — Ну, его же признали невиновным в убийстве тех магглов, — заметил другой. — Я не знаю, — вздохнул первый. — Есть ли способ обмануть веритасерум? Флёр нахмурилась, читая статью, как бы трудно это ни было. Она могла хорошо говорить по-английски, но читать на нём было сложнее.Сириус Блэк — невиновен?
Рита Скитер Правильно, читатели! Согласно достоверному источнику, Сириус Блэк, которого когда-то считали убийцей дюжины магглов и одного волшебника, был признан невиновным во всех преступлениях. Блэк, как вы хорошо знаете, получил известность в прошлом году, когда первым в истории он успешно сбежал из Азкабана и провел более года в бегах от чиновников Министерства. В последующие месяцы о нём почти ничего не было слышно, пока он не написал в эту самую газету, заявляя о своей невиновности. Шокирующим поворотом стало то, что не кто иной, как Гарри Поттер, публично потребовал от этого человека явиться на допрос, чтобы доказать свои утверждения. Для тех, кто не знает, ходили слухи, что Блэк был причастен к убийству родителей Поттера, Джеймса и Лили, в 1981 году, и это обвинение он категорически отрицает. Мне стало известно, что всего несколько дней назад Блэк явился к директору Департамента магического правопорядка Амелии Боунс и был допрошен ею, Альбусом Дамблдором в качестве Верховного чародея, Корнелиусом Фаджем и двумя старшими аврорами, под веритасерумом. Узнав это, я поговорила с самой женщиной, которая сказала следующее: — Сириус Блэк был допрошен и освобождён без предъявления обвинений. Мы с большинством присутствующих убеждены, что его несправедливо заключили в тюрьму без суда и следствия за преступления, которых он не совершал. Наше расследование этих преступлений теперь снова взято в производство. Теперь, когда невиновность Блэка доказана, мне, например, интересно, что скажет Поттер по этому поводу. Я постараюсь узнать его мнение по этому поводу как можно скорее. Тем временем возникает вопрос, кто же был ответственен за убийство этих магглов и что случилось с Питером Петтигрю? Следите за дальнейшим развитием этой истории. Флёр положила газету обратно на стол и покачала головой. Гарри, вероятно, долгие годы считал, что Блэк в какой-то степени ответственен за убийство его родителей, и только теперь столкнулся с реальностью, что он невиновен. Неужели для мальчика никогда ничего не было простым? — По крайней мере, он заткнулся, — пробормотала Фая, кивнув в сторону Роджера Дэвиса. Флёр ухмыльнулась. С тех пор, как Гарри надавил на него, Дэвис вёл себя очень тихо, хотя и продолжал похотливо смотреть на неё. Она уже несколько раз испытывала искушение проклясть его, а ведь прошло всего чуть больше двух недель с момента их приезда. — Флёр, — прервала её мысли Мари, тряхнув за плечо. Девушка ничего не сказала, но указала в сторону двери. Глаза Флёр расширились, когда она увидела мадам Максим, входящую в зал вместе с её матерью и сестрой. Не задумываясь, она в считанные секунды преодолела всю длину Большого зала и обняла старшую из них. — Мама, что ты здесь делаешь? Задание будет только через два дня. — Я знаю, но я хотела приехать пораньше. Мадам Максим сказала, что всё будет хорошо. Она говорила с Дамблдором. Кроме того, эта малышка стала очень нервной от ожидания. Я подумала, что нам будет приятно провести немного больше времени вместе. Флёр улыбнулась, обратив внимание на сестру, которая смотрела на нее широко раскрытыми глазами с невинным взглядом, очень похожими на её собственные. — Этот взгляд не работает со мной, Габриель, — усмехнулась она. — Может, мама и папа и умиляются, глядя на это, но я-то точно знаю, какая ты на самом деле. Девочка надулась, когда старшая сестра заключила её в объятия. — Рада тебя видеть. — Я думаю, нам стоит прогуляться, — прервала её мать. — Кажется, мы устроили небольшую сцену. Флёр повернулась и увидела, что большинство студентов поблизости уставились на них, а мужчины смотрели на них остекленевшими глазами. Вздохнув, она кивнула и вывела их из замка, в то время как её мать смеялась. — Идиоты, — проворчала она. — О, Флёр, все мальчики-подростки — идиоты. Я думала, ты уже давно это поняла. — Гарри Поттер не идиот, — вставила Габриель. Аполлин покачала головой. — Она не умолкает о нём, — вздохнула она. — Ты использовала его сову, чтобы отправить письмо, верно? Какой он? Флёр неуверенно пожала плечами. — Он не такой, каким ты ожидала его увидеть. Он одинок, мама. Живёт один, и у него нет друзей. Женщина глубокомысленно нахмурилась. — Он живёт один? Флёр кивнула. — Он сказал, что жил со своими родственниками-магглами, но уехал два года назад. Гарри не проводит время с другими людьми. Это печально, но он кажется милым. — Быть известным тем, чем прославился он, не может быть легко, — сочувственно сказала Аполлин. — Нет, — согласилась Флёр, — и теперь он вынужден участвовать в турнире. — Я уверена, что Дамблдор не допустит, чтобы с ним что-то случилось. — Может быть, — ответила Флёр, не убеждённая этим утверждением. — О, вот и он. В передние ворота на небольшом расстоянии от них вошёл мальчик, о котором они говорили, засунув руки в карманы, он шёл к замку. — Это действительно он? — взволнованно спросила Габриель. Флёр кивнула, и девочка побежала навстречу ничего не подозревающему Поттеру. — Габби, нет! — крикнула Флёр, погнавшись за девочкой, её мать засмеялась, и она последовала за ней в более спокойном темпе. Она натолкнулась на очень озадаченного Гарри и свою сестру, которая что-то тараторила на французском, которого он явно не понимал. — Прости, `Арри, я пыталась остановить её. Гарри выглядел ошеломлённым внезапным натиском младшей девочки, его удивление перешло в гримасу, когда появилась её мать. На мгновение показалось, что он будет сопротивляться, но потом покачал головой и глубоко вздохнул. — Очень трудно это делать, когда вас трое, — пробурчал он. Аполлин одобрительно кивнула, оценив его самообладание. Даже взрослые мужчины с трудом справлялись с одной, не говоря уже о трёх вейлах, находящихся так близко от них. — Должен ли я предположить, что это твои сестра и мать? — спросил Гарри. Флёр радостно кивнула, улыбаясь улыбкой, которую он ещё не видел. — Это моя мама Аполлин и моя сестра Габриэль, — представила она их. — Вы `Арри Поттер, — сказала Габби на очень ломаном английском. — Приятно познакомиться с вами маленькая мисс, и с вами, миссис Делакур, — вежливо сказал он. — Мне жаль, `Арри, но Габби лучше знать, что нельзя так налетать на людей. Это невежливо, — добавила она сестре, сверкнув глазами. — Ничего страшного, — отмахнулся Гарри, ухмыляясь, когда младшая девочка раздражённо высунула язык. — Я всегда могу провести для неё ту же экскурсию, что и для тебя, — предложил он. — Ванная комната на втором этаже очень милая. Флёр фыркнула и покачала головой. — Нон, я не думаю, что ей это очень понравится, а ты не хочешь быть против неё, когда она расстроена. — Я уверен, что она не угрожала бы сжечь меня заживо, — резко ответил Гарри. — Флёр! Полагаю, что нет, — вмешалась Аполлин. — Конечно нет! — горячо начала отрицать Флёр. — Это ты сказал, что я злая птица, которая может метать огонь, — обвинила она. Аполлин хихикнула, покачав головой. — Я думаю, ты бы понравился моему мужу, `Арри. Он потратил много лет, пытаясь сделать так, чтобы мы перекинулись, но меня возмущает замечание о злой птице. Мы не хотим, чтобы мой маленький цветочек пережил смену формы. Гарри пожал плечами. — Мы всегда можем отдать её в совятню, — предложил он, — Хедвиг не помешает подруга. Флёр зарычала, когда её мать снова рассмеялась. — Я шучу, — начал извиняться он, — я не собираюсь быть сожженным, ну, по крайней мере, пока не попробует дракон. — Дракон? — А, она вам не сказала. Что ж, полагаю, я должен оставить вас наедине с этим. Приятно было познакомиться с вами, мадам Делакур, и с тобой, Габриэль, — добавил он. — Пока, `Арри, — ответила Габриэль, обнимая мальчика. Гарри напрягся при этом, что не осталось незамеченным ни её матерью, ни сестрой. — Габби! Отпусти его, — твёрдо приказала Аполлин и улыбнулась, извиняясь, когда он быстро пошёл прочь. — Но он такой милый, мама, — простонала Габриэль. — Габби, я не думаю, что он привык к прикосновениям. Ты должна уважать его личное пространство. Девочка угрюмо кивнула. — О, мой маленький цветочек. Я думаю, ты совершенно права насчёт него. Он одинок, но не грустный. По какой-то причине, я думаю, ему это нравится. — Это неправильно, — вздохнула Флёр. — Я знаю, что такое быть одинокой, мама. У меня есть ты и папа, а у него никого нет. — Если у него всегда была такая жизнь, то это всё, что он знает. Не волнуйся, Флёр. Может быть, однажды он встретит кого-то, кто сделает его менее несчастным. Флёр только кивнула, глядя, как он входит в замок. — А теперь расскажи мне, что он имел в виду под драконами, — потребовала Аполлин.***
— Как ощущения? — спросил Том. Гарри сделал несколько растяжек, проверяя эластичность доспехов, а затем выполнил несколько движений, которые можно было бы сделать во время дуэли, и удовлетворённо кивнул, когда закончил. — Ощущения хорошие, — радостно ответил он. — Полагаю, есть только один способ узнать, насколько хорошо они будут работать. Гарри взмахнул палочкой, один из манекенов вскочил и запустил в него костедробителем, попав в плечо. Кость не сломалась, как предполагалось, но ощущения были отнюдь не приятными. — Чёрт возьми, — выругался он, потирая больное место. — Возможно, это была не лучшая идея, Гарри, — с назиданием сказал Том. — Нет, — согласился подросток, — по крайней мере, мы теперь знаем, что это ослабит действие заклинаний. Но всё равно больно. — Может быть, тебе стоит подождать, пока ты встретишься с драконом, прежде чем испытывать его дальше, — предложил Том. — Ты же не хочешь получить травму перед заданием. — Возможно, ты прав, — вздохнул Гарри, не предвкушая времяпровождение с огромным зверем, которое стремительно приближалось. — С тобой всё будет в порядке. Ты знаешь, что делаешь. — Но это не значит, что я не боюсь. — Только дурак не будет бояться. Гарри покачал головой. Когда до задания оставалась всего пара дней, он чувствовал себя настолько готовым, насколько это вообще возможно за то короткое время, которое у него было на подготовку. Поттер неустанно тренировался под руководством Тома, который был уверен, что у него всё получится, хотя сам он сомневался в этом. Гарри не был уверен в этой отрасли магии, хотя и практиковался в некоторых её частях. Он не сомневался, что, если бы не его наставник, он никогда бы не достиг уровня, который необходим для успеха в этом начинании. Только время покажет, достаточно ли этого, чтобы сохранить ему жизнь.***
Флёр нервно расхаживала по палатке чемпионов, осознавая, что ей предстоит сразиться с драконом, только когда она вошла внутрь. О чём думали судьи? Это было безумием — выходить против такого существа. Она покачала головой, рассматривая трёх оставшихся чемпионов, каждый из которых готовился к заданию по-своему. Крам был в таком же состоянии, как и она, хотя он бормотал себе под нос и отрабатывал движения палочкой с пустой рукой, расхаживая взад-вперед. Диггори казался худшим из троих. Он уставился на одну из стен палатки, его кожа была бледной, а сам он дрожал. Флёр даже не могла быть уверена, что тот знал, что их ожидало в предстоящем испытании. Она нахмурилась, глядя на самого младшего из четверых. Гарри сидел с закрытыми глазами и скрещенными ногами, его вид был умиротворённым, он, казалось, медитировал, его губы беззвучно шевелились. Она не могла понять, как он мог казаться таким спокойным, но если слухи, о которых ей рассказала мадам Максим, были правдой, то он не в первый раз сталкивается с подобной ситуацией. Однако больше всего её озадачило его одеяние. Оно было сделано из какой-то зелёной кожи, которую она раньше никогда не видела. — Из чего это сделано, `Арри? — спросила она с любопытством. Мальчик медленно открыл глаза, их зеленый цвет был ярче, чем его одежда. — Кожа василиска, — ответил он, пожав плечами. Крам и Диггори резко повернулись в его сторону, а у неё самой открылся рот, и она рассмеялась. — Очень смешно, `Арри. Он усмехнулся в ответ. — Откуда у тебя она? — с любопытством спросил Крам в редкий момент, когда он не хмурился. — С василиска, конечно, мистер Крам. В том, чтобы быть змееустом, есть своя польза. — Где ты встретил василиска? — почти сердито спросил Диггори. — Они повсюду, если знать, где искать, — ответил Гарри, не обращая внимания на его поведение. — Я бы точно не рискнул идти туда в одной мантии, и, хотя твой план использовать конъюктивитус заслуживает восхищения, Крам, я бы посоветовал быть осторожным. Это только приведёт дракона в ярость. Крам нахмурился, когда Диггори начал бессвязно бормотать. — Д-дракон? — сумел выговорить он. — Как вы узнали? Вы все, черт возьми, знали, не так ли? — потребовал он, видя отсутствие удивления как у Флёр, так и у болгарина. — Жульничество — это часть традиции Турнира, Диггори, — заметил Гарри. — Если у тебя не хватило ума понять это, значит, ты участвуешь не в том соревновании. Седрик опустился на соседнее сиденье, покачивая головой в ужасе. — Как, чёрт возьми, можно победить дракона? — стонал он. — Ну, лично я бы не стал, — ответил Гарри, когда створки палатки открылись, впуская пятерых судей. Дамблдор сразу же оценил внешний вид Гарри и уважительным кивком признал его уместность. — Итак, собирайтесь, — весело приказал Бэгмен. Флёр присоединилась к остальным троим, её мысли были отвлечены объяснениями Гарри по поводу его одежды, пока ей под нос не сунули маленький бархатный мешочек. — Дамы вперед, — предложил Бэгмен. Флёр сунула руку и достала миниатюрную модель зеленого дракона с цифрой 2. — Валлийский зеленый, — объявил Крауч, когда Бэгмен передал мешочек Седрику. — Шведский тупорылый. — Мистер Крам, — подсказал Бэгмен. — Китайский огненный шар, — подтвердил Крауч, когда Крам нахмурился, глядя на копию, которую он держал в руках. — И, наконец, мистер Поттер. Гарри достал последнего дракона, который выглядел гораздо опаснее, чем три других. У него были огненно-янтарные глаза, а его тело было изрешечено злобными шипами. Он определенно не хотел оказаться на арене напротив этого существа. — Венгерская хвосторога, — весело объявил Бэгмен. — Ваша задача — достать золотое яйцо, спрятанное среди других яиц в гнезде. Вы пойдете в порядке, указанном на драконах, которых вы держите. Итак, первым будет мистер Диггори, за ним мисс Делакур, затем мистер Крам, и последним — мистер Поттер. — Я был прав, — начал злорадствовать Том. То, что он был прав, не сделало задачу для Гарри менее сложной. Драконы и так были недружелюбны, но мать, защищающая свои яйца, могла оказаться ещё более опасной. — Мистер Диггори? Ваше задание начнется, когда прозвучит выстрел из пушки, — сообщил ему Крауч, когда судьи удалились. — Могло быть и хуже, — усмехнулся Гарри. — Как это может быть хуже? — зарычал Диггори. — Они всегда могут добавить дементоров для пущего эффекта. Глаза Седрика расширились, когда прозвучал выстрел из пушки, и он на шатких ногах вышел из палатки. — Почему ты так спокоен по этому поводу? — спросила Флёр у всё ещё ухмыляющегося мальчика. Гарри фыркнул. — Поверь мне, это не так. Я могу придумать миллион других вещей, которые я бы предпочёл сделать, чем идти туда. Но ты сама подписалась на это, помнишь? А я, чёрт возьми, нет. Крам кивнул в знак согласия и оставшаяся троица замолчала, прислушиваясь к звукам толпы вдалеке. Диггори понадобилось около двадцати пяти минут, чтобы выполнить задание, и зрители разразились аплодисментами, свидетельствующими о его успехе. Флёр расположилась поближе к выходу и начала неудержимо дрожать, ожидая сигнала. Спустя, казалось, целую вечность, выстрел прозвучал ещё раз. — Удачи, мисс Делакур, — пожелал Гарри. Флёр натянуто улыбнулась и вышла из шатра через туннель, расположенный снаружи. Шум толпы становился тем громче, чем ближе она подходила, и ей пришлось удержаться от падения, когда она увидела дракона, ожидавшего её на арене. — Вот и всё, — пробормотала она, доставая свою палочку и делая глубокий вдох.***
— Ты не такой, как все мы. Ты не наслаждаешься славой, — пробормотал Крам, когда в комнате остались только Гарри и он сам. — Нет, не наслаждаюсь. Если бы я мог, я бы жил один в лесу и никогда больше не видел других людей, — честно ответил Гарри. Удивительно, но Крам рассмеялся — совершенно чуждый жест для угрюмого болгарина. — Для меня это совсем другое, мне это нравится. Я вырос в бедном городе. Иметь деньги было моей мечтой, потом, когда они у меня появились, я захотел и славы. Мне нравится любовь людей, поэтому я и стал тем, кто я есть. Гарри поднял на него бровь. — Честно говоря, Крам, мне всё равно. Я даже не слышал о тебе, пока ты не приехал сюда, и люди выстроились в очередь, чтобы поцеловать тебя в задницу. От меня ты этого не получишь. Крам искренне рассмеялся. — Ты мне нравишься, Поттер. У тебя есть мужество, и я уважаю это. Ты не отступил даже перед Каркаровым, а он опасный человек. Прежде чем Гарри успел ответить, снова прозвучал выстрел из пушки и Крам направился к двери. — Желаю тебе удачи, — уходя, сказал он. Гарри смотрел, как он уходит, не зная, что сказать. — Какой странный парень. — Слава влияет на людей по-разному, Гарри. Вы просто две противоположности. А теперь забудь о нём, ты должен сосредоточиться на том, что тебя ждёт. Гарри глубоко вздохнул и закрыл глаза, остановив мысли, и оставался в таком состоянии, пока не услышал выстрел из пушки, призывающий его на арену. С тяжёлым вздохом он вышел из палатки, чтобы принять вызов. Он вошёл на арену через туннель мимо почти безмолвной толпы. Не обращая на неё внимания, он взглянул на дракона и почувствовал, как у него свело живот. Гарри ничуть не радовался ожиданию, и оно ничуть не облегчало ситуацию. Янтарные глаза смотрели на него с вызовом, но Поттер не собирался подходить ближе, чтобы гнев дракона обрушился на него. Для пущей убедительности зверь зарычал, заставив землю под его ногами задрожать. — Спокойно, — успокаивал Том. — Ты знаешь, что тебе нужно делать. Забудь о всём остальном. Гарри вздохнул успокаиваясь, переключив свое внимание на текущую задачу и держа палочку наготове. Сосредоточившись, он нащупал чары, в которые были заключены он и дракон, и осторожно начал колдовать. Если бы Поттер допустил хоть малейшую ошибку, одно неверное движение могло бы стать роковым. Когда он убедился, что контролирует ситуацию, он произнёс первое заклинание, делая видимыми защитные чары. Вокруг места, где он находился, появился купол яркого фиолетового света, по полупрозрачной поверхности которого струились различные цвета, указывающие на каждый защитный элемент, который был применён. — Это неплохая схема защиты, — задумчиво произнес Том. Гарри кивнул, прицеливаясь, чтобы произнести второе заклинание, и раздался ещё один рёв дракона, когда вокруг её яиц возник барьер. Она раздражённо мотала головой из стороны в сторону, а затем ударила по нему лапой, пытаясь убрать его от своих птенцов. — Хорошо, Гарри. Теперь начинается тяжёлая работа. Когда яйца были защищены, а защита готова, Гарри начал крутить палочкой над головой, как ковбой готовит лассо, и бормотать себе под нос. Заклинание, которое он отрабатывал в Выручай-комнате, было визуально впечатляющим, но не слишком сложным. Он нечасто смог бы их использовать, при любых обстоятельствах, но здесь оно облегчило бы ему задачу и отвлекло бы дракона. После минутного песнопения эффект начал проявляться: посыпались первые градины, а за ними последовал мощный ветер, который стал бить по нему и по дракону, который делал всё возможное, чтобы противостоять внезапному холоду. Гарри удвоил свои усилия: теперь куски льда были размером с кулак, а ветер ревел так громко, что дракон потерял возможность отвечать. — Сейчас! — приказал Том. Довольный тем, что метель бушует и не дает врагу покоя, он вновь обратил своё внимание на чары.***
Флёр вышла из медицинской палатки, ужасаясь тому, что её платье было сожжено дремлющим драконом. Если не считать этого незначительного недостатка, она считала, что выполнила свою задачу на очень высоком уровне. Очень немногие были способны на такой уровень работы с чарами, который она продемонстрировала. В конце концов, из-за неудачи в самом конце с неё сняли одиннадцать баллов, хотя Каркаров был очень суров. Не обращая внимания на раздражение, которое она испытывала по отношению к этому человеку, она нашла своих родителей и сестру, которые сидели среди делегации Шармбатона. — Я так горжусь тобой, мой маленький цветочек, — заявил её отец, притягивая к себе. Она улыбнулась, прижавшись к его груди, наслаждаясь теплом, которое дарил мужчина. — Спасибо, папа, — радостно ответила она. — Ты очень хорошо справилась, Флёр, — добавила её мать. — Ты была великолепна. Покраснев от похвалы родителей, она повернулась к арене и увидела, как красного дракона уводят с арены. — Как там Крам? — спросила она. Её мать неодобрительно хмыкнула. — Этот идиот использовал Конъюнкивитус. Его дракон раздавил половину яиц. Флёр рассмеялась и покачала головой. — Гарри сказал ему не делать этого, — объяснила она свой смех. — Гарри? — надавила Аполлин. — Он сказал, что это разозлит дракона и что это глупая идея. И оказался прав. Аполлин кивнула, а её муж слегка нахмурился, глядя на дочь. — Что ж, посмотрим, что он будет делать дальше, — сказал мужчина, кивнув в сторону арены. Флёр смотрела, как последнего дракона вывели на арену, и задохнулась. — Ему достался худший из всех, — вздохнул её отец. Флёр кивнула в знак согласия. Дракон, с которым предстояло сразиться Гарри, был намного больше её собственного и, кроме того, более устрашающим. Его дракон был невероятно пугающим, но огромные размеры и шипы, украшавшие спину и хвост, представляли собой ужасающее зрелище. — О, папа, его убьют, — плакала Габриель. — Я уверен, что с ним всё будет в порядке, — неуверенно ответил мужчина, когда подросток вошёл на стадион. — Что? Его товарищи из Хогвартса не болеют за него? Во Франции такое не прокатит, — неодобрительно заявил он. — Успокойся, Себастьян, — усмехнулась мать. Её муж был праведным человеком и хранил верность своему сердцу. Видеть, как студенты Хогвартса не оказывают никакой поддержки одному из своих, несомненно, раздражало его. — Что он делает? — спросила Флёр, заметив, что Гарри стоял неподвижно с закрытыми глазами. — Похоже, он собирается манипулировать защитными чарами, — ответил её отец, нахмурившись, когда фиолетовый купол замерцал. — Разве это не опасно? — спросила Аполлин. — Очень, — заинтересованно ответил Себастьян. Мужчина с любопытством наблюдал, как четырнадцатилетний подросток накладывал на яйца свой собственный защитный барьер, заслужив одобрительный кивок со стороны мужчины. Однако его глаза выпучились, когда внутри защитных покровов началась буря. Сказать, что он был удивлен, было бы преуменьшением. — Мерде, — вздохнул он, наклонившись ближе, — это элементарная магия. — Элементарная магия? — прошептала Флёр, потрясенная тем, что увидела. Это было то, от чего её предостерегал мастер чар. Многие люди погибли, пытаясь манипулировать ими, и эта практика была запрещена в её школе в течение многих веков из-за опасности, которую она представляла для пользователя и окружающих. — Откуда такой юный мальчик может знать об этом, не говоря уже о том, как это использовать? Контроль, который для этого требуется, просто невероятен. Где он мог этому научиться? — продолжал допытываться её отец. Флёр могла только качать головой в неверии. Она знала, что Гарри хотя бы в какой-то степени хорошо владеет чарами, но такого она не ожидала. Не каждая ведьма или волшебник могли бы сделать это, а то, что ему было всего четырнадцать лет, делало зрелище ещё более впечатляющим. Впервые в жизни она почувствовала себя не в своей тарелке. Если он был способен на такое, то она боялась представить, что будет дальше. — Что он сейчас делает? — спросила её мать, когда со стадиона послышался громкий рёв. Себастьян мог только покачать головой, наблюдая, как защитные барьеры начали сжиматься, медленно приближаясь к дракону и загоняя его в ловушку среди всё ещё бушующей бури, которая была заключена внутри них. Он рассмеялся, когда промокший мальчик подошёл к яйцам и взмахом палочки снял свою защиту. Бросив на дракона последний взгляд, Гарри подобрал золотое яйцо, которое ему поручили достать, и направился к выходу, на ходу снимая чары. Когда буря утихла, а защита была восстановлена, дракон зарычал и проверил свою кладку, укрыв её. На несколько секунд воцарилась тишина, прежде чем толпа разразилась какофонией возгласов и аплодисментов, и отец Флёр тоже вежливо поаплодировал в знак уважения к хорошо выполненной работе. — Это было впечатляюще. Мне жаль, мой маленький цветочек, но я думаю, что на этот раз он тебя превзошёл, — вздохнул Себастьян. Флёр кивнула, ошеломленная тем, чему она стала свидетелем. — Нет ничего постыдного в том, чтобы проиграть такому, но в следующий раз я буду лучше, — решительно ответила она. Себастьян одобрительно кивнул. Его дочь была раздосадована, это было видно, но она смирилась с поражением. — Судьи удалятся для обсуждения, прежде чем мы дадим окончательную оценку, — объявил Бэгмен. — Ну, это было отличное шоу, — заявила Аполлин. — Так и было, — согласился Себастьян. — Я собираюсь поговорить с ним. Я хочу знать, как он этому научился, — заявила Флёр. — Мы присоединимся к тебе. Я и сам очень хочу с ним встретиться, — размышлял вслух Себастьян, ведя свою семью к медицинской палатке, хотя он сомневался, что Поттер в ней нуждается после своего образцового выступления.***
Альбус Дамблдор наложил на судейский стол Заглушающие чары, поражённый тем, что увидел от самого молодого чемпиона. Он знал, что Гарри намного превосходил свой возраст в магических навыках и способностях, но до сих пор не осознавал масштабов. За те несколько минут, что он пробыл на арене, выполняя задание, мужчина прозрел относительно мальчика и того, как должен измениться его подход к борьбе с Волдемортом. Он ещё не был в его лиге, далеко не был, но у Гарри был потенциал, чтобы победить Тёмного Лорда. — Это было впечатляюще, — тупо заявил Бэгмен, открывая совещание. — Трудно не согласиться, — добавил Крауч, — то, что сделал Поттер, было исключительно более продвинутым и эффективным, чем у других. Каркаров бросил на него мерзкий взгляд, а мадам Максим неохотно кивнула. — Что именно он сделал? — спросила она. — Я думаю, этот вопрос лучше задать профессору Бабблинг. Она создала схему защитных чар, — заметил Дамблдор. — Тогда пошлите за ней, — раздраженно огрызнулся Крауч. По взмаху его палочки за женщиной полетел патронус. — Это была настоящая элементарная магия? — поинтересовалась Максим. — Да, — кивком подтвердил Дамблдор. — Очень впечатляющая демонстрация. — Нет, — сказал Каркаров. — Это должно быть что-то другое. — Игорь, мальчик сделал это на глазах у всех. Если не это, то что? — спросила Максим. Каркаров стиснул зубы, но ничего не сказал. — Альбус, ты хорошо разбираешься в элементальной магии. Не мог бы ты объяснить, что именно сделал мистер Поттер? — вмешался Бэгмен. — Ну, само заклинание не требует большой силы для правильного применения, но исключительный уровень контроля, превышающий норму обычного волшебника, имеет место. Для человека его возраста это настоящий подвиг, — усмехнулся директор. — Это, как вы уже догадались, очень старая магия. Она собирает энергию из окружающей среды и формирует, как вы видели, довольно сильную метель. Я могу только предположить, что он использовал магию защитных барьеров и самого дракона, чтобы довести её до такой степени, но, возможно, вы можете рассказать нам больше, профессор Бабблинг? Женщина глубоко вздохнула и покачала головой. — Его работа с защитными чарами была исключительной, и я не ожидала, что он, не говоря уже о других студентах, способен на такое. Он вырвал у меня контроль над ними и манипулировал ими в своих интересах. Защитный барьер, который он наложил на яйца, принес бы ему «Превосходно» на экзамене уровня СОВ. Работа с защитными чарами выходит за рамки того, чему он может научится в Хогвартсе. — Откуда ему знать, как это делать? — спросила Максим. Баблинг пожала плечами. — Это не то, о чём я рассказывала на наших с ним занятиях, но информацию получить несложно. А вот сделать это — совсем другое дело. Чтобы так сконцентрировать руны, нужен опытный и уверенный в себе практик. Это очень рискованно и потенциально смертельно опасно, если будут допущены ошибки. — Значит, он должен был знать о риске, прежде чем попытаться? Профессор кивнула. — Должен. Он прекрасно осведомлен об опасности, которую могут представлять барьеры. Это самое первое, чему учат студентов. Поттер доказал, что разбирается в этом предмете и не глуп. Он не стал бы рисковать, не зная возможных последствий. — Спасибо, Батшеда, это всё, — сказал Дамблдор, с улыбкой отпуская женщину. Она вышла из помещения, где царила тишина, оставив судей наедине с их мнениями. — Должно быть, он сжульничал, — прорычал Каркаров. — Невозможно представить, как мальчик мог сделать это без посторонней помощи. Дамблдор вздохнул. — Игорь, Гарри уже доказывал, что является исключительным молодым человеком на протяжении всех лет обучения здесь. У него уже есть два СОВ на «Превосходно» по чарам и трансфигурации, а в конце этого года он, скорее всего, сдаст ПАУК, по крайней мере, по трём предметам. К моему стыду, я не понимал, как далеко он продвинулся. Гарри может не нравиться тебе лично, но он не обманщик. Я готов поставить на карту свою репутацию, чтобы поручиться за него. Каркаров сплюнул на пол и посмотрел на Дамблдора. — Я хотел бы напомнить тебе, что ты здесь по моему приглашению. Если ты дашь мне повод удалить тебя из моей школы, будь уверен, это будет сделано, и мистер Крам останется до конца турнира один, — предупредил Дамблдор. Ему всё труднее было сохранить его обычное спокойное выражение лица. Каркаров прислушался к предупреждению и занял своё место. — Тогда давайте подведём итоги, — сказал он, его коричневые зубы показались сквозь искривлённые губы. — У кого-нибудь есть что добавить? — потребовал Крауч. Когда никто ничего не добавил, Дамблдор снял заглушающие чары и подождал, пока Людо обратится к собравшимся.***
Гарри вышел со стадиона с только что приобретенным золотым яйцом под мышкой и наложил на себя согревающие чары. Ноябрь в Шотландии и так был холодным, но добровольно мёрзнуть от последствий собственноручно созданной метели, он не собирался. Парень вздохнул, направляясь к медицинской палатке. Физически он чувствовал себя уставшим, так что перечное зелье, скорее всего, поможет ему продержаться до конца дня. — Это было потрясающе, — вырвал его из размышлений голос. Гарри повернулся и увидел Ремуса Люпина и большую чёрную собаку, которая, похоже, ждала его, возбужденно виляя хвостом. — Спасибо, — ответил Гарри. — Как ты думаешь, есть ли смысл в том, что вы оба здесь? Известный оборотень и только недавно оправданный убийца? — Именно поэтому мы здесь, — ответил Люпин. — Мы пробрались сюда, чтобы понаблюдать за тобой, а теперь уходим. Я просто хотел сказать, что ты молодец. Твои родители гордились бы тобой, Гарри. Собака залаяла в знак согласия, а затем подпрыгнула и лизнула Люпина в лицо. Слова этого человека согрели его сильнее, чем любые чары, и он благодарно кивнул. — Я скоро навещу вас обоих, — пообещал Гарри. — Держи свою мать подальше. В следующий раз я уберу её любыми средствами. Сириус одобрительно гавкнул. Только однажды Гарри столкнулся с портретом Вальбурги Блэк, и это едва не закончилось для неё катастрофой. Она назвала его мать грязнокровкой, и потребовались усилия Ремуса и Сириуса, чтобы не дать ему сорвать её картину голыми руками. — Я лично присмотрю за ней, — сказал Ремус, прежде чем отвести собаку, наказав её за то, что она лизнула его. — Кто это был? — ворвался другой знакомый голос. — Его зовут Ремус Люпин, он был нашим профессором Защиты в прошлом году, — ответил Гарри, его взгляд переместился на французскую девочку, её сестру и родителей. — Почему он больше не профессор? — Люди не хотят, чтобы их детей учили оборотни, — объяснил Гарри. — Это тот, который напал на тебя? Гарри нахмурился, глядя на старшую девочку. — Кто тебе это сказал? — Мадам Максим, — честно ответила Флёр. — Она расспрашивала о тебе, Краме и Диггори. — Логично, — согласился Гарри. — Да, это был он. Хотя это была не его вина. Люди здесь предвзято относятся ко всему, что считается тёмным. Даже ко мне, потому что я змееуст. Они подняли большой шум, когда я был на втором курсе. — Мы знаем о предрассудках всё, мистер Поттер, — мягко вмешалась Аполлин. Гарри кивнул. — Наверное, да. Во Франции хуже, чем здесь? — Для вейл везде плохо, — откровенно сказала женщина. — Нам трудно найти друзей или даже жениха, потому что люди думают, что мы используем нашу магию против них, или завидуют. — Люди — идиоты, — ответил Гарри, вызвав улыбку у женщины и старшей дочери. — Это очень верно, — согласился мужчина. — Здравствуй, `Арри, я Себастьян Делакур, отец Флёр и Габриэль, — представился он, протягивая руку. — Приятно познакомиться, — ответил Гарри, пожимая протянутую конечность. — Должен сказать, я очень впечатлён тем, что увидел. Вы настоящий волшебник. Если вам когда-нибудь надоест Англия, Франция с радостью примет кого-нибудь с вашим мастерством. — Я буду иметь это в виду, — усмехнулся Гарри. — Как это ты стал таким искусным в столь юном возрасте? Гарри пожал плечами. — Я просто хочу стать лучшим. Когда я закончу здесь, я хочу, чтобы у меня было как можно больше возможностей. — Они у тебя обязательно будут, — заверил его Себастьян. — Это если я проживу достаточно долго. Похоже, Флёр хочет сделать то, что не удалось дракону, и оставить меня с несколькими ожогами. Себастьян усмехнулся, когда Флёр подняла бровь. — Не в этот раз, — заговорила она, — но я выиграю Турнир. Ты очень хорошо справился, `Арри, лучше, чем все мы. — Я говорил тебе, что так и будет. Ты сама виновата, что не поверила мне. Как ты вообще прошла мимо своего? Я не видел. — Я усыпила дракона, — просто ответила она. Гарри нахмурился, обдумывая её подход. — Ну, я не знаю никаких чар, которые могли бы это сделать, поэтому я могу только предположить, что ты заколдовала его, — сделал он вывод. — Чары гипноза не были бы достаточно мощными, но если ты его заколдовала, то это великолепно. — Oui, — подтвердила Флер, резко обернувшись через плечо. — Вы оба очень хорошо справились, — похвалил Себастьян. — Идёмте, я думаю, судьи скоро выставят тебе оценки. Гарри последовал за группой, сокрушаясь о том, что ему не досталось перечного зелья. Усталость начинала сказываться, и он поклялся получить его как можно скорее. Они вошли на стадион через вход для толпы, и Себастьян повёл их к месту, где сидели французские студенты, их появление вызвало большое количество переглядываний и перешёптываний, что заставило его чувствовать себя довольно неловко. — Леди и джентльмены, — раздался голос Бэгмена несколько мгновений спустя. — ПОСЛЕ ТЩАТЕЛЬНОГО ОБСУЖДЕНИЯ МЫ ГОТОВЫ ВЫСТАВИТЬ ОЦЕНКИ МИСТЕРУ ПОТТЕРУ. ДЛЯ ТЕХ ИЗ ВАС, КТО НЕ ЗНАЕТ, ОН ИСПОЛЬЗОВАЛ ПРЕВОСХОДНОЕ СОЧЕТАНИЕ ЭЛЕМЕНТАЛЬНОЙ И РУНИЧЕСКОЙ МАГИИ, ЧТОБЫ ДОСТАТЬ ЗОЛОТОЕ ЯЙЦО, ИЗБЕЖАВ ТРАВМ ДЛЯ СЕБЯ И УЩЕРБА ДЛЯ ОСТАЛЬНОГО ГНЕЗДА. ЕГО БАЛЛЫ СЛЕДУЮЩИЕ. Гарри смотрел, как Дамблдор начал с оценки десять, а Бэгмен последовал его примеру. Мадам Максим так же поставила десять, как и Барти Крауч, а Каркаров поставил ему шесть, к отвращению всех, кто был свидетелем его испытания, включая судей. — Каркаров свинья, — заявила Флёр среди насмешек, направленных в его сторону. — Он не должен был отнять у тебя ни одного очка. — Я не ожидал от него ничего меньшего, — вздохнул Гарри. — Не думаю, что я помог себе в ту ночь, когда моё имя вылетело из кубка. — Он должен быть беспристрастным. Личные чувства не должны мешать судить, — проворчал Себастьян. — ЧЕМПИОНЫ! Пожалуйста, вернитесь в шатер для следующих инструкций, — приказал Бэгмен, как только шум утих. — Пойдём, `Арри, нам пора. Гарри кивнул и последовал за ней обратно в палатку, где начался день. Крам и Диггори уже были внутри, причём чемпион Хогвартса уже не был таким бледным и ухмылялся, хотя на его лице были значительные ожоги. Крам оставался хмурым, не показывая, что он доволен или разочарован своим выступлением. Перед появлением судей в палатку вошла мадам Помфри и направилась к Гарри, одарив его укоряющим взглядом. — Вы должны были прийти ко мне сразу после выполнения задания. Я не ожидала, что мне придётся искать вас, мистер Поттер, — проворчала она. — Итак, вы ранены? Гарри покачал головой. — Нет, но бодроперцовое зелье бы помогло. — Я не понимаю, почему я должна это делать, но на этот раз я сжалюсь над вами. Но смотрите, чтобы это не повторилось, — закончила она, протягивая ему пузырек. Гарри откупорил маленький флакончик и выпил содержимое, вздохнув от притока энергии, который он получил, каким бы временным эффектом это ни было. Вскоре вошли судьи, и Гарри пришлось побороть желание проклясть директора Дурмстранга за его самодовольную ухмылку, которую он носил, словно одержал над ним победу. — Вы все молодцы, — обратился к ним Бэгмен. — Теперь ваша следующая подсказка — то самое яйцо, которое вы извлекли. Второе задание состоится 24 февраля. До этого срока у вас есть время, чтобы разгадать свою подсказку. Ещё раз поздравляю вас всех. Судьи удалились, и Гарри последовал за ними, а Флёр шла позади него. Очевидно, родители ждали её у палатки, и Гарри повернулся, чтобы направиться обратно в замок. — `Арри? — окликнул его мужчина. Внутренне вздохнув, он снова подошёл к Делакурам. — Я, пожалуй, хотел спросить, не хочешь ли ты присоединиться к нам за ужином сегодня вечером. В качестве поздравления за хорошо выполненную работу, — добавил он. Гарри попытался найти предлог, чтобы не идти, но тут его мысли были прерваны. — Наличие таких контактов, как Делакуры, однажды может оказаться полезным для тебя самого, Гарри. — Я не против, — сдержанно согласился он. Мужчина тепло улыбнулся ему. — Скажем, в семь? Ты можешь встретиться с нами у кареты. Я знаю очень хорошее место в Косом переулке, очень тихое, — заверил он его. — Тогда увидимся, — подтвердил Гарри и попрощался с остальными. Это был странный опыт — получить приглашение на ужин от кого бы то ни было, тем более от человека, с которым он познакомился всего час или около того назад. Он не мог отделаться от мысли, что в этом есть какой-то скрытый смысл. — Я думаю, что этот человек заинтригован тобой, Гарри, и, вероятно, благодарен. Его старшая дочь здесь одна, и ты произвёл на неё и, соответственно, на её семью большое впечатление. Ты слышал их, они тоже испытывают предрассудки на себе. Не думаю, что они часто встречают кого-то вроде тебя, кто не думает о них ничего подобного. Гарри кивнул, оценив логику. — Наверное, так и есть, — пробормотал он.***
— Не хочешь ли ты объяснить мне, почему ты пригласил Гарри сегодня вечером? — спросила Аполлин у мужа, рассматривая своё отражение в зеркале. Себастьян глубоко вздохнул, ожидая этого вопроса. — По двум причинам. Во-первых, он меня заинтриговал. Он очень интересный молодой человек и не лишён таланта. — А во-вторых? — Потому что сегодня он совершил нечто выдающееся, и ни один человек не пришёл его поздравить. Он должен иметь возможность отпраздновать своё достижение. Аполлин одарила мужа любящей улыбкой, обхватив руками. — Ты очень милый человек, Себастьян Делакур. — Я не люблю, когда с людьми плохо обращаются. Я думаю, что с него этого достаточно. — Почему ты так говоришь? — Он избегает зрительного контакта. Ты сказала, как он отреагировал, когда Габриель обняла его. Для меня это пахнет жестоким обращением или, по меньшей мере, пренебрежением. Что бы Гарри ни пережил, это оставило свой след. Ни один ребенок не должен быть таким, как он. Аполлин покачала головой. — Гарри очень замкнут. Флёр говорит, что у него нет друзей и он ни с кем не проводит время, но он был мил с ней. Она рассказала тебе, что он сделал со своими товарищами по факультету в первый вечер, когда она приехала? — Нет, не рассказывала. — Ты можешь себе представить реакцию мальчиков, которые никогда не были рядом с вейлой. Ну, Гарри принял это за дурной тон и вылил сок им на колени, чтобы охладить их. Себастьян усмехнулся и слегка нахмурился. — Похоже, он действительно обладает удивительной сопротивляемостью к вашему шарму. Я заметил, что ему приходится сопротивляться, только когда ты и наши дочери были вместе. Аполлин кивнула. — Я не понимаю этого. Любой другой мальчик в его возрасте разлетелся бы на куски. Ты думаешь, его не интересуют девочки? Себастьян пожал плечами. — Я не думаю, что дело в этом. Если бы это было правдой, он бы даже не задумывался. Это может быть природная сопротивляемость, или он может практиковать искусство разума, хотя это не объясняет почти ничего. Полагаю, это одна из тех самых загадок. — Это положительно сказалось на Флёр. Иметь кого-то ещё, с кем можно поговорить, для неё как глоток свежего воздуха. Даже для меня приятно поговорить с молодым человеком, который не пялится на тебя. — Это не имеет ничего общего с тем, что ты вейла. Это твоя красота заставляет нас, простых смертных, пускать слюни, — проворчал Себастьян. Аполлин потрепала его по плечу, покраснев. — Прекрати, глупый человек. Нам пора уходить. Себастьян надулся, забирая свой пиджак. У него было предчувствие, что сегодняшний вечер окажется весьма интересным.***
Приняв душ и одевшись во что-то, что он считал подходящим для мероприятия, на котором впервые присутствовал, Гарри подошёл к карете в назначенное время, дверь открылась прежде, чем он успел постучать, и из неё вышли Делакуры. — А, `Арри, ты как раз вовремя, — весело поприветствовал его Себастьян. — Как ты себя чувствуешь после сегодняшнего дня? Устал? — Я уже в порядке, — честно ответил Гарри. Тридцатиминутный сон и преимущества одного из его ритуалов позаботились об этом. — Я доволен, — ответил Себастьян, — и снова ты проделал очень хорошую работу. — Спасибо. — Привет, `Арри, — застенчиво сказала Габриель, слегка покраснев. — Габби, щенячий взгляд теперь на него не подействует, — вздохнула Аполлин. — Он уже видел твой буйный характер. — Он ещё ничего не видел, — фыркнула Флёр, когда младшая девочка нахмурилась, глядя на мать. Гарри не смог скрыть ухмылку. Маленькая вейла застала его врасплох, когда они впервые встретились. Шарм их троих было достаточно сложно выдержать, не говоря уже о том, когда она бросилась к нему в объятия. Он поклялся внимательно следить за ней. — Я узнаю неприятности, когда вижу их, — прокомментировал он, пристально глядя на девушку, которая мило улыбнулась ему. — Ты должен быть осведомлён об этом рядом с ними, `Арри. Они притворяются невинными и очаровательными, а потом в тебя бросают огненный шар. Флёр сузила глаза, смотря на отца, а Габриель хихикнула. — Это случилось только однажды, Себастьян, — надулась Аполлин. — Ты пропустил нашу годовщину. А я была беременна этим ребёнком. Ты не можешь вечно укорять этим меня. — Ах, моя прекрасная жена, это единственное, что я имею против тебя. После двадцати лет брака ты была идеальна, если не считать того случая с перьями. Я сразу же простил тебя за это. Аполлин подняла бровь, а мистер Делакур усмехнулся. — Заткнись, Себастьян, — пробормотала она, её щеки покраснели. — Я заплачу за это позже, `Арри. Моя жена очень похожа на моих дочерей. Последнее слово никогда не останется за тобой, — прошептал он. Аполлин посмотрела на мужа, когда они вышли за ворота. — Куда это мы направляемся? — спросил Гарри. — Это маленькое местечко под названием «У Эрнеста». Они готовят фантастическую итальянскую еду, — ответил Себастьян. — Тот, что возле Флориана? Себастьян кивнул, а затем покачал головой, когда мальчик исчез с лёгким хлопком. — Он только что аппарировал? — спросила Флёр. — Думаю, да, — вздохнул её отец, взяв на руки младшую дочь, и исчез, а вскоре за ним последовали Флёр и его жена. Они появились на небольшом расстоянии от Гарри, который, насколько было видно, был цел и невредим. — Меня не должно удивлять, что ты уже можешь это делать. Не боишься, что тебя оштрафуют? — Они не могут отследить это или не пытаются, — ответил Гарри, пожав плечами. — Нет, из того, что я видел до сих пор, кажется, что здесь много чему не уделяют должного внимания. Не комментируя это, он провёл их в ресторан, где их встретил хозяин в маггловском костюме. Эффект, произведенный на него тремя вейлами, был мгновенным, так как он остолбенел, и Себастьян щёлкнул пальцами перед его глазами, чтобы вывести его из ступора. — Не могли бы вы позвать Эрнеста, пожалуйста? — вежливо попросил он. Мужчина кивнул и пошёл прочь, натолкнувшись при этом на нескольких гостей. — Это, наверное, очень раздражает, — вклинился Гарри. — Как ни странно, к этому привыкаешь, — ответил Себастьян. — Быть женатым на вейле — это прекрасно, `Арри, но приходится делать исключения и поправки. И каждое из них того стоит, — добавил он своей жене, которая благодарно улыбнулась ему. — А, Себастьян, рад тебя видеть, друг мой, — пышно поприветствовал его пожилой джентльмен и поцеловал в обе щеки. — Ваша комната готова, я сейчас отведу вас. — Спасибо, Эрнесто. Как поживает твоя жена? — Очень толстая заноза в моем боку, Себастьян. Мне не следовало жениться на ней после того, как я познакомился с её матерью. Она тоже была толстой и тоже доставляла мне хлопоты. Не все мы можем быть такими удачливыми, как ты. Себастьян рассмеялся, садясь на предложенный стул в выделенной им отдельной комнате. — Прошу прощения за более интимную обстановку, `Арри. Они втроём там вызвали бы настоящий переполох. Аполлин выглядела почти смущённой, но Гарри легко отмахнулся от неё. — Это не проблема. Я предпочитаю тишину, а если люди не могут себя контролировать, то это их проблемы. — Я согласен, — заявил Себастьян, одной рукой открывая свое меню, а другой сжимая руку жены. — А почему на тебя они так не влияют, `Арри? — с любопытством спросил он. — Сначала я не знал, что это такое, когда впервые оказался рядом с Флёр. Я просто отмахнулся от этого. Сложнее делать это со всеми тремя, но я справляюсь. — Это совершенно необыкновенно, — похвалил Себастьян. — Ты никогда раньше не сталкивался с вейлами? Гарри покачал головой. — Я не знал, что я волшебник, пока мне не исполнилось семь лет, и жил в маггловском мире, пока не поступил в Хогвартс на первый курс. Я даже не знаю, есть ли они у нас здесь. Себастьян был удивлен ответом. — Значит, ты не знал, что ты волшебник. Как ты узнал? Твоя семья рассказала тебе? Выражение лица Гарри ненадолго потемнело, а затем снова изменилось, что не осталось незамеченным мужчиной. — Я узнал, что я волшебник, когда аппарировал подальше от неприятностей, — коротко ответил он. Как бы ему ни хотелось, Себастьян не стал настаивать на большем. Это явно не было счастливым воспоминанием. — А потом ты пришел в `Огвартс и стал усердно учиться? Гарри кивнул. — Как бы скучно это ни было, но это почти всё, — ответил он, просматривая своё меню. Себастьян кивнул, хотя и не был полностью убеждён. Не то чтобы он не должен был убедиться, но Гарри был осторожен и оберегал все свои секреты. — Эрнесто, я возьму равиоли, — сказал Себастьян. — Я тоже, — добавила Флёр. — Я возьму ризотто, — попросила Аполлин. — Габриэль? — Я хочу пиццу! — А для вас, молодой человек? — спросил Эрнесто у Гарри. — Лазанью, пожалуйста, — сказал Гарри после небольшой паузы. — Отлично, скоро всё будет готово, — сообщил им отец Гарри, прежде чем уйти. — Итак, `Арри, что ты планируешь делать после окончания `Огвартса? — спросил Себастьян. — Я думаю о том, чтобы какое-то время поработать дуэлянтом, но пока не уверен. Может быть, поработать боевым магом. — Респектабельная профессия, — размышлял вслух Себастьян. — А ты, Флёр? — спросил Гарри. — Я бы хотела стать разрушительницей проклятий или чароплётом, — ответила она. Гарри кивнул. И то, и другое было труднодостижимо, но она уже доказала свои способности в чарах. — У тебя не должно быть проблем ни с тем, ни с другим. — Спасибо, `Арри, — с улыбкой ответила девушка. — Ты планируешь заняться политикой? — продолжал допытываться Себастьян. — Семья Поттеров довольно влиятельна, нет? — Не знаю, — честно ответил Гарри. — Я ничего не знаю об истории своей семьи. Я последний из них, и мои родители ушли прежде, чем я смог что-то узнать. — Прости меня, я думал, что другие твои родственники рассказали бы тебе или, по крайней мере, кто-то близкий к твоей семье. — Единственный человек, который может что-то знать, — это Сириус, я полагаю. Мне придется спросить у него. — Сириус Блэк? — спросила Флёр. — Человек, который… — Который является моим крёстным отцом, — перебил Гарри. — Значит, это был не он? Гарри покачал головой. — Нет, но я знаю, кто это был. Когда-нибудь я верну должок. К счастью, прежде чем эта тема стала предметом дальнейшего обсуждения, появился Эрнесто с едой и кувшином воды. Несколько мгновений группа молча ела, прежде чем Габриель заговорила: — Разве ты не живешь в замке, `Арри? Гарри рассмеялся, покачав головой. — Нет, сейчас у меня даже нет своего дома. — Он живет в отелях, когда не в школе, — неодобрительно добавила Флёр. — Это ненадолго. Я собираюсь купить дом на Рождество, — ответил Гарри. — Надеюсь, я найду его и смогу подготовить к лету. — Хорошо. Так жить небезопасно. Себастьян спрятал ухмылку, наблюдая за дочерью. Было приятно видеть, что она общается с кем-то близкого возраста, что редко случалось. Быть вейлой действительно было трудно в период взросления. Он не понимал этого до тех пор, пока Флёр не вернулась на Рождество на третьем курсе. Видя, что его дочь так расстроена, он почувствовал себя беспомощным. — Значит, ты не боролся с вампирами? — грустно спросила Габриель. Гарри пожалел её и улыбнулся. — С вампирами — нет, но у оборотней, драконов и дементоров нет ни единого шанса. — Дементоров? — Очень ужасные существа, которые охраняют Азкабан, — объяснил Гарри. — Они могут высосать твою душу. Глаза Габриель испуганно расширились. — Ты можешь вызвать патронус? — Флёр взволнованно вмешалась. — Можешь показать? — Почти, — ответил Гарри, сжимая в руках свою палочку. — Expecto Patronum, — прошептал он. Из его палочки вырвался ослепительный свет, заставивший всех присутствующих в комнате прикрыть глаза. Через мгновение он прекратил заклинание и пожал плечами. — Даже такой щит — это прекрасно, — похвалила Флёр. — Я ещё не начала практиковаться, но после турнира начну. Но если ты не можешь создать щит, как же ты будешь бороться с дементорами? — У меня есть другое заклинание. Я не буду произносить его здесь, потому что оно не очень приятное. Оно копирует ощущения, которые может вызвать дементор, и работает как своеобразный блокиратор. Флёр нахмурилась, а Себастьян покачал головой. Для создания патронуса нужна абсолютная радость и счастье, чего Гарри явно не хватало. То, что он описал, должно было подпитываться мучениями и страданиями, а их у него было в избытке. — Я хотел бы поблагодарить тебя за то, что ты присоединился к нам, `Арри, и ещё раз поздравить с сегодняшним днём. Вы оба были великолепны.***
— Что тебя беспокоит, Себастьян? Ты уже несколько часов ворочаешься и ворочаешься. — Я сделаю одно предположение, — проворчал мужчина. Аполлин вздохнула. — Я не думаю, что он хочет, чтобы ему помогли. По-своему он счастлив или, по крайней мере, думает, что счастлив. — Я не могу это так оставить. То заклинание, которое он описал… — Я знаю, — утешила Аполлин. — Чтобы сотворить такое, нужно много негатива. — Как же мальчик оказался в таком состоянии? Наверняка, раз Блэк был в тюрьме, мог бы найтись кто-то другой, кто бы его приютил. — Ну, его отдали родственникам. Что ещё можно было сделать? — Его должны были проверить. Любому идиоту понятно, что у него была несчастливая жизнь. — Он не ты, Себастьян. Ты прошел через то, что прошёл, но с ним всё по-другому. Он сумел спастись каким-то образом. — Я знаю, но мне всё равно это не нравится. Что, чёрт возьми, они с ним сделали? Аполлин надулась. — Он не поблагодарит тебя за вмешательство. — Нет, не поблагодарит, — вздохнул Себастьян. — Я буду уважать его личную жизнь. — Хорошо. Несмотря на всё это, он хороший мальчик. Я благодарна ему за Флёр, что у нее есть с кем поговорить, пока она здесь. Она уже сказала ему, что напишет, когда всё закончится. — Я рад. Слишком долго у неё не было никого своего возраста не из семьи, с кем можно было бы поговорить. — Нет, но это проклятие — быть одним из нас. Гарри и Флёр так же одиноки. Себастьян мог только кивнуть, игнорируя желание расследовать обстоятельства жизни мальчика дальше.
Примечания:
Дальше больше.
