Глава 12: Дуэли: Часть 2
6 марта 2022 г., 11:10
Примечания:
Правки и ляпы в ПБ.
Гарри наблюдал, как Флёр с лёгкостью расправилась со студентом Дурмстранга, причём за мальчиком пришлось ухаживать мадам Помфри из-за различных травм, которые он получил. Сойдя с платформы, она бросила на него пустой взгляд, а затем резко отвернулась и пошла прочь.
— Чёрт возьми, это было жестоко, — воскликнул Терри.
— Так и было, — согласился Гарри. — Огненные чары были не нужны.
В предварительных раундах она была гораздо более сдержанной, но теперь, похоже, не сдерживалась и заявила о себе на групповом этапе.
Гарри предстояло сразиться с Виктором Крамом, Ли Джорданом из Гриффиндора и Кассиусом Уоррингтоном из Слизерина. Ему ещё не приходилось видеть дуэли Крама, но Уоррингтон и Джордан доказали свою состоятельность предыдущими выступлениями.
— Я не об этом, — хмыкнул Терри, — я имел в виду её взгляд. Что случилось?
У Гарри не было ответа на этот вопрос, и он пожал плечами. Он не разговаривал с ней с того самого утра, когда «Ежедневный пророк» напечатал опровержение.
— Ты не думаешь, что проблема в этом? — вмешался Том.
— Мы же с ней договорились.
— Нет, ты не дал ей права выбора в этом вопросе.
— Просто оставь это как есть.
Он старался не думать о девушке, пытался отодвинуть её на задворки своего сознания, чтобы сосредоточиться на том, что требовало его внимания. Том, конечно, не помогал, когда Гарри оступался, и голос внутри его сознания указывал, что думает о нем.
Это было трудно не делать. Ночь, которую они провели у озера, он не мог забыть и знал, что какая-то его часть не хочет забывать. Том тоже это знал, и это стало предметом жарких споров между ними. Том спрашивал, почему он отказывался позволить себе немного счастья, а Гарри настаивал на том, что это было ошибкой, что они позволили этому случиться. Том не хотел принимать этот ответ, и Гарри не стал больше обсуждать эту тему.
— Как, по-твоему, ты справишься? — спросил Гарри.
— Я буду в порядке. В своих первых матчах они выглядели неважно, — ответил Терри.
Его поставили в группу с двумя студентками Шармбатона и Дином Томасом из Гриффиндора. По мнению Гарри, у Терри была одна из самых лёгких групп.
— Не зазнавайся, Терри. Если ты не продвинешься вперёд, я никогда не перестану тебе об этом напоминать, — предупредил он.
— Я использую это как стимул, — ответил Терри, когда объявили его имя для поединка с гриффиндорцем четвёртого курса.
Он начал поединок, наколдовав стаю жёлтых птиц, которые полетели в сторону его противника. Чего он надеялся этим добиться, Гарри не знал. Тем не менее они были уничтожены огненным шаром Томаса, который в ответ применил обезоруживающие чары и довольно впечатляющее взрывное проклятие, пробившее наспех сооружённый щит Терри.
Гарри благодарно кивнул, оценив усилия гриффиндорца.
Не успокоившись, Терри ответил оглушающим заклинанием со сглазом, которого Томас не заметил. Уклонившись от первого удара, он получил второй, а после и ударяющее заклинание, которое попало ему между ног. Инстинктивно тот выронил свою палочку, и Терри вызвал её, прежде чем броситься к нему, чтобы извиниться.
Удивительно, но Томас воспринял это спокойно и даже рассмеялся, отмахнувшись от извинений. Конечно, могло быть хуже, чем удар в пах. Терри мог использовать огненное заклинание, и тогда разговор не был бы таким дружеским.
— Серьезно, Терри? — спросил Гарри, подняв бровь.
— Это не было намеренно, — защищался Терри. — Я целился в его колено.
— Тогда тебе лучше поработать над прицеливанием, — сухо ответил Гарри.
Терри покачал головой, и Гарри снова переключил своё внимание на продолжающиеся дуэли. К счастью, в этот раз ему не пришлось бы так долго ждать, поскольку число участников сократилось вдвое.
Спустя ещё два поединка с довольно слабым выступлением его вызвали на поединок против Уоррингтона, семикурсника Слизерина.
Мальчик бросил на него взгляд, когда он занял свою позицию, и сразу же послал в его сторону пару режущих проклятий, как только началась дуэль. Гарри перепрыгнул через них и отмахнулся от того, что могло бы стать очень болезненным обжигающим проклятием, которое было направлено на него, когда Поттер находился в воздухе.
Приземлившись на ноги, он взмахнул палочкой и послал поток воды в сторону своего противника, который поднял щит, отклоняя значительный поток в обе стороны. Гарри предвидел это и сфокусировался на вытесненной воде, превратив её в огромного голема, который образовался позади Уоррингтона.
Запаниковав, мальчик ударил по нему взрывным проклятием и облегчённо вздохнул, когда конструкция рассеялась на капли, унесённые январским ветерком, или так он думал.
Взмахнув палочкой, Гарри заморозил воду, а другой взмах превратил маленькие ледяные шарики в шипы, и направил их в спину Уорингтону, который снова обратил на него внимание, самодовольная ухмылка украшала его черты в свете очевидного успеха.
Ухмылка превратилась в шок, а затем в крик боли, когда он упал вперед с несколькими снарядами, торчащими из спины. Ни один из них не причинил ему серьезного вреда, но несколько дней, пока он будет восстанавливаться, не будут для него приятными.
— ПОБЕДИТЕЛЬ ПОТТЕР, — объявила Максим, качая головой в сторону Гарри, когда тот покинул платформу и вернулся к Терри.
— Ты просто ужасен, ты ведь знаешь это, да?
Гарри фыркнул.
— Не волнуйся, Терри. Если я столкнусь с тобой, я буду целиться в другое место. Тебе лучше надеяться, что моя рука будет более точной, чем твоя.
Терри побледнел и ничего не сказал.
Он не хотел даже думать о перспективе встретиться с Гарри на дуэли, хотя знал, что Гарри не причинит ему вреда, ну, он надеялся на это.
***
— Ты собираешься рассказать нам, что это было? — спросила Мари, наблюдая, как Флёр расправилась со своим противником необычайно жестоким способом. — Я здесь, чтобы победить. В прошлый раз я слишком много сдерживалась. — А тот холодный взгляд, который ты бросила на Гарри? — Я ничего такого не делала, — отрицала Флёр. — Так и было, и ты была в плохом настроении с тех пор, как вернулась. Что произошло между вами двумя? — спросила Фая. — Ничего. Он сказал, что плохая идея, чтобы нас видели вместе после статьи, вот и всё. — И ты была не против? — Конечно, почему бы и нет? Мари и Фая обменялись знающим взглядом, и первая покачала головой. — О, так ты не будешь возражать, если я пойду и поговорю с ним? — спросила Фая, вставая. Она вернулась на свое место, когда получила такой же взгляд, как Гарри. — Ты будешь держаться от него подальше. — Флёр, если ты не поговоришь с нами, как мы сможем тебе помочь? — Мари почти умоляла. — Ты ничего не сможешь сделать. Гарри уже всё решил. — Ну, мне это уже надоело. Или ты расскажешь нам, что случилось, или я спрошу у него. Флёр сглотнула и покачала головой, зная, что Фая выполнит свою угрозу. Поскольку Гарри больше не разговаривал с ней и вряд ли будет разговаривать, она не видела причин держать пару в неведении относительно того, что произошло. Она огляделась по сторонам, чтобы убедиться, что их не подслушали, и только после этого заговорила тихим голосом: — То, что было напечатано в статье, это не всё. Когда мы закончили танцевать, Гарри проводил меня обратно к карете, и я поцеловала его. Глаза Фаи комично расширились, а Мари усмехнулась. — Я знала, что он тебе нравится, — заявила последняя. — Нет, — начала отрицать Флёр. — Тогда почему ты его поцеловала? Флёр пожала плечами. — Я не знаю. Наверное, всё было так, как сказал Гарри. Мы просто потеряли себя в этот момент. — И он поцеловал тебя в ответ? — надавила Фая. Флёр кивнула. — Да, а потом Гарри ушёл. Он ушёл, и я не видела его, пока он не сказал, что не хочет больше, чтобы нас видели вместе. — В этом должно быть что-то больше, — вмешалась Фая. — Очевидно, что вы оба нравитесь друг другу, не отрицай этого, — добавила она, предотвращая любой протест, — почему он так поступил? — Может быть, он не хочет видеть рядом вейлу, — угрюмо ответила Флёр, — не то чтобы это куда-то привело. Мы вернёмся во Францию, а он останется здесь. — Ничего себе, и конечно ничего не меняет тот факт, что мы можем оказаться в другой стране меньше, чем за несколько секунд, — саркастически хмыкнула Фая. — Ему всего четырнадцать. — То, что не будет иметь значения уже через несколько лет, — заметила Мари. Флёр невольно хихикнула. — Моя бабушка говорила то же самое, — пояснила она. — Флёр, я не эксперт, но разве тебе не будет трудно встретить кого-то вроде него? Я имею в виду не Гарри Поттера, а кого-то, кто сможет полюбить тебя ради тебя самой, — мягко спросила Мари. Флёр могла только пожать плечами. Какое это имело значение, когда он уже показал, что она его не интересует? Он отверг её, и ей нужно было двигаться дальше, хотя это было трудно. Её бабушка была права, когда говорила о том, что её род может очень сильно сблизиться с кем-то за короткий промежуток времени. Она не обращала на это внимания, но это началось в ту самую ночь, когда она приехала, в чем ей было трудно признаться самой себе. По какой-то причине её тянуло к нему, как мотылька к огню, и её тревожило то, как много она думала о нём и о том, что он делает, а ещё больше о том, почему Гарри отверг её. Она не понимала этого. Если он сожалел, она могла принять это, но она, по крайней мере, заслуживала того, чтобы услышать это от него, о чём она до сих пор отказывалась говорить. Услышав это, Флёр погасила бы ту маленькую надежду, которая у неё была, что Гарри вернется за ней. В минуты слабости она представляла, как он найдет её и признает, что был не прав, что совершил ошибку. Такие моменты случались чаще, чем ей хотелось бы, и она подавляла их изо всех сил. Флёр не хотела оплакивать случившееся, какими бы хорошими ни были воспоминания. Даже воспоминания о тех случаях, когда они сталкивались друг с другом, приносили ей утешение, которое она пыталась отбросить. — Это действительно больше не имеет значения, — пробормотала она. — Ты всегда можешь поговорить с ним, — предложила Фая. — Заставить его слушать тебя так, как ты заставляешь слушать всех остальных. — Я этого не делаю, — горячо ответила Флер, наблюдая за тем, как Гарри выходил на помост для дуэли. — Нет, делаешь, — ответила Фая. — Где твой дух вейлы? Ты всегда добивалась того, чего хотела, почему сейчас нет? — Потому что раньше я никогда не хотела кого-то, кому я не нравлюсь, — честно ответила она. Фая сочувственно улыбнулась ей, когда воздух огласил крик. Гарри быстро расправился со своим противником и покинул платформу, даже не удостоив её взглядом, как и она его.***
В мутной глубине озера мало что можно было разглядеть. Хотя солнце ещё не взошло, отсутствие света с поверхности не имело особого значения. Здесь было темно, и так будет всегда. Гарри наколдовал яркий шар света, от которого близлежащий косяк рыб разбежался в панике от его вторжения. Со слегка улучшенным зрением он поплыл дальше в бездну, его чувства были в состоянии повышенной готовности. Он не знал, какие существа скрывались здесь. Конечно, он знал о гигантском кальмаре и, судя по зарослям травы под ним, мог предположить, что здесь водятся и гриндилоу. Он помнил, что узнал о них от Ремуса в прошлом году, и озеро было идеальной средой обитания для этих хитрых маленьких зверьков. Что ещё можно было найти, кроме них и морского народа, Гарри не мог сказать наверняка. Просто узнать, что они существуют не только в маггловских фильмах и литературе, было довольно неожиданно.Флэшбэк
Гарри прекратил свой поток огня, глядя на яйцо, которое оказалось нетронутым, как будто не оно было причиной его раздражения. Уже несколько часов он пытался расшифровать находящуюся в нём подсказку, но так ничего и не добился, и единственным результатом этого стал пронзительный визг, который обеспечил ему головную боль. Наконец, сдавшись, он выбросил яйцо в воду и сделал несколько успокаивающих вдохов, раздражаясь на себя за то, что позволил чему-то столь безобидному так его раздражать. Издевательский смех Тома не помогал. — Ты даже не представляешь, насколько ты близок к разгадке. Хотя я не одобряю того, что неодушевленный предмет так провоцирует тебя, ты наконец-то на правильном пути. Гарри проигнорировал голос и сузил глаза. Он испробовал всё, что мог придумать. Он сжёг его, взорвал и наложил на него все переводные чары, какие только мог придумать, но яйцо продолжало кричать, как банши, хотя это были не его звуки. Это он понял ещё в самом начале процесса. — Выбросив его? Том молчал, как и в любой другой раз, когда Гарри пытался его расспросить. Вздохнув, он подошёл к озеру, накладывая на себя заклинание головного пузыря. Не стоит терять яйцо до того, как он решит поставленную перед ним задачу. К счастью, вода была спокойной, так что, скорее всего, его не унесло далеко. Он погрузился на мелководье и нахмурился, когда неподалеку послышался неожиданный звук. Гарри, конечно, не был знатоком озёр, но даже он знал, что пение не было обычным явлением здесь. Он поплыл, следуя за жутко красивыми голосами, пока не наткнулся на яйцо, лежащее в ложе из мелких камней, открытое и издающее песню. Он вслушался в слова, которые не имели для него смысла. Ищи, где наши голоса звучать могли бы, Но не на суше — тут мы немы, словно рыбы. Ищи и знай, что мы сумели то забрать, О чём ты будешь очень сильно горевать. Ищи быстрей — лишь час тебе на розыск дали На возвращение того, что мы украли. Ищи и помни, отправляясь в этот путь, Есть только час, потом пропажи не вернуть. Он прослушал подсказку полностью несколько раз, чтобы запомнить стих, а затем взял яйцо и поплыл обратно к берегу. — Они заберут то, чего мне будет очень не хватать? Чертовски маловероятно, — ворчал он. — Всё, чего мне будет не хватать, я всегда держу при себе. — Это может быть символично. Гарри покачал головой. — Нет. Они что-то заберут, и у меня будет час, чтобы это найти. Поскольку эта штука открывается только в воде, я полагаю, они поместят это в озеро, — размышлял он вслух. — Это единственное место в Хогвартсе, достаточно большое для проведения задания и с достаточным количеством воды. — Я согласен. — Вопрос только в том, кому принадлежит этот голос?Конец флэшбека
И снова Том не дал ответа, и Гарри был предоставлен самому себе, чтобы выяснить происхождение голоса, что заняло всего несколько минут: он просмотрел свой экземпляр «Истории Хогвартса» и прочитал раздел об озере. Хотя отрывок был не слишком информативен, в нём упоминалось, что там обитает колония морского народа, и для подтверждения его подозрений было достаточно сопоставить этот кусочек информации с книгой о водных существах в библиотеке. Таким образом, он стал исследовать глубины, чтобы ознакомиться с водоёмом и найти место поселения этих существ. Полагая, что в самой глубокой части озера он, скорее всего, найдет то, что искал, он плыл дальше, держась достаточно высоко над водорослями, чтобы спрятавшиеся там гриндилоу не смогли застать его врасплох или устроить засаду. В течение нескольких минут всё оставалось спокойно, лишь изредка в его пространство вторгались рыбы, любопытство которых брало верх, когда они осторожно приближались к нему, а потом их отпугивала одна из его машущих конечностей. Всё было до странности спокойно, хотя Гарри не мог отделаться от мысли, что за ним наблюдает множество пар глаз. Это было вполне вероятно, и он не терял бдительности. То, что он не мог видеть дальше, чем на несколько футов перед собой, не означало, что то, что обитало здесь, не могло видеть его. Здесь, внизу, он находился в невыгодном положении, и Гарри это прекрасно понимал. Почувствовав, что что-то задело его ногу, он резко повернулся, подняв палочку, и обнаружил, что вокруг царила кромешная тьма. Чувствуя себя ещё более неуютно, Поттер наколдовал ещё несколько световых шаров, надеясь, что это отпугнёт остальных существ. Похоже, это возымело желаемый эффект, и он спустился глубже, не встретив больше никаких посторонних. Только когда Гарри наткнулся на деревню, он понял, как далеко зашёл. Однако его прибытие не осталось незамеченным. Перед каменной аркой парила дюжина представителей морского народа, сжимавших в руках трезубцы и следивших за его передвижениями. Они, конечно, были далеко не такими, какими их изображали маглы. Их кожа была зелёной, глаза — дикими и жёлтыми, а чешуйчатые хвосты тянулись за ними по течению. Он держался на почтительном расстоянии и несколько мгновений наблюдал за ними, прежде чем вернуться к поверхности. Гарри не знал, какой приём он получит от них во время выполнения задания, но, похоже, они не очень приветливы к чужакам. — Я бы проявлял осторожность на протяжении всего задания. В озере есть существа, которые могут заинтересоваться тобой не только из любопытства. Гарри мог только кивнуть, когда всплыл на поверхность и взмахом палочки удалил свой пузырь. С этим тоже придётся разобраться. Хотя пузырь и был полезен для мирного плавания, он вряд ли смог бы пережить конфликт. Парень не собирался рисковать утонуть из-за того, что решил использовать некачественные чары. Пока он плавал в озере, взошло солнце, но, как он и предполагал, это никак не повлияло на видимость, и Поттер сомневался, что что-то могло бы повлиять на видимость, кроме наколдованного света, который он сам использовал. Какой подход избрали другие чемпионы, он не знал и не интересовался, но, увидев, что ждёт его, ему нужно было поразмыслить над собственными дальнейшими действиями. Впрочем, это было в другой день. Сегодня ему ещё предстояли дуэли, ведь накануне он встречался только с Уоррингтоном, и именно на этом ему нужно было сосредоточиться. С этими мыслями он выплыл на берег и вернулся в замок, чтобы подготовиться. Гарри знал, что Ли Джордан, скорее всего, будет использовать сглазы во время их поединка — время, проведенное с Фредом и Джорджем за эти годы, дало ему много знаний по этому вопросу. Поскольку Уоррингтона отправили в Больничное крыло, его дуэль с Крамом была отложена, и он пропустил момент, когда болгарин и Джордан скрестили палочки. По словам Терри, гриффиндорец оказал достойное сопротивление, но в конце концов был подавлен мощным натиском проклятий, а его щит разрушился под действием особенно сильного взрывного заклинания. Это не волновало Гарри. Щит всегда использовался в крайнем случае, и он был уверен, что его скорость сведёт на нет необходимость поднимать щит. Как к этому приспособится Крам, парень не знал. Приняв душ и одевшись, он вышел из своей комнаты, чтобы встретиться с Терри в гостиной, — у того была ещё одна дуэль, которую он должен был завершить сегодня, победив одного из студентов Шармбатона в напряжённом поединке после победы над Дином Томасом. — Ты готов к Краму? — спросил Терри, когда они направились к стадиону для квиддича. — Если он умеет дуэлировать хоть наполовину так же хорошо, как летать, будет интересно, — ответил Гарри, пожав плечами. — Он неплох, — предложил Терри. — Я не думаю, что он победит тебя, но ты можешь быть уверен, что Каркаров сделает всё возможное, чтобы убедиться в его победе. Гарри кивнул, нахмурившись. Его не удивило бы, если бы Каркаров принял оборотное зелье и выдал себя за чемпиона Дурмстранга, чтобы это произошло. Дуэт прибыл одним из первых и занял свои места на трибуне. Медленно, но верно в течение следующего часа остальные места вокруг них заполнились, и событие началось. — У Малфоя получается лучше, чем я думал, — хмыкнул Терри, наблюдая за тем, как четверокурсник Слизерина одолевает студента Дурмстранга. — Полагаю, сын Пожирателя смерти с бесконечным количеством денег должен что-то да уметь, — фыркнул Гарри, когда Драко, размахивая руками, вернулся на своё место. Он отнюдь не был превосходным дуэлянтом, но пока что держался уверенно и побеждал. — Я всё ещё надеюсь, что он выйдет против тебя. Тогда он не будет таким самодовольным. Гарри тоже на это надеялся. В его жизни не было времени на фанатиков. Он с удовольствием воспользовался бы возможностью сбить с мальчишки всю спесь и даже втереть ему в лицо тот факт, что это сделал полукровка. Не то чтобы это имело большое значение. Том тоже был полукровкой, как и Дамблдор, и, несмотря на любые личные чувства к этим двоим, нельзя отрицать, что они были выше большинства, когда дело касалось магической силы и способностей. — Далее у нас Ли Джордан из Хогвартса сразится с Гарри Поттером, тоже из Хогвартса, — объявил профессор Флитвик. — Держу пари, что это продлится меньше минуты, — предсказал Терри. Гарри проигнорировал его и подошёл к помосту, его противник выглядел довольно нервным, но тем не менее улыбнулся и поклонился. Гарри ответил тем же, заняв свою позицию. Как и ожидалось, Джордан начал с залпа сглазов, которые, возможно, застали бы его врасплох, не будь они такими элементарными заклинаниями. Его техника и форма были очень хороши, но репертуара не хватало, как и знаний заклинаний, более полезных для дуэли. Он отбил заклинание роста волос и запустил свой сглаз. Джордан, не распознав заклинание, воздвиг щит, и его глаза расширились, когда он рухнул, а в него, прежде чем успел отреагировать, ударили ещё три. Его волосы удлинились, закрыв глаза, и стали оранжевыми, а ноги выросли на несколько размеров. Будучи не в состоянии видеть и неустойчиво держась на своих ногах, Ли споткнулся и оказался распростёртым на полу; через несколько секунд он потерял свою палочку, когда на него наложили обезоруживающие чары. — ПОБЕДИТЕЛЬ ПОТТЕР, — объявил Флитвик. Будучи хорошим человеком, Гарри подошёл к упавшему противнику и снял сглазы, прежде чем помочь ему встать на ноги. — В запретной секции есть книга под названием «101 заклинание для дуэли». Избегай использования сглазов и выучи некоторые из них. У тебя очень хорошая техника и движения ног, — сказал он, протягивая руку. Джордан пожал её и кивнул. — Спасибо, что не проткнул меня льдом, — усмехнулся он в ответ. — Я поспорил с близнецами, что ты выиграешь. Не стой мне десяти галеонов. Гарри просто покачал головой, уходя и снова присоединяясь к Терри, который похлопал его по плечу. — Итак, сколько ты поставил на меня? — спросил он. Терри покраснел от этого вопроса, но знал, что лучше не отрицать. — Двадцать галеонов, — пробормотал он. — Я могу проиграть специально, чтобы научить тебя не играть в азартные игры. — Ты бы этого не сделал. — Нет, не сделал, — согласился Гарри. Дуэли продолжалась, Гарри с нетерпением наблюдал за ними. Уровень поединка был не таким, к какому он привык за время своих походов в «Каргу» летними вечерами, но потенциал был налицо. Флёр снова доказала, что у нее большой потенциал. В очередной раз её дуэль была быстрой, безжалостной и не оставляла сомнений в том, что она представляет угрозу для всех, с кем может скрестить палочки. Для Гарри это было всё равно, что наблюдать за совершенно другой ведьмой, нежели той, которую он видел в первых раундах. Он не ожидал увидеть её с другой стороны. Как будто Флёр нужно было что-то доказать, и она делала это за счёт тех, кто был перед ней. В каком-то смысле он полагал, что так оно и есть. В конце концов, она была чемпионкой турнира, и доказать свою правоту всему миру — именно то, зачем она сюда приехала. — Она не сдерживается, да? — спросил Терри, покидая платформу. Гарри проигнорировал сжатие в груди, покачав головой. — Нет, не сдерживается, — согласился он. — Но ты всё ещё можешь выиграть. — Не против тебя, — возразила Терри. — Ты хоть знаешь, как выглядят твои выступления? Гарри фыркнул. — Достаточно одной ошибки, чтобы проиграть бой, Терри, а такие ошибки рано или поздно случаются с каждым, независимо от того, насколько хорошим является дуэлянт. Я могу даже проиграть кому-нибудь вроде Малфоя, если всё испорчу. — Ради Мерлина, не делай этого, — умолял другой мальчик. — Он станет ещё более невыносимым. Гарри усмехнулся. — А если ты окажешься с ним лицом к лицу? — Тогда я с радостью проиграю в следующем раунде, лишь бы сначала помериться с ним силами, — ответил Терри, его поведение было необычайно мрачным. Должно быть, Малфой действительно раздражал Бута, раз вызвал такую реакцию со стороны покладистого равенкловца. Гарри никогда не слышал из уст Терри ни одного негативного слова в адрес кого-либо другого. — Далее ФИЛИПП ЛОРАН из Шармбатона сразится с ТЕРРИ БУТОМ из Хогвартса, — объявила мадам Максим. Гарри зааплодировал вместе с остальной толпой, когда Терри занял свою позицию, чтобы сразиться с французским противником. До сих пор Терри выступал очень хорошо. Временами его работа с палочкой могла быть медленной, но у него были хорошие движения ног, и он обладал хорошей реакцией. Французский студент начал поединок со шквала разящих проклятий и подозрительно прицельного костедробительного, который просвистел мимо головы Терри. — ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ, Лоран, — хмуро объявил Снейп, второй судья. Не желая оставаться в проигрыше, Терри предложил ответ в виде сглаза, чтобы отвлечь внимание, а затем послал взрывное проклятие в сторону своего противника, который поднял щит, чтобы блокировать его. Пока он это делал, Терри намочил платформу вокруг ног представителя Шармбатона и заморозил её другим заклинанием, значительно ограничив движения француза. Гарри одобрительно кивнул, поняв, какой метод скрывался за этим действием. Как и ожидалось, Терри начал выпускать заклинание за заклинанием в своего противника, который попытался увернуться и потерял опору. Каким-то образом Лорану удалось прийти в себя, но ему пришлось отражать следующую цепь заклинаний, направленных в его сторону. С его позиции у него было два варианта: он мог либо рискнуть опустить щит и поскользнуться на льду, оставив себя уязвимым, либо так же отказаться от щита и рискнуть убрать лёд, что не оставило бы его в уязвимом положении. Единственное, чего он не мог сделать, — так это спрятаться за щитом. Лоран устал бы гораздо раньше, чем Терри, и его защита рано или поздно дала бы сбой. К несчастью для французского парня, он выбрал последнее из трёх вариантов и стал жертвой оглушающего заклинания, как только его щит упал. — ПОБЕДИТЕЛЬ БУТ, — объявила мадам Максим, не в силах скрыть разочарование, которое она почувствовала в своём ученике. Терри покинул помост под аплодисменты и вернулся на своё место. — Неплохо, — похвалил Гарри. — Идея со льдом была гениальной. — Возможно, я украл её у тебя, — бессовестно признался Терри. — Когда ты расправился с Уоррингтоном, я подумал, что именно это ты собирался сделать с водой, пока он не рассёк её щитом. Гарри покачал головой. — Я предполагал, что он это сделает. Если бы он этого не сделал, Уоррингтон бы промок, а я бы, скорее всего, заморозил его. Твоя идея была очень хороша. Ты поставил своего противника в такое положение, что любой его выбор был риском. Терри благодарно кивнул. — Что значит, ты предвидел, что сделает Уоррингтон? — спросил он, нахмурившись. — Дуэль — это как игра в шахматы. Насколько это возможно, ты хочешь быть на несколько ходов впереди того, с кем сталкиваешься. — Это звучит нелегко. — Это не так, но ты можешь получить представление о том, как кто-то будет реагировать на определенные ходы, основываясь на его позиции и сильных сторонах. Уоррингтон не собирался трансфигурировать воду, поэтому единственным вариантом был щит. Сила, стоящая за водой, означала, что поток будет перенаправлен, и я смогу использовать энергию для создания голема. Самой сложной частью моей работы было обратить вспять энергию, которая уносила воду, когда он взорвал её. Мне нужно было остановить её, а затем заставить изменить направление. Трансфигурация и чары были наименее сложной частью. Терри покачал головой. — Значит, ты знал, что он так отреагирует? — У меня были подозрения. Терри фыркнул. Он не думал о дуэли так глубоко и не рассматривал более широко, как Гарри. Но, опять же, Гарри серьезно относился ко всему, что делал, поэтому он не был удивлён. — СЛЕДУЮЩИМ БУДЕТ ВИКТОР КРАМ ИЗ ДУРМСТРАНГА ПРОТИВ ГАРРИ ПОТТЕРА ИЗ ХОГВАРТСА. Это объявление сделал Игорь Каркаров, произнеся имя Гарри с оттенком ненависти. Он был недоволен тем, что этот человек будет судить дуэль. Гарри, конечно, не доверял его беспристрастности, но он расслабился, когда Дамблдор вышел вперед в качестве второго судьи, казалось, одарив Верховного магистра Дурмстранга суровым взглядом. Каркаров, похоже, не был доволен тем, что Дамблдор настаивал на том, чтобы судить матч вместе с ним, но он не выразил никакого протеста, и Гарри подошёл к помосту, а толпа, как ни странно, притихла в предвкушении этого поединка. Это был первый раз, когда два чемпиона будут напрямую соперничать друг с другом, и атмосфера стала серьёзной, чтобы отразить это.***
— Как вы думаете, кто победит? — Невилл Лонгботтом спросил Гермиону. Девушка нервно поджала губы. Они с Виктором сблизились с тех пор, как он приехал, к её удивлению. Он не был сварливым или неприступным человеком, каким его считали люди. Он был по-тихому блестящим, решительно настроенным проложить себе путь в мире собственным трудом и добрым отношением вместе с ним. Однако она сомневалась, что он сможет победить Гарри. Судя по тому, как Поттер показал себя на первом задании и на дуэлях до сих пор, он был намного выше большинства в школе. У гриффиндорцев и равенкловцев было очень мало общих уроков. На первом и втором курсах — только уроки управлении метлы и астрономии, а на третьем — факультативы. Она знала, что Гарри блестяще разбирался в рунах и арифмантике, но никогда не знала, насколько сильно он разбирался в других предметах. Только после того, как она из любопытства расспросила об этом других профессоров.Флэшбэк
Наблюдая за магией, которую Гарри продемонстрировал во время встречи с драконом, она была в благоговении перед его способностями. Гермиона беспокоилась за мальчика, когда его имя вылетело из кубка, и даже подумала о том, чтобы предложить ему свою помощь. Гарри, однако, практически исчез с той ночи, и возможность сделать это так и не представилась. Размышления о магии, естественно, привели её в библиотеку в поисках ответов на многочисленные вопросы, но безрезультатно. Она не смогла найти ни одной книги, которая бы объяснила, что он сделал. Разочарованная, она обратилась к декану факультета, который всегда был источником знаний в области магии. Подойдя к двери кабинета, она постучала и получила приглашение войти. — Мисс Грейнджер, что я могу сделать для вас сегодня? — поприветствовала профессор МакГонагалл, жестом приглашая её присесть. — Простите за беспокойство, профессор, но у меня есть несколько вопросов о том, что Гарри делал во время задания. МакГонагалл одарила девушку редкой улыбкой. Она была любопытной девочкой, жаждущей знаний, что пожилая женщина, безусловно, могла уважать. Как она оказалась в её факультете, она не знала. — Что вы хотели бы узнать? — Что это было? — спросила Гермиона. — Ну, на этот вопрос сложно ответить, мисс Грейнджер. Мистер Поттер использовал комбинацию магии, в основном практические руны и элементальную магию. — Я так и думала, но у нас в библиотеке нет ни одной книги по элементальной магии. — И вы не найдете их в стенах школы. Элементальная магия очень опасна для практики. Она требует безупречного уровня контроля, и к ней не следует относиться легкомысленно. — И Гарри может её использовать? МакГонагалл кивнула и вздохнула. — Мистер Поттер показал себя исключительным волшебником, мисс Грейнджер. Есть те из нас, у кого есть потенциал быть гениальным, а есть те, кто может превзойти его и, казалось бы, сделать то, что мы считаем невозможным. За свою жизнь я встретила четырёх волшебников, обладающих таким талантом, и двое из них живут в этом замке. — Профессор Дамблдор и Гарри? — Да. — А кто были двое других? — Геллерт Гриндельвальд и Лорд Волдеморт, — мрачно ответила МакГонагалл. Глаза Гермионы расширились, и профессор подняла руку, чтобы предотвратить предстоящую реплику. — Только потому, что они не были хорошими людьми, уровень их гениальности нельзя отрицать. Нам повезло, что у нас есть равные, чтобы противостоять таким людям, как они, и мистер Поттер, несомненно, будет таким человеком в вашем поколении. — Я никогда не знала, что он так хорош. — Почему? Вы сосредоточены на своих собственных впечатляющих достижениях в учебе. Вы далеко пойдёте в этом мире, мисс Грейнджер, и добьётесь значительных успехов в любой карьере, которую выберете, в этом я не сомневаюсь. Мистер Поттер, вероятно, станет тем, кем является профессор Дамблдор. Люди будут обращаться к нему за решением своих проблем, возглавлять борьбу с возможными тёмными лордами и нести бремя, которое не должен нести. Уже сейчас его способности исключительно велики и будут только расти. Гермиона кивнула в знак согласия. Гарри Поттер был одним из первых имен, которые она услышала, попав в волшебный мир. — Я не так часто с ним встречалась. Мы разговариваем, и он разрешает мне пользоваться его совой, чтобы писать домой. Он всегда был добр ко мне. Гарри действительно так хорош? — За все годы преподавания я никогда не учила студента с таким даром к трансфигурации. До него этот титул принадлежал его отцу, который был таким же блестящим, но не таким сосредоточенным. Я уверена, что Джеймс Поттер, которого я знала, гордился бы тем, что его сын сбил его с пьедестала. — Каким он был, отец Гарри? МакГонагалл ухмыльнулась. — Джеймс Поттер был самой большой занозой Гриффиндора в течение первых шести лет его пребывания в этом замке. Он был настолько же исключительным учеником, насколько и шутником, но школа не стала прежней, когда он ушёл. Я очень надеялась, что однажды он примет мое предложение об ученичестве и вернётся. Если бы Джеймс так поступил, то, вероятно, именно с ним вы бы сейчас разговаривали, если бы он не был хладнокровно убит. Гермиона мрачно кивнула. Она читала, как этот человек сражался с Тёмным Лордом, чтобы дать своей жене шанс спастись вместе с их сыном. — А что насчет его матери? — Очень похожа на вас, — ответил профессор. — Она тоже была гениальной, обладала поразительным талантом к чарам и зельям и стала огромной потерей для общества. Гермиона заметила, что женщине было трудно говорить о них. Её голос значительно смягчился, и она начала теряться в собственных мыслях. — Спасибо, профессор, — сказала она, вставая. МакГонагалл лишь кивнула ей, и она удалилась, размышляя над услышанным.Конец флэшбека
— Виктор хорош, но он не так хорош, как Гарри, — ответила Гермиона, слова профессора всё ещё звенели у нее в ушах. Невилл кивнул. Он никогда не общался с Гарри, но тот показал себя отличным дуэлянтом.***
Флёр с интересом наблюдала за тем, как Крам и Гарри заняли свои позиции, первый нахмурился, его взгляд был устремлён в противника. Было странно видеть болгарина таким напряжённым и прямым. Его склонность к сутулости была забыта, пока он ждал команды к началу. — НАЧАЛИ, — рявкнул Каркаров. Оба не двигались, ожидая, когда другой нанесёт удар, и они сделали это одновременно, их первые заклинания столкнулись в воздухе и рассеялись в небытие. Гарри почтительно кивнул на заклинание, посланное в его сторону, а Крам взмахнул своей палочкой, выпустив длинный и шипящий огненный кнут. — Merde, это нехорошо, — прокомментировала Мари. Флёр кивнула, но Гарри, казалось, не был поражён происходящим и ловко избежал первого удара, а также двух последующих, прежде чем он коснулся палочкой своей руки. Следующий удар хлыста пришелся по его груди, и Гарри остался стоять на месте, заставив девушку прикрыть глаза. Она была зла и обижена его действиями, но не хотела видеть, как его ранят, если только это не сделала она сама. — Невозможно, — объявила Фая, и Флер открыла глаза, чтобы увидеть, что произошло. Гарри выхватил хлыст из воздуха, и теперь он был обёрнут вокруг его безвольной руки, а от него шёл пар. Глаза Крама расширились при этом движении, и он прекратил заклинание, когда Гарри создал свой собственный кнут, который, казалось, был сделан из густого чёрного дыма. — Что это? — спросила Мари. Флёр пожала плечами, не отрывая взгляда от схватки. Она никогда не видела и не слышала о подобном заклинании. Крам закончил своё заклинание, когда Гарри выхватил палочку и нанёс ею ответный удар. То, что он создал, с треском полетело в сторону болгарина, который поспешно создал мощный серебряный щит. К счастью, он выдержал удар, хотя раздался громкий взрыв, похожий на внезапный раскат грома, и под действием заклинания Виктор упал на колени. Маленькие искры электричества отскакивали от щита, когда Гарри, вопреки всякой логике, держал кнут прямо. Огненный хлыст действовал иначе и требовал уверенного физического контроля. Однако кнут Гарри, казалось, подчинялся его прихоти: он взмахнул запястьем, и по его длине пробежала лёгкая волна. Раздался оглушительный треск, когда конец кнута Поттера снова зашевелился и ударил в щит болгарина очередным шквалом электрических искр. Щит Крама прогнулся, но тем не менее выдержал. Оказавшись в затруднительном положении, он отменил его и перекатился на бок, чтобы избежать удара. При этом, вскочив на ноги, Крам произнёс костедробительное проклятие, за которым последовал удушающий сглаз и расщепляющие заклинание. В неожиданном проявлении ловкости Гарри отбил первое, проскочил между вторым и третьим, крутанулся почти горизонтально и приземлился на ноги, чтобы избежать их. — Как он это делает? — спросила Фая. Никто не ответил, и поединок продолжился: Крам послал тройку оглушающих в Гарри, который, казалось, ниоткуда наколдовал большой бронзовый щит, украшенный змеями, и перехватил их; каждый удар издавал звон, похожий на гонг. Когда последний удар был нанесён, Гарри бросил щит в сторону своего соперника, словно это был маггловский фрисби, и взмахнул в его сторону своей палочкой. Щит распался на полдюжины бронзовых стрел и ударился о наспех созданную стену Крама, который сам разрушил своё творение взрывным проклятием и с ворчанием отправил обломки в сторону Гарри. Куски камня так и не достигли цели. По взмаху палочки Гарри они застыли, а потом устремились к Краму, окружая его и заставляя напрячься. Он внимательно отслеживал их глазами как только мог, и любое его заклинание промахивалось, так как куски камня легко улетали с их пути. С очередным ворчанием он попытался прогнать их ещё раз, но скорость их движения только увеличилась. Виктор продолжал наблюдать за ними, не понимая, что можно сделать, и вскрикнул, когда кусок пола рядом с ним треснул и деревянный шип вонзился ему в плечо. За ним последовали ещё несколько, и, хотя ему удалось избежать дальнейших травм, они прижали его к месту. Не имея возможности двигаться, он мог только наблюдать, как груда гранита была бесцеремонно сброшена на него сверху. — ПОБЕДИТЕЛЬ ПОТТЕР, — объявил Дамблдор, бросив на Гарри вопросительный взгляд. Не говоря ни слова, он покинул платформу и вернулся на своё место, не обращая внимания на яростный взгляд Верховного Магистра Дурмстранга. — Он становится всё лучше и лучше, — вздохнула Мари, потрясённая тем, чему она стала свидетелем. Фая кивнула, а Флёр сузила глаза. Она была полна решимости победить его, если представится возможность. У него должно быть слабое место. Должно быть что-то, с чем он не сможет справиться.***
— Мерлин, — прошептал Невилл, когда дуэль подошла к концу. Гермиона стояла, ухватившись за спинку стоящего перед ней стула, бледнокожая и с побелевшими костяшками пальцев от того, как крепко она его держала. Дамблдор и Каркаров осторожно левитировали куски гранита из кучи и в конце концов освободили Крама из его гробницы, не раненого, но весьма потрясённого. Он с самого начала был не в своей тарелке, но, несмотря на это, сражался хорошо. Толпа выразила свою признательность бурными аплодисментами, когда он помахал рукой, показывая, что с ним всё в порядке. Через несколько минут он присоединился к ним после того, как за ним присмотрела мадам Помфри, и в своей обычной манере пожал плечами. — Ты в порядке, Виктор? — спросила Гермиона, взяв его за руку. Он кивнул ей с редкой улыбкой. — Нет ничего постыдного в том, что я проиграл ему. Сегодня он был лучше, — ответил Крам. — Кроме того, это значит, что теперь я могу сосредоточиться на турнире. Гермиона кивнула, когда он притянул её в свои объятия. Ему повезло, что он не пострадал от некоторых заклинаний, которые использовал Гарри, хотя она признала, что именно Виктор начал обмен опасными заклинаниями, огненным кнутом. Очевидно, он получил гораздо больше, чем надеялся, от дуэли с Гарри. — Он неплох, но я достану его, когда это будет действительно важно, — поклялся болгарин.***
— Я уже даже не знаю, что сказать, — надулся Терри. — Какие ещё трюки у тебя есть в рукаве? — Гораздо больше, чем я мог бы показать здесь. Публичная демонстрация всех твоих способностей — это глупость. Помни об этом, Терри, и тебе всегда будет на что опереться, когда это понадобится. Терри покачал головой. — И откуда ты взял эту жемчужину мудрости? Из рождественского крекера? Гарри фыркнул. — Вроде того, — согласился он. — Это мудрый совет, — начал ворчать Том. — Я больше не буду давать тебе их, если ты собираешься насмехаться над ними. — Хватит стонать. Я всегда слушаю, что ты хочешь сказать, и использую это. Том хмыкнул в ответ, так как дуэли на сегодня закончились. Уоррингтон и Крам еще встретятся друг с другом в том, что можно считать лишь символической дуэлью, поскольку Гарри победил обоих, а Ли Джордан вышел в четвертьфинал, который пройдет между вторым и третьим заданием вместе с полуфиналом и финалом. Он покинул стадион вместе с Терри и направлялся в замок, чтобы завершить подготовку ко второму заданию, которое состоится всего через несколько недель, когда его размышления прервал голос с сильным акцентом, произнесший его имя. Поттер повернулся и увидел, что перед ним стояла одна из подруг Флёр, самая тихая из них. — Могу я с тобой поговорить? — вежливо спросила она. Гарри нахмурился, но кивнул и жестом попросил Терри продолжать без него, пока он уводил девушку. — Что я могу для тебя сделать? — спросил он, когда они оказались вне пределов слышимости других. — Я беспокоюсь о Флёр, — ответила она без предисловий. — Я знаю, что произошло между вами, и хочу знать, почему ты её оттолкнул. Гарри издал глубокий вздох. — Пожалуйста, — надавила девушка. — Я не видела её такой с четвёртого курса. Она обижена и зла, и мне не нравится видеть её такой. — То, что произошло между нами, было ошибкой. Этого не должно было случиться. — Лжец, — пробормотал Том. Гарри проигнорировал голос и продолжил. — Я никогда не хотел её расстраивать. Кто-то включил меня в этот турнир, и если она будет рядом со мной, то действительно может пострадать. Я не хочу, чтобы это было на моей совести. Девушка грустно улыбнулась ему. — Значит, ты сделал это, потому что она тебе небезразлична? Гарри почувствовал себя неловко от этого вопроса и, конечно, не хотел обсуждать его с незнакомцем. — То, что произошло между нами, лучше оставить как есть, — ответил он. — Я не думаю, что это то, чего ты хочешь, — ответила девушка. — А как же Флёр и что хочет она? Она должна решать, стоит ли риск того, не так ли? — Она тебя раскусила, Гарри, — самодовольно вмешался Том. — Почему тебя это так волнует? — огрызнулся он. — Потому что для Флёр очень важно завести друзей. Она прекрасна внутри и снаружи и заслуживает этого, а ты сделал её холодной и грустной. Она заслуживает лучшего, чем ты, если ты даже не попытаешься сделать так, чтобы ей стало лучше. С прощальным укором девушка ушла, оставив после себя довольно меланхоличного Гарри. — Чёрт возьми, неужели все девушки такие сложные? — Только когда ты даёшь им повод быть такими, — предложил Том. — Я остаюсь при своём мнении. — Как и я, — грустно ответил Гарри, снова направляясь к замку. Он и так чувствовал себя виноватым в том, что произошло. Ему не нужно было, чтобы другие постоянно напоминали ему об этом. Несмотря на то, каким он казался большинству, он не был бессердечным и не хотел, чтобы кто-то страдал из-за него, а Флёр, скорее всего, будет страдать. Если бы с ней что-то случилось по его вине, он не смог бы простить себя. Для Гарри это была безвыигрышная ситуация, и он выбрал ту, которая сохранит ей жизнь достаточно долго, чтобы, возможно, найти какое-то счастье в будущем, а не растратит её жизнь за небольшое количество времени вместе с ним.
Примечания:
Дальше больше.
