Лес у города Норт

      Забор, что защищал территорию школы стал для Поттера очередным препятствием, но легко преодолимым. Забор был сделан из тонких черных прутьев с заострённой розой на каждом пруте. Они совершенно не кололись, были сделаны лишь декорации. Гарри перелез и оказался на территории школы. Ему нужна была лошадь. Однако осознание того, что надо как-то перенести лошадь на ту сторону, пришло поздно. Махнув рукой, он решил выкрутиться из ситуации как-нибудь. Вдруг повезет. На крайний случай можно сломать замок на воротах и спокойно выйти. Если же начнутся разбирательства, кто проник на территорию, допросят сразу его или Полумну, которая сейчас, скорее всего, уже спит.       Уже издалека он увидел, что дверь в конюшню широко открыта. Чуть сбавив шаг, парень стал осторожно подкрадываться к низенькому деревянному зданию. Подобравшись чуть ближе к конюшне, он услышал через настежь открытую дверь голос Полумны.       — Я бы хотела помочь ему, понимаешь, Лале, — девушка говорила с той самой лошадью, на которой ездила сегодня. — Но ведь от меня толку ему никакого, а он там, несчастный, совсем один.       Лавгуд говорила о ком-то и Гарри вполне понимал, о ком. Эта девушка была далеко не простой странной, немного сумасшедшей ученицей школы Кэтс-Норт. Она знала того, чего он не знал и может даже больше. Резко ее монолог прервался. Поттер насторожился. Его привел в чувства тоненький голосок Лавгуд:       — Гарри, ты там?       Она как будто не только обладала собственным миром, который обитал в ее светлой маленькой головушке, но еще и имела глаза, которые умеют смотреть сквозь стены. Своими изюминками, что были в ней, она отталкивала всех. Всех, но только не Гарри. Она была нужна ему, потому что знала что-то, но скрывала, даже удивительно хорошо для своего эксцентричного пугающего поведения.       Поттер высунулся из-за двери, за которой прятался все это время, подслушивая диалог Полумны с Лале. Диалогом это можно было назвать только после того как увидишь всю картину сам. Не скажешь, что Лале самая обычная лошадь. Она склонила свою мордочку ближе к лицу Полумны, будто стараясь уловить всю суть рассказа девочки, а умные серые глаза сейчас были совсем похожи на человеческие.       — Полумна, что ты здесь делаешь? — спросил Гарри, делая вид, что просто мимо проходил.       — Лале было одиноко, — она погладила морду белой лошадки. — А ты? Перелез через забор, да?       Поттер смущенно кивнул.       — Я тоже, — ответила Лавгуд, продолжая гладить чистенькую беленькую мордочку Лале. — Она меня звала, я не смогла противиться ее зову.       Девушка слабо улыбнулась.       — Ты собрался к василиску? — с лица девушки тут же исчезла улыбка, стоило ей только увидеть лицо Гарри.       Поттер был напуган. Она знала все и читала его как открытую книгу.       — Почему ты так подумала? — ответил парень вопросом на вопрос, подумав, что может перехитрить эту девчонку.       — У тебя рюкзак с собой, забитый чем-то до отказа, — девушка встала с пола конюшни, на ее вельветовых брюках красного цвета осталось немного соломы — Ты один… И ты бежал. Твое сердце стучит очень сильно.       Девушка подкралась к нему словно хищница и легонько дотронулась указательным пальцем до кончика носа Поттера, потом скользнула чуть выше и аккуратно одним только пальчиком поправила ему очки.       — Надеюсь, ты взял для него что-нибудь теплое? — спросила девушка, спрятав обе свои руки за спину.       Гарри кивнул, слегка отстранившись. Только сейчас он стал думать над всей этой ситуацией более глубже. Почему мистер Лавгуд запретил своей дочери идти на экскурсию в лес вместе с классом, если очевидно, что она там уже не в первый раз и василиска уж точно видела? Она знает его, знает, что это пропавший Драко Малфой, но откуда и почему молчала?       Перед тем как уйти, Поттер решил задать девушке вопрос:       — Ты знала обо всем?       В серых глазах Лавгуд зажегся огонек. Она точно все знала.       — О чем ты, Гарри? — натянув слабую улыбку, ответила вопросом на вопрос девушка.       Гарри понял, что ничего от нее не добьется и собирался уже уходить, но Полумна окликнула его.       — Гарри!       Поттер обернулся в ее сторону, будучи раздраженным от бессмысленного и странного общения с ней.       — Ключи от ворот, — девушка протянула в раскрытой ладошке связку ключей. — Возьми.       — Спасибо.       Гарри подошел к девушке и взял связку ключей; потом опомнился, подбежал к загону, за которым стоял Хильхейм и, погладив черную морду жеребца, поприветствовал его.       Парень выпустил неистового черного скакуна, накинул на него седло да поводья и уже готовился выходить, кивнув Полумне в знак благодарности. Девушка поддалась вперед и сказала:       — Я с тобой, — одарив Гарри той же спокойной улыбкой, сказала она. — Мне нужно будет потом забрать ключи.       Поттер согласно кивнул.       Хильхейм вел себя на удивление спокойно и, кажется, Лавгуд это только забавляло. Остановившись у ворот Гарри повернулся к девушке и поблагодарил ее еще раз, добавив:       — Я даже не представлял, насколько ты добрая, но ужасно скрытная.       Лавгуд улыбнулась и ответила:       — Ты сам скоро все узнаешь, — девушка сверкнула серыми глазами, которые в свете луны казались серебряными. — Моя правда не нужна тебе.       Поттер пожал плечами, не понимая, что конкретно ему хочет сказать девушка и почему тянет кота за хвост так отчаянно, напуская слишком много пустой драмы.       Открыв увесистый и грубый замок, что висел на воротах, Гарри отдал его вместе с ключами Полумне.       — Я заберу их с собой домой, — сказала девочка, покрутив связку на указательном пальчике. — Подойдешь к моему дому, на первом этаже есть окошко с росписью на стеклах. Постучишься в него ровно три раза с интервалом в секунду.       Гарри изогнул правую бровь в удивлении.       — Конспирация, — девушка тихо хихикнула, а потом приняла тот же обычный свой спокойный вид. — Я дам тебе связку, заведешь в конюшню Хильхейма.       На прощание Лавгуд пожелала удачи и была уже готова тронуть морду черного жеребца, но тот недовольно фыркнул. Девушка сразу отшатнулась назад и скривив рот, лукаво ответила, обращаясь непосредственно к Хильхейму:       — Чужая я тебе, малыш, значит, — она развела руками в сторону. — Ничего не поделаешь. Идите уже!       Гарри отсалютовал девушке и, вскочив на спину Хильхейма, понесся вперед, прямо к густому и мрачному лесу, который выглядел ужасно угрожающе именно сейчас.       Одному идти туда, тем более в ночное время было самоубийством. Не совсем верное понятие, но такой поступок как ночная прогулка по лесу говорила о полной нелюбви к себе. Тут пропадали люди. Мало, но пропадали без следа. И это не пугало Гарри. Там жил василиск, обращенный в чудовище Драко Малфой, который защитил его сегодня. Он ведь сделает это снова, если потребуется? Почему-то Поттер совсем не сомневался в этом, хотя раньше Малфой показывал себя законченным уродом, совершенно не ценящим человеческие жизни. Лишь за свою он боялся, да родителей. Но что-то в нем изменилось. Поттер заметил это. Драко стал другим, более пугливым, может, но совершенно отчаянным. Будто он пытался извиниться перед всем миром за свое уродливое нутро.       При приближении к территории леса деревья, издалека казавшиеся и так недопустимо большими, приобретали колоссальный размер. Из-за их высоты верхушки почти не было видно, в темноте уж точно.       Войдя в лес, он поразился тишине, что царила тут. Было настолько тихо, что закладывало в ушах. Немного замедлив своего черного скакуна, Гарри осторожно осматривался по сторонам, потихоньку подгоняя Хильхейма. Лошадь вела себя спокойно, она вертела головой по сторонам, как будто искала кого-то, как и сам Гарри.       Резко конь остановился. Поттер начал легонько хлопать по мощной шее Хильхейма, но он не желал идти дальше, вглядываясь куда-то перед собой, прямо в бесконечную тьму. Вскоре в этой оглушающей тишине стали слышаться тихие шаги. Гарри потянул Хильхейма за поводья, заставляя его почти силой отступать назад, но конь не поддавался.       — Ну же! — вскрикнул Гарри, испугавшись, что увидит то же самое нечто, которое напало на него утром.       Но во тьме виднелась лишь массивное нечто, осторожно ползущее по заросшей травой земле. Наконец вышла луна, что осветила собой лес, пробиваясь холодными лучами сквозь массивные листья деревьев. Глаза серые, как у слепого, смотрели сквозь темноту прямо на Гарри. Поттер узнал в существе, длинной змее, мощной на вид, того самого василиска. Сейчас чудовище ему напоминало Малфоя очень сильно. Такой же взгляд, те же глаза… Гарри соскочил с Хильхейма и поклонившись змею, сделал скромный шаг вперед. Вытянув руку вперед, Поттер хотел дотронуться до морды чудовища, но тот отступил назад.       — Нет… прошептал Гарри, глядя ему прямо в глаза — Я хочу помочь тебе.       Василиск фыркнул, он остался стоять на месте. Гарри продолжил осторожно подбираться к нему и вот когда от его протянутой ладони и морды чудовища, оставалось совсем немного, Поттер осторожно дотронулся до его носа.       Чешуя стала рассыпаться на мелкие частицы и разлетаться по ветру, а размер самого василиска уменьшался с каждой секундой.       Теперь Гарри чувствовал своей ладонью гладкую холодную щеку Драко. Малфой коснулся его руки своей ладонью и погладил ее. Было в этом столько нежности, несвойственной этому некогда высокомерному блондину. В один момент Поттер почувствовал, что Драко хочет оттолкнуть его, но не решается, потому что понимает, стоит только парню оторвать руки, он снова станет василиском.       — Только не самоутверждайся за мой счет, Поттер, — оскалился Драко и хоть эмоция его лица выражала еле заметную ненависть к Гарри, глаза говорили другое. В них царил хаос, сочетавший в себе страх, отчаяние и симпатию…       Поттер, глядя на Драко, нахмурился, потом осторожно взял его за руку и скрепил вместе их с Малфоем мизинцы.       — Так будет лучше, — улыбнулся Гарри.       Блондин заметно смутился, покраснел и отвернулся.       Поттер все понимал. Такое поведение Драко это лишь защитная реакция. Он боится показывать свои страхи, но его взгляд забитой лани говорит все за него. Парень не планировал его бросать в такой ситуации и раз уж его предназначение в том, чтобы своими прикосновениями возвращать ему прежний облик, то он обязан идти до конца. Гарри верил: расколдовать Малфоя можно, только нужно узнать об этом лесе чуть больше. Больше всего его беспокоила та черная тень, от которой Драко утром спас его.       — На поляну? — Драко Малфой кивнул в ту сторону, где было уж совсем темно из-за большого количества деревьев.       — Да, — Гарри снял свой рюкзак с плеча и попросил Малфоя прикоснуться к его щеке. — Мне нужно кое-что достать.       Малфой кивнул и осторожно коснулся своей рукой до теплой щеки Гарри. Он осторожно подушечками пальцев провел по бархатистой коже, но в лице никак не изменился, однако внутри него уже бушевал огонь, а сердце билось так, что в тиши леса его можно было четко расслышать.       Гарри выудил из рюкзака широкую крупной вязки теплую кофту и накинул ее на Драко. Малфой не отрывал своей руки от щеки Гарри и смотрел на Поттера уже совсем другим взглядом. Здесь не было места ненависти, неприязни. Этот человек, худой высокий в круглых очках несмотря на прошлую вражду, был рядом и помогал тем, чем мог.       — Я взял бутерброды, — сказал Гарри застегивая рюкзак и вешая его обратно на плечо. — Будешь?       Он взял Малфоя за руку, но вовремя опомнившись ограничился тем, что сплел их мизинцы вместе.       Драко кивнул и ответил:       — Я немного голоден.       — Сейчас поедим, — улыбнулся Гарри, не выдержав и взяв Малфоя за руку.       Он крепко сжал его ладонь. Драко противиться не стал. Он никогда не ощущал себя таким счастливым, как сейчас. Малфой жалел лишь о потраченном на разыгранную ненависть, которую он показательно испытывал к Гарри.       «Такие сироты, как Гарри Поттер — будущие отбросы общества без перспектив. Тебе нельзя водиться с такими, сынок» — сказал однажды маленькому Драко Малфой Старший — Люциус, его отец.       Вспомнив слова отца, Драко отбросил их в сторону. Единственная фраза, преследовавшая его всю жизнь, наконец была забыта. Он всегда мечтал подружиться с Поттером, но принципы отца давили на него. Мальчик хотел быть самым сильным, самым умным, но он никогда не мог выделиться чем-то. Почему-то всегда сирота Гарри и его друзья, рыжий невзрачный Рон и Гермиона, на вид заносчивая всезнайка всегда были на слуху в школе. Каждый выделялся конкретным умением. У Драко же не было ничего, кроме ненависти, навязанной отцом.       От размышлений блондина отвлек протянутый к его рту бутерброд — хлеб, да кусочек розовой колбаски сверху.       — Ты хотел есть, помнишь? — улыбнулся Гарри, продолжая тыкать бутербродом Малфою в его тонкие губы.       Драко взял бутерброд одной рукой, второй сжимал ладонь Поттера.       Откусив совсем маленький кусочек, он пожевал его и проглотил. Подняв на Поттера свой равнодушный взгляд, сказал коротко:       — Спасибо.       Гарри улыбнулся и они продолжили молча есть.       Закончив бюджетную трапезу, Драко снова сказал то слово, которое было невозможно услышать от него. «Спасибо» — казалось сейчас он вкладывал в него всю свою душу.       — А вообще, — Гарри возомнив из себя бесцеремонного хулигана, заимствуя старые привычки Драко, буквально силой уложив голову парня на свои колени. — У меня был к тебе вопрос, Драко.       — Ты отплатил мне достаточно, чтобы я был мил с тобой и отвечал на все твои вопросы, — сухо ответил Малфой, все еще пытаясь сохранить свое прежнее лицо.       — Что ты ел все это время, когда жил тут?       Минутная пауза заставила Гарри задуматься. Драко же все молчал, потом только решился сказать:       — Это все семья Лавгуд.       — Полумна?! — удивился Гарри, который убедился в бредовости своей теории.       — Ее отец по большей части, — повел плечами Драко, пытаясь устроиться поудобнее на коленях Поттера.       Гарри погладил его шею, плечи, спину.       — Щекотно, — сказал Драко.       Гарри убрал руки и был готов слушать блондина дальше.       — Мистер Лавгуд первым нашел меня и почему-то сразу все понял, — сказал Драко и нахмурился. — Они никому ничего не сказали… Их же тут сумасшедшими считают, и я считал, но теперь я совсем другого мнения.       Драко раздраженно почесал нос и нехотя продолжил:       — Потом и Полумна стала приходить, — голос Драко стал каким-то другим, не его, с ощущением горечи. Ему было невероятно больно все это вспоминать. — Люди, которых я презирал кормили меня, оберегали и защищали, прекрасно понимая, кто скрывается за оболочкой василиска.       — Прости, — сказал Гарри, извиняясь за то, что вообще начал говорить обо всем этом.       — Не надо, — ответил Малфой.       Замолкнув ненадолго, Гарри провел по волосам Драко: светлым, но грязным. Тут были и травинки и запутавшиеся в отросших прядях мелкие камушки, земля…       — Я всегда отплачиваю свой долг, — резко заговорил Драко, а голос его стал строгим, режущим тихое пространство. — Но потом появился этот упырь.       — Упырь? — удивился Гарри.       Драко обернулся и лежа на его коленях, посмотрел Поттеру в глаза,       — Упырь, — подтвердил блондин.       — Откуда он взялся? — спросил Гарри.       Драко лишь пожал плечами, высказав свое предположение достаточно тихо.       — Мне кажется, это другой пропавший парень, — недоговорив, блондин вскочил, не отпуская руки Поттер. — Он напал на Лавгудов. Радость в том, что я был рядом. Мы подрались и после этого мистер Лавгуд перестал приходить, а я захандрил.       Драко поник, но глядя на Поттера исподлобья, прошептал:       — Только Полумна, добрая душа, сбегала сюда, чтобы принести мне поесть… Отец наказывал ее за то, что она подвергает свою жизнь опасности.       Парень почесал шею и проговорил лениво:       — Так и прошел год, теперь и ты тут.       — Я не думал, что Полумна настолько добра, — проговорил Гарри.       — Я полюбил ее как сестру, даже родная мать не оберегала меня так, как она, — Драко отвел глаза в сторону. — Я ей по гроб жизни обязан.       Малфой смотрел в сторону дерева, у которого сидел Хильхейм. Присвистнув, он подозвал коня к себе. Хильхейм навострил острые черные уши и подбежал к Драко. Блондин погладил коня по морде.       — Спасибо, что взял его с собой, — сказал Малфой, обращаясь к Гарри. — Я скучал по Хильхейму.       — Так это был твой конь?! — Гарри поражался тем подробностям, которых было все больше и больше.       — Ага, — кивнул Драко. — Любил этого дикого засранца. Не хочешь прокатиться, Поттер?       — Вместе с тобой? — уточнил Гарри.       — А как иначе, — Драко как будто уже по привычке сжал руку парня покрепче, словно пытался убедиться, что он рядом.       — Хорошо, -улыбнулся Гарри и перед тем как сесть в седло, призадумался, переводя взгляд с Драко на Хильхейма.       — А… — сразу понял Малфой, — ты про это…       Он указал пальцев на нижнюю часть своего тела. На нем ведь была одна единственная кофта большого размера и то принадлежавшая Поттеру. Она прикрывала все его интимные места, однако сесть в седло в таком виде может быть опасно. Гарри без задней мысли приготовился снимать с себя джинсы.       — Ты чего?! — возмутился блондин.       — А что? — Гарри посмотрел на него удивленно. — Я хотя бы в белье. Держи и не отказывайся.       Малфой взял джинсы Поттера и стал надевать их. Смутившись, он отвел глаза в сторону.       — Тут темно, я все равно почти ничего не вижу, — попытался успокоить его Гарри.       — Да не в этом дело, Поттер! — прокричал Малфой нервно. — Я ведь не смогу тебе вернуть их назад.       — Не страшно, — махнул рукой брюнет.       Драко застегнул пуговицу, а следом и молнию.       — Без белья не так уж и удобно их носить, — проговорил Драко.       — Это ненадолго, — Гарри был преисполнен нескрываемой радости. — Сейчас привыкнешь.       Он забрался на Хильхейма, не отпуская руки Малфоя, а после потянул его и усадил в седло перед собой, приобняв его за талию, запустив руку под кофту.       — Это чтобы ты не превратился, — заверил Гарри и улыбнулся максимально невинно.       — Ага… — закатив глаза, ответил Малфой и, вспомнив то прекрасное время, когда гонял на диком жеребце по округе, хлестнул поводьями и громко во весь голос, прокричал:       — Но! Вперед!       Порыв ветра оставлял приятное колючее чувство на щеках, Гарри закрыл глаза и отдался порыву ветра, крепко прижав к себе Драко. Малфой не сопротивлялся. От Поттера исходило тепло, он оставлял приятное ощущение от своих прикосновений.       — Я как будто дома, — проговорил Драко тихо, надеясь на то, что парень ничего не услышит. Потом просто смолк и продолжил подгонять Хильхейма.       Резко остановившись, Драко всмотрелся вдаль и заметил отблеск фонарей. Вскоре послышались и голоса:       — Поттер! Вылезай, маленький паршивец, я знаю, что ты тут, — голос дяди Вернона Гарри узнал сразу, но руки на талии Драко он не разомкнул.       — Это твой шанс! Давай, мы вытащим тебя, — сказал Гарри, слезая с лошади, по-прежнему держа блондина за руку.       Малфой качнул головой, ответив:       — Это мое проклятие… Я не смогу жить среди людей без тебя, понимаешь?       Драко отдернул свою руку и сказал напоследок:       — Приходи как сможешь, я буду ждать… и верни Хильхейма в стойло.       Парень спрыгнул с лошади и убежал прочь, на ходу превращаясь обратно в огромное и страшное чудовище. Гарри поджал губы, запрыгнул обратно в седло и не спеша к родственникам, повернул в противоположную сторону, подгоняя Хильхейма, чтобы тот убегал быстрее. Если они выберутся из леса, то убьют его, но с другой стороны можно ведь остаться у Полумны, но тогда Вернон точно на говно изойдет. Гарри не хотел поворачивать к «родным» и стал уже надеяться, что их слопает тот упырь, о котором они с Драко вскользь говорили.       Выйдя из леса, Гарри слышал как почти рядом выбегает семья из троих человек — его дядя, тетя и кузен. Парень тихо посмеялся. Видимо, их что-то напугало. Обернувшись, он увидел василиска. Гарри помахал ему и кинулся прочь. Надо еще забрать ключи у Полумны.