Лес у города Норт

      С момента того случая в лесу прошло две недели. Драко, Гарри и Полумна по-прежнему проводили все свободное от учебы время вместе, поэтому в один из дней как обычно условились встретиться во дворе школы.       Когда Гарри вышел через парадные ворота Кэтс-Норта, Драко уже стоял во дворе. Прямая осанка, идеальный профиль, заостренный кончик носа и светлые пряди волос, что едва касались лица от дуновения ветра. Поттер огляделся по сторонам — Полумны нигде не было.       — Почему задерживается? — с недовольством в голосе спросил Драко. — Я собирался подтянуть учебу, а не просирать время, стоя тут.       Гарри нахмурился, ответил:       — Прекрати ворчать, как старый дед.       Парень кивнул в сторону парадного входа школы, через которые сам прошел только что, сказал:       — Схожу за ней, побудь здесь.       Малфой демонстративно прошел в середину газона школы, уселся на чистую ровно постриженную траву. Парень специально выбрал место поближе к одиноко растущему деревцу, облокотился о ствол. Было прохладно, но он принципиально не возвращался в здание школы. Гарри уже выучил все его манипуляции. Своим действием Малфой приказывал ему поторопиться.       Парень вернулся в школу. Уроки уже кончились, поэтому в коридоре было тихо и просторно. Он не привык возвращаться, поэтому сначала даже испугался тишины, но быстро сориентировался и стал пробегать мимо классов, заглядывая внутрь каждого. На первом этаже никого, кроме него не было. Тогда он направился в сторону лестниц, ведущих на второй этаж. Поднявшись туда, он уже издалека услышал женские голоса. Они были негромкие, но в тишине их было прекрасно слышно. Звук исходил из кабинета, где ученики школы Кэтс-Норт занимались рисованием. Гарри на носочках подобрался чуть ближе и остановился, прислушиваясь. Говорили двое. Один из голосов он узнал сразу — он принадлежал Полумне.       Парень старался не дышать, в попытке различить слова, которые говорила подруга кому-то:       — Ты думаешь, что видела его где-то?       Гарри не понимал, о чем подруга говорит. Неосознанно он сделал шаг к кабинету. Лавгуд не говорила больше ни слова. Она вышла из кабинета, столкнулась с Гарри и совсем не удивилась этому. Лишь по-доброму, как только она это умела, улыбнулась.       — Чего у дверей стоишь? — хихикнула блондинка. — Заходи.       Девушка взяла его за руку, завела парня в класс, где у одного из мольбертов сидела Джинни. Ее взгляд стал прежним, спокойным, умиротворенным, прежняя, свойственная ему тяжесть и чернота исчезла. Гарри знал, та прежняя Джинни, которую все знали, вернулась. Ее холст не был виден ему, но она сосредоточено водила по нему тонкой кистью, не отрывая своих прищуренных внимательных глаз.       Полумна подвела друга поближе, чтобы Поттеру было видно изображение на холсте. Он сначала не понял, кто на нем изображен, но приглядевшись отшатнулся. Сзади его подхватила под локти подруга, которая явно не разделяла его негативного настроя.       С холста на ребят смотрели проницательные черные глаза юноши, совсем еще подростка, с копной черных волос. Его бледное аристократичное лицо выглядело болезненным. Джинни поняла это сразу стоило ей только вглядеться в портрет. Она с помощью краски добавила на его щечки румянец. Немного отодвинулась, чтобы издалека рассмотреть, что получилось. Полумна пояснила Гарри:       — Джинни рисует человека, которого сама придумала.       Уизли, которая не заметила появление Поттера, обернулась к нему и с равнодушием на лице «изучила» его. В ответ на комментарий Лавгуд она кивнула, пояснив:       — Я его не знаю, он мне приснился. Красиво?       Гарри соврал:       — Да.       Его пугал Том Реддл, которого изобразила Джинни на холсте. Здесь он был живым, настоящим человеком, которым ему было не суждено стать. Чувство вины и недомолвки заставили нутро Гарри сжаться в отвратительный черный комок, который было никак не вытеснить из души. Но Полумне, кажется, было плевать. Она была по-прежнему вежлива и обходительна, улыбалась, как будто две недели назад ничего не произошло и не было этого убийства. Гарри не мог воспринимать произошедшее как битву, ведь упырь Том Реддл совсем не сопротивлялся.       — Я хочу отдать этот портрет преподавателю, — сказала Джинни. — Пусть повесит его в галерее школы.       Только сейчас ее голос казался отчужденным. Хоть внешне она и была спокойна, Гарри понимал, в ее сердце глубокая печаль и самое страшное, что девушка не понимает причину ее происхождения.       — Мне нужно его подписать, — продолжала Уизли. — Как мне назвать этого человека?       — Том, — ответила сразу Полумна.       Гарри больно ущипнул ее за руку, отчего Лавгуд неприятно ойкнула. Джинни посмотрела на них с укором, заподозрив, что эти двое что-то скрывают, однако она не стала долго на этом зацикливаться и, взглянув на портрет снова, согласилась с предложением Полумны.       — Думаю, имя Том подойдет.       Гарри с подругой вскоре оставили Джинни одну, покинули кабинет и идя по просторному пустому коридору школы, не пытались заговорить друг с другом. Поттер думал, Лавгуд издевается над Уизли, которая две недели назад умоляла их в слезах не трогать упыря. Подруга ответила ему, словно умела читать мысли:       — Я предложила ей назвать его Томом, потому что он действительно похож на Тома Реддла.       Поттер кивнул. Вместе они вышли из школы, где на лужайке у здания смиренно ждал их раздраженный из-за потери времени Малфой. Он поднялся с прохладной, еще непокрытой снегом травы и подошел к своим двум друзьям. Окинув придирчивым взглядом подругу, намеревался уже докопаться до нее, но девушка опередила его:       — Просто разговаривала с Джинни, что не так?       Она стала смелее по отношению к нему, ее неправильно сформированный материнский инстинкт к лучшему другу сейчас отступал, вместо него пришла правильно осознанная дружеская любовь к этому человеку.       Драко лишь скривил рот на такой вопрос подруги. Гарри откровенно посмеялся. Малфой тут же подобрел, обнял парня и, поцеловав его в щеку, пошел следом за отдаляющейся Полумной. Еще с утра, до уроков они договорились посидеть в кафе. Обсудить дальнейшую жизнь. Лавгуд от обсуждения этих планов было горестно на душе, хоть она старательно этого не показывала, но ей не хотелось думать о том, что люди, ставшие ей лучшими друзьями, вот-вот покинут ее. Она будет вынуждена остаться здесь, ведь тут, в этом городе, который никогда ей не нравился из-за всех ее переживаний, живет любимый отец. Драко и Гарри здесь не держит ничего. Уедет один — следом покинет Норт и другой.       Дойдя до кафе, расположенного у перекрестка, девушка, не дождавшись парней, вошла внутрь. Гарри и Малфой остановились у входа, переглянулись.       — Ты что решил? — спросил Драко.       Гарри ответил, не думая:       — В следующем году как окончу этот класс, двинусь в город к моему крестному.       Малфой кивнул в сторону двери в кафе, за которую только что скрылась Лавгуд.       — А она?       Поттер ответил с недовольством:       — Ну что мне теперь делать?!       Драко ободряюще похлопал его по плечу. Ладонью ловко скользнул к его щеке и погладил по коже, отчего следом за прикосновениями Поттер ощутил стаю мурашек, протянувшихся от шеи до самой макушки. На улице было немноголюдно, но Гарри постеснялся подарить ответную мимолетную ласку. Драко лишь улыбнулся в ответ на молчание и нежность в этих глазах, которыми глядел на него Гарри. Теперь было понятно все без слов. Поттер мягко отстранился, улыбнулся, прикусил губу, продолжая смотреть на Драко.       Малфой произнес:       — Ах ты, чертяка, прекрати так на меня смотреть.       — А что мне еще делать? — лукаво спросил он.       Драко приблизился к парню. Гарри не шевелился, но с опаской озирался по сторонам.       — Поцелую тебя, как только останемся одни, — уверенно сказал Малфой.       — Так и быть, мистер Малфой, — с иронией в голосе ответил Гарри.       — Что насчет Полумны? — резко сменил тон и тему Драко.       Разговор сразу приобрел мрачный окрас. Парни понимали: они оба хотят покинуть Норт, но девушка, ставшая лучшей незаменимой подругой, останется здесь несмотря ни на что. И от этого было еще печальнее глядеть в будущее.       — Я эту девчонку очень люблю, — с нежностью произнес Гарри. — Но в Норте я оставаться больше не хочу. Будем приезжать, или она к нам, так лучше.       — К нам? — уточнил Драко, вздернув правую бровь. Он показывал всю свою заинтересованность в «оговорке» Гарри.       — Ну да, — кивнул Гарри. — Ты же со мной едешь?       Малфой ухмыльнулся, но в этой ухмылке не было ничего злого или саркастичного, наоборот, он пытался скрыть за ней набирающее силу смущение.       Парни вошли в кафе. Они сразу за одним единственным занятым столиком в заведении отыскали свою подругу, которая смиренно ждала друзей. Драко и Гарри подсели к ней за кругленький столик, напротив девушки. Полумна подняла на них свои чистые серые глаза и улыбнулась — лениво, устало и обессиленно.       — Решили? — поинтересовалась она.       — Ты всегда знаешь все, — ответил Малфой.       Подруга согласилась, сделав легкий едва заметный кивок.       — Я рада, — ответила она. — Рада, что ты, Драко, будешь счастлив, что Гарри счастлив тоже.       — А о себе ты подумала? — поинтересовался Гарри, раздраженный напускной добротой подруги, которая не казалась ему искренней.       Но Лавгуд всегда была искренней: в своих действиях, в собственных словах и эмоциях. Она не злилась, но была опечалена тем, что снова останется одна, хотя в прошлом усиленно пыталась спасти своего лучшего друга. Девушка боялась его потерять и всегда думала, что делает это ради себя, ведь никто, кроме Драко не говорил с ней честно и откровенно. Он ее заметил, полюбил как подругу и оберегал на протяжении многих лет.       Сейчас Полумна поняла: она делала это все только ради Драко. Она его любила, как собственную семью, как своего отца и, если у нее есть выбор — сделать его счастливым или заставить остаться здесь с ней — она выберет первое.       — Я всегда думала о счастье Драко, — честно ответила она. — Я забывала о своих чувствах и пыталась стать для него ангелом-хранителем. Моя роль выполнена, все самое страшное позади, проклятье снято.       Она захлопала ладонями по столу, хищно улыбаясь.       — Теперь я могу заняться своей жизнью.       Драко протянул ей руку. Она взяла ее в свою.       — Я тебя никогда не забуду и буду приезжать всегда, как только станет появляться возможность.       — Не приезжай один, — ответила она, выпучивая и без того большие серые глаза. — Всегда приезжайте вместе.       Гарри поджал губы. Только подумать, он раньше не мог разглядеть в этой девочке такого человека с добрым сердцем и нежной душой. Она была той, в кого он никогда не верил — добрейшим Человеком с большой буквы, который поступился своими принципами, желаниями, целями — всем, чтобы уберечь Драко, лучшего друга, от беды.       — Спасибо тебе, — прошептал Гарри.       Он протянул свои руки к их сплетенным вместе ладоням, договорил:       — Ты лучшее, что нам пришлось повидать.       Полумна рассмеялась и отпрянув от парней, подняла обе руки вверх, громко и звонко подзывая официанта.

…Лето следующего года…

      Перед тем как учеников единственной в городе школы Кэтс-Норт выстроили перед дверьми заведения, в котором они учились много лет, им объяснили, что они могут продолжить учебу тут по индивидуальной программе или покинуть Норт и отправиться в другой город, чтобы поступить в университет.       Хоть Драко Малфой и Гарри Поттер были всю школьную жизнь в разных классах, на парадной линейке они стояли вместе, уверенно, без стеснения, держась за руки. Рядом с Малфоем, по правую его руку стояла Полумна. В ее глазах играла задорная, детская радость. Она уже заранее знала, что парни решили уехать. Ей же не оставалось выбора. Долг перед отцом и желание не оставлять его одного, вынудили девушку заранее записаться на индивидуальную программу. Полумна не понимала, что такой вид обучения практикует ускоренное преподавание определенной профессии с дальнейшей выдачей диплома. Мысли были заняты планами ее друзей, и она никак не могла выбрать, на какие курсы ей записаться. Выбор был не велик, Кэтс-Норт предлагал самые обычные рабочие профессии. Она знала, что у ее друзей яркое будущее, у нее его не будет в этом городе. Полумна не отчаивалась. Она была горда собой. Ее друг стоит рядом с ней, сжимает руку своего возлюбленного и все благодаря ей. Девушка только могла мечтать об этом.       После вручения аттестатов по окончанию школы, Малфой, Поттер и Лавгуд встретились у ворот школы. Парни думали, что Полумна будет расстроена, но она улыбалась. Улыбка была невымученной, а искренней и широкой.       Драко подозвал Гарри к себе, тот подошел и тут же оказался в его крепких объятьях. Он прижимал к груди парня, но при этом смотрел на лучшую подругу с невыразимой тоской.       — Сама знаешь, — заговорил Драко. — Я хотел, чтобы ты поехала с нами.       Улыбка с лица Лавгуд сползла, она грустно вздохнула.       — Не могу я, — ответила она безнадежно.       Гарри вырвался из цепких объятий своего парня, посмотрел на Полумну.       — Ты приедешь с нами попрощаться? — спросил он.       Девушка лишь пожала плечами, отводя глаза в сторону.       — Куда я денусь? — голос ее звучал все обреченнее. — Но с другой стороны я не хочу видеть, как вы покидаете Норт навсегда.       — Мы будем возвращаться, — ответил Драко за себя и Гарри. — Тут остаются мои родители.       — Ты ведь с ними так и не помирился, — упомянула Лавгуд.       — Однако они пустили меня в дом, — развел руками в стороны Драко. — Жил как приживала, толком не общались, разве это настоящая жизнь с родителями?       Все трое замолчали и кажется даже воздух пропитался тревогой и печалью. Первым прервал тишину Драко, пытаясь объяснить ситуацию с родителями:       — Я не смогу их бросить, как бы косо они на меня не зыркали.       Пытался спародировать гневный взгляд Малфоя старшего, но быстро оставил эту попытку, думая, что этим действием унижает отца, которого он до сих пор уважал.       Попрощались. Малфой крепко обнял Полумну, уткнулся ей в плечо, и девушка услышала, как он всхлипывает. В эту же самую секунду она решила, что не станет провожать парней и пусть они лучше уедут, не видя ее в последний раз. Боль от разлуки разрывало большое и доброе сердце девушки. Человек, которого она обнимала сейчас в последний раз, подарил ей лучшие школьные годы. Она чувствовала себя нужной и необходимой. Без нее он бы умер. Она радовалась тому, что ей удалось быть ближе к нему, как ни к кому другому.       С Гарри прощание прошло более сдержанно. Парень совсем не плакал, лишь грустно вздыхал, а Лавгуд смеялась от того, как он забавно дышит. Ее смех подхватили и ребята.       Перед тем, как уйти, она предупредила, что не придет их провожать. Парни согласно кивнули, Драко сказал:       — Так будет лучше.

…Паракэр…

      Приезд в Паракэр, столицу страны, прошел для обоих парней благополучно. Всю дорогу, что ехали на такси из Норта отпускали свои неприятные воспоминания. И когда исчез из виду лес у города Норт сердце расслабленно спокойно застучало. Было ощущение у обоих, что душа освободилась, выбросив все тревоги там, на территории родного города. В столице, заполненном чужими совершенно неизвестными для их чуткого носа ароматами, выхлопными газами казался таким чистым и приятным. Здесь дышать было легче, чем в Норте. В Паракэре не было лесов, одни лишь высокие величественные здания, тянущиеся к небу, длинные трасы, огромная толпа людей, движущаяся вперед, не замечая никого перед собой. В столице, в гуще толпы, казалось свободнее передвигаться, чем там, в Норте.       Гарри и Драко ощутили свободу, о которой мечтали так давно.       Пройдясь по длинной улице, сквозь толпу, Поттер ориентировался на маршрут в письме, что сжимал в своих руках. Это было письмо от крестного, которое он получил несколько недель назад с точным адресом его дома в столице.       Быстро покинув многолюдную улицу, парни по ориентирам вышли в спальный район. Гарри еще раз прочитал в письме адрес крестного. Все, верно, здесь в этом районе была его квартирка, в которую он звал жить Гарри и его друга.       Поттер считал правильным, заранее рассказать мужчине, к которому готовился приехать, о своем парне. Странно, но крестный отреагировал спокойно, практически ничего не написав об этом, лишь оставил маленькую приписку:       «Буду рад, если ты меня познакомишь со своим парнем».       Гарри это радовало и пугало одновременно. Вдруг, крестный воспринял это все как шутку. Он ведь так мало знал о нем, но все равно хотел с ним встретиться. Была уверенность в том, что жизнь с крестным будет складываться куда лучше, чем с Дурслями.       Наконец парни добрались до нужного подъезда, ввели код, который был в письме. Поднялись на второй этаж и остановившись у заветной двери, замерли.       — Готов? — спросил Малфой, крепко сжимая руку Гарри.       Поттер кивнул и постучался в дверь квартиры. Им открыли быстро, будто знали, что парни вот-вот подойдут. На пороге стоял мужчина, одетый в строгие выглаженные черные брюки и рубашку, небрежно заправленную в них. Он ласково улыбался, глядя то на Гарри, то на Драко.       — Здравствуй, сынок, — сказал он по-отечески и обнял своего крестника.       Его объятья напомнили отцовские, хоть у Гарри из воспоминаний стерлись заботливые крепкие руки родного папы, но этот человек помог вернуть их. Голос крестного звучал чарующе, нежно, обволакивал и обнимал, дарил тепло и любовь. Этого с первых секунд хватило Гарри, чтобы понять: он выбрал верный путь, приехав в столицу.       — Здравствуй, Сириус, — прошептал Гарри.       Сириус отпрянул, потер лицо ладонью, стирая непрошенные слезы. Он поглядел на Драко без тени подрзрений и подозвал парня к себе. Малфой сделал шаг навстречу. Сириус бережно приобнял его за плечи и сказал:       — Здравствуй, Драко, я очень рад с тобой познакомиться.