Чёрный змей

Малфой замер у входа, глядя на Грейнджер. Она выглядела ровно такой же, как и приходила к нему во снах. Она крепко прижимала к себе пушистого белого кота. Светлые волосы были распущены и разметались по плечам, на которые девушка набросила тёмно-коричневое пальто, идеально подходящее к глазам. Драко невольно улыбнулся, заметив как она нервно покусывает внутреннюю часть щеки. — Проходи в дом, не стой на пороге, — сказал Драко, стараясь скрыть свою радость. — Пожалуй я подожду извинений. Тогда пройду, — Гермиона высоко задрала подбородок. Розовые сердечки, витавшие в голове блондина, тут же рассыпались с огромным треском на множество маленьких кусочков. «И правда? Чего ты ждал» — промелькнуло в его мыслях. Драко тут же нахмурился, все ещё придерживая дверь открытой. Снаружи дул холодный ветер, а он успел натянуть только один свитер и уже успел позавидовать остальным. Они уже присели за стол и пили отвар Дафны, который она, по ошибке, звала чаем. Малфоя же воротило от одного его запаха. — Тогда отдай мне кота, а потом иди мёрзни, — нагло сказал Драко, складывая руки на груди. — Ну уж нет! Я о нем заботилась целый месяц, поэтому он останется со мной. Если ты не знал, то мало притащить кого-то домой, на него ещё нужно обращать внимание! — А если ты не знала, то иногда люди устают от таких вот «котов», — на последнем слово Малфой сделал акцент, явно не подразумевая Нарцисса, — Ты слышала что-то о личном пространстве? Великая всезнайка Грейнджер возомнила, что я для нее очередная книжка, которую можно прочесть за ночь. — С книжкой ты погорячился, Малфой. Ты скорее газета «Ежедневного пророка», куда обычно заворачивают мусор. Грейнджер недовольно фыркнула и развернулась. Девушка опустилась на несколько ступеней, присев на одну из них. Она положила голову на перила, поглаживая кота. Блондинка обиженно надула губы. Она осознавала всю нелогичность своих действий, но обида на Драко не давала ей вести себя по-другому. Девушка ощущала себя обиженным ребенком, который только и ждал того, чтобы топнуть нагой и отвернуться, сбежав от всех ответов. Малфой громко хлопнул дверью, с потолка тут же посыпалась побелка, и он недовольно отряхнул волосы. Парень прошел на кухню, присаживаясь на свободный стул. Он демонстративно отодвинул от себя кружку с чаем, чем вызвал недовольное бормотание Дафны. — Дафна уже рассказала вам о нашей находке? — поинтересовался Драко. — Да. И я согласен, — коротко кивнул Гарри. Малфой бросил на него короткий взгляд, выражающий благодарность. В лице Поттера он больше не видел дикой ненависти, которую встречал, будто в зеркале, в школьные годы. Сейчас в нем скорее читалась усталость. И Драко, как никто другой, его понимал. Ведь в руках их обоих находилась судьба целого мира. Малфой был несколько рад тому, что эту незавидную участь ему приходится с кем-то делить, хоть он и осознанно перекладывал на других часть своей ответственности. — Где Гермиона? — спросил Тео. — Осматривает местные достопримечательности, — фыркнул Малфой, — Вернётся, когда замёрзнет. Судя по всему это случится через минут пятнадцать. Не удивлюсь, если раньше. Но ни через пятнадцать, ни через двадцать, ни даже сорок минут Грейнджер не появилась. Малфой уговорил Пэнси и Теодора отдохнуть, ещё раз обняв подругу на прощание. Драко видел, как сильно она устала, и неожиданно понял, что его любовь к Паркинсон гораздо больше, чем ему казалось. Сейчас их отношения были гораздо теплее, чем когда они встречались. Малфой коротко поцеловал ее в макушку. Молчаливым кивком он выразил свою благодарность Нотту, который похлопал его по плечу. — Я рад, что мы снова вместе. Кстати, Дафна, спасибо за еду. И особенно чай, он был прекрасен, — крикнул Тео на прощание. При упоминании этого адского пойла Драко сразу скривился, забыв о доле секунды, когда ощущал любовь и нежность. Гринграсс понимающе покинула кухню, оставив Драко наедине с Гарри. Поттер по-прежнему сидел за столом, читая записи девушки. Малфой облокотился на столешницу, останавливаясь напротив. О его голову обиженно ударилась кружка с недопитым чаем, которую он тут же поймал и вылил пойло в раковину. — Поттер, я хочу сказать спасибо, — наконец выдавил Драко. — Говори, — усмехнулся Гарри. — Прекрати, мне и так сложно. Ты бы знал насколько! Поттер расхохотался. Он вряд-ли мог предположить, что окажется лучшим другом Пожирателей смерти, а потом согласится помочь будущему Темному лорду. Сейчас его смех показался таким чистым и беззаботным, что Драко сам не заметил, как по его лицу расползалась улыбка. — Я месяц слушал от твоих друзей о том, сколько в тебе плюсов. Но ты не волнуйся, недостаткам они уделили гораздо больше времени, — Поттер на секунду стал серьезным, — Я помню, сколько времени провел в плену, будучи почти при смерти. Помню, как ты пытал Паркинсон под видом Гермионы. Я думаю, что ты натворил ещё немало бед, но сейчас на это я пытаюсь заставить себя закрыть глаза. Гермионе удалось убедить всех нас, что у тебя были на все причины. Мне хочется ей верить, но если хоть один волос... — Никогда, — перебил его Драко, — Я никому не дам обидеть её. Она считает, что я сбежал, но я пытался хоть как-то вас защитить. Я посчитал, что Гермиона, Пэнс и Тео не захотят разъезжаться, а в качестве убежища всегда можно использовать Минор. Вдали от меня они были в относительной безопасности. — Не знаю, сладко ли ты врешь, или же говоришь правду, но мне показалось, что ты даже сожалеешь, — пожал плечами Поттер. — Ты знаешь, каково быть избранным, — неожиданно тон Малфоя сменился, став ещё грубее, — Знаешь, каково это, когда все решения принимаются за тебя. У меня забыли спросить, хочу ли я занять место Темного лорда. Но придется довести дело до конца, раз уж взвалили его на мои плечи. — Знаю. Поверь, я тоже успел натворить немало бед. По сравнению с пытками это, конечно, ничто, но... — Я прошу за это прощения. За любую боль, физическую и душевную. Тогда мне это нужно было скорее для достоверности. Как думаешь, оценил ли отец то, что мой якобы главный враг разгуливает по Минору? Вот и я решил, что нет. Я слышал, как каждый вечер Пэнс носила тебе еду, она очень добра. — Да, раньше мне так не казалось, — неожиданно согласился Гарри, — Хотя раньше я считал её... Ну, ты понимаешь. — Мы все друг друга такими считали. Я сомневаюсь, что ты тоже когда-то мог представить, как мы будем мило болтать, — хмыкнул Драко. — Малфой, у меня есть ещё одно уточнение. Ты должен уничтожить все крестражи Волан-де-Морта, но в их числе есть и я, — голос Гарри звучал спокойно, он хотел задать этот вопрос с самого начала. — Я уже думал над этим, Поттер. Скажу тебе одну вещь. Я не стану тебя убивать, даже если пойму, что в таком случае проиграю. Буду действовать по ситуации, но мы вернёмся обратно либо вдвоем, либо не вернёмся, — твердо сказал Драко. — Я хотел попросить не об этом. Если ты действительно готов занять место Волан-де-Морта, став достойным приемником, способным удержать Пожирателей и поддерживать равновесие, то сделай всё, что потребуется. Всё, Малфой. Ты понимаешь, о чём я. Драко коротко кивнул. Он попросту не мог признать, что у него никогда не поднимется рука убить Поттера. Особенно сейчас, когда тот был его главным союзником. Слова Гарри его совсем не поддержали, а скорее озадачили. Этот разговор был неизбежен, но теперь Малфой волновался ещё больше. — Дафна сказала, что мы начнем с закатом. Времени на выполнение задания будет до рассвета. Значит, нам нужно хорошо выспаться. Я пойду на верх, ты тоже не засиживайся. Дверь скрипнула, наверное, Гермиона пришла. Драко вышел в коридор, всматриваясь в дверной проем. В дом вошла Дафна. На её руках лежал спящий кот. Малфой тут же нахмурился. Гринграсс бережно опустила Нарцисса на кресло, подходя к Драко. Ее глаза зло блеснули в темноте. — Она всё ещё сидит на улице. Сказала забрать кота, потому что он замёрз, — раздраженно прошептала блондинка, такая пальцем в грудь Драко. — А она, значит, не замёрзла? — возмутился Малфой, отмахиваясь от девушки. — Немедленно иди и поговори с ней, Малфой-младший. Иначе забудь о нашем уговоре, я не стану тебе ни в чем помогать. Как прошел разговор с Гарри? — неожиданно уточнила Гринграсс. — Он сказал, что я могу убить его, если понадобится. Не так я себе представлял, наше примирение. — Но ты ведь не собираешься? — уточнила блондинка. — Дафна, у меня рука не поднимется. И вовсе не потому, что я от него без ума, Грейнджер расстроится, если я покалечу ее прыщавого очкарика. Дафна неожиданно обняла Драко. Она крепко сжала его свитер в своих крохотных руках. От неожиданности Малфой замер, как вкопанный, но спохватившись обнял Гринграсс в ответ. Он вдохнул приятный аромат ее волос, пахнущих сладкой ванилью. — Береги себя, Драко. Я не знаю, что может случиться, но у меня странное предчувствие. И извинись перед Гермионой, — Дафна быстро отстранилась и поспешила подняться в свою комнату. — А ты не такая злючка, как кажешься, — добро улыбнулся Драко. — Ты тоже! — бросила на прощание Гринграсс, — Ложись спать пораньше, завтра тяжёлый день. Малфой даже не потрудился снять с вешалки пальто. Он вышел на улицу и тут же пожалел об этом. Его серые глаза внимательно изучали лестницу, где он в последний раз видел сидящую Гермиону. Сейчас она была пуста. Драко спустился вниз и осмотрелся. Он заметил темный силуэт у моря. Девушка изредка подпрыгивала и кружилась. Гермиона ходила у самого моря, волны касались ее ботинок, а она пыталась от них убежать. Драко бесшумно сошел к тому месту, где заметил Грейнджер. Он остановился за ее спиной, наблюдая как волосы закручивает ветер, а тяжёлый подол пальто изредка вздымается вверх. — Останешься ночевать на пляже? Или же зайдешь в дом? — громко спросил Малфой. От неожиданности девушка вздрогнула. Она резко обернулась, и детская улыбка тут же сошла с ее лица. Гермиона ближе подошла к собеседника, откидывая со лба вьющиеся волосы. Тёмные глаза, выглядывающие из-под длинных ресниц, внимательно изучали каждый миллиметр лица Драко. — Я своих слов никогда не нарушаю, Малфой. В отличие от некоторых, — поддельно безразличным тоном сказала Грейнджер. — Извини меня, Грейнджер. — За что? — продолжала добиваться своего блондинка. — За то, что сбежал. За то, что не отвечал на письма. За то, что обидел тебя. За то, что заставлял страдать. За то, что обманывал. И за то, что я сейчас сделаю, тоже извини, но я не могу удержаться. Малфой быстро подошёл к стоящей напротив девушки. Гермиона почувствовала его руку на своей шее, и в ту же секунду он накрыл ее губы своими. Грейнджер почувствовала всё тот же манящий аромат, совершенно сводящий её с ума, но заставила себя разорвать поцелуй. Ощущение его губ все ещё не покидало его. Весь месяц она думала только об этом, а сейчас лишила себя единственного удовольствия. — Даже не смей, Малфой! — вскричала Гермиона, — Ты не можешь исчезать, когда захочешь, а потом внезапно появляться и целовать меня. Я-то наивная дурочка, которая посчитала, что ты признался мне в любви, а ты... Я не хочу видеть тебя, Малфой. — Зато я тебя хочу, — твердо ответил Драко, — Я делал это ради твоей защиты, но это не значит, что я никогда не хотел ответить тебе на письмо, обнять тебя, забыть о безопасности и вернуться в Минор, чтобы увидеться с тобой. И я действительно тогда признался тебе. Признался каждый раз, Грейнджер, каждым поступком. Если тебе так важны слова «я люблю тебя», то я могу сказать тебе и их тоже. Гермиона непонимающе уставилась на Драко. Она рассчитывала на любой ответ, но только не этот. Малфой расценил этот взгляд по-другому. Он что-то пробормотал и развернулся, быстро уходя в противоположную сторону от Гермионы. Блондин не возвращался домой, а шел вдоль моря. Грейнджер, спохватившись, бросилась за ним. — Малфой! Малфой, остановись, — крикнула девушка, — Драко! Гермиона совсем не заметила, как остановилась прям перед ним. Она поднялась на цыпочки, обвивая руками шею блондина. Девушка притянула его к себе, вспоминая, как часто мечтала об этом. Грейнджер и представить не могла, какое желание в ней могло вызвать его просто прикосновение, короткий взгляд или даже запах. Ей показалось, что мира вокруг нее не существовало. — Это значит, что ты на меня уже не злишься? — мягко поинтересовался Драко, проводя рукой по открытой шее девушки. — Неправда, я всегда злюсь на тебя. Впервые за долгое время на лице Малфоя заиграла улыбка. Он приобнял девушку за плечи, чувствуя, как она прижимается к нему. На мгновение Драко захотел забыть о том, что ему предстояло сделать уже через несколько часов. Он бы мог вечно идти вдоль темного моря, которого освещала парящая луна. От нее по воде разбегалась длинная сияющая дорожка, в зарослях смиренно звенели сверчки, а в доме напротив давно погас свет.