Demon inside

      В перерыве между парами Хенджин решил пойти посидеть во дворике кампуса. Он достал свой скетчбук и начал зарисовывать просто то, что видит перед глазами: сидящих студентов на лавочке напротив, фонтан в центре дворика, цветущие кусты с розами. Казалось бы, уже осень, а розы вовсю расцветали, видимо, за ними хорошо ухаживали.              Перед глазами редко, но еще мелькали кадры из кафе, когда он увидел Джуна, но он старался их отбросить как можно дальше, закатить этот клубок мыслей снова в самый дальний угол сознания.              Все, что происходило с Хенджином, можно было назвать посттравматическим синдромом. Ночные кошмары, чувство вины, возбужденная нервная система — все это говорило, что ему нужен хороший отдых, а также, возможно, помощь психолога, потому что сам он это просто не вывезет. Но процесс рисования отвлекал его и успокаивал.              — Бу! — Минхо резко подсел к Хенджину, положив при этом ладони ему на плечи, так что тот дернулся, чуть не выронив из рук блокнот и карандаш, после чего схватился за сердце. — Ну прости, драма квин, — парень рассмеялся, а Хвану было совсем не смешно. — Что это ты там рисуешь?              Минхо нагло выдернул скетчбук из рук Хенджина и стал его перелистывать.              — Отдай! Я не давал тебе разрешения. Это личное.              Хенджин безудержно пытался его вернуть, но Лино придерживал парня одной рукой и, отвернувшись в другую сторону, просматривал каждую страничку. Хван тянулся, бил хёна по рукам и спине, но тому было хоть бы хны. Несмотря на то, что Минхо много времени проводил за компьютером, в спортзал он тоже успевал заглядывать, поэтому Хван просто не мог пробить его крепкую спину.              — Ты и в самом деле к Ликсу неравнодушен, — повернувшись к Хвану, Лино ехидно улыбнулся. — Не зря он у тебя на каждой странице.              Хван все-таки смог выдернуть свой скетчбук, который до этого момента никто никогда не видел. Он тут же спрятал его в сумку, при этом злобно посмотрев на Лино, потому что тот только что бесцеремонно залез к нему в самое сокровенное.              Несмотря на то, что они были близки, Хенджин не все ему рассказывал, собственно как и Минхо — тот вообще ничем не делился. Он не будет откровенничать, только если сам того не пожелает, как тогда на крыше, а самому лезть к Минхо в душу опасно, глядишь, сожрет и косточками не подавится. Хотя это только на первый взгляд. На самом деле он просто боится показывать свою мягкую, добрую, отзывчивую душу, особенно незнакомцам. Но в компании Хенджина и Джисона, а теперь еще и Феликса, он старался быть более раскрепощенным, потому что эти парни были ему гораздо ближе и дороже, чем, возможно, он сам себе, как бы странно это ни прозвучало.              — Ты не тяни, просто подойди и скажи ему, что ты чувствуешь, — продолжил Минхо, удобно устроившись на лавочке.              «Лино расщедрился на советы? Вот те на!»              — Рассказать что? Кому?              Хвана накрыла тень, но казалось, что даже наоборот, перед ним будто засияло яркое солнце, потому что это был Феликс, который появился из ниоткуда. На лице парня была широкая лучезарная улыбка, он с интересом смотрел на Хенджина и хотел узнать, о чем только что шел разговор. Играючи толкнув бедрами Минхо в сторону, Ликс пристроился между ними.              — Ну что? Идем сегодня тусить? — Ликс всматривался в глаза Хенджина, ожидая ответа.              — Ах, клуб, точно.              Хван уже и забыл про сегодняшнее мероприятие, хотя сам же его и затеял. Кажется, память тоже начинала потихоньку подводить.              — Клуб? Вы куда-то собрались? — Минхо встрепенулся.              — Я ж тебе говорил, — Хан стукнул Лино кулаком в плечо, но тот совсем этого не почувствовал, а вот Джисон ощутил легкую боль в костяшках пальцев.              — Джисон? Ты когда тут появился? — Хенджин был сильно удивлен, он вообще не видел, как Хан подсел.              — Недавно, но уже успел кое-что подслушать, — парень ехидно посмеялся, а у Хвана покраснели щеки, потому что он понимал, о чем тот говорит и что он мог услышать. Один лишь Феликс потерянно смотрел то на Хенджина, то на Минхо с Джисоном, не понимая, о чем речь.              — Я ему сказал о тусе в тот же день, когда ты предложил. Но это ведь Минхо — не любитель людных мест и тусовок, — Хан осуждающе глядел на Лино, который в ответ закатил глаза. Он мог бы давать мастер классы по закатыванию глаз и каменному лицу.              — Я же не сказал, что я против, — оправдывался Минхо.              — Ты вообще ничего не сказал, — тот снова закатил глаза, после чего набросился на Хана и стал его щекотать, а Хан боялся щекотки больше всего на свете.              — Ай, хватит, хватит, — умолял Джисон, то ли плача, то ли смеясь.              На лице Минхо расплылась довольная улыбка — дневная цель помучить своего возлюбленного выполнена.              — Так, давайте поднимем руки, кто «за».              Феликс решил демократично разрулить всю ситуацию. Парни единогласно подняли руки вверх, а Минхо не обошелся без помощи Джисона, который держал его руку в своей, тем самым голосуя за двоих.              — Вот и порешали. Встретимся тогда у главного входа после пар, да? — тут не хватало еще договора, чтобы все подписались, а то вдруг Лино решит сбежать.              Ликс посмотрел на Минхо, ожидая ответа.              — Да-да, пойду я.              — Если не пойдет, я его приволоку.              Хан крепко обнял Минхо за руку и прижался к ней грудью. На лице Минхо медленно стала появляться легкая искренняя улыбка, которую не так часто увидишь средь бела дня. Растопить сердце Лино мог только Джисон, который терпел его сарказм, ухмылки и издевки, зная, что тот не имеет ничего плохого в его адрес. Такова его манера общения и даже флирта. Не каждый сможет его понять, но вот Хану удалось. И если бы за это вручали награды, то Джисон бы получил их все.              Хенджин наблюдал за парнями и краем глаза посматривал на Ликса, мечтая, что у них сложится что-то подобное, но для этого нужно было набраться смелости. Страх того, что чувства парня невзаимные, никуда не ушел, но и надежда в его сердце все еще теплилась.              — Ладно, я пошел на занятия, увидимся, — Феликс улыбнулся Хенджину и слегка подмигнул, а Хван снова почувствовал, как его щеки начали гореть.              Прежде чем встать, Феликс шепнул что-то Минхо на ухо так, что никто не услышал, после чего они оба встали и направились к двери внутрь здания.              — Эй! Мне тоже в ту сторону. Куда без меня пошел? — Джисон вскочил с лавки и подбежал к Лино.              — Ликс попросил показать ему в библиотеке одно пособие, по которым мы учимся. Ты иди без меня, я скоро приду, — Минхо потрепал Хана по голове, отчего тот совсем размяк, как щеночек.              Хенджин проводил взглядом парней, быстро скрывшихся за дверью, которая вела в коридор.              «И когда они успели подружиться?»              До пары Хвана оставалось еще полчаса, поэтому он вновь раскрыл свой скетчбук в надежде порисовать, но он и забыл, что остался с Джисоном наедине.              — Что-то они от нас скрывают, — Хан громко выдохнул, сотрясая тишину, потому что все уже ушли на пары, и во дворике остались только они вдвоем.              — Если и скрывают, значит, так нужно, — Хван понимал, насколько сложно говорить с людьми о своих чувствах, поэтому не осуждал других за это.              Хан надул свои и без того пухлые щечки, так что теперь он стал больше похож на бельчонка, чем на щеночка.              — У вас с Лино нет секретов? — вдруг начал Хенджин.              — Секреты? Дай подумать. Хмм. Да нет вроде, — парень пожал плечами. — Он всегда знает, что я делаю, я всегда знаю, что он делает. Ну, о чувствах мы почти не разговариваем, но если вдруг ссоримся, то пытаемся разрулить все диалогом. Порой сложно, но ни это ли делает отношения крепче?              Джисон уперся руками в скамью и посмотрел на небо. Сегодня была ясная погода, птицы летали высоко, виднелись небольшие воздушные, как сахарная вата, облака, которые совсем редко закрывали солнце.              Хенджин все же знал один секрет Минхо, который не знал даже Хан, а теперь Феликс будет знать какой-то секрет, который не знают ни он, ни Джисон. Любопытство Хенджина, конечно, начинало усиливаться, но он не будет устраивать парням допрос. Если те посчитают нужным, то они скажут.

***

      — Так о чем ты хотел поговорить?              Парни стояли почти в пустой библиотеке между рядами книжных шкафов. Минхо прислонился к книжным полкам стеллажа и скрестил руки на груди. Ликс переминался с ноги на ногу, у него явно было что-то на уме, чем он хотел поделиться, но стеснялся — он ведь с Лино не особо дружил до недавних пор. Ли закусывал одну губу за другой, почесывая затылок.              — Мне нравится Хенджин, — выпалил парень, оглядываясь по сторонам, убеждаясь, не подслушивает ли кто.              На лице Минхо появилась знакомая всем ехидная улыбка, а глаза засияли от этой новости.              — Мне кажется, он закрылся от меня. Та связь, что была между нами, куда-то исчезла. И я все понимаю, он сейчас не в лучшей форме, все эти события его подкосили, и я... — Феликс очень быстро тараторил и терялся в своих мыслях.              — Погоди, — Минхо положил ладонь на плечо Ли. Тот тут же поднял свой расфокусированный взгляд. — Это то, что вас сблизило еще больше, ты так не считаешь? — Лино заглядывал Ликсу прямо в глаза.              — Но у нас не было ни единого подходящего момента, и я не уверен, наступит ли он когда-нибудь, — Ли был расстроен. — Каждый раз, находясь рядом, я был готов признаться, но понимал, что он не выдержит, если я обрушу на него еще и это, — его чувства к Хвану росли с неимоверной скоростью, что сдерживать их не было сил.              — Ты мыслишь слишком рационально, иногда стоит послушать свое сердце. Подходящего момента может никогда и не быть.              Минхо все это время слегка поглаживал плечо Ликса, будто сдерживая его, потому что казалось, тот вот-вот начнет биться головой о ближайшую полку. Феликс начал глубоко дышать, успокаивая нервы.              — Ты поможешь мне сегодня? — умоляющий взгляд Ли проник прямо в душу Минхо.              — А что я могу сделать? Сказать «иди, Ликс хочет побыть с тобой наедине»?              Минхо не особо умел лукавить, когда это касалось дел любовных. Хану он прямо сказал, что тот ему нравится, а то, что Джисон после его признания убежал и избегал его целую неделю, это уже другое.              — Нет-нет-нет, — Ли махал руками. — Прошу, придумай что-нибудь. Я и хёна позвал только для того, чтобы не быть одному, если вдруг Хенджин мне откажет, — Феликс склонил голову, будто уже потерпел поражение.              — Ладно, не унывай, я что-нибудь придумаю, — Минхо понимающе кивнул.              В свете ярких белых ламп было видно сияние в глазах, наполнившихся слезами, которые вот-вот покатятся по щекам, но Феликс их сдержал, слегка улыбнувшись. На сердце стало теплее, внутри вновь разгорелась надежда.              Парни разошлись к разным выходам из библиотеки, так как у них были занятия совершенно в противоположных сторонах кампуса.              — Лино! — Джисон поджидал Минхо на выходе из библиотеки.              — Ты чего тут забыл? Я же сказал, что не опоздаю, — Минхо даже не дернулся от того, что Хан внезапно выскочил из-за угла.              — О чем вы там секретничали? — Джисон взял Лино за руку, переплетая пальцы. Они медленно направлялись к кабинету.              — Я же сказал, пособие ему показ... — Лино не успел закончить фразу, как Хан его тут же перебил.              — Ты не умеешь врать, я знаю. Колись давай, — Хан вскинул одну бровь, вопросительно посмотрев на возлюбленного.              Минхо встал на месте, громко вздохнул и закатил глаза. Джисон все-таки такой любопытный и хорошо знает Минхо, так что скрывать то, что Хан все равно узнает, смысла не было.              — Феликс просил помочь их отношениям с Хенджином, — на этом Хан шокированно округлил глаза и начал подпрыгивать на месте от радости. Минхо лишь кинул на него взгляд, который так и говорил «доволен?».              — Это же такая классная новость. У них все взаимно.              Джисон облегченно выдохнул и заулыбался как маленький ребенок, крепче обнимая Лино за руку. Он помнит, что почти с самого момента их знакомства с Хенджином, тот не переставал говорить о Феликсе и изливал им свои чувства. Хан будто проживал романтическую дораму, в которой герои никак не могли сделать первый шаг навстречу друг другу. И вот наконец свершится то, ради чего он смотрел все эти множественные эпизоды.              — Ты уже придумал, как поможешь им? — Хану не терпелось побыстрее увидеть развязку сюжета.              — На месте сориентируемся, — Минхо открыл перед Джисоном дверь в аудиторию, и парни зашли внутрь.

***

      — Где же Ликс? У нас вроде в одно время заканчиваются пары, — Хенджин посматривал на время в телефоне. — Он ничего тебе не сказал, что задержится? — Хван волнительно посмотрел на Минхо, тот лишь помотал головой.              Лино был полностью спокоен, собственно, как и всегда, ни капельки эмоционального всплеска, а Хан прижимался к руке Минхо, как к чему-то безопасному              Он был рядом с ним как за каменной стеной, ничто не могло его пошатнуть. Но Джисон не мог удержать свои ноги спокойно на земле, все время подпрыгивая и подрагивая от предвкушения сегодняшнего вечера, и радостная улыбка не сползала с его лица.              В то же время Хван был обеспокоен, что Феликс ничего не написал, ведь уже прошло минут пятнадцать. Но внезапно завибрировал телефон — только не у Хенджина. Он удивленно посмотрел на хёна, который потянулся в карман своей кожаной куртки. Феликс: Идите без меня. Я опоздаю, меня вызвал профессор из-за пропущенных пар. Я здесь пробуду минимум полчаса😩😭 Ли Минхо: Понял. Надеюсь, тебя не будут держать в плену до конца дня. А чего это ты мне пишешь, а не своему парню? Феликс: Какому парню?😳 Хенджин еще не мой парень, ты чего несешь. Не знаю, побоялся че-то. Ли Минхо: Скоро станет. Феликс: Ай, не мучай меня. Мне тут и так тошно сидеть. Ли Минхо: Ладно, мы будем тебя там ждать. Адрес ты знаешь? Феликс: Да. Ой, все, он пришел, постараюсь отделаться от него побыстрее.       Минхо оторвался от телефона и застал Хана, который подсматривал все это время за перепиской, и Хенджина, который был в полном ступоре.              — Феликс опоздает, его вызвал профессор, — ровным тоном произнес Минхо, убирая телефон в карман куртки.              «Какого хрена он написал это ему, а не мне?»              Хенджин был окончательно потерян. Ему казалось, что Феликс его либо избегает, либо что-то от него скрывает. В любом случае, это выглядело как отдаление.              До клуба парни ехали на метро в самый центр Сеула, а оттуда пешком рукой подать. Солнце уже почти зашло за горизонт, выходные, можно сказать, официально начались. Как обычно люди гуляли парочками. Минхо держал за руку Джисона, они вместе уверенно шагали впереди, а Хван плелся сзади, погруженный в свои мысли.              — Эй, ты чего? Мы идем веселиться, а не грустить, — Хан обернулся на Хенджина и взял его за руку. Теперь Джисон шел посерединке, держа двух парней под руки, довольный.              Подойдя к зданию клуба, они обнаружили снаружи огромную очередь, которая, казалось, совсем не двигалась. Они встали в самый конец.              — Пока будем стоять, глядишь, и Феликс подойдет, — Хан подмигивал Хенджину, а тот вопросительно на него смотрел. Минхо слегка толкнул Джисона в бок, мол, успокойся. Хан тут же усмирился.              Толпа все-таки двигалась вперед, они все ближе подходили к входу, над которым сияла пурпурного оттенка неоновая вывеска. В дверях стоял грозный вышибала в черном строгом костюме. Вроде бы все проходили внутрь без проблем, но Хенджин все равно переживал, он вжался в себя и выглядел немного неуверенно.              От входа их отделяла лишь одна преграда — бархатистая веревка, которую охранник сам снимал с крючка, пропуская людей внутрь. Минхо обхватил Хенджина сзади и вытолкнул перед собой, чтобы тот не казался одиночкой в толпе. Вышибала за секунду осмотрел парней, кивнул и отстегнул веревку, давая им свободный проход.              Не спеша Хван перешагнул порог здания, погружаясь в пурпурные оттенки помещения. Пол сотрясался от громких и сильных битов музыки. Глаза и уши старались привыкнуть к новым ощущениям. Хенджин с интересом осматривал зал, пропитываясь атмосферой ночной жизни.              — Я вижу свободный столик с диванчиками, — Хан старался как можно громче крикнуть, чтобы парни его услышали, и побежал к столику, который находился недалеко от танцпола.              Минхо лишь проследил, куда убегает младший, чтобы не потерять его из виду, и, взяв Хенджина за руку, повел его под мигающим светом стробоскопа через толпу, в которой Хван не мог ориентироваться без чьей-либо помощи. Лино будто знал это место, хотя говорил же, что не любит тусоваться. Но Хенджин мог лишь догадываться, чего он еще не знает о хёне.              Минхо подсел к Джисону, сразу обняв того за плечи, а Хенджин скромно разместился на диванчике напротив, оглядываясь по сторонам в поисках Ликса.              — Пить будем? — Джисон радостно разглядывал меню.              — Я планировал быть трезвым. Кто тогда тебя будет до дома нести? — Минхо потрепал парня по голове.              — Лино-о-о, — протянул Хан. — Я так не напиваюсь, — Джисон будто обиделся. А Минхо бросил на него взгляд, говорящий «да ты что, неужели?».              — Хенджин! — окликнул парня Джисон, но тот ничего не слышал. У Хвана стоял гул в ушах. — Хенджин! — Хан подсел к нему и крикнул прямо на ухо, что тот аж подскочил и ошарашенно посмотрел на Джисона. — Что будешь пить?              — А, прости, задумался. Пиво просто, — Хан кивнул и ушел к бару заказывать напитки.              Хенджин был на нервах, внутри стало все сжиматься от приближающегося момента, когда он признается Ликсу в своих чувствах. Он уже растер себе всю шею, пока сидел и смотрел сквозь толпу в направлении, где находился вход.              — Не трясись ты так, — Минхо подсел к Хвану и положил руку ему на бедро, удерживая ногу, которая без остановки тряслась.              — Что я ему скажу? Как я скажу? Тут столько людей. Я думал, мы будем одни, когда придет момент… — глаза Хенджина бегали по мимопроходящим людям — кто-то уже был пьян, а кто-то только начинал свои выходные.              — Все будет хорошо, поверь мне, — успокаивающим мягким голосом Минхо говорил ему прямо на ухо, чтобы тот услышал. Кричать в такой момент совсем не хотелось.              Если бы Хенджин знал то, что его чувства на сто процентов взаимны, он бы сейчас не дергался, будто его собираются казнить, но в то же время это томительное ожидание, в конце концов, окупится.              — А вот и выпивка. Тебе я тоже взял, мы же отдыхаем, ты можешь немного расслабиться. Обещаю не напиваться, — Хан положил руку себе на грудь, где находилось сердце, клянясь Минхо, а тот недоверчиво посмотрел на Джисона, но банку с пивом взял. Для того чтобы Лино был в стельку пьян, ему нужно выпить либо десять таких банок, либо что-то покрепче.              Хенджин потянулся за пивом, открыл банку и почти залпом ее выпил. Хан удивленно посмотрел на него, часто моргая глазами. Хван вытер рукавом губы, с которых стекали капли напитка.              — Видно, это только начало. Придется еще раз идти к бару, — Хан слегка усмехнулся.              Пока парни медленно потягивали пиво, Хенджин не отрывал взгляд от входа в клуб. Вот-вот мог прийти Феликс.              — Пойдем потанцуем.              Джисон потянул Минхо за край куртки, которую он так еще и не снял. Лино отнекивался, ему и тут хорошо сидится, тем более он не хотел оставлять Хвана в одиночестве.              — Идите развлекайтесь, что вы меня будете караулить. Я никуда не денусь.              — Мы будем в поле зрения.              Хан радостно вскочил, когда Минхо начал снимать свою кожаную куртку. Под ней была черная заправленная в джинсы рубашка, которая обтягивала его стройное тело. Хан крепко вцепился в руку Лино и потащил его на танцпол. Несколько минут Хван наблюдал, как парни танцуют — Джисон пытался расшевелить Минхо, двигая его руками, как кукловод. Но через пару мгновений толпа сомкнулась и закрыла их. Хенджин отчаянно пытался их высмотреть, но это уже было невозможно. Он остался сидеть один. Рука потянулась к банке с пивом, которую он уже допил, но забыл об этом. Он хотел отойти к бару и заказать еще, но потерять такое хорошее место — было бы огромной ошибкой. Градус от выпитого пива дал в голову не сильно, а просто помог расслабиться, сохраняя при этом ясность ума. Нога вроде перестала нервно дергаться, а вместо этого отстукивала ритм музыки.              Как только Хенджин отвлекся от входа в клуб, перед ним показалась чья-то знакомая хрупкая фигура.               — Джинни, привет. Извини, что опоздал. Профессор хотел меня запереть в аудитории, чтобы я писал ему доклад, но я сбежал, сказал, что сделаю все к понедельнику.              Феликс стоял перед Хенджином, сиял как солнышко, а потом плюхнулся рядом с ним, положив руку ему на бедро, отчего Хван резко вскочил, будто обжегся от его прикосновения, и встал как вкопанный. Когда его касался Минхо, ему было все равно, потому что его касания для Хвана ничего не значат, а вот прикосновения Феликса вызывают в нем совсем иные чувства. Щеки начали розоветь. Хенджин не знал, куда себя деть — раз встал, значит, надо придумать предлог.              «Мне надо сбежать».              — А, вы еще не знакомы. Чанбин-хён, о котором я тебе говорил, — Феликс показал на молодого человека, который стоял рядом с диванчиком, а Хенджин его даже не заметил.              Чанбин вроде не был выше Хвана, но ему сейчас казалось, что парень возвышается над ним как скала, смотрит сверху вниз, придавливая к полу.              — Со Чанбин, — парень протянул руку, Хенджин немного опешил, но пожал ее, и лицо парня тут же сменилось с серьезного на милое и улыбчивое. Теперь он казался менее грозным.              Хенджин был немного в ужасе, потому что все его планы по признанию в любви рушились у него на глазах. Чанбин сел на диванчик напротив, снял куртку, оставаясь в одной футболке, которая облегала его накаченное спортивное тело. Он откинулся на спинку и уткнулся в экран своего смартфона.              «Так вот он какой — этот хён».              — Ты чего стоишь? — Феликс потянул Хвана за рукав кофты.              — Пить. Что будете пить? Я принесу, — речь Хенджина стала сбивчивой. Он хотел скрыться где-нибудь в кабинке туалета, где его никто не тронет, и отдышаться.              — А вот, вы пиво пили? И мы будем тоже, — Ликс не переставал улыбаться, окидывая Хвана с головы до ног своим теплым взглядом. Он чувствовал, что тот был не спокоен, поэтому у самого тоже сердце невольно начинало биться чаще. Подходящий ли это момент? Но Ли вспоминал слова Минхо: «Ты мыслишь слишком рационально, иногда стоит послушать свое сердце. Подходящего момента может никогда и не быть».              — Может, мне с тобой сходить? — Ли надеялся, что тот согласится, поэтому уже приподнялся с дивана.              — Не надо, я справлюсь, — одним жестом Хван остановил Ли, резко развернулся и буквально полетел сквозь толпу к барной стойке.              Оказавшись у бара, он оперся руками о стойку, пытаясь усадить себя на высоченный барный стул. Сердце билось с дикой скоростью, стало как-то жарко, так что Хван снял с себя толстовку, оставшись в белой слегка мешковатой футболке. Он не носил обтягивающих вещей, потому что хвастаться ему особо было нечем, как Минхо, например. Он как-то раз сходил с хёном в спортзал и вышел оттуда полуживым-полумертвым. Больше таких экспериментов над собой он не проводил.              — Вам что налить? — к Хенджину подскочил бармен, который вытирал полотенцем стакан для виски.              — Три пива, пожалуйста, — бармен кивнул и принялся разливать алкоголь.              Хенджин удивился, что тот не дал ему просто баночное пиво, но ему было слишком неловко беспокоить парня, который один работал в загруженном баре.              — Пожалуйста.              Бармен поставил три стакана с алкоголем перед носом Хвана и положил рядом терминал для оплаты. Хенджин немного опешил, понимая, что сумка осталась на диване, а возвращаться он не хотел, да и бармен ждал оплату. Но он вспомнил, что недавно как раз установил на телефон приложение и может оплачивать покупки, просто прикладывая смартфон к терминалу. Хван стал ощупывать свои карманы джинсов, но телефона нигде не оказалось. Видимо, тоже убрал его в сумку, хотя всегда держит его при себе.              Бармен сначала спокойно выжидал, но терпение потихоньку стало лопаться, начал появляться осуждающий взгляд. Хенджин натянул извиняющуюся улыбку.              — Извините, я кажет... — сбоку потянулась рука, которая держала карту.              Оплата прошла успешно. Бармен тут же убрал терминал и побежал к следующему клиенту. Ему было все равно, кто оплатит, лишь бы бесплатно не разливал алкоголь.              — Хён? — Хван поднял щенячий взгляд, молча благодаря Минхо, который вовремя к нему подсел, а с другой стороны сел Хан, ерзая на барном стуле.              — Куда тебе столько пива? — Минхо кинул взгляд на полные до краев пластиковые стаканы, которые Хенджин ни за что не донес бы сам до столика, не разлив при этом на пол абсолютно все.              — А, это? — Хван посмотрел на стаканы, вздохнул и взял один из них.              Не сдерживаясь, Хенджин стал залпом заливать в себя алкоголь. Он понял, что ему нужно, чтобы сознание помутнело так же, как тогда ночью, тем самым он станет смелее. Мало только он знал, что пиво может выйти обратно с такой же скоростью, с которой он его пьет.              — Эй, ну-ка полегче. Я двоих на своих плечах не смогу унести, — Минхо взволнованно глядел на Хенджина, у которого уже по подбородку текли капли пива, которые вот-вот упадут на его белоснежную футболку. Благо Лино был внимательным и успел подложить салфетку.              — Что стряслось? — Хан положил руку на плечо Хвана.              Хенджин тяжело вздохнул, потому что пил на одном дыхании, и вытер губы салфеткой.              — Там Ликс пришел со своим хёном. Вы бы его видели, — Хван положил руки на голову и издал какие-то неразборчивые звуки страдания.              Джисон аккуратно гладил Хенджина по спине, поджав губы, и переглядывался с Минхо. А Лино, посмотрев в сторону их столика, сразу все понял и знал, что беспокоиться тут вообще не о чем, но Хенджину-то он сказать не мог, что Феликс его любит, а с хёном у них отношений нет, а вот у Хенджина с ним все взаимно, совет да любовь. Поэтому ему пришлось подбирать в голове слова, чтобы подбодрить Хвана.              — Эй, ты чего раскис? Ну ка, взял себя в руки, пошел и пригласил его танцевать, — Минхо звучал очень настойчиво.              Хенджин говорил сам с собой, пытаясь собраться с мыслями. Тот клубок, который он закатил далеко в подсознание, стал медленно выкатываться, и вот-вот могла наступить паническая атака.              Он взял еще один стакан и выпил его с такой же скоростью, что и первый. И не прошло и секунды, как рука потянулась к последнему — третьему стакану. Сознание начало мутнеть, и Хенджин хотел добить уже эти остатки пива, считая, что это поможет ему избавиться от тревожных мыслей. Глубоко вздохнув, он поднял стакан, но его остановила рука Минхо.              — Так, тебе хватит, ты на ногах не устоишь.              Лино выдернул напиток и отставил в сторону. Хотя силу даже и не пришлось применять, рука Хвана уже ослабла, а контроль над телом постепенно уходил.              — Я отойду на минутку, — пиво очень быстро слилось в мочевой пузырь, так что Хенджину было неудобно сидеть.              Он резко спрыгнул с барного стула, отчего ощутил, как закружилась голова. Люди вокруг смазались в кучу, будто по бумаге размазали краски разных цветов. Перед глазами все размывалось.              «Трус!»              До боли знакомый голос прозвучал у него в голове, но Хван не обратил внимания. Ноги сами несли его сквозь толпу, он чудом не сталкивался с танцующими людьми. Он видел яркую неоновую вывеску «Туалет» и, покачиваясь из стороны в сторону, стремительно к ней направлялся.              Наконец, добравшись до места назначения и облегчив свой организм, Хван встал у раковины, склонив голову в полном бессилии. Его черные длинные волосы свисали вниз, накрывая лицо. Он совершенно не мог контролировать свое дыхание, которое то учащалось, то замедлялось на секунду.              «До чего ж ты жалок!»              Медленно подняв голову и посмотрев в зеркало, он увидел растерянного испуганного парня, который к тому же был в стельку пьян. В глазах выступили красные капилляры, веки были слегка опущены. Внешне казалось, что он был расслаблен, но внутри бушевали разные эмоции, которые не знали, куда им вырваться, готовые разорвать парня на части.              «Ты чего раскис?»              Тот же голос раздался, но, казалось, уже в помещении. Хван в ужасе оглянулся, думая, что это Минхо, но он был в комнате один. После чего он снова отвернулся к зеркалу, продолжая держаться за раковину, как за единственную опору, потому что ноги были ватные, неспособные сейчас его удержать.              «Думаешь, Феликс тебя любит?»              Прозвучал тот же голос. На этот раз казалось, он был где-то перед ним. Хенджин резко поднял взгляд на свое отражение, его лицо в зеркале исказилось в легкой ухмылке, что не отражалось в действительности.              «Да кто ж полюбит такого как ты!»              — Прекрати! — на глазах проступили слезы.              Хенджин схватился за свои волосы, которые взмокли из-за того, что он весь вспотел.              «Я только начал».              Хенджин яростно сжимал пальцы на краях раковины, слезы вниз падали градом, хотелось закричать или зарычать, выпустить бушевавшую внутри энергию. Гнев расползался внутри как нефтяное пятно на гладкой воде — быстро, покрывая все. Вместе с этим боль и отчаяние обволакивало его сердце. Эта дикая взрывоопасная смесь заставляла душу Хенджина метаться внутри в поисках укрытия.              Хван ошарашенно глядел вокруг. Неужели это алкоголь так плохо на него действует? Он умыл свое красное немного опухшее от слез лицо холодной водой, проведя руками по волосам, смахивая их назад. Еще крепче вцепившись в раковину, он посмотрел на себя прямо в глаза, глубоко вздохнул, настраиваясь уже покинуть помещение. Казалось, он провел там целый час.              Собравшись с духом, Хенджин вышел из туалета, погружаясь вновь в шумную хаотичную атмосферу клуба. Озираясь по сторонам, он нашел их столик, разглядел золотистые волосы Феликса и направился прямиком к нему. К горлу начал подкатывать ком, из-за чего Хван боялся, что запнется и не сможет ничего сказать. Но вместе с этим сердце начинало биться в предвкушении развязки его истории влюбленности.              «У тебя все-таки есть яйца».              Ехидный смех прозвенел у него в голове, отскакивая от одного уха к другому. Ноги решительно ступали вперед, видя перед собой только солнечную ауру Ликса. Хенджин расталкивал людей направо и налево, ему было не до любезностей, его душа будто была готова вырваться и как можно скорее примагнититься к душе Феликса.              Подойдя к дивану и обойдя его так, что он встал прямо перед Ликсом, Хван увидел следующую картину. Феликс сидел там же, где и сидел, когда Хенджин убежал к бару, но теперь рядом с ним сидел Чанбин, который приобнял Ли одной рукой за плечи, тем самым не оставляя между ними свободного пространства.              — Джинни, ты уже вернулся? — Ликс немного приподнялся, и рука Чанбина сползла сзади по его спине, после чего Со и вовсе ее убрал.              На Хенджине не было лица, перед ним только что разбились его надежды, словно зеркало, и с грохотом рухнули. Сердце ушло в пятки. Вокруг, казалось, время замедлилось. То, что было лишь страхом, стало реальностью. Феликс заметил беспокойный взгляд Хенджина и встал, чтобы подойти к парню, но тот медленно зашагал назад.              — С тобой все в порядке? — Чанбин не мог игнорировать то, что происходило прямо перед его носом. Он внимательно наблюдал за поведением Хвана и понимал, что тот вот-вот может споткнуться и упасть, тогда-то Чанбин его подхватит.              Феликс взволнованно смотрел на Хенджина, протягивая ему руку в качестве опоры, но Хван за нее не хватался. Пятясь назад, он столкнулся спиной с каким-то парнем, который в свою очередь сильно пихнул его в сторону, так что Хенджин еле удержался на ногах. И именно в этот самый момент сильный толчок в спину привел в действие рвотный рефлекс. Хван закрыл рот руками и, уже забыв, что он вообще-то стоял перед Ликсом и хотел признаться ему в любви, рванул обратно в туалет, расталкивая локтями танцующих людей.

***

      Хенджин, оставив Минхо и Хана сидеть одних за барной стойкой, быстро скрылся в толпе. Лино беспокоился за состояние младшего. Он прекрасно знал это чувство, когда хочется напиться до отключки или накуриться, так что перестаешь чувствовать что-либо. В жизни Минхо было много говна, которое он не раскрывает без надобности. Сейчас, можно сказать, в его жизни более-менее царила гармония, только если скелеты в шкафу не напоминали ему о прошлом. Но появление Джисона сделало существование Минхо гораздо приятнее. Хан помогает ему забывать о плохих днях и превращает их в самые лучшие дни в его жизни.              — И чего он так себя мучает? — Минхо тяжело вздохнул, взяв стакан с пивом, который ранее выдернул из рук Хвана.              — Может, нам стоит… тебе стоит ему рассказать? — начал Хан. — Ведь незнание о взаимных чувствах его и тревожит.              — Черт с ним! — Минхо стукнул кулаком по барной стойке. — Плевать, что я пообещал это Ликсу. Оттого что он будет знать правду, хуже не станет, — Лино слез с барного стула и уже хотел направиться в туалет к Хенджину, как увидел его, быстро двигающегося прямо к столику, где сидели Ликс и Чанбин.              — Вот он, — Хан указал рукой на Хвана, который со стороны выглядел не очень дружелюбно.              Парни наблюдали за сценой, которая разыгрывалась в другом конце зала. Минхо чувствовал дикое желание подойди туда, обнять Хенджина и увести. Почему-то у Лино было такое заботливое отношение к Хвану, какого не было к Джисону. То ли потому, что младший не может сам за себя постоять, то ли потому, что у того совершенно утерян контроль над своей жизнью, а Минхо всегда выручал его в сложных жизненных ситуациях. А Джисон способный пацан, за себя постоять может, как жить, тоже знает, просто рядом с Минхо он становился чуточку послушнее, милее и смиреннее.              — Блять, — увидев, как Хенджин побежал в туалет, прикрывая рот рукой, Лино тут же метнулся к дверям, оказавшись у туалета первым и помогая открыть кабинку.              Джисон не рванул вслед за ними, но спустя какое-то время медленно подошел к дверям и встал, не заходя внутрь, оперся о стену и смотрел себе под ноги. Он не хотел их беспокоить, зная, что ему там сейчас не место.              Весь выпитый алкоголь пошел обратно, Хенджина дико рвало, а Минхо стоял рядом, придерживая его растрепанные волосы. Зрелище не из приятных, но хёну было сейчас совершенно наплевать на это. Хван нуждался в поддержке, и только Минхо мог ее оказать.              Хенджин обессиленно упал на пол рядом с унитазом, упираясь головой в стенку кабинки. Он сбито дышал, хватая ртом воздух, грудь при этом то высоко вздымалась, то сжималась, выдавливая весь кислород из легких.              — Ты как? — Минхо обеспокоенно смотрел на Хвана, который с трудом пошевелил рукой, показав знак «окей». Хотя он был совсем не окей.              — Мне с ним не сравниться, — Хенджин схватил себя за волосы.              Лино пытался побороть желание рассказать о чувствах Феликса, но, увидев, как Хенджин себя терзает, не смог. Минхо присел на корточки напротив Хвана, взял его за подбородок, тем самым поднимая его голову, чтобы тот посмотрел ему в глаза.              — Послушай, — Минхо тяжело выдохнул, — твои чувства к Ликсу взаимны, он мне сам об этом сказал.              Лино видел, как глаза Хенджина тут же округлились. Хван уставился на него, раскрыв рот.              — Но… Чанбин… — голос Хенджина был хриплый.              — Просто друг. Они такие же близкие друзья, как мы с тобой, — Лино взял кусочек туалетной бумаги и осторожно вытер парню губы и подбородок. Хвана нисколько не смущали прикосновения хёна. — Я не могу смотреть, как ты мучаешься. Я надеюсь, что теперь, зная, что Ликсу ты небезразличен, ты перестанешь так загоняться.              Минхо посмотрел ему прямо в глаза, ожидая ответа. Хван лишь сглотнул и слегка кивнул. Тело немного дрожало, поэтому кивок вышел прерывистый. Он сильно вспотел, поэтому его бросало то в жар, то в холод, особенно будучи одетым в одну футболку.              — Встать можешь? — Минхо поднялся и протянул руку, чтобы Хван мог опереться.              Хенджин двигался медленно, держась одной рукой за стенку кабинки, другой опираясь на хёна. Еле переминаясь с ноги на ногу, он дошел до раковины и принялся умываться теплой водой. Тошнить — хоть и неприятный процесс, но после этого Хенджину стало легче, организм избавился от токсичного яда, и теперь парню очень хотелось прилечь и поспать.              — Ты весь дрожишь. Я сейчас принесу твою кофту, — Минхо скрылся за дверью, где его поджидал Джисон.              — Как он? — Хан обеспокоенно смотрел на серьезное лицо старшего.              — Лучше, жить будет. Ты не видел его толстовку?              — Кажется, у бара осталась, на стуле.              Пока Минхо и Джисон искали его кофту, Хван умывался и пытался восстановить свое дыхание.              «Твои чувства к Ликсу взаимны» — голос Минхо отозвался в его сознании. Это что ж выходит, он попусту терзал себя все это время? А почему Ли сам не признался? Столько ведь было возможностей. Казалось, что от осознания того, что он нравится Ликсу, ему станет легче, но наоборот, он стал переживать еще сильнее, теперь уже по другому поводу. А не разонравится ли он ему после всего этого?              Чья-то рука легла Хвану на плечо. Он совершенно не услышал, что кто-то вошел. Он думал, что это Минхо принес ему кофту, но, подняв взгляд в зеркало, увидел золотистые волосы, веснушчатое лицо и полные боли глаза, в которых поблескивали слезы. Рука Ликса гладила Хенджина по спине.              — Джинни, — неуверенно произнес Феликс.              В его голосе была печаль, его сердце разрывалось, видя измученного Хенджина. Парни смотрели друг на друга через отражение в зеркале, а сердце Хвана вновь начинало биться быстрее с каждым новым поглаживанием Ликса. Тело Хенджина было холодным из-за того, что он вспотел, а рука Ли была теплой — согревающее прикосновение очень явно ощущалось через тонкую ткань футболки.              Феликс отвернулся от отражения и посмотрел уже на профиль Хенджина. Другой рукой Ли коснулся его щеки и развернул к себе лицом, тем самым создавая прямой зрительный контакт. Хенджину было дико неловко, он чувствовал, как разряд тока пробежал от щеки по всему телу, но он был готов утонуть в глазах Ликса, в которых была вся его вселенная.              — Ох, Джинни.              Ликс тяжело вздохнул, а потом, сделав глубокий вдох, прильнул к губам Хенджина. Тот лишь широко раскрыл глаза от неожиданности, но потом прикрыл их, отдаваясь нежному прикосновению. Его руки медленно легли Феликсу на плечи, затем перешли на шею, а потом Хван зарылся пальцами в его золотистые густые волосы. Губы Ликса были мягкие, сладкие на вкус, возможно, от гигиенической помады. Клубника. У них был клубничный вкус. Ли крепко сжимал руки вокруг талии Хенджина, притягивая ближе к себе, чтобы между ними не осталось ни сантиметра.              Хенджин уже забыл, что буквально минут десять назад его рвало как никогда, он успел умыться и прополоскать рот, но если бы он был сейчас в общежитии, то трижды бы почистил зубы и прополоскал рот специальным средством. Однако ему сейчас было все равно, собственно, как и Феликсу. Это был тот самый подходящий момент, который наступил, когда его совсем не ждешь.              Поцелуй был протяжный, трепетный и совсем не настойчивый, чего нельзя было сказать о прикосновениях, потому что Ликс крепко сжимал футболку Хвана, а тот, в свою очередь, жадно зарывался в волосы Ли, оставляя его прическу растрепанной.              В это мгновение время остановилось для них обоих.